Torn

Первое сентября наступило, как обычно, внезапно. Гарри проснулся утром, потянулся и осознал, что ему некуда идти. Последние работы в Хогвартсе завершились вчера ночью. Даже после наступления темноты целая бригада, состоящая из домовиков, нанятых рабочих и добровольцев, трудилась, наводя лоск в замке. И сегодня он распахнёт свои двери для студентов. А это значило, что для Гарри настало время выполнить данное Нарциссе обещание. Отправив ей камином записку, он пошёл умываться. К тому моменту, как он закончил с водными процедурами, появился Кикимер и оповестил, что леди Малфой ждёт его внизу. - Одна? - малодушно спросил Гарри, не будучи уверенным, на какой ответ домовика он рассчитывает. Эльф кивнул. Облегчение и разочарование с разных сторон прокатились волной по телу Гарри, столкнувшись посередине и вызывая лёгкий приступ тошноты. Собравшись с духом, он побрел вниз. Нарцисса встретила его с улыбкой. Либо сын ей ни о чем не рассказал, либо она мастерски это скрывала. Она сразу перешла к делу. Перед ней лежал набросок статьи для Пророка, сдержанно, но подробно расписывающий очередной подвиг героя. Их договоренность с матерью, долгие поиски сына, которые отнимали у Гарри все свободное время после больницы, и, наконец, счастливое спасение младшего Малфоя. На следующем свитке был официальный запрос в министерство, который Нарцисса попросила завизировать и Гарри, тем самым подтверждая информацию в газете. - Чтобы лишний раз не отнимать у вас время, Гарри, прошу просто подписать это. Этого будет достаточно, чтобы вам не приходилось ходить с нами по инстанциям, - ее голос звучал вежливо, но нотку напряженности Гарри уловил. - Он не хочет меня видеть? - не удержал он сорвавшийся с губ вопрос. - Гарри, - Нарцисса отложила бумаги и осторожно коснулась его плеча, - я не знаю, что между вами произошло в тот вечер. Но я надеюсь, что вы с пониманием отнесётесь к тому, какое это испытание для Драко. Для него война закончилась всего пару дней назад. Он придёт в себя, и вы сможете все обсудить. Было видно, что женщине сложно подбирать слова. Что ж, по крайней мере, Малфой не рассказал матери, что Поттер, кажется, его домогался над колыбелью крестника. Однако находиться в одном помещении с Гарри он больше не желает, леди Малфой только что сообщила это, хоть и вежливо, но предельно понятно. Гарри молча поставил подпись, где требовалось, и отдал все бумаги женщине. - Желаю завтра удачи, Нарцисса. Если что, вы знаете, где меня найти. Она задержала руку на его плече буквально на секунду и ободряюще его сжала. После чего поднялась и отправилась к камину. На следующий же день события завертелись. Гарри, хоть и пытался держаться в стороне, не смог удержать оборону. Как только официальные бумаги были подписаны, и Драко официально вернулся в мир живых, Пророк не заставил себя ждать. Пресловутая статья занимала всю первую полосу, «удачно» дополненная двумя снимками. На первом был он, Гарри. Фото, видимо, было сделано где-то после битвы, так как его лицо было в ссадинах, палочка наизготовку, и вообще вид у него был потрёпанный, но бравый. Наверно, как-то так и выглядит герой в представлении общественности. Второй же изображал Малфоя. Кроме как «спасённая из лап дракона принцесса» назвать этот снимок язык не поворачивался. Драко был показан в профиль, волосы спадали на щеку, он задумчиво смотрел в окно, обхватив себя руками. Не иначе как репортеры втихаря в поместье пробирались делать снимки, пока Малфои сидели под домашним арестом, больные ублюдки. Гарри отшвырнул газету. Наверняка, Малфой просто счастлив. Более жирного намёка на то, что он, Гарри, рыцарь в сияющих местами драных, конечно, доспехах, выслеживал мерзкого оборотня, чтобы спасти прекрасного однокурсника из, конечно же, исключительно светлых побуждений, и придумать сложно. Уж точно не Нарцисса утверждала эти снимки, небось, кто-то из редакции обладал фантазией не хуже, чем у Скитер. Малфой теперь его точно убьёт. Нет. Малфой теперь точно никогда с ним не заговорит. Гарри как раз с ненавистью отправил скомканную бумагу в камин, как в окно постучалась первая сова. За ней вторая. Третья. Возникший Кикимер открыл створку, впуская птиц. Гарри подошёл к первой, большой серой птице с ореолом перьев вокруг плоской морды. Стоило ему отвязать письмо, как птица вылетела обратно в окно. Конверт в руках Гарри тут же начал дымиться. - Вопиллер? Серьезно? Незнакомый женский голос наполнил комнату. Дама, представившаяся как миссис Матильда Мэдлок, яростно распекала Гарри за наивность и помощь мерзким Пожирателям Смерти. Мол, неужели у такого достойного молодого человека, нет других дел, кроме как разыскивать и спасать тех, кому самое место в лапах оборотня за все их злодеяния? Палочка появилась в руке Гарри неосознанно и через секунду послание миссис Мэдлок замолкло на полуслове, обернувшись горкой пепла на паркете. Посмотрев на остальных птиц, которых на подоконнике толпилось уже пять, Гарри прошипел: - Кикимер, все в помойку, не открывая. И скрылся в своей комнате. Он сидел на полу, облокотившись спиной о ножку кровати, и слушал, как периодически внизу что-то взрывается. Видимо, Кикимер ликвидировал очередной вопиллер. Впервые в жизни захотелось напиться. Вопрос, почему когда надо было спасать мир от Волан-де-Морта, все эти сознательные граждане тряслись по своим норам, а сейчас у них резко появилось мнение и голос, был риторическим. Но с каждым новым стуком крепкого клюва в окно, раздражение в нем закипало сильнее, грозя просто разорвать изнутри. Ему нужно было выбраться отсюда. Гарри сбежал по лестнице и кинул горсть порошка в камин: - Нора! На кухне Уизли нашёлся только Рон, как раз читавший клятую газету. Увидев кипящего от злости друга, он отложил страницы в сторону. - Да уж, дела... - начал он, да так и замолк, видимо, не в силах подобрать слова. Они помолчали. Гарри тяжело опустился на стул напротив Рона, достал из корзинки булочку с корицей и мрачно принялся жевать. - Снимки такие, - спустя пару минут попробовал продолжить беседу Рон. - Не надо, - глухо перебил его Гарри. - Ладно, - беззлобно откликнулся друг. Ещё немного помолчал. - А чего не сказал нам, что ищешь его? - А вы бы не отговаривали? - исподлобья глянул Гарри. - Возможно, - не стал спорить рыжий. - Знаешь, а я рад на самом деле. Гарри удивленно поднял голову. - Ну, мы переживали, что ты после праздника сидишь в доме или торчишь в школе. А так хоть у этого причина была. Гарри был приятно удивлён. Нет, он понимал, что выволочка от Гермионы и миссис Уизли его ещё ждёт, но теперь он был уверен, что в основном за очередной риск и тихушничество, а не за спасение белобрысой головы Малфоя. От сердца немного отлегло. - Рон, ты же не занят сегодня? - Нет, а что? - Как насчёт найти самый неприглядный бар и как следует отметить то, что я снова попал на первую страницу этой дряни? - с презрением кивнул он на газету на краю стола. - Я угощаю. - Напиваться в полдень? - посмотрел на часы Рон. - Можем пару часов посидеть на входе и подождать, - не удержался от улыбки Гарри. - Да ладно, в школе после таких статей частенько хотелось что-то выкинуть, а теперь и возможность есть, можно сразу и за твои «блестящие от непролитых слез глаза, наполненные призраками прошлого» по стаканчику пропустить. Гарри засмеялся, обнимая друга за плечи и на ходу доедая булочку, приготовленную заботливыми руками миссис Уизли. Он уже говорил, что ему повезло с лучшим другом? *** Из камина на Гриммо они вывалились также в обнимку и плашмя растянулись на ковре, пропахав пару сантиметров подбородком по жёсткому ворсу. На часах была полночь. Последние двенадцать часов они пили, три раза меняя бар, когда Гарри кто-то случайно узнавал. После второго раза Рон предложил использовать то же жалящее проклятие, что и Гермиона однажды. Сначала Гарри это показалось отличной идеей. Но глядя, как шатает его друга и как палочка ходит в его пальцах ходуном, Гарри решил все же просто сменить дислокацию. - Кикимер! - заплетающимся языком позвал Гарри. Домовик появился, повёл длинным носом. Выжидательно уставился на хозяина, который как раз пытался собрать конечности воедино и встать с ковра. - Сколько гневных писем я получил, Кикимер? - в очередной раз проиграв битву с вестибулярным аппаратом, растянулся на полу Гарри. - Сто два, хозяин. - Слышь, Рон, сто два человека считают, что они лучше меня справятся с моей жизнью, - он толкнул в бок лежавшего рядом пластом рыжего. Рон промычал что-то в ковёр. - Ты прав, не их собачье дело. Ты хороший друг, - с очередной попытки Гарри удалось подняться на четвереньки. - Кикимер, уложишь Рона спать? - А молодого хозяина кто уложит? - Я с-сам, - на четвереньках Гарри добрался до подножия лестницы и, вцепившись в перила, принял относительно вертикальное положение. - Если молодой хозяин захлебнётся рвотой, старый Кикимер останется совсем один. - Молодой хозяин, как всегда, выживет, не боись, - Гарри, крепко держась за перила, начал медленное восхождение на второй этаж. - Иначе кого они будут гнобить, если я сдохну? Домовик горестно опустил уши и, щёлкнув пальцами, отлевитировал давно спящего Уизли в гостевую комнату. Из хозяйской спальни донёсся звук падения, невнятные ругательства и крик: «Кикимер!» Эльф оставил гостя отдыхать и направился к Гарри. - Чего желает молодой хозяин? Воды? Тазик? - Принеси мне историю Блэков. И тазик тоже неси. Домовик подозрительно повёл ушами. - Хозяин же не собирается колдовать в таком состоянии? - Неси, я сказал, - Гарри как раз закончил карабкаться на кровать и с облегчением вытянулся поверх покрывала. - Это небезопасно, - вцепился скрюченными пальцами в щеки маленький эльф и отрицательно помотал головой. - Тогда я сам туда дойду и, возможно, расшибу голову по дороге. Не нуди, Кикимер, неси книгу. Чего мне сделается от маленькой шалости. Чуть почитаю и спатеньки, - захихикал Гарри. Кикимер смерил его нечитаемым взглядом и щелкнул пальцами. Рядом с Гарри появилась книга, у кровати - тазик, а на тумбочке - стакан воды. Ни слова больше не говоря, эльф испарился. Гарри потянулся к книге. - Давай, подруга дней суровых, - заплетающимся языком бормотал Гарри, - покажи мне то, что я хочу. Книга не реагировала. - Он мне нужен, ты же знаешь, - нахмурился он. - Сезам, откройся, кому говорю. - Тишина. - Ну пожалуйста, я не могу так больше. Он меня ненавидит, после сегодняшнего - так точно, - пьяная слеза упала на кожаную обложку, - а я хочу, чтоб было, как раньше. Воздух вокруг книги всколыхнулся, приходя в движение. Книга, казалось, призадумалась. Страницы дрогнули, повисли в воздухе. Гарри замер, ожидая вердикта старинного фолианта. Наконец, с мягким шуршанием страницы разъехались в стороны, открывая перед Гарри разворот. Не сразу он смог сосредоточиться на витиевато выписанном тексте, но спустя какое-то время ему удалось прочитать: - Артефакт иллюзии. Нанеся заклятие на определённый предмет, носи его с собой. Пока амулет касается тела, доступна будет тебе созданная иллюзия. Но будь осторожен, волшебник, - крупно шла приписка ниже в тексте после описания техники ритуала, - нет в тех иллюзиях ни правды, ни покоя. Сам себя ты вводишь в заблуждение и не заметишь, как годы жизни потеряешь во власти снов наяву. Отложив книгу, Гарри скатился с кровати. - Мне подходит, - пробормотал он, отправляясь на поиски инвентаря. Собрав по пути все углы, врезавшись в темноте в стол, Гарри добрел до библиотеки. Наконец, все необходимое было собрано. Он вернулся в спальню и начал подготовку, прервавшись в процессе на необходимость воспользоваться оставленным Кикимером тазиком. Если бы кто-то заглянул в ту ночь в окно спальни Гарри, он бы увидел мальчишку с всклокоченными волосами, сидящего на полу среди свечей и сжимающего в окровавленной руке медальон с змеей, кусающей себя за хвост. Затем комнату заполонила яркая белая вспышка и наступила темнота. *** Сначала он услышал тамтамы. Глухой ритмичный звук наполнял черепную коробку странной вибрацией. Он попытался открыть глаза, но, видимо, этой ночью он успел аппарировать куда-то в пустыню, ибо в глазах и во рту было полно песка. Язык напоминал наждачную бумагу, а во рту пересохло настолько, что даже сглотнуть не удавалось. Он проклят? Он умирает? Он должен посмотреть в глаза тому, кто его мучает. После Волан-де-Морта у него не осталось врагов. Что, если это кто-то из беглых Пожирателей? Прокрались под покровом ночи в его дом и уволокли в пустыню, чтобы подвергнуть там мучительной смерти. Пространство под ним всколыхнулось и слегка накренилось. Он на корабле? Но он же в пустыне. Наверно, они перевозят его на ковре-самолёте, он видел такие в книжках. И под ним бесконечная пустыня, в которой кто-то размеренно бьет в тамтамы. - Гарри, я знаю, что ты проснулся. Выпей, - в его ладонь один из Пожирателей вложил что-то холодное и стеклянное. Это яд? Даже если это яд, он готов умереть за один глоток. Трясущимися руками он попытался дотянуться до рта, расплескав половину жидкости по пути. Шею, грудь и даже лицо омывала приятная прохлада. Наконец удалось сделать глоток. Гортань и язык оживали, смывая песок и гадкий вкус. Остаток на дне емкости он вылил себе на глаза. Очищенные от песка, они с огромным трудом открылись. - Ну и напились же вы с Роном вчера, - Гермиона открыла окно, впуская в помещение свежий воздух. - Запах чувствуется ещё на первом этаже. - М-м-мна... - невнятно ответил Гарри. - Что Гермиона? Антипохмельное рядом с тобой, кстати. Я приехала рано утром, хотела на тебя наругаться, а тут Кикимер в панике, говорит, что ты ночью пытался себя прикончить в алкогольном угаре. Пришлось сходить в аптеку. Гарри осоловело следил за перемещением подруги по комнате. Она вернулась к нему, сунула в руку стакан с зельем и присела в кресло у окна. Видимо, подальше от ароматов, которые он источал. - Давай пей, и я пойду второго будить. Гарри сделал глоток и тут же выплюнул обратно. Гермиона нахмурилась. - Пей, кому сказала. Тебе же легче потом будет. Выпьешь - залечу порез на руке. Гарри повернул голову, тамтамы ускорили ритм. Вторая его рука действительно была в крови, а рядом, на подушке, валялся испачканный кровью медальон, тот самый, который он раньше использовал под порт-ключ. Что же он, черт возьми, натворил ночью? Трезвея от нехорошего предчувствия, он залпом заглотил зелье, отбросил пустой стакан и зажал себе рот, удерживая варево внутри. - Вот и молодец, - Гермиона прочла заклинание над его ладонью, взяла медальон. Гарри подавил в себе иррациональное желание прикрикнуть на девушку, чтобы она его вернула, но, увидев, что она всего лишь отложила его на стол, он успокоился. Гермиона улыбнулась ему, велела привести себя в порядок и вышла в коридор. Когда они оба, грустные и помятые, спустились вниз, девушка уже ждала их за ланчем, завтраком это по времени язык не поворачивался назвать. - Ну? В чем причина загула? Не дождавшись ответа, она продолжила: - Не в этом ли? - она кинула перед Гарри вчерашнюю газету. - Убери, - прохрипел он. - Значит, в этом. Расскажешь, о чем ты думал, когда полез в такую авантюру в одиночку? - А ты бы одобрила? - Гарри возил ложкой по овсянке, глядя на неё исподлобья. - Нет, - Гермиона поджала губы. - Но помогла бы. Ты в курсе, что против него уже возбудили дело? Гарри вскинул голову. - Как? Уже? - Угу, - следом она выложила сегодняшний номер. Все та же первая полоса. Колдография, на которой авроры выводят Малфоя из особняка. Драко, с прямой спиной, словно кол проглотил, шествует впереди с таким видом, будто люди в красном и не конвой вовсе, а почетная свита. Ниже шла заметка: «Пожиратель Смерти Драко Малфой был задержан сегодня утром в своём поместье по подозрению в пособничестве Тому, кого нельзя называть, и причастности к массовым нападениям на магглов, атаке на Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс, а также в применении непростительных проклятий. Ранее его дело было закрыто посмертно, так как мистер Малфой считался погибшим вследствие нападения неизвестных на особняк Малфоев 10 мая этого года. Однако теперь дело восстановлено, и мистер Малфой будет ожидать суда в предварительном заключении.» - Мне надо к Нарциссе, - Гарри начал выползать из-за стола, отодвигая тяжелый стул. - Гарри, - Гермиона удержала его за руку. - Давай ты в себя придёшь сначала и в кои-то веки позволишь помочь. Я знаю, что у тебя долг жизни перед ней, но ты уверен, что хочешь влезть в это дело, когда по тебе и так уже только ленивый не протоптался из-за вчерашнего? - Герм, газетчики меня смешивали с грязью и раньше. Что-то не меняется. Я должен помочь. Девушка вздохнула. - Хорошо, но, - она буквально пригвоздила его строгим взглядом, - сначала ты поешь. От тебя все ещё воняет. После полуденного завтрака друзья отбыли, взяв с него обещание не делать глупостей, не предупредив их сначала. Оставшись один, Гарри сразу же написал Нарциссе письмо, в котором в очередной раз обещал предоставить необходимые воспоминания или дать показания под веритасерумом. Заканчивалось письмо просьбой держать его в курсе. Забросив свиток в камин с указанием адреса, Гарри решился, наконец, вернуться ко своей второй проблеме. Он что-то вчера наколдовал, но понятия не имел, получилось ли, и если получилось, то что. Предстояло разобраться. Поднявшись наверх, он подошёл к медальону. Осмотрел его. Попробовал определить при помощи заклинаний наложенные чары. Диагностика показала, что что-то есть, но что именно - это не поддавалось идентификации примитивными распознающими формулами. - Что же ты такое? Тут взгляд его упал на книгу, лежащую на столе. Она была открыта. Гарри подошёл ближе. «Ритуал Иллюзии»? Чем дальше он читал, тем хуже ему становилось. Нет. Он не мог этого сделать. Даже он не был настолько дураком, чтобы... С плохим предчувствием он взял в руку медальон и сжал его. - Привет, Поттер. Соскучился? Я так и знал, что ко мне настоящему яиц не хватит нормально подкатить. Нервно сглотнув, Гарри обернулся. Драко сидел на кровати, облокотившись на подушку и задорно улыбался. - Нюхал его? Серьезно? С цветов не пришло в голову начать? Ну или там позвать отпраздновать воскрешение в кафе? Есть же в целом адекватные способы. Но ты выбрал самый маньячный, аплодирую стоя за изобретательность. - Отвали, Драко, - Гарри устало потёр переносицу и привалился бедром к столу, словно ноги внезапно сдались под весом сотворенных им за последние дни глупостей. - Отвалить? Так ты же сам меня вызвал. - Я был пьян. - Что у трезвого на уме, как говорится, - по-хозяйски устроился на кровати Драко, растянувшись меж подушек. - Это была ошибка. - Не верю. Ты просто ссышься, что напортачил с ним, и идёшь по пути наименьшего сопротивления. - Да какого сопротивления, твою мать?! Он меня презирает, как и годы до этого, - взвился Гарри, рывком отталкиваясь от стола и делая шаг вперёд. - Заметь, ты настолько не пытался с ним нормально поговорить, что это только твои домыслы. Ты ни черта не знаешь о нём. - Драко... - угрожающе зашипел Гарри. Малфой на кровати напрягся, вмиг подбираясь и не оставляя следа недавней неги, и уставился на него злым, острым взглядом. - Ты сраный трус, Поттер! Ты настолько не заинтересован в нем, что даже не попытаешься наладить отношения? Подкатить, только по-нормальному, если ему это окажется интересно, ну или хотя бы попробовать стать друзьями? Ты зациклен на себе, мелкий ублюдок. Ему нужна поддержка и нужны друзья, а ты тут сопли жуёшь и сублимируешь, используя меня, и родовую магию приплетая к своей трусости, - щеки Драко полыхали от злости, разгоняя румянец вниз, на шею. - Давай, если это все, на что ты способен, иди сюда и трахни меня! Потому что, ты прекрасно знаешь, отказать я не смогу! Я же твоя фантазия. Прикажешь - через секунду буду стоять раком и течь, если тебе захочется. А все, на что способен ты - трахать диван и сбегать, поджав хвост, после первой же проблемы! Гарри отшатнулся от его слов, чувствуя себя так, словно Малфой наотмашь влепил ему пощёчину. - Что ты вообще... - Скажи, сволочь, что я не прав! Хоть раз за последние месяцы достань голову из песка и хотя бы себе скажи правду! Ты боишься, Гарри, ты прячешься за мной. Ты не заслужил его. Гарри молча хватал губами воздух, желая отбрить Малфоя, но в глубине души уже понимая, что слова блондина - это все то, что он сам не решался себе сказать. Драко с презрительной гримасой смерил его взглядом. - Отпусти медальон, будь любезен. Видеть твою мерзкую трусливую рожу не могу сейчас. Гарри в каком-то оцепенении послушно разжал пальцы, и медальон с жалобным звоном упал на полированное дерево паркета. Прекрасно. Теперь два Малфоя его ненавидят.