Бутрэла.

Юноша подросткового возраста сидел за дубовым столом, по которому были разбросаны куча бумажек, все помятые и в пятнах от пролитого кофе. Стукнув по столу кружкой, парень облокотился на спинку стула и поплыл вниз, при этом издавая протяжный стон боли. Его спина жутко ныла, а кисти рук болели. Которую ночь он уже сидит за очередными чертежами, в надежде найти самый оптимальный вариант для усовершенствования арбалета или лука, мечтая превзойти своих сверстников в стрельбе и не только. Он просто хотел показать то, что он самый лучший из всех фронтов, что он правда достоин своего звания и то, что он не слаб. Молодой ученик, что просто от скуки когда-то решил попробовать пострелять, а по итогу ввязался в рейнджеры и теперь обязательствует защищать одну из границ, а именно южную. Возможно, его бы это не так смущало, будь он не одним из самых младших на южном фронте. Всего фронтов было четыре - северный, южный, западный и восточный. На каждом из фронтов были свои правила, своя форма и свое оружие, по которым они обязаны быть профессионалами и разбираться в них лучше чем кто-либо. У юга это были арбалет или лук. В самом начале и посвящении, им давали выбор на оружие, с которым они будут взаимодействовать все остальное время. Беспокойство. Таббо никогда себя не чувствовал на ровне с другими. Шатен чувствовал себя скорее лишним, ведь он был единственным за последние несколько лет, кто попал на южный фронт. Эту сторону редко выбирают, возможно из-за нежелания учиться стрельбе, ведь многих пропускали на север по связям, где юнцы сражались на мечах. «Слишком глуп и юн», – как он говорил себе при очередных ошибках. Бывало иногда что у мальчика случались некоторые психи, из-за которых он не только стыдился потом появляться на фронте, но и корил себя десятичасовыми тренировками, после которых не имел сил даже встать с кровати, по итогу проводя весь день отдыхая в своих снах. Он наслаждался времяпрепровождением во снах. Он чувствовал родное тепло, когда в его голове вновь отзывается этот ребячий голос, полный радости. Энергичный мальчик, который всегда рядом, который пусть и не имеет точных черт лица, все равно приносит радость и тепло сердцу. Он не помнил как его зовут, но это не трепало его мысли уже как три года. Он просто был благодарен за то, что он все еще помнит от него хоть что-то. Помнит хоть что-то от двенадцатилетнего мальчика. Вот бы сейчас вновь укутаться в тёплое одеяло, уткнуться носом в подушку, свернуться калачиком и уснуть, однако... Работа сама себя не сделает. Болезненно простонав, Таббо соскочил со стула, выгибая спину, слушая хруст позвонков. Как долго он просидел в одном положении? Бог знает. Наконец-то его мышцы хоть как-то работали, пусть и совсем мало, поскольку он поднялся лишь за своим любимым и родным арбалетом, что был с самой первой тренировки. Весь в царапинах, много чего пережил и сколько дерьма повидал, но все еще любимый. Немного постучав по основанию, мальчишка возвращался в свою прежнюю нору, усаживаясь за стол. Пытаясь разыскать где-то в миллионах чертежей ему нужный, шатен услышал стук в дверь. Сначала он проигнорировал это, подумав что он в очередной раз бредит, соизволил он откликнуться лишь на второй раз. – Да-да, дверь открыта, – скинув еще два-три листка на пол, Таббо мягко улыбается, видя нужный чертёж. С противоположной стороны послышался щелчок, а после и тихий смешок. Мужчина облокотился на одну из сторон дверного проёма, скрестил руки на груди, чуть улыбаясь. – Юный-инженер-Таббо, – безмятежно проговорили мужчина, – Флорис, который с северной части, пригласил нас с тобой в таверну, чтобы немного отдохнуть перед экзаменом. Как тебе? – кудрявый чуть откашлялся. Таббо недоверчиво посмотрел на старшего. Конечно он ему доверял и всё такое, но ведь экзамен... Хотя, до него еще неделя. – Ну, наверное... пойду? – он недоверчиво посмотрел на чертежи, – думаю один день отдыха ничего не сделает, да? – он всё еще не был уверен на все сто. Положив оружие на стол, а на него бумагу, шатен встал и чуть оттянул рубашку. – Эрет, ты пока иди. Встретимся у главного выхода! – лучезарно улыбнувшись, тот лишь услышал хриплый смешок и после захлопнутую дверь. Неужели наконец-то отдых? Вау. Правда вау. Таббо конечно не думал что отдых будет именно таким, с людьми с другого фронта, однако они были хоть как-то знакомы, потому страх улетучивается моментально. Поворачиваясь торсом к шкафу, дабы взять форму, мальчик грозно зыркнул на стол, чуть нахмурившись. – Я ещё разберусь с тобой, – уже переодевшись и выходя с сумкой на плечах, пригрозил Таббо своим чертежам, окончательно удалившись.  

***

Таверна встречал Рейнджеров своей приятной атмосферой; это не было той самой таверной под слушком,  где царились лишь бои без правил под местную бродяжку. И то редко. Фонари окутывали деревянное помещение тёплым светом, подсвечивая каждый уголок, раскидывая перед собой огромный выбор мест. В будни редко просиживались большие компании, а потому отдохнуть — самое время. Северный мечник юрко улыбнулся и увильнул в самый край, занимая стол на большую компанию. Таббо сел ближе к краю, выкладывая материалы из сумки и ручку, продолжая свои расчёты.  Да, он велел себе отдохнуть, однако работа подобного рода никак не напрягала, а лишь отвлекала. Рядом севший Эрет потрепал волосы мальчишки, попутно ведя диалог с Флорисом. Таббо особо не вслушивался. – Как там Ники? – лучник снял свои тёмные очки, убирая в небольшую поясную сумку. – О Ники... Ники! – взмаливая её имя, юноша будто бы взвывал Божество, – она вновь возобновила конфликт с Сапнапом. Мерзкий тип по правде, я с ним пересекался пару раз, – рыжеволосый сложил руки замком и с маленьким тресением закинул на стол. – Конфликт? – подросток выглянул из-под лба. На него сразу же налетели взгляды непонимания, а Флорис даже с каплей ужаса и потрясения. – Ты ему не рассказывал? – быстро перейдя на шёпот, мечник придвинулся через стол, почти залезая на него, вопросительно глядя на оппонента. – Ну, во-первых... – откинувшись на спинку кресла, Эрет даже не успел начать оправдания, как его дёрнули. Сзади начало раздаваться куча шуму, что рядом сидящего вряд ли расслышишь. Эрет моментально повернулся в сторону куда смотрел Флорис, а Таббо подключился, повернувшись к спинке и встав на колени, выглядывая будто из укрытия. В таверну вступило четыре, явно не здешних человека, которые зашли с громким смехом и песнями. Люди сами по себе начали подпевать барду, хлопая в такт, пока остальные трое искали место. Один из них, явно самый младший, случайно пересекся взглядами с инженером. Второй сразу же округлил глаза и спрятался, поджимая к себе ноги и прижимая к макушке листы. Старшие сразу обратили на него внимание, расспрашивая что с ним. – Хей, ты чего? – Эрет мягко приобнял его, наблюдая. Флорис же высматривал гостей, пытаясь понять причину. Резко выныривая из "укрытия", Таббо еще раз выглянул и так же быстро вернулся. Он был напуган. – Это он, – кое-как выдавив из себя тихий скрип, он окончательно нырнул под бумаги. – Чего? – Флорис опешил, – кто "он"? – Это Томми! – так же хрипло рявкнул Таббо. На него посмотрели как на сумасшедшего. – Ты точно уверен что это он? – всё так же аккуратно обнимая подростка, юноша заметил красный оттенок лица. Таббо будто язык проглотил и окончательно перестал думать. Шок сработал отлично, и, кажется, испуг добивал окончательно. Лучник недовольно вздохнул, достал очки и встал с места. Оставшиеся на месте сразу устремили на него взгляд. – Я пойду закажу нам что-нибудь и как раз проверю гипотезу насчёт Томми, – посмеявшись с реакции подростка, который опровергнул то, что это факт, а не гипотеза, Эрета след простыл. Таббо явно стрессовал: он был весь красный, его глаза смотрели лишь в одну точку, а ладошки похолодели и тряслись; паника. – Хей, Таб, – северный моментально оказался перед другом, уже свободно сидя на столе, – сказать что-то можешь? В ответ тишина и отрицательное мотание головой. Хотя даже этот жест был еле заметен. – Томми — это пропавший с вашего края? Я правильно помню? – только прозвучавшее имя, словно как заряд тока, заставило сделать глоток воздуха и оживиться. – Да... Да, это он, именно, да, –  инженер зарылся руками в волосы и тяжело вздохнул. Сложив руки вместе, посмотрев наверх и крикнув «Аллилуйя!», Флорис продолжил. – Кто он тебе? Откуда ты его знаешь, м? Он тебе близок? – возможно, если бы у него был хвост, то сейчас он бы вилял по кругу. Многие слышали о пропаже ребёнка при неизвестных обстоятельствах — некоторые даже думали что он мертв, однако судить точно никто не мог, так как вся информация что была, так это базовые данные, и то устаревшие. Помнил Таббо смутно. Лишь обрывки, перемешанные со снами, заставляли неплохо напрягаться, чтобы вспомнить малейшую информацию; имя, возраст, примерное строение тело, физическая подготовка... Нет, помнил только имя и возраст на момент пропажи. Стало не по себе. Настолько, казалось, родной человек, с которым проходил сквозь огонь, воду и медные трубы в детстве, а сейчас даже о нём ничего сказать не можешь. Работа для поступления и после явно тому вина — выбила "лишнее". Несколько лет подряд так и крутилось в голове: «тренировки, подготовка к экзаменам, учёба, вновь тренировки». Вопросы завели в ступор. Казалось, он вновь выпал из реальности, пока не пришёл Эрет. – Фанди! Слезть со стола! – сгоняя друга на место, пришедший поставил напитки на стол, –кто учил тебя таким манерам? Обратно присаживаясь на своё место, Эрет незаметно прошептал Таббо, спрашивая как он себя чувствует, на что получил тихое "нормально". Облегченно выдохнув, Эрет взял свою пивную кружку и чуть отпил. – Как вы просидели без меня? – Эрет невольно взглянул сначала на рыжего, а после и на младшего. – Он разговаривал, представляешь? Я, кстати, пытался его разговорить, но как обычно, – Фанди придвинул кружку к себе, – ты, дорогой Эрет, прервал нас! На лице лучника возникла улыбка, добрая и мягкая. Такая детскость и резкость напоминала Эрету то, что кажется он единственный кто может играть роль "мамочки" в их компании. И он с радостью принимает эту роль. – Кстати, Таббо, я все же смог пересечься с ними. Но особо я у них ничего не приметил, – юноша сложил руки на груди, моментально став серьёзным, – однако они далеко не местные. Они ушли на второй этаж, где есть комнаты для ночёвки, так что это факт. Однако, на форме есть значки границ, – юноша сжал переносицу, ожидая вопросы. А они были. Таббо, ранее сидевший как статуя, чуть не подавился соком, а у Флориса лицо полное недопонимания. Ожидаемо и понимаемо, даже очень. – Флорис, можешь показать свой значок? – Таббо намного ровнее и чуть протянул руку. Юноша напротив не отнекивался и быстро отцепил значок от рубахи, отдавая. Значок был обделан серебром, удерживая внутри аметрин¹ и азурит² с гравюрой в виде гор. Символ границы Севера —  Асцинес. *Север славился своей холодной, но спокойной погодой и свободными людьми. Народ был слишком творческим и миролюбивым, что практически всё, что было сделано руками, хранилось дома как золото, либо продавалось за огромные деньги. На Севере царила вечная песнь и яркие краски от кистей художников, даря картинам свои голубые оттенки.* Рассматривая значок под разными углами, Таббо повернулся к Эрету, отдавая побрякушку владельцу. – А какой значок был у одного из той компании? – посмотрев назад, будто боясь что их подслушивают, Таббо приблизился к компании, а Фанди вновь почти залез на стол. – Он так же имел азурит, это я точно видел, но он был обделан скорее всего железом, нежели серебром. Я же не подходил к барду вплотную, – вновь взгляды недопонимания. – Это же старые значки! Но, чёрт, я его никогда не видел его у нас! – Фанди явно был смущен и запутан, ведь он даже не знал что думать насчёт этого. У всех значки, а у одного даже с его окраины. Это ведь действительно могло напрячь. – О, вот как... – Таббо приник и задумался. В голове пока что ни одной здравой мысли — лишь самые худшие варианты. Это особо не радовало. Допивая свою кружку с соком, инженер уже на листах писал гипотезы насчёт этой группы, попутно объясняя их друзьям, что внимательно его слушали. Они, может быть и остались еще на часик-два, но на улице позднилось. Зная то, что воспитатели и дежурные будут отчитывать опоздавших учеников, потому Флорис уже всеми способами старался их вывести на улицу. Их встречал свежий и прохладный ночной воздух, чуть влажный. Небо было заполнено облаками, а земля покрыта туманом, ухудшая видимость. Жёлтые фонари кое-как освещали дорожку из кирпичей, помогая компании дойти до корпуса выпускников и средних курсов. Обнимая на прощанье товарищей, Флорис счастливо помахал им, увиливая как лис в туман, пропадая из видимости уже после второго фонаря. Продолжая путь до комнат, ученики шли по самому длинному пути до своих комнат, лишь бы дольше поговорить. Уже доходя до комнаты младшего, они приостановились. – Надо будет попросить визит к Асцинесу, расспросить других, – мальчишка продолжал рассуждать, – может они знают что-то больше о них, м? Как считаешь? – Я считаю что продолжим эту дилемму завтра, – сняв очки, Эрет улыбнулся, положив руку на макушку Таббо, – а сейчас лучше отдохнуть. Только попробуй завтра не встать в 6 утра, – со мешком произнес юноша, потрепав собеседника по голове. Подросток отдал честь, говоря: "есть, сэр!" и маршем удалился в комнату, желая спокойной ночи. Пожелав того же в ответ, Эрет, доходя до комнаты всё еще таил сомнения на эту группу и почему Таббо так сильно испугался, думая что там находится Томми. Насколько всё это может далеко уйти?