Безразличие Гроттер

– Магия – это вера, одна из множества ее форм, хотя далеко не самая совершенная. Вера в возможность совершения того, что не  может свершиться, если исходить из так называемого здравого смысла, – продолжала Медузия. – Вера – это то, что стараются отнять или уже отняли у лопухоидов. И что в  какой-то мере сохранилось у нас, магов. По  сути, все, что надо сделать, чтобы уничтожить человека, это отнять у него веру. То,  что останется, будет ходить, дышать, говорить, будет делать все то, что делают живые люди, но это будет лишь иллюзия жизни. Разумеется, в тысячу раз мудрее те, кто, имея веру, не превращает ее в магию и отказывается от использования силы, довольствуясь лишь ее осознанием. Однако речь сейчас не  о них… Речь о том, что среди нас, в этой аудитории, есть изменник или глупец… После этих слов Таню будто толкнули в грудь, она слишком резко откинулась на спинку стула, спина отозвалась болью. В мысли как будто пробирался кто-то, звал её на улицу. Быстро вскочив с места, она спросила: "Можно выйти?" и не дождавшись ответа выскочила из кабинета. Сарданапал с Медузией переглянулись. В коридоре праздновал Шурасик сумевший победить Гуню Гломова, но Татьяна даже не обратила на это внимания. Она быстро неслась к выходу из Тибидохса. Перебежав перекидной мост, циклопов играющих в карты, девушка понеслась к Запретной Роще. На глазах у неё блестели слёзы, внутри будто выжгли все чувства, кроме отчаянья. Добежав до дуба, девочка села под ним, прямо в снег и наконец расплакалась, старый великан закрывал небо, бережно оберегая её от снега. Внезапно сбоку появилась огромная тень. - Уйдите, - пробурчала Таня. Тень не исчезла. Тогда девушка обернулась, ничуть не удивившись она спокойно кивнула: - Делайте, что хотите, мне уже безразлично. Я знаю, что это вы звали меня сюда. Гроттер ещё сильнее прижалась к дубу. Перун совершил то, что хотел, впитав в себя её силу, но она даже не упала без сознания. Древний бог исчез, а она так и смотрела перед собой стеклянным взглядом.