Милый сосед

      Посуда выскальзывает из рук девушки и разбивается на множество осколков, как её когда-то счастливая жизнь. Она оседает на пол, глотая слёзы, старается не слушать, что говорит ей мать. Очередная ссора давит на девушку, слова женщины врезаются в сознание, заставив Юри перенестись в воспоминания. Ей никогда не забыть тот день. Тогда она впервые села за руль недавно купленного автомобиля, изъявив желание отвезти брата на тренировку. Именно по ее вине отпал последний лепесточек от цветка под названием «семья». — Я ненавижу тебя! Ненавижу! — до неё доносятся крики матери. Юри закрывает уши ладонями, истерика подступает к горлу, её начинает трясти. Больше нет сил выносить это. Разве она виновата в том, что пытается жить дальше? — Хватит. Умоляю, мама, хватит. — Юри шепчет, прижимая ладони к ушам сильнее, старается заглушить внутренний голос, что без устали твердит: «Убийца. Ты — убийца». — Хватит! Я сказала: хватит! — Она срывается на крик, встает с пола. Смотрит на женщину исподлобья. — Прекрати обвинять меня! Я тоже была там! Прошел год, мама! Хватит! Я прошу тебя, хватит!       Она осталась наедине с горечью, впитывая в себя как свою боль, так и боль матери.       Ким Джунки, отчим Юри, ушёл из семьи спустя месяц после смерти сына, когда Рона начала выпивать. Он не смог выдержать бесконечные скандалы и царящий траур. В этом доме никто не пытался жить дальше, каждый душил друг друга, старался выиграть в соревновании «кому больнее». Юри устала, выносить это становилось тяжелее с каждым прожитым днём, но и бросить мать одну она не могла. Больше у той никого не было. После сказанных слов, Рона села на диван и тихо заплакала. Спиртное закончилось, поэтому она начала скандалить. Ей оставалось одно: пить, чтобы заглушить боль, а когда спиртное кончалось и она немного приходила в себя — вымещать злость на дочери. Flashback       Завтрак проходил в тишине, каждый был в своих мыслях. Чхве Рона, мать Юри и Сынмина, думала, сколько дел ей сегодня нужно успеть; Ким Джунки, отец Сынмина и отчим Юри читал газету, он был слегка старомоден; сама Юри клевала носом из-за недосыпа. Вчера она вернулась около 12 ночи, засидевшись на работе. На носу у них был очень важный дизайнерский проект.       На кухню вошёл Сынмин, он улыбнулся и провёл правой ладонью по взъерошенным волосам. — Доброе утро! Чего такие кислые? — парень подошёл к Юри, поцеловал её в щёчку, она слабо улыбнулась на приветствие брата. Довольный собой, Сынмин сел за стол. Мать фыркнула, метнув грозный взгляд на дочь, затем мило улыбнулась сыну и подвинула к нему кимчи. — Ешь, сынок, тебе нужно набираться сил. Как прошла вчерашняя тренировка? — Хорошо. Тренер сказал, что в этом году у меня есть все шансы попасть в основной состав. — Я очень рад, Сынмин, что ты делаешь большие успехи в бейсболе, но не забывай об учёбе. — господин Ким замолчал, посмотрел на Юри, затем добавил: — Сдать экзамены тоже важно.       Юри опустила взгляд в тарелку, в душе искренне радуясь за младшего брата. Отчим красноречиво дал понять, что быть такой, как его старшая сестра — унизительно для их семьи. Впрочем, мать тоже считала, что её дочь — ошибка молодости, глупость, которую теперь приходится тащить на себе. Чхве Рона открыто говорила, что Юри была нежеланным ребёнком, девочка никогда не слышала похвалы от матери, лишь одно: ты копия своего отца, такая же неудачница.       После замужества Рона совсем перестала заниматься дочерью и напрочь не видела её успехов в учёбе. Даже то, что дочь подрабатывала после школы, не смягчало её отношения к ней. Отчим старался относиться к Юри нейтрально. После рождения Сынмина её мир будто остановился: все словно и вовсе забыли о её существовании.       Единственное, что на тот момент придавало ей сил и надежду — это учёба и младший брат, который рос сущим ангелом.       Сейчас же, став самостоятельной, каждый день проходил для неё в мучении. Оставаться в этой семье больше не было сил. И желания тоже. Её младший брат — единственный, кто искренне любил сестру — больше не нуждался в её заботе и внимании.       Юри ждала брата в машине. Настроение упало ниже плинтуса, боль в животе не проходила, пульсирующие виски дезориентировали. Кажется, она оделась не по погоде, потому что облака сгущались, предвещая дождь, дул прохладный ветер. — Ты в порядке? — Юри вздрогнула, когда младший брат открыл дверцу и сел в салон. Девушка обернулась к брату и поднесла указательный палец к губам, тем самым попросив его быть тише. — Тебе нужно больше отдыхать, нуна. Совсем себя загнала. У тебя опять бессонница? — Не то, чтобы… — Нуна! — повышенный и серьёзный тон испугал Юри. Она ошарашено уставилась на брата. — Прекрати мне врать! Пожалуйста, давай ты возьмешь отпуск?       Юри недовольно посмотрела на брата, но в ответ получив его лучезарную улыбку, закрыла глаза. Затем Сынмин взял её правую ладонь и что-то вложил в неё. Девушка открыла глаза и посмотрела на вещь. Это оказался кулон в виде цветка магнолии. — Какая красота! — Юри поцеловала его в щёчку. — Ты выглядишь бледной… — У меня просто болит живот. Из-за этого мне не спится. Я так устала, Мин-ни. Мне всё надоело, я хочу уехать. Прямо сейчас уехать, потому что чувствую, что ещё немного и я лопну, как надувной шарик. — Хэй, нуна. Ты самостоятельный взрослый человек и ты имеешь право делать со своей жизнью всё, что захочешь. Тебе давно пора съехать от наших токсичных родителей. Я бы хотел, чтобы ты была счастлива.       Юри засмеялась, завела мотор и машина двинулась с места. Сынмин нахмурил лицо и попросил сестру прекратить смеяться. — Прости, я больше не буду смеяться. Повтори еще разок то, что ты сказал? — Ну нет, всё! Я точно знаю, что ты будешь смеяться! — Сынмин продолжает хмуриться, складывает руки на груди и отворачивается к окну.       Юри ничего не отвечает и перестает смеяться. Остальная дорога прошла в тишине.       До стадиона оставалось проехать несколько метров, когда на встречную полосу выехал грузовик. Все произошло очень быстро. Удар пришёлся на сторону Сынмина, он оказался настолько сильным, что шансов выжить у него было мало. Так твердили все: и полицейские, и доктора… У него не было шансов выжить, The end of flashback Но она выжила…       Юри лежала на кровати и смотрела в потолок, обклеенный персонажами «Спанч Боба». Юри всегда ненавидела этот мультфильм, но вот Сынмин его просто обожал. Девушка столько раз, лежа на этой кровати, продумывала план побега от прошлой жизни, но как оставить маму?       Нет, стоп. Больше так продолжаться не может! Она сегодня же уедет. А что до матери, так Юри подумает об этом позже.       Встав с кровати, Пак открывает дверцы шкафа, достает небольшую сумку и складывает туда вещи первой необходимости, надевает куртку и тихонько, чтобы не разбудить уснувшую на диване мать, обувается и выходит из дома. Быстрым шагом добирается до железных дверей, но прежде чем открыть её, оглядывается.

Если уйдет сейчас, назад дороги не будет.

— Я буду счастливой, Мин-ни, обещаю.