Не всем всё известно

Тобирама проснулся, из-за того, что кто-то рядом шебуршал. И приоткрыв свои глаза, он увидел сладко спящего Мадару. Повернув голову к окну, Тора понял, что ещё только начинает светать. Мадара снова стал ворочаться во сне, и что-то непонятно говорил при этом, Тобираму это стало немного волновать. Дара сейчас лежал к нему спиной, поэтом Тора аккуратно притянул его к себе за талию, а после положил свою руку на его живот и начал его гладить. Выпустив немного зеленоватого оттенка чакру, решил проверить, как развивается плод. Хоть в медицинских техниках Тобирама не особо разбирался, но за своего будущего ребёнка он крайне беспокоился, поэтому даже сейчас, на столь раннем этапе он решил сделать проверку. Но почувствовав холодные пальцы на своём животе, Мадара проснулся. –М..Тора, что ты делаешь?—спросил Мадара, открывая свои заспанные глаза, и поворачивая свою голову к нему. –Прости, что разбудил тебя. Просто, обычное отцовское беспокойство.— сказал спокойным голосом Тобирама, зарываясь носом в его запутанные волосы. Тут в следующий момент Мадара резко вскочил с футона и побежал в ванную комнату. Снова началась тошнота. Тобирама тоже пошёл следом за омегой. Для него эти явления были новыми, поэтому он не знал даже как реагировать. Застав своего омегу не в самом лучшем состоянии, он лишь сел рядом с ним и собрал его волосы за спиной, чтобы те не мешали и не испачкалась. Поглаживая его по спине, чтобы Мадара знал, что он здесь, рядом с ним. Как только приступы тошноты закончились, то Тобирама просто подхватил того на руки и понёс в комнату. Положив обмякшего Мадару на футон, Тора стал собираться в резиденцию Хокаге. Омега приоткрыв свои глаза, уже успел напридумывать, что его альфа снова куда-то надолго уходит. Но Тобирама предугадал очередную истерику омеги. Поэтому, прежде чем покинуть комнату он мягко поцеловал его в лоб и сказал, что через пару часиков вернётся домой, а также чтобы он не волновался. Мадара, лишь кивнул ему головой и сказал, чтобы тот возвращался домой как можно быстрее. Тобирама вновь шёл по оживлённой улице Конохи, хоть и было холодно, даже можно сказать морозно. Но детям это ни в коем случае не мешало, а только наоборот а пользу. Видя эти счастливые мордашки маленьких деток, ему самому хотелось также ярко улыбнуться им в ответ. Но после смерти своих младших братьев он никогда не мог уже искренне улыбаться. Тобирама настолько ушёл в свои мысли, что даже не заметил как его звали его ученики. Хирузен, ничего лучше не придумав, слепил снежок и бросил его в своего сенсея, случайно попав тому в голову. У Сару, аж ноги задрожали после этого, потому что он не первый день знает Тобираму, а также, зная его вспыльчивый характер, могло случиться многое. Кагами, быстрее среагировав, взял за руки Данзо и Сару и утащил их за небольшой булыжник. Как только Тобираму вернули в реальность, то первое, что он почувствовал, так это как что-то холодное попало ему за шиворот, а второе, так это ощущение чакры своих учеников. Тобирама, слепив три снежка, направился к тому камню, за которым сидела троица его учеников. Подойдя ближе, он услышал, как Данзо отсчитывает Сару за безрассудные действия, а Кагами пытается их двоих успокоить, потому что их могут услышать. Немного подождав, Тобирама сам каждому лично засунул снегу за шиворот. Все трое сразу подскочили от неожиданности и от холода, а сам Тобирама залился смехом, ведь давненько он так никому не делал. Ведь максимум, что он делал, так это отсчитывал или давал подзатыльники старшему брату. –Тобирама-сенсей, нельзя так подкрадываться! Вы нас до смерти напугали!— восклицал пред ним Данзо. –А нечего было в меня снежок кидать, тогда бы я никого и не пугал.— после чего все косо посмотрели на Хирузена. –Хехе~ ну это вышло нечаянно. Я целился в спину.— сказал Сару, как в своё оправдание. –Плохо целился значит. Как только потеплеет, только кунаи с сюрикенами у меня учится кидать будешь, раз в академии не научился.— сказал ему Тобирама, вновь разворачиваясь. –Тобирама-сенсей, а куда вы идёте?— поинтересовался у него Кагами. –Ну скорее всего к Хокаге, Учиха.—холодно ответил ему Данзо.– Сенсей только недавно с миссии возвратился, поэтому и идёт отдавать отчёт. –Верный ход мыслей Данзо. Но ты не думал быть чуть добрее к своим сокомандникам?— спросил его Тобирама, потрепав по голове. Данзо, на этот вопрос, лишь отвернулся, ничего не сказав.–Ну что ж тогда, я пойду, а вы развлекаетесь. Только не заболейте! Продолжив свой путь к резиденции, Тобирама вспомнил, как дома было много обёрток от данго, он мысленно пометил у себя в голове, что когда будет возвращаться домой, то обязательно купит его, ведь для Мадары ему ничего не жалко, ну и себе заодно, почему бы и нет. Хотя Тобирама собственно сам и не скрывал, что был сладкоежкой, частенько пил чай с несколькими ложками сахара, а если кофе, то обязательно с молоком и разными сладостями. Уже идя по коридорам резиденции, Тобирама много кого встретил, те были удивлены, что он вернулся гораздо раньше срока. За его спиной уже начали идти сплетни, что бросил своих, не смог выполнить свою миссию до конца. Но не всем известно то, ради кого он это всё бросил. Ему не хотелось, чтобы Мадара один мучился в свою первую беременность. Раньше Тобирама и сам представить не мог, что ради какого-то Учихи он бросит миссию и вернётся назад. Сейчас ему было глубоко всё равно, что про него говорят другие, главное сейчас то, что он в своей деревне, где будет приглядывать и ухаживать за своей омегой. Приоткрыв дверь в кабинет Хокаге, Тобирама наткнулся на весьма интересную картину. Хаширама, заблокировав каждое движение Изуны, положил его животом на стол. Опустив ворот его одежды, тёрся носом о его "омежью железу", после начиная её вылизывать и немного покусывать, омега лишь ему кивнула, на дальнейшие развитие действий, в один момент Сенджу больше не может выдерживать и наконец таки прокусывает её. Изуна только всхлипнул, вырывая одну из своих рук и прикрыв ею рот, чтобы не закричать. Хаширама, будто извиняясь, начал зализывать руну, но Учиха, когда решил, что этого хватит, выполз из его цепких рук. Поправив всю одежду и завесив метку своим густым хвостом, поцеловал Сенджу и уже хотел удаляться, как его шлёпнули по заднице. –Совсем с дуба рухнул!? Если я тебе разрешил поставить метку, то это не значит, что я разрешал заходить дальше тебе дозволенного. Всё ясно?— сложив руки на груди и нахмурив брови, сказал Изуна, начиная постукивать ногой. –Да, дорогой мой. Но не слишком ли ты надо мной издеваешься? Может всё-таки Тобирама был прав в том, что я слишком многое тебе позволяю.— личико Хаширамы явно погруснело, но всё равно пытался это скрыть. –Ох, милый мой, я не хочу причинять тебе душевную боль, но пойми мои принципы, я не хочу терять девственность раньше времени. Я очень тебя люблю, но потерпи ещё немного.— сказал Изуна, повиснув на его шее, а после нежно целуя, сжимая пальцы в шелковистых волосах своего альфы. –Я вам тут случайно не мешаю?— начал было Тобирама. Но тут мимо его лица пролетает кунай, оставляя маленькую царапину на его щеке. –Мешаешь Сенджу. Вечно ты не вовремя. Вали отсюда!— сказал Изуна на взводе, такой момент прервал. Тобирама вышел и захлопнул дверь, ничего больше не сказав, потому что зная характер весьма непредсказуемого Изуны, это могло превратиться в нечто большее, вместо одной царапины. Иногда Тобираме казалось, что в отношениях Хаширамы и Изуны, доминировал именно омега. Хотя, почему казалось, так всё и было. У Хаширамы был слишком мягкий характер, поэтому какой из него нормальный альфа, если им командует омега. Наконец, закончив с отчётами, Тобирама стал собираться домой. Уже вечерело. Мадара наверное уже стал беспокоиться, где пропадает его альфа. Вернувшись домой, была гробовая тишина. Тобирама прошёл в глубь дома и увидел, как его омега спит на диване, положив ручки под голову, а сам спал на боку, повернувшись к спинке дивана. Тора не хотел его тревожить, поэтому он тихо прошёл на кухню и положил купленные данго на стол. Приготовив себе чашечку чаю, Тора себе налил ещё немного саке и вышел на террасу. Сидя на холодных досках, Сенджу думал, что надо бы утеплить тут всё. Сзади послышался скрип пола, открылась сёдзи и в них показался его омега, который видимо уже нашёл данго. –Как давно ты вернулся и почему меня не будил? Ты ведь наверное голодный.— начал расспрашивать его Мадара. –Это не важно и я не голодный. —Тобирама подхватил его на руки и понёс на их футон.–Вот единственное, что я хочу, так это спать. Когда они уже ложились, то Мадара снова повернулся к нему спиной. Да, ему было так удобно, но и при этом ему нравилось, когда Тобирама положит свою руку на его живот и начнёт его поглаживать и говорить, какие у них будут чудесные детки. И Мадара верил, что всё будет именно так.