Ты не бросишь...?

Он сидел у кровати Сергея уже несколько часов, совсем не двигаясь с места. Олег считал, что его задача — это охранять рыжую взбалмошную лисицу. Ради Разумовского он мог пожертвовать всем. С первого взгляда на Сергея спустя столько лет разлуки, волк понял, что тот изменился. Слишком сильно. Замученный, искалеченный физически и морально лучший друг смотрел на Олега, как на свою последнюю надежду. Надежду, которая вытащит его из этой треклятой тюрьмы. Огромное количество таблеток, которые делали только хуже. Постоянные кошмары, галлюцинации преследовали парня, куда бы тот ни пошел. Все это окружало его. Он не мог скрыться от них, не мог убежать. Безысходность и страх окутали каждую клетку тела. Это только добавляло ему озлобленности на весь чертов мир. С каждым днем Сергей хотел отомстить все больше и больше. Это и сводило его с ума. Ему нужна была помощь. И Волков понял это сразу. Вот только помочь не мог — Разумовский ничего не говорил. Сколько бы брюнет ни спрашивал, в ответ слышал лишь колкие высказывания. Несомненно, это его задевало, но и Сергея он не мог ни в чем винить. Олег отказывался покидать парня, пока не узнает в чем причина поведения друга. Из раздумий Волкова вывел Сергей, который с криком свалился с кровати вместе с одеялом. — О-отвали! Заткнись! — Разумовский хватался за голову, катаясь по полу и совсем не замечая происходящего вокруг. — Я не могу так поступить! Волк взволновано посмотрел на него, встал с кресла и бросился к испуганному рыжему парню. — Тише, тише. — Олег сел рядом, ухватив его руки за запястья. Разумовский некоторое время продолжал вырываться, но вскоре успокоился. Он помог Сергею подняться и по-доброму обнял его, помогая прийти в так называемую норму. — Снова кошмары? На брюнета тут же устремился непонимающий взгляд, а после волку и вовсе удалось лицезреть красное от смущения лицо Разумовского. — Ч-что ты тут делаешь? — он нахмурился, попытавшись высвободить свои руки, но хватка наемника была сильнее. — Слежу, чтобы ты себе не навредил. — О чем ты говоришь? — Разумовский явно был не в восторге по причине того, что его увидели в таком состоянии. Волков перевел взгляд на перебинтованные ладони миллиардера. Сергей сразу все понял, отведя взгляд. — Со мной все в порядке, можешь уходить. — немного резко сказал он, попытавшись вырваться из его объятий — Я никуда не уйду. — сейчас Волков был настроен выведать правду, в которой они оба так сильно нуждались. — Оставь меня! — рыжий парень тут же вспылил. — Я не оставлю тебя, пока ты не расскажешь мне что с тобой происходит. — У меня все просто замечательно! Моя грандиозная месть Игорю свершиться со дня на день. Я должен увидеть, как он мучается! Как он молит о пощаде! — рыжий лис громко засмеялся, но не смотря на это, в глазах Сергея не играло никаких «огоньков предвкушения», в них была только пустота. — А теперь будь добр выйти отсюда, мне необходимо подготовиться к встрече с нашими дорогими гостями. Тут Разумовский вновь схватился за голову, мучительно простонав. Все тело парня окутала адская боль. Олег тут же подскочил на ноги, начав искать по комнате таблетки. — Я-я не хочу убивать Олега! Нет…! — Разумовский бормотал себе под нос невнятные фразы, запястьем начав бить себя по виску, пытаясь заглушить боль. Как только взволнованный Волков достал для друга пару капсул, то сел к нему на кровать и положил лекарства прямо в рот страдающего в муках парня. — Олег! — Разумовский резким движением схватил его за предплечья, сильно сжав. — Я не понимаю что происходит! О-он захватывает мой разум! Наемник замешкался. Вид испуганного до смерти парня пробуждал в брюнете бурю эмоций: от гнева на самого себя за то, что допустил подобное, до смущения. — Я не могу его о-остановить. Мое тело больше не п-принадлежит мне. Он говорит мне убить их всех. Убить т-тебя! Убить Грома! Вечные мысли о смерти, мести. Ежедневно мне снятся кошмары, все время я вижу галлюцинации. С каждой минутой становится все хуже и хуже. Я не могу спать, не могу жить… — на глазах рыжего парня наворачивались слезы, все его тело дрожало. — Олег, мне страшно! Я устал убивать, у-устал быть таким… Волков подался вперед и сжал Разумовского в теплых, совсем для него несвойственных, объятиях, чем сильно ошарашил рыжего. — Я никуда от тебя не уйду. Я останусь навсегда. Больше никаких миссий, никаких заказов. — тихо говорил брюнет, пытаясь успокоить Сергея. — Что бы с тобой ни происходило, я помогу. Я сделаю все, что в моих силах. Впервые за столько лет Разумовский чувствовал себя в безопасности. Единственный близкий для Сергея человек сейчас прижимал его к своему телу, пытаясь подарить всю заботу, которую только мог подарить такой «громила». Никто не посмеет и пальцем его тронуть, пока рядом Олег. Так спокойно, так уютно… — Т-ты не бросишь…? — тихо всхлипывал рыжий. — Если ты нуждаешься в помощи, я не могу тебя бросить. — Я грубил тебе, пользовался как пушечным мясом… Я убил столько людей. Я монстр, чудовище! Волков обхватил лицо Сергея, заглянув последнему прямо в пустые и мокрые от слез глаза. — Ты — моя семья. Единственный, кто мне дорог. — он набрал побольше воздуха, прежде чем решился. — Я люблю тебя. Щеки Разумовского тут же порозовели. Подобные слова ежесекундно привели его в чувства: он больше не трясся, страх сняло, как рукой. А вот сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Волков наклонился, желая поцеловать парня, на что тот в ответ замер, закрыв глаза. Прикосновение губ вышло мимолетным, но таким значимым. — Прости. Наверное, я тебя напугал. — таким же, как обычно, невозмутимым тоном говорил Олег. — Мне стало спокойней… — с какой-то легкостью в голосе ответил Разумовский, вытерев слезы с глаз. Инициатором второго поцелуя уже был сам миллиардер: Сергей обнял друга руками за шею, чуть неуверенно притянув того к себе. После подобного жеста со стороны Разумовского, брюнет и не думал останавливаться: ладонями исследовал все тело рыжей лисицы, бесцеремонно проникнув под тонкую голубую футболку с надписью «Убиваю драконов», настойчиво целовал каждый миллиметр шеи. Сергей, казалось, был совсем не против таких ласк от парня, а даже, наоборот, покорно подставлялся прикосновениям, тяжело дыша на ухо Олегу. Разумовский хотел большего, хотел физически почувствовать, что Волков полностью принадлежит ему: никуда не сбежит, ни на кого не променяет. Рыжий наглец желал присвоить этого наемника, не оставив другим и малейшего шанса. Он только его охранник, только его надежда. Никто из них не понимал, как их взаимоотношения дошли до такого, да и разве это важно? Сейчас оба были счастливы, на что они не были способны, пока находились в разлуке. Как только Олег ушел на войну, каждый день Разумовский чувствовал лишь раздирающую изнутри пустоту и одиночество. Он пытался справиться с этими чувствами самостоятельно, но лишь сильнее сходил с ума. — К-кажется, я тоже люблю тебя… — Сергей был полностью оголен, а на животе все еще виднелись капли белой жидкости. Волков заправил непослушную рыжую прядь за ухо лежащего под ним друга. Картина, которая открылась перед наемником, побуждала в брюнете невероятно сильное желание вечно защищать Разумовского: хрупкое тело, усыпанное шрамами и синяками, ладони в окровавленных бинтах, черные круги под глазами. Не успел Олег провалиться в раздумья на минуту, как ощутил, что на его шее смыкается что-то холодное: это был черный чокер со знаком одной из шахматных фигур. — П-поэтому, прости меня… — только сейчас Волков заметил, как из глаз Сергея беззвучно льются слезы, от чего подушка под ним сильно промокла. — Я не хочу в-всего этого, но я ничего больше не контролирую-! Он без умолку твердит, что ты помеха, что ты делаешь меня еще более бесполезным…! Пути назад нет, он завел м-меня слишком далеко… Брюнет не понимал, что его друг имел в виду под всем этим, но одно он точно знал: Разумовский растерян. Волков вновь попытался его обнять и успокоить, но рыжий парень грубо вырвался и, накинув халат, двинулся к выходу из комнаты. Олегу оставалось лишь с жалостью смотреть вслед так сильно полюбившемуся ему парню. — Ты такой наивный, Олег. Ему уже никак не помочь.