"Останови меня, когда посчитаешь нужным"

      Кот бережно держал Маринетт на своих руках. Сейчас она казалась ему такой маленькой и хрупкой, и поэтому он боялся, что если сожмет её чуть сильнее, то она рассыплется в его руках, как хрустальная ваза. Он осторожно положил её на кровать, а сам встал поодаль.       Сегодня он понял многое. После их «весёлой» вечеринки он очень много думал о Мари. Сначала он думал о том, что это алкоголь вызывал в нём такое возбуждение и нежность по отношению к ней. Но чем глубже он копался в себе, тем больше понимал, что и на трезвую голову она могла с лёгкостью ускорить ритм его сердца после всего, что произошло.       Когда Адриан столкнулся с ней в коридоре лицея, его будто парализовало. Обычно всё было наоборот, ведь это Маринетт мямлила что-то себе под нос, сильно краснея и избегая его взгляда. Она была влюблена в него так долго, и он так привык к её смущению, что чуть не упал ей в ноги, когда она, можно даже сказать, с наглостью посмотрела ему в глаза.       Не найдя нужного ответа, он пробормотал что-то, а затем, как маленький мальчик, который только что разбил дорогущую вазу, сбежал с места преступления.       Сейчас они молча, взявшись за руки, сидели на её постели. Её размеренное дыхание успокаивало, а свет луны, падающий из окна, делал обстановку ещё более романтичной. — Ладно, принцесса, думаю, тебе пора спать… — Котик… — её нежный шёпот пустил табун мурашек по его спине. — Да? — охрипшим голосом процедил он. — Так мы… встречаемся?       Вопрос, который следовало ожидать, почему-то застал его врасплох. — Оу, прости, я, наверное, тороплю события, — она неловко улыбнулась, внезапно подорвавшись с кровати. — Что ты! Нет, нет, всё хорошо. Я думаю, что да. Мы теперь официально пара, если ты не против, конечно.       Её милая улыбка выражала согласие. Вот так первая выпивка в твоей жизни может оказаться началом чего-то очень важного. Маринетт осторожно села к нему на колени, и на этот раз в её действиях не было ничего эротического. Впервые за долгое время Кот ощущал спокойствие и тепло, которых так ему не хватало. Он медленно, лишь бы не спугнуть, положил руку ей на спину, чуть крепче прижимая к себе. — Останься, пока я не засну, ладно?       Он едва заметно кивнул, улыбнувшись новой для неё улыбкой. Сейчас в его глазах не было лукавства или флирта. Было что-то родное, до безумия влюбленное и такое уютное.       Они вместе легли на кровать, не размыкая объятий. Он накрыл её тёплым пуховым одеялом. Маринетт была из тех людей, кто даже в жаркую летнюю погоду ни за что не расстался бы со своим одеялом, что очень забавляло Кота Нуара. «Моя мерзлячка», — подумал он, прежде, чем осознал ход своих мыслей.       Моя. Очень странно было так думать в отношении неё, но он попытался свыкнуться с этой мыслью, несколько раз прокрутив ее в голове. — Моя Маринетт, — Кот и сам не заметил, как прошептал это вслух. — Мой Котик. Мой… — услышав её нежный шёпот, парень зарылся ей в волосы, вдыхая их аромат.       Она пахла клубникой и розами.       Совершенно новое чувство объяло их с головой. Возникло ощущение, будто все части пазла собрались воедино, выстраиваясь в цельную картинку. Им обоим казалось, что в этом было что-то правильное. Конечно, предательская боль в груди появлялась, когда кто-то из них вспоминал о первой любви, но новые чувства будто обволакивали их раненые сердца, заставляя думать, что всё, что было раньше, было лишь печальным сном, который наконец-то закончился.       Не решаясь что-либо спросить, лишь бы не разрушить столь прекрасную атмосферу, Кот Нуар слегка покачивал Маринетт, как это делает мама, когда ребёнок не может долго заснуть. Глаза девушки со временем стали постепенно слипаться, а потом и вовсе закрылись. Спустя пару минут Кот уже слышал мирное сопение. — Моя... — он снова будто попробовал это слово на вкус, прежде чем скрыться в ночи.       Сегодня он был по-настоящему счастлив.

***

      Прежде чем открыть глаза, девушка сладко зевнула. Её мама сидела на краю кровати, хитро улыбаясь. Маринетт слишком хорошо знала этот взгляд, чтобы продолжать сохранять спокойствие. — Доброе утро, милая. Как спалось? — Хорошо, мам. Ты что-то хотела? — девушка держалась из-за всех сил, чтобы не закатить глаза.       Не подумайте, Маринетт до безумия любила свою мать, на которую была так похожа. Но иногда, в силу своего желания выведать что-то о жизни дочери, она заходила слишком далеко. И этот её взгляд лишь показывал, что она опять что-то задумала.       Мадам Сабин Дюпэн-Чэн была из тех, про которых говорили: "Опасаться женщин надо даже тогда, когда они дарят вам поцелуи". Она была прекрасной и любящей матерью, чудесной женой, но также безумно упрямой, до жути азартной и очень прямолинейной. Такой её редко видели люди в округе, и лишь самые близкие знали, что скрывается под маской спокойности и уравновешенности. — Ох, что ты, нет, — женщина подошла к окну, опершись руками о подоконник, — Просто вчера ты резко пропала, а когда я решила проверить, не вернулась ли ты домой, твой таинственный гость уже трусливо сбегал через окно, — Сабин изобразила невинное лицо, но в её глазах танцевали черти. — Мам, ну опять ты за своё! — Маринетт не смогла сдержать громкого цоканья.       Мама сразу же поменялась в лице. Прежнее игривое настроение пропало, и впервые Мари заметила печаль в глазах матери. Печаль, вызванная построенной между ними стеной. — А раньше ты мне всё рассказывала... — старшая Дюпэн-Чэн попыталась спрятать свои эмоции за натянутой улыбкой, — Ладно, зайка, я не буду тебе мешать.       Маринетт будто облили холодной водой. Всё то время ей казалось, что мама просто лезет в её жизнь, но на самом деле она лишь старалась не выпускать из рук ту тонкую нить, которая их связывала. Нить, которая с каждым годом её взросления становилась только тоньше. — Постой! — девушку порывисто схватила маму за руку, — Прости, что вспылила. Как смотришь на то, чтобы провести этот день вместе?       Глаза женщины, секундой назад наполненные грустью, тут же загорелись огнём. Она, словно маленький ребёнок, обняла дочь и закружила её по комнате. Маринетт тотчас почувствовала удар. Удар собственной совести, которая говорила ей о том, что нужно было сделать это раньше. — Тогда жду тебя внизу. Это будет замечательный день! — Сабин ещё раз обняла дочь, прежде чем спуститься. — Твоя мама очень по тебе скучает, — Тикки вылезла из кукольного домика, поставленного Маринетт специально для неё. — Да... Я ужасная дочь, верно? — Что ты, Маринетт! Ты замечательная! Просто ты взрослеешь и допускаешь ошибки, как и все люди. Главное вовремя выявить их и исправить! — квами нежно прижалась к девушке, заставляя её улыбнуться. — Ты ж мой маленький нравоучитель, — Мари почесала её шейку, будто играла с настоящим котёнком.       Утренние сборы как всегда прошли очень быстро. Маринетт редко позволяла себе наносить много косметики, поэтому её обычный макияж включал в себя нанесение тона, немного подчеркнутые ресницы и иногда легкий слой блеска для губ. Пару лет назад Кот Нуар убедил её, что с распущенными волосами ей гораздо лучше, и теперь это стало неизменной частью её образа, за исключением тех моментов, когда она спасала Париж от нападения Бражника. Уж извините, а сражаться со злом с копной распущенных длинных волос очень трудно.       Мама успела продумать день "от" и "до". Сначала девушки направились в небольшое, но очень полюбившееся им кафе, расположившееся на улице Ришелье, где они выпили по бокалу дорогого французского вина. — Милая, я так рада, что мы, наконец, куда-то выбрались, — Сабин элегантно откинулась на спинку стула, аккуратно придерживая свой бокал.       Сейчас она выглядела так, будто сошла с обложки модного журнала. Женщина, которой через пару месяцев исполнялось сорок шесть лет, на вид выглядела не старше тридцати. Когда кто-то решал это подметить, Сабин лишь коротко улыбалась, ссылаясь на азиатские корни, но в душе она ликовала. Приятно чувствовать себя молодой и красивой, не так ли? — Так ты мне не расскажешь, что же делал Кот Нуар у нас ночью? — вопрос с подвохом.       Маринетт не знала, как ей поступить. С одной стороны, осознание того, что всё нужно держать в секрете, давило на неё, мешало ей жить полной жизнью, но с другой она понимала важность этого. Поэтому, взвешивая все за и против, девушка очень колебалась.       По итогу, под хитрым взглядом матери Мари сдалась. Мысленно заверив себя, что ей можно доверять, а впрочем, так оно и было, брюнетка набрала полную грудь воздуха и принялась за долгий рассказ.       Опуская все пикантные подробности, она рассказала об их продолжительной дружбе, о внезапно вспыхнувших чувствах и о быстро начавшихся отношениях. С каждым сказанным словом она чувствовала, как тяжёлое бремя тайн и интриг, которое она несла, становилось все легче, а потом и вовсе почти исчезло.       Мама понимающе кивала её рассказу. Слушая Маринетт, Сабин заливалась звонким смехом, ужасалась некоторым моментам её жизни, порой даже пускала слезу. Что не говори, а её мать была хорошим собеседником. — Милая, я так рада за тебя! — женщина нежно пожала руку дочери, — Вот только хочу знать, предохраняетесь ли вы? — МАМ! О ЧЁМ ТЫ ВООБЩЕ?! — лицо девушки мгновенно залилось краской. — Дорогая, тебе уже далеко не десять лет. Я совершенно нормально отнесусь к тому, если узнаю, что ты занимаешься секс... — Что у нас дальше по планам? Ах, точно, СПА-салон. Погнали! — Маринетт залпом допила свой бокал, мигом поднимаясь с кресла.       Женщина небрежно усмехнулась, отправившись вслед за дочерью.       Салон встретил их богатым убранством и учтивым персоналом. Начавшиеся процедуры позволили Маринетт понять, почему люди, приходя в такие места, выбрасывают кучу денег. Такие места помогали убежать от шумных городских улиц и повседневных забот. Здесь можно было окунуться в блаженство ощущения своего тела и самой жизни, а также почувствовать внутреннюю гармонию, чтобы потом обновленным возвратиться в реальный мир.       Конечно, сейчас Мари думала только о том, как сильные мужские руки разминают её плечи, заставляя тело становится лёгким-лёгким, словно пёрышко. Эти руки заставляли её, поддавшись ощущениям, закрыть глаза и...       Гудок телефона заставил её спуститься на землю. Девушка буквально ощущала подкрадывающуюся ярость. Резко схватив телефон со столика, стоявшего рядом, она агрессивно посмотрела на экран и... растаяла. [моя принцесса совсем забыла про своего котика?]       Напрочь забыв, что они обменялись номерами, и втайне дико обрадовавшись этому, она закончила сеанс массажа и отошла в более укромный уголок, обдумывая, что ответить. Маринетт жутко не хотелось, чтобы кто-то видел, как её лицо покрывается румянцем или как она закусывает губу, сдерживая эмоции при общении с ним.       На самом деле девушка совсем не могла понять, что с ней происходит. Ещё пару дней назад она хотела выйти замуж за Адриана и родить ему детей, а сегодня она готова была визжать, как самая настоящая девчонка, когда Кот Нуар был рядом или даже просто отправлял ей сообщения.       "Моя... Чёртов засранец", — она снова улыбнулась, прежде чем набрать ему ответ. [ох... а о ком мы говорим? не знаю никаких котиков]       Секунду подумав, она решила, что отправить ему сердечко было бы лишним. Мари буквально упивалась своей, как она считала, остроумностью. Удобно устроившись на мягком диване и закинув ногу на ногу, она пыталась придумать, что же он ответит. Кот не заставил себя долго ждать. [правда? хм, а на чьём же члене ты так страстно двигалась недавно?]       Брови Маринетт мигом взлетели вверх. Лицо стало совсем красным, а сама она закашлялась, попутно падая с диванчика.       "Вот придурок! Ты сам напросился!" — кое как взяв себя в руки, она стала придумывать план мести.       Пару раз глубоко вздохнув, девушка сосредоточено начала печатать. [ах, так это было с тобой! прости, очень трудно запомнить, какой из парней это был]       Снова лукавая улыбка. Она не собиралась сдаваться. [тогда, думаю, тебе стоит напомнить, что это за парень <3] [вложение]       От увиденного у Маринетт свело ноги, а низ живота приятно заныл.       Кот Нуар лежал на своей кровати, на вид очень большой (что вызвало у Маринетт мысли, как круто было бы там "повеселиться"), обнажённый по пояс. Светло-серые спортивные штаны были слегка приспущены, оголяя V-образные мышцы его живота. По всей видимости, он лежал возле окна, так как закатное солнце, можно сказать, играло с кубиками пресса. Из-за загорелой кожи казалось, будто он был соткан из золота. Свободная мускулистая рука была заложена за голову. И чёртова идеальная усмешка.       В этот раз, просто глубоко вздохнув, успокоиться не получится. Девушка тихо, чтобы никто её не заметил, прошмыгнула в самый дальний угол раздевалки. На стене красовалось окно во весь рост, чему Маринетт жутко обрадовалась. Приняв самую сексуальную позу и наделав кучу кадров, она с трудом выбрала один из них.       На нём девушка села на небольшой стул, аккуратно скрестив ноги. Короткое полотенце слегка задралось, оголяя шикарные подтянутые бёдра, но прикрывая все нужное. Она изобразила его самодовольную ухмылку. [что ж, я тут просто немного занята...] [вложение] [так сказать, отдыхаю после трудной недели ;)]       Ответа не было довольно долго, отчего Маринетт начала думать, что Кот закончил их диалог, поэтому она заметно расстроилась, но появившееся "печатает..." спустя несколько минут говорило об обратном. Сердце вновь радостно забилось. [мне срочно нужно тебя увидеть] [котик, я тут не одна, так что, не думаю, что это хорошая идея] [Маринетт Дюпэн-Чен, если придётся, я нагло выкраду тебя оттуда]       Потратив несколько минут на обдумывание, она быстро написала адрес. Желание увидеть его было сильнее прочих. Матери не пришлось долго объяснять, куда спешит её дочь. Она лишь ласково улыбнулась и поцеловала её в макушку, вспоминая свою молодость. Ведь когда-то она тоже вот так сбегала вместе с Томом, отцом Маринетт. А узнав, что её будущий зять является местным героем, Сабин не боялась доверить ему Мари.       Маринетт не успела заметить, как солнце ускользнуло за горизонт. На город опустился ночной мрак, а местные жители зажгли его огни. Девушка покорно ожидала своего спутника, чувствуя, что сердце вот-вот вырвется из груди. Долго ждать не пришлось.       Кот Нуар с кошачьей грацией и без лишних слов подхватил свою новоиспеченную любовь и отправился на поиски укромного уголка. Снова то чувство полёта, а вдобавок и влюблённое сердце сделали этот момент незабываемым.       Выбором для них пала крыша всеми известного собора Нотр-Дам-де-Пари. Парень резкими движениями поднялся вверх, крепко держа Маринетт. Только когда они остановились, девушка медленно смогла открыть глаза.       Кот не отпуская Маринетт, смотрел прямо на неё. Трудно было понять, что сейчас выражал его взгляд. Желание? Страсть? Любовь? А может, и вовсе презрение? Раньше Маринетт удавалось распознать в его взгляде любую эмоцию из широкого спектра, а теперь внезапно это стало казаться чем-то невозможным. Не отводя от девушки своих зелёных глаз, он осторожно поставил её. — И я тебя рада видеть, Котик, — девушка потянулась, чтобы обнять его, но её грубо остановили, перехватив её руки.       Кот угрожающе придвинул её к себе, по-прежнему сжимая её запястья. — Расскажи-ка, какие у тебя там есть ещё парни? — теперь в его глазах был лёд, который до чёртиков напугал Маринетт. — Кот, ты что, ревнуешь? — она попыталась вырваться, но он крепче сжал её руки. — Нет. Но просто помни, что я могу навалять каждому из твоих ухажёров.       Он начал медленно приближаться к её лицу, взгляд его был тяжёлым, он будто смотрел в самый тёмный уголок её души. Сократив расстояние их лиц до пары сантиметров, он втянул побольше воздуха и... нагло рассмеялся. — Придурок! Идиот! Тупица! Ты меня напугал! — Маринетт стала судорожно носиться за ним, а если удавалось, то использовала физическую силу.       Побегав ещё пару кругов, заливаясь весёлым смехом, Кот не выдержал и снова схватил её за руки. Сжимая их посильнее, чтобы не получить в нос, он резко заткнул её поцелуем. Брань, сыпавшаяся пару секунд назад, резко прекратилась, а её тело обмякло. Она явно скучала по нему. — Не злись, принцесса, это была месть, — он разорвал поцелуй и стал ходить по самому краю собора. — За что?! — Мари возмущённо остановилась, сложив руки на груди. — Нечего было меня дразнить своим замур-р-рчательным телом, — Кот, безумно довольный своим каламбуром, улыбнулся во все зубы. — Ты меня для этого позвал? Что ж, если да, то тогда лучше мне пойти обратно. — А ты хотела чего-то другого? — А... Ну... Эм, ну да... — девушка запнулась на полуслове, сильно краснея. — Мари, дорогая, мы же на крыше собора, — он сделал укоризненный вид, двигаясь по направлению к ней. — Как будто ты сам этого не хочешь... — она опустила глаза в пол, стараясь избегать его взгляда. — А знаешь, думаю, ты права. Хочу.       Нуар медленно подошёл к Маринетт и положил руку ей на плечо. Его глаза по-кошачьи сузились, а ухмылка засияла на безупречном лице. Тёплые пальцы заскользили по нежной девичьей коже. В ночной темноте раздался хриплый шёпот: — Останови меня, когда посчитаешь нужным.