Promise me..

Сквозь воспоминания, сквозь слезы и боль в голове пробивался единственно тревожущий вопрос: "Как там Маша?" . А как она может быть, что может чувствовать? Находясь в полном непонимание и даже не имея шанса хоть на сантиметр приблизиться к ответу, не может понять, не может прочувствовать даже часть пережитого другим человеком. Лишь тихонечко уснула на том диване крепко прижав к себе небольшую подушку. Силы покинули её так же стремительно, как и скорый отъезд Лукиной. Засыпая Мария хотела бы увидеть сон, где всё хорошо, но увы. Тьма, пустота, как и в душе. Чувствует, как во сне не может дышать, теряясь в этом пространстве, в бездне, отчаянно пытаясь уцепиться хоть за что-нибудь. Человек, который чувствует природу, человек, который чувствует музыку, человек, который чувствует людей, человек, который просто чувствует, Самым ужасным станет потеря чувств, непонимание своих эмоций. Не лучше ли разбиться вдребезги и вознестись к небесам? Когда уже найдётся эта лазейка, когда уже всё отпустит, когда закончится весь этот вихрь, что крушит всё, сбивает всех с ног, не может дать покоя? Когда прошлое перестанет душить своими адскими щупальцами, что обжигают молочную кожу? Когда настоящее станет приносить заслуженное счастье за всю прожитую боль? Когда всем воздастся по заслугам, неужели лишь на том свете? Можно ли довериться жизни, времени, когда всегда полагался только на себя и даже когда опускались руки от бессилия, всё равно стоял с гордо поднятой головой, мысленно зная, говоря себе: "Я преодолею" ? А может стоит вознестись...? Лаура что-то вспомнив приподнялась на локтях и потянулась к прикроватной тумбочке. Из ящичка она достала пачку сигарет. В ней как всегда лежала зажигалка, на одной стороне было написано чёрным маркером - "Лукиной не брать! " . Она улыбнулась своим воспоминаниям и этой записи, только горькая слеза несла в себе ту боль скатываясь по её щеке. Достала одну сигарету и преподнесла к губам. Всё тот же запах табака, как и пару лет назад, те же сигареты, как и пару лет назад. Всё то же, будто ничего и не произошло. Ей всё ещё кажется, что сейчас зайдет он: — Не кури, дура — произнесла его слова, вспомнив как он когда-то подойдя забрал сигарету, посмотрел любимым осуждающий взглядом, а после сам докурил эту дрянь. Его всё нет и нет. Она скурила половину, его нет. — Его больше нет — Авария. Он ехал по той самой дороге, что когда-то привозила его в уютный очаг. Та самая дорога, он знал наизусть, мог по привычке съехать на неё, а после неодумавшись поехать к шатенке, ведь знал - его всегда ждут. Дорога, которая всегда вела его к счастью решила изменить путь. Она привезла его и оставила, без единого шанса вернуться домой. Закрыла все направления, исчезла, не соизволив спасти. В последний миг он просил Бога помиловать. Просил оставить его близким, просил оставить на растерзание самой жизни. Боялся, что после будет чувствовать их боль и видеть их страдания. Он не хотел. Всю жизнь дарил лишь радость, дарил улыбку, просил только смеха. Ведь он хотел в последние минуты жизни остановиться, вернуться, извиниться, взглянуть в это море. Изумрудное море, лазурно-голубое, лунная дорожка — как он только не описывал её глаза. Он желал это море, но всегда боялся воды. В последние секунды он это осознал. Не стоило бояться воды, ведь она никогда не затягивала в свой омут, никогда не просила утонуть, захлебнуться во имя своей красоты. В последнее мгновение он снова проживал свою жизнь. Школа, знакомство, выпускной, поцелуй, гитара, танцы, песни, смех, пылающее сердце, необъятная красота мира, он увидел это лишь благодаря ей, их вечера, нет, их вечность. Его раем стали их вечера, их беседка и гараж, эта излюбленная гитара, чай с мятой, сигареты, смех первой любви, чувства. Прогулки по родным улицам Калининграда, закаты и рассветы, летающие птицы, свобода. Его раем стала жизнь. Её адом стал его рай. Её пыткой стала их гитара, её наказанием стали танцы, её ранами стали их песни, её болью стала его смех, её слезами стала их беседка. Девятый круг ада стал для неё жизнью. Ангел и демон что обитали на её плечах плакали, их перья опадали, а после исчезли крылья. Ангел и Демон были готовы воссоединиться ради существования на её плечах. Они выли, кричали от боли, две противоположности в горе стали единым. Потеряв свою цель и назначение они стали лишь ещё одной единой душой, что калечилась с каждым мгновением, с каждым воспоминанием. Небеса забрав к себе душу, потеряли свою. Они решили забрать чистого ангела, как раба своего... Она смотрела на пепел что старалась сбрасывать на пепельницу, он всё никак не потухал, она смотрела на саму сигарету, что дымилась и тлела. Ей захотелось просто скинуть всё это на кровать, хлопок быстро загорится, а за ним и весь дом. Прямо сейчас она может ощутить весь свой ад, а после и оказаться в нём. Перед её лицом появилась картинка, она видела лишь свой дом издалека, он сиял пламенем, жара чувствовалась будто она находилась совсем рядом, трескалась древесина, огонь то и дело пылал. Она увидела отражение в своих глазах, увидела всю картину. Её бы никто не спас, никто бы не пришёл на помощь, не остановил бы. Рука хотела быть уже опустилась, но Лукина услышала характерный звук телефона, что забыла выключить после одного звонка. Её глаза плавно искали устройство. Она слышала этот то надоедливый, то желанный звук. Найдя источник, что потревожил её и вытянул из мыслей, взяла в руки. На экране был номер телефона Марии. Руки Лауры, словно в лихорадке начали трястись. Она смотрела на светящийся экран и продолжала вдыхать дым. Теперь перед её глазами образ блондинки, блондинки с карими глазами. Она начинала видеть ту параллель. Женя и Маша. Два человека схожи по своей натуре, по своему существу. Она видела лишь сходства и ни одного различия, только знала конец одного человека, конец одной из историй. История циклична, будто всё идёт по спирали. — Не смей, слышишь? Полюбить меня не смей.. — её чёрствый голос пронзал пространство, — Хватит с нас боли, достаточно.. А в этот момент ломались двое сердец. А в этот момент две души покидали тела. — Вернись к нам, ко мне вернись.. — В карих глазах слёз не было, хоть и разрывалось сердце. Блондинка знает, что та вернётся, она будет ждать её. " Полюбить меня не смей.." А ведь она не сможет, уже любит. Мария знает, что эти слова не имеют никакого права лишать её этой любви к человеку. Слова так же тленны, как и та сигарета.