Forbidden Ficlets

Гарри провел пальцем по кожаному переплету дневника и улыбнулся. Он практически чувствовал, как она дрожит. Том большую часть времени был таким угрюмым, и он просто не понимал, что Гарри заботится о нем. Ему нужно было время, чтобы понять, что Гарри оказал ему услугу, сохранив ему жизнь. Это было милосердие. Гарри знал милосердие, и он нашел Тома тем, кому оно было нужно. В конце концов, его бедный Том тоже был воспитан магглами, и ему пришлось обратиться к Темным Искусствам, чтобы получить помощь, в которой он всегда нуждался. Его Том в конечном итоге стал Волдемортом, потому что некому было позаботиться о нем. Так что Гарри будет этим кем-то. — Том, ты должен вести себя хорошо и позволить мне заботиться о тебе, — сказал он разгневанной книге. Когда ответа не последовало, он послал шок по страницам, чтобы проверить концентрацию внимания Тома. Прости меня, Гарри. Сейчас я чувствую себя умственно опустошенным, поэтому не могу много сделать. Улыбнувшись, Гарри закрыл книгу и положил ее в карман. Его Тому требовалось некоторое время. Но это было нормально. В конце концов он примет заботу Гарри. Гарри уставился на медальон, который он взял у Эльфа Сириуса. Он шипел, как иногда шипел дневник. Иногда он корчился на месте и внезапно нагревался. Через некоторое время после своего фарса с испытанием Гарри почти сблизился с объектом. Еще один кусочек Волдеморта. Еще один кусочек Тома. Еще одна вещь, о которой должен позаботиться Гарри. Хотя медальон, по его мнению, был гораздо менее болтливым. Менее грубый и менее нуждающийся в независимости. Дневник был слишком самодостаточным, и у него были идеи. Но медальон не доставлял столько хлопот. Гарри знал, что в конце концов он раскачает Тома внутри. Он просто должен был быть верным и проявить себя. У Гарри было много любви и заботы. Тиара была гораздо более разговорчивой, чем дневник или медальон. Гарри нравилось сидеть в Выручай — комнате и просто слушать ее. Он действительно должен был поблагодарить Добби за то, что тот был так любезен и показал ему комнату. Теперь он мог проводить все свое время, обожая своих Томов! Медальон теперь всегда был самодовольным. Дневник все еще требовал некоторого убеждения, но Гарри знал. Гарри мог сказать, что Тому действительно нравилось его внимание и похвала. И это было то, чего хотел Гарри. Тому нужно было знать, что он особенный и что Гарри ценит его. Что Гарри всегда будет оберегать его. Он просто был слишком упрям, чтобы увидеть это. Но Гарри заставит его понять. Так или иначе. — Ты любишь нас? — спросила однажды тиара. — Я очень забочусь о тебе. Вы все мои, защитники, — поклялся Гарри со всей убежденностью. — Никто вас не заберет. Я никогда вас не отпущу. Его обещание звучало правдиво. Гарри смотрел на Волдеморта сверху вниз, чувствуя себя таким близким, но таким далеким. Он был прямо там. Самый главный. Самая большая вещь в его коллекции. Но как Гарри убедить Волдеморта, что ему нужна защита Гарри? Как убедить маньяка, что он принадлежит другому существу? Шипение медальона заставило предмет потеплеть в предупреждении под его рубашкой. Он не давал никаких советов. Тиара и дневник были уменьшены и засунуты в упомянутый медальон, а также заперты вместе с Парселтангом. Гарри поклялся защищать тех, кто принадлежал ему, и защита была необходима против всех. Включая Волдеморта. Темный Лорд, возможно, и хотел вернуть свои игрушки, но Томы Гарри застряли внутри, и Гарри никогда не отпустит их. — Гарри, — почти прошипел Волдеморт. Непрошеная улыбка расплылась по его лицу. — Ты мой, — сказал он волшебнику. Выражение замешательства и легкого отвращения промелькнула на лице Волдеморта. Гарри это не понравилось. Его любовь не была отвратительной, и его обещание защищать своих Томов было важно! У Волдеморта не было никакого права думать об этом. Он не был главным! Гарри заставит его увидеть, точно так же, как он сделал с дневником. Гарри заставит Волдеморта понять, что быть с Гарри-это самое лучшее. Если бы он получил любовь и заботу, в которых нуждался, он был бы другим. Гарри докажет это раз и навсегда. Волдеморт станет последней частью его коллекции. — Ты всегда должен был принадлежать мне, — продолжил Гарри, медленно делая шаг вперед. — Все вы мои, Том. — Не называй меня так! Смех, от которого даже волосы Гарри встали дыбом, эхом разнесся по комнате.  — Глупо, Том. Я могу научить тебя, как учил всех остальных Томов. Даже дневник-Том теперь понимает свое место, — еще один смешок. — Ему потребовалось всего несколько сотен ударов, чтобы получить это, но я уверен, что ты не такой непослушный. Если бы Дамблдор не вмешался, Гарри был бы способен на многое! Старик был проблемой. Он держал Гарри в неведении о чем-то, что в конце концов сделало его несколько счастливым. В конце концов, это доказывало, что Волдеморт принадлежал ему! Но потерять крестного из-за действий этого дурака было не так уж хорошо. А Гарри не любил терять свои вещи! Так что Дамблдор получит свое. В своё время. Тем временем Гарри в течение нескольких месяцев мечтал о том, каково это-иметь Волдеморта внутри себя. Приласкать Волдеморта своими чувствами, заставить его понять цель Гарри. И каждую ночь, когда Гарри спал, его разум обращался к Волдеморту и напоминал ему о том, что он чувствовал и каким будет его будущее. — Гарри Поттер. Он улыбнулся. — Привет, Том. Уже пришел, чтобы стать моим? — Прекрати это, Поттер. Гарри играл с медальоном, покусывая при этом губу. Барьер между ним и Волдемортом исчезнет в течение нескольких часов, но до тех пор Тисовая улица все еще была его «домом», и Волдеморт не мог войти. По крайней мере, пока он не поведет себя прилично. — Я не хочу. Я должен держать всех Томов в безопасности и заботиться о них. Если ты скажешь мне, где остальные, мы все сможем быть вместе и быть счастливыми. Ему не понравилось выражение страха, промелькнувшее в темно-красных глазах. Гарри был в безопасности. Он хорошо умел защищать свое имущество. — Том Реддл, ты мой, и как бы ты ни отрицал это, это ничего не изменит. Это просто усложнит ситуацию для нас обоих, когда ты, наконец, примешь мою любовь. — Мы враги! — Нет! — сказал Гарри, вытаскивая одно письмо. — Ты мой. Пророчество связывает нас, и мы можем умереть только от рук друг друга. Так что никто из нас не умрет, и я сохраню тебя в безопасности. Я всегда храню свои вещи в безопасности, Том. В конце концов, мы все выигрываем. — Никогда. Он вздохнул, стыдясь этого человека. Как будто он понимал, какой властью в настоящее время обладает Гарри. Как будто он что-то знал. Но скоро он все узнает. — Том, ты всегда будешь со мной. Во мне больше тебя, чем в тебе. — Он поклялся хранить Тома в безопасности, и с ним навсегда, Быть внутри него навсегда было лучшим вариантом. Предметы ржавеют и увядают, но Гарри будет процветать, и пока все они остаются внутри него, они будут в безопасности. Вместе. — Твоя душа так искалечена, что не потребуется много усилий, чтобы заставить тебя согласиться со мной. В конце концов, это просто твоя душа будет приказывать тебе. И ты не можешь бороться с самим собой, Том. Тот, у кого больше контроля, всегда выигрывает. Подняв палочку, Гарри произнес почти хором: — Империо. Как и сказал Гарри. Они будут вместе навсегда.