Терпеливый с ноткой грусти

— Эй, Ликс — хватает его под локоть Джисон и останавливает посреди коридора университета. Тот с неохотой поворачивает голову, устало смотря на друга и хочет быстро уйти, но знает что Хан его так просто не отпустит. — Все в порядке? — спрашивает он, оглядывая блондина. Ли сразу опускает глаза, произнося тихое «Да» и поджимает губы, нервно сжимая лямку рюкзака. — Слушай, если он снова взялся за свое, давай я с ним поговорю — вздыхает парень — Или уговорю Минхо с ним разобраться. Я не хочу чтобы ты продолжал все это терпеть. — Джи, клянусь, все в норме, я просто устал — отвечает второй, с грустной улыбкой. Тянется к нему, обнимая за плечи и прикрывает глаза. Ему не хватает этих касаний. Этих теплых прикосновений и простого ощущения чужих рук на своем теле. Но к сожалению, ладони Джисона, поглаживающие по спине, совсем не то. Он никак не сможет заменить его. Хан тяжело вздыхает, наблюдая как Феликс пропадает из виду за дверьми аудитории. Ему надоедает это. Постоянно видеть его грустным и подавленным. И быть не в силах помочь. Он неоднократно пытался. И сам, и просил кого-то вмещаться и просто пытался подарить Феликсу немного счастья, самый небольшой кусочек. Делал все возможное, все что может только придумать. Но если сегодня, где-то в кафе или парке он будет улыбаться, то разойдясь по домам, его улыбка вновь спадет. После пар Ли уходит на остановку, опираясь спиной о стеклянную перегородку и лишь молча смотрит в сторону дороги, откуда должен появиться его автобус. Он доезжает до дома чуть больше, чем за полчаса и в подъезде лениво достает ключи. Пусто. Как всегда, пусто. В квартире холодно, из-за забытого открытого окна, которое блондин сразу захлопывает, ёжась от мурашек. Но это не помогает, ему нужно не теплое одеяло и сон, ему нужен его любимый человек, который когда-то с трепетом поглаживал по голове и ласково перебирал пряди волос. Феликс оставляет сообщение «Когда ты придешь?», но даже не надеется на ответ. Оно будет прочитано ближе к вечеру, но простое «скоро» или хотя бы «буду поздно», никогда уже не высветится на экране его мобильного. Ли мимолетно пролистывает новостную ленту, а после бросает телефон на прикроватную тумбочку и закрывает веки, натягивая на себя толстый плед. Спина ноет от долгого просиживания на стуле, а голова болит от недосыпа. Но он уже не особо ощущает физическую боль, да и моральную тоже. Он чувствует себя настолько опустошенным, что кажется от его присутствия в квартире не меняется ничего. Словно она так же пуста, как и без него.

Кафе «Morning Star»

— Ты чего? — кидая недовольный взгляд на омегу, спрашивает Минхо и размешивает сахар в своей чашке. — Я сегодня видел Феликса — объясняет он и Ли сразу закатывает глаза, ложкой отрезая кусочек пирога. — Минхо — произносит Хан, хоть и понимает что его альфа ненавидит эту тему. — Что? — хмурит брови тот и поднимает свои глаза к нему — Ты знаешь мое мнение по поводу Феликса. Хан приоткрывает рот, в попытке хоть что-то сказать, но Ли одним взглядом велит ему заткнуться и молчать. Таких моментов бывает очень мало, когда старший не хочет с ним говорить. Тема Феликса является самой главной причиной таких случаев. Альфа настолько против общения омег, что каждый раз, стоит Джисону сказать хоть слово про того, Минхо буквально прошибает током. И каждый раз доходит до ругани и криков, до разбитой посуды и расшатанных нервов. Однажды Хан уже не выдержал и ударил его ладонью по щеке. Но стоило Минхо повернуть голову обратно к нему, как младший весь сжался от окутавшего страха. Казалось, секунда и его разорвут в клочья и выкинут в окно. Он сразу сделал пару шагов назад, прошептав тихое «Прости…я не хотел», но Ли сделал шаги ему навстречу и прижал к стене. Джи действительно тогда испугался, что дрожь по всему телу выдавала с поличным. Но альфа лишь грубо схватил его за подбородок, заставляя смотреть в глаза и сказал «Следи за своим поведением». После этого он ушел и весь день они не говорили, хотя находились в одной квартире и в одной комнате. — Я не хочу его оставлять — все же говорит Хан, оставляя ложку на блюдце и смотрит в ответ на него. — Лучше бы ты так о себе заботился, чем о нем — цедит Ли и тот видит как он сжимает зубы, стараясь держать себя под контролем. — Он мой друг, нравится тебе это или нет — произносит Джи на свой страх и риск. Поднимает чашку, приподнося к губам и лишь надеется что Минхо не убьет его прямо здесь. — Меня раздражает факт того, сколько ты делаешь для него и сколько он делает для тебя. А он для тебя не делает абсолютно ничего. Тебе других друзей не хватает? У тебя их достаточно, зачем цепляешься именно за него? — говорит Ли. — Потому что у него больше никого нет. — Это его проблемы, а не твои. — Не будь таким черствым… — А что тебя не устраивает? Правда? У него есть альфа, вот пусть сами и разбираются. — Ты ведь знаешь как Хенджин с ним обращается…ты… — начинает Хан, но сказать дальше ему не дают. — Мне на это насрать. И не смей лезть в их отношения. Я не дам тебе и на шаг подойти к Хвану, ясно? Пусть только появится рядом. — Черт, Минхо… — Я не хочу об этом говорить. И если ты не хочешь, чтобы мы сейчас поругались, давай закроем тему. — Достал… — шепчет себе под нос Джисон. — Что ты сказал? — усмехается Ли и второй чувствует нотки ярости. «Молодец Хан, ты его довел» — думает про себя младший. — Ничего — отвечает он, на секунду поднимая глаза. — Значит я тебя достал, а Феликс из-за которого ты мало того что тратишь себе все нервы, в добавок ревешь из-за него постоянно, тебя не достал? — Нет, подожди, ты меня не понял. — А что я должен понимать? — Прошу, давай не сейчас… — вздыхает Джисон. — Тебе всегда легче просто перевести тему, нежели договорить до конца. — Потому что я не хочу ссориться. Мы и так стали часто ругаться, я не хочу снова сидеть и ждать пока ты успокоишься. — А ты заметил, что наша единственная тема ссор, это твой любимый Феликс? — смеется Ли. — Минхо… — Хочешь сказать не так? — Мы ссоримся не только из-за него. — А из-за чего еще? Два дня назад мы поругались, потому что ты начал переживать что этот придурок от тебя отдаляется. До этого потому что ты сказал что хочешь прекратить общение, но боишься что тогда он останется один. — А ты никогда не можешь меня поддержать, лишь только кричать на меня можешь — зарываясь руками в волосы, отвечает Хан. — Ты блять…в край уже совесть потерял? — прожигает его взглядом Ли — Это я тебя не поддерживаю? Что тогда еще скажешь? — Я хочу побыть один — неосознанно произносит Хан, но прячет глаза, взглядом метаясь по сторонам, лишь бы не смотреть на разгневанного Ли. — Если ты решишь поехать к нему — строго говорит Ли — Домой можешь не возвращаться. Только если за вещами. — Выселишь меня? — хмыкает Хан. — Может мозги тогда появятся — доставая из рюкзака кошелек, отвечает альфа. Оставляет перед ним свою банковскую карту, даже не взглянув на поникшего младшего. Застегивает молнию и накидывает лямку на плечо. — Оплатишь — последнее что он оставляет после себя и кивает на карту. Поднимается, поправляя цепочку, висящую на шее и прощается со знакомым официантом, Чаном, а точнее, это единственный друг Минхо, которого Джисон знает довольно хорошо. Потому что остальных своих друзей, Минхо даже не особо горит желанием называть друзьями. Хотя у него их очень много. Ли слишком популярен и в универе и на работе в студии танцев, где является хореографом. К нему всегда липнет очень много других омег, хоть и все знают что у него уже есть истинный. Это раздражает, особенно когда они появляются на публике и младшему приходится терпеть все эти взгляды и шептания. Поэтому в универе они даже не пересекаются, оба предпочитают оставлять личную жизнь в секретности. — Поругались? — слышится усмешка рядом и на место Минхо уже садится Бан Чан. — Как догадался? — слабо улыбнувшись, отвечает Хан. — Ну… Минхо сел в машину и уехал. А ты все еще здесь. Значит, либо ты ждешь кого-то, а у Минхо другие планы, либо вы поругались и он психанул. — Я просто…попросил его уйти. — Ляпнул что-то не то? — Скорее мне просто нужно подумать. — Если хочешь, мы можем поговорить — пожимает плечами Чан, откидываясь на спинку стула. — А тебе не нужно работать? — У меня перерыв. — Вот как. Он еще около часа сидит в кофейне, пока Бан уже уходит снова работать, а его место сменяет Чонин, близкий друг Хана, по совместительству пара Чана. Ян еще школьник, заканчивает старшие классы в этом году, хотя Джисон и Феликс сами пока заканчивают только первый курс, так что хвастаться особо нечем. А вот Чан уже давно закончил университет, правда с работой немного тяжело. Пока что он работает здесь и в еще одном ресторане. Но планирует стать продюссером, как только его работы одобрят в агенстве. Джисон завидует этим двоим. Он конечно не жалуется на Минхо. Его он очень любит и ценит, но его удивляет насколько у них все гладко. То ли это потому что сам Чан совсем не конфликтный человек, который принимает любую точку зрения и никогда никого не осуждает. То ли потому что Ян никогда не перечит старшему, во всем его слушает и просто не умеет спорить. В любом случае они действительно созданы друг для друга. Идеальное сочетание твердого, но доброго альфы и мягкого, но доброго омеги. И почему-то на фоне них, Джисон чувствует свою пару полной противоположностью. Он сам не ангел, а Ли тем более. И его парню больше подойдет описание, не твердый и добрый, а грозный и злой. Не сказать что он не бывает добрым, просто он всегда слишком серьезный, а особенно к Джисону он строг всегда. Правда, когда дело доходит до желаний Хана, Ли сделает все, чтобы ему угодить. Пробежит все магазины в половину первого ночи, лишь бы найти его любимые сладости, а перед каждой прогулкой проследит чтобы тот оделся по погоде. А стоит омеге пустить слезу, тот не отойдет от него ни на секунду. Будет все время обнимать, шептать комплименты и всячески успокаивать. Позже сам постелит кровать, уложит его спать и прижмется к нему со спины, целуя в район шеи. Страшно будет, если Минхо узнает что кто-то обидел его любимого. В последний раз, когда один омега стал оскорблять Джисона, Ли за несколько секунд довел его до истерики, просто сказав ему пару слов на ушко. И тогда повезло что это был омега, потому что когда они только пришли на курс, все старшие стали посмеиваться над ними. Один альфа начал приставать к Хану, чем сильно его напугал и в открытую стал его трогать. Джисон стал кричать, а проходящие мимо студенты лишь с открытыми ртами наблюдали как он пытается убрать от себя грязные руки. Того альфу боялись все, некая задира этого общества. Но голос своего малыша услышал Минхо. Он настолько был зол, что все кто видел его, расходились в стороны. И несмотря на то что Ли был немного ниже второго альфы, да и меньше по массе. Он чуть не забил его до потери пульса. Хан почувствовал себя в безопасности, когда Минхо выпрямился и подошел к нему, обнимая за талию. Его руки были в крови, поэтому он не до конца касался его одежды, лишь держал рядом, а глаза горели красным пламенем. Но он вывел Джисона из толпы и прижал к себе, словно Хан действительное его самое дорогое. Тогда Джисон и понял, что он действительно его судьба. — Как там в школе? — спрашивает Джисон у второго. — Учителя валят всех, не знаю как я буду сдавать экзамены — вздохнул Ян. — Могу помочь, если ты что-то не понимаешь — говорит Хан, доставая из кармана телефон, на который уже третий раз приходит уведомление о сообщении. — У меня проблемы только с математикой, вообще ничего не разбираю — потягивая горячий шоколад из бумажного стаканчика, отвечает тот. — Приехали — прикрывает глаза Хан, а после устало смотрит в экран мобильного. — Что? Минхо пишет? — Нет, Феликс — потирает висок он. — Что-то случилось? — Просит переночевать у нас — прикусывая нижнюю губу и сводя брови, отвечает тот. — Не думаю, что Минхо будет этому рад… — размышляет Ян. — Ты прав. Но выгонять он его не станет. — Слушай…у вас ведь и так не ладится последнее время… — И что мне его послать что ли? — Ну Джисон, я тоже хочу для тебя как лучше. Я понимаю, что Феликс тебе очень дорог, но подумай о Минхо тоже, он ведь взбесится и потом наверника устроит тебе скандал. — Чонин, хватит. У меня и так уже настроение ни к черту. — Ладно, прости. Делай как знаешь, я помогу если что понадобится. — Спасибо — улыбнувшись, кивает Джисон и поднимается со своего места. — Давай до встречи — говорит Ян, обнимая друга. — Стой, а почему ты сюда вдруг пришел, нет дополнительных? — вдруг очнулся Хан. — А…ну…есть, но… — Ах ты какой, к Чану значит сбежал — ухмыляется тот. — Мои родители уехали на два дня и они договорились с Чаном, что это время он поживет у нас, чтобы я не был один… — Вот как — еще шире улыбается первый, а после наклоняется к его уху — Предохраняйтесь там. — Джисо-он — стыдливо тянет Ян, покосившись в сторону старшего, который шел с подносом к соседнему столику. — Все давай, я пошел — усмехается Хан, напоследок вновь обняв младшего. Ловит Чана у кассы и пожав ему руку уходит к выходу. Чонин же остается краснеть от сказанного старшим, потому что с Чаном они вместе не так давно, а точнее всего лишь четыре месяца. И за это время у них еще дальше поцелуев не заходило. Но Бан просил сказать, если Ян вдруг наконец решится на это. И вчера Чонин это сказал. Поначалу старший просто хотел забрать его со школы к себе, а вечером уже отвезти домой, потому что вряд ли бы его пустили ночевать к альфе. Но подвернулся очень удобный случай и благодаре папе, отец согласился не оставлять сына одного, а пустить домой Чана. Все конечно удивились такому решению, но постарались лишний раз не подавать виду, чтобы старший альфа не передумал. Джисон ждет Феликса у своего дома уже минут десять. Хотя Ли здесь не виноват, он просил написать того, когда он будет за три остановки от нужной и Феликс тогда выйдет из дома. Именно при таком раскладе они бы оба пришли к дому Хана одновременно. Но Джисон немного проморгал дорогу и написал когда уже должен был выходить на следующей. К счастью, блондин довольно быстро дошел и Хан уже видит друга в паре метров от себя. — Привет — слегка приподняв уголки губ, говорит Феликс. — Привет — улыбается Хан. — Слушай, извини что я так…не общались последнее время, а я тут… — Да ладно, ничего страшного. Пойдем? — Да, идем — опускает глаза Ли. Хан не решает спрашивать почему Феликс так резко попросился прийти, он думает лишь как поговорить с Минхо, чтобы тот спокойно себя вел и не устроил скандал. Альфа правда не станет ругаться при Феликсе, лишь скорее просто закроется в спальне, а может и вовсе уйдет куда-нибудь. Но завтра, когда блондин уйдет, Хан точно получит по самое не могу. — Проходи — произносит Джи, открывая дверь перед тем и пропускает внутрь. Тот молча заходит и снимает обувь, оставляя ее на коврике справа от двери. Джисон пока вешает кофту на вешалку, а обернувшись, в коридоре уже появляется альфа. Минхо еще на кухне почувствовал запах другого омеги в квартире, но до последнего надеялся что ему мерещится, вот только к сожалению, чутье не подвело. Он сжимает в руке банку с энергетиком и прячет вторую в карман домашних штанов. Отпивает немного напитка, окидывая их обоих еще раз осуждающим взглядом и уходит обратно на кухню. — Мне наверное…лучше уйти… — шепчет Феликс и стыдливо опускает голову. — Забей, он всегда такой — качает головой Хан — Проходи в зал. Хан проводит его во вторую комнату, в который раз по пройденному сценарию сразу же стелит ему постель на диване, а после уходит на кухню. Феликс чувствует себя неловко, потому что Джисон как всегда такой заботливый и отзывчивый, что он чувствует себя последней тварью, которая портит ему настроение и занимает его личное время. — У нас еще осталось вино? — спрашивает младший, проходя к холодильнику. Ли в это время сидел с ноутбуком за столом и исподлобья наблюдал за ним. — Ты меня слышишь? — поворачивается к нему Джисон. — Если в холодильнике нет, посмотри в нижнем шкафу слева от духовки — проговаривает Ли. Хан кивает, послушно идет к плите и опускается на корточки, открывая шкаф. Находит нужную неоткрытую бутылку, забирает два стакана с верхней полки и прежде чем уйти возвращается обратно к Минхо. Ставит все на стол, а после подходит ближе. Заходит за спину и запускает руки под ворот футболки, проводя носом по шее. — Вали уже, тебя там ждут — убирая его руки и отворачивая голову, говорит Ли. — Минхо… — вздыхает Хан. — Отвали — кидает тот, читая дальше содержимое сайта. На это слово Джисон обижается. Ему очень неприятно когда старший говорит «Отвали», «Закрой рот» или «Мне не до тебя». Это слишком грубо по его мнению и после этого ему всегда хочется просто закрыться в ванной и не видеть его хотя бы пару дней. Но сейчас он не говорит ничего. Забирает бутылку со стаканами, звеня стеклом и закрывает за собой дверь. А Минхо сжимает в кулаке ткань футболки и хочет вернуть его руки на свое тело. Вот только гордость не позволяет. — Так что случилось? — все же спрашивает Джисон, поднося к губам бокал и отпивая немного содержимого. — Я просто не хочу пересекаться с ним сегодня… — отвечает Ли, крутя стакан в руке и наблюдая как болтается жидкость. — Он стал раньше приходить? — Нет, но ближе к ночи он все равно придет. Просто в общем…я увидел историю одного омеги с его курса. — Так… — Они целовались — прикрывает глаза Ли — Он просто целовал его. А я все еще сижу и жду когда же он придет домой. — Ликс… — Я хочу от него уйти. Мне…похер что он мой истинный. Мне насрать на то что на мне его долбанная метка. Я просто больше так не могу, лучше я буду один, чем это будет продолжаться. — Ликс, иди сюда… — произносит Джисон и тянет его к себе, отставляя оба бокала на журнальный столик. — Прости — шепчет Ли, цепляясь пальцами за его футболку и пряча лицо где-то в его ключицах. Он весь содрагается, а Хан слышит сдавленные всхлипы и чувствует как сильно бьется его сердце. — Я просто не хочу продолжать быть запасным вариантом. Если у него не получится подцепить кого-нибудь в клубе, он приходит ко мне, даже если я этого не хочу… — Ликс… — хмурится Хан и поджимает губы. Гладит его по спине, стараясь его успокоить. Хотя и у самого уже навернулись слезы и наверное он уже вот-вот заплачет. Но он стойко держится. По крайней мере старается. Ли успокаивается только ближе к вечеру, когда они с Ханом допивают всю бутылку и алкоголь наконец ударяет в голову. Феликс уходит в душ, ненадолго. Пока Джисон убирает весь мусор после них и моет стаканы, оставляя их сохнуть на решетке. — Я наверное…лягу спать, а то что-то совсем… — неловко трет затылок Ли, заходя на кухню ко второму. — Да, давай, спокойной ночи — улыбается тот и вытирает руки о полотенце. — Спокойной — кивает Феликс, оставляя Джи одного и тихо закрывает за собой дверцу зала. Хан еще некоторое время хлопочет на кухне, моя посуду, которую не помыл вчера вечером. А после наведя чистоту, проходится взглядом по помощению, все ли он убрал. Наверное можно и самому уже идти спать, чтобы хоть немного выспаться. Щелкает ручкой двери, на носочках проходя в спальню и расслабленно выдыхает, когда видит что Минхо сидит над проектом за столом. Он даже не поворачивается в сторону младшего, продолжая что-то переписывать в тетрадь. Джисону конечно теперь не получится заняться своими заданиями, раз альфа занял стол, а на кухню он уходить не хочет, все тетради и коспекты здесь. Он ложится на кровать, спиной к нему и втыкает в телефон. Хотя на самом деле сейчас слушает как Минхо время от времени тяжело вздыхает, хрустит пальцами или бросает ручку на стол. Просто ждет, пока он наконец окажется рядом с ним. Брюнет довольно с большим грохотом закрывает тетрадь, потирая ладонями глаза, а после оборачивается в сторону лежащего на животе Джисона. Выключает светильник над столом, отчего вся комната погружается во тьму и проходит ко второй стороне кровати. Ставит будильник на телефоне и тогда уже ложится в постель. Откидывает от себя одеяло, потому что ему как всегда жарко. Лежит на спине, прикрыв глаза и лишь слышит как Джисон убирает телефон на тумбочку, возвращаясь к нему. На грудь ложится ладонь омеги, а губы накрывают чужие. Младший лишь нежно целует, полностью отдаваясь ему и Минхо приподнимает его за бедра, сажая на себя сверху. — Это что, своеобразные извинения? — усмехается Ли, когда тот наклоняется к нему и дышит в приоткрытые губы. — Ты ведь знаешь, что я люблю тебя…? — шепчет он. — Давай без этого — проводя большим пальцем по нижней губе и оттягивая ее вниз, говорит тот. Минхо немного давит на его плечи, вынуждая опуститься дальше и лишь на ощупь найдя руку Джисона, кладет ее на свой половой орган. Хан прекрасно понимает чего хочет альфа и поэтому стягивает с него ненужные треники и касается языком через тонкую ткань боксеров, вскоре избавляясь от них. Старший рвано выдыхает когда младший пару раз проводит рукой по всей длине, а после берет в рот головку. Всасывает, но не двигается дальше, чем очень сильно напрягает Ли. Медленно опускается ниже, втягивая щеки, а Минхо кладет руку на его затылок. Сжимает пряди и насаживает на себя, выстраивая свой ритм. Джисон старается расслабить горло, но выходит не особо хорошо, немного давится и на момент хватается за запястье старшего, чтобы отдышаться. — Теряешь хватку, малыш — усмехается Ли. — Пошел ты — шипит в ответ Хан. Его злит, когда Минхо так делает. Старший дышит все глубже и тяжелее, давит на затылок еще сильнее и заставляет проглотить все до конца. Хан отстраняется, слизывая остатки с губ и ложится на грудь альфы, уткнувшись носом в шею. Минхо аккуратно перебирает прядки волос своего мальчика, мягко целуя в висок и поглаживает второй рукой по талии. — Ты же знаешь, что я никому не позволю тебя тронуть? — произносит Минхо и Джисон чувствует как сильнее сжимается ладонь на теле, словно прижимая еще ближе к себе, не желая отпускать. — Ты чего…? — с усмешкой, но и с небольшим страхом спрашивает омега. Младший поднимается, упираясь в грудь второго и смотрит в глаза, стараясь разглядеть хоть что-то в полумраке. — Ничего — прикусывает губу Ли — Мне жаль Феликса, правда. И я понимаю что он твой друг, но хватит уже. Хватит с ним общаться. И если ты сам не сможешь с этим покончить, то это сделаю я, Джисон. Нравится тебе это или нет. — Что…? Минхо, что ты несешь, я же… Все прерывает агрессивный стук в дверь, словно ее вышибут прямо сейчас. Минхо хмурит брови и напрягается всем телом, поднимаясь с кровати и практически сам готов снести ту самую дверь. — Сиди здесь и не выходи, понял? — строго говорит он, на что Хан лишь кивает. Ему становится очень страшно, когда Ли закрывает дверь в спальню. Он слышит как Минхо что-то говорит Феликсу и закрывает дверь зала. Слышится как открывается входная дверь, но голосов внутри квартиры не раздается. Он вышел в подъезд, это не к добру. — Черт… — шепчет Джисон себе под нос и поднимается с кровати. Он проходит к концу комнаты, к двери и именно в этот момент входная дверь вновь распахивается. — Феликс — слышится голос Минхо, а после чья-то усмешка. И Хан понимает что сейчас в коридоре Ли не один и есть всего один человек, кто мог бы сейчас сюда заявиться. Джисон все же дергает ручку двери на себя и оказывается в коридоре лишь на секунду позже Феликса. Блондин стоящий слева от него буквально каменеет и трясется от страха при виде парня, чью усмешку Хан слышал до этого. — Ну что, милый, поехали домой? — произносит Хван, с ядовитой улыбкой и надменным взгядом. Джисон с последней надеждой смотрит на Минхо, но тот лишь грозно смотрит в ответ и одними губами велит не лезть. — Я…Хенджин…думал что ты не придешь сегодня и… — с запинками произносит Ликс и Хан просто не может позволить ему уйти со вторым альфой. Джи встает впереди него, пряча за своей спиной и с вызовом смотрит на Хенджина. — Он переночует сегодня здесь — твердо говорит он. — Джисон — шипит Ли, бросая на него взгляд полный ненависти. Но Хан не отступает, он не бросит сейчас Феликса и не оставит его на растярзание этому человеку, по крайней мере не сейчас, пока он сам еще может быть в безопасности, раз Минхо здесь. — Слушай, Хан-и — сладко тянет Хван и делает шаг к нему, но Ли тут же встает перед ним. — Не подходи к нему — рычит Ли и этого пугаются оба омеги. Минхо сейчас слишком напряжен, слишком зол. И никому неизвестно как это может обернуться. — Расслабься, уговор есть уговор, я не стану его нарушать, если ты его не нарушишь — смеется Хван — Хотя думаю, я бы не против попробовать. — Заткнись — срывается Ли и хватает того за ворот рубашки. — Минхо — произносит Хан, цепляясь за его плечи, в попытке оттащить от второго, лишь бы предотвротить драку. Ли отходит, но толкает Джисона чуть дальше и крепко сжимает запястье, не давая и шагу ступить. — Уходите — говорит Ли, прожигая взглядом пару. — Минхо, прошу — начинает Хан, но пальцы на руке смыкаются еще сильнее, причиняя боль и кажется что алые следы уже утром сменятся на темные синяки. Феликс смотрит побитым щенком на всех троих, с глаз уже сбегают соленые дорожки и он лишь оборачивается назад. Уходит в зал, наспех пихая кофту в рюкзак и убирает телефон в карман, направляется к Хвану. — Нет-нет, Ликс, постой — говорит Хан. И да, целиком и полностью идет против своего альфы, о чем жалеет, когда Минхо хватает за шею и тянет назад. — Еще раз дернешься и мало не покажется — шепчет Ли на ухо, что по всему телу проходится холод. Феликс все это видит и весь ломается внутри, не только потому что понимает что будет с ним самим, когда он выйдет за дверь вместе с Хенджином, но и потому что понимает что рушит чужие отношения. — Идем, Ликс — усмехается Хван и берет его за руку, выводя наружу. Старший лишь на секунду отходит от Джисона, закрывая дверь на замок, а как только поворачивается назад, младший весь сжимается. Ли направляется к нему, пока не загоняет в угол и замахивается. Хан закрывает глаза, жмурится, опуская голову, но удара не чувствует. Минхо ударил в стену рядом. Но с такой силой, что на костяшках моментально появляется кровь и Хана от этого тресет еще больше. Старший ничего не говорит. Напоследок окидывает свою пару взглядом полного презрения и уходит в сторону ванной комнаты. Ему явно нужно остыть, хотя бы немного, чтобы не натворить лишнего. Поэтому Джисон лишь уходит в спальню. Ложится на кровать, спиной к двери и прикрывает рот рукой, чтобы старший не слышал всхлипов. Слезы обжигают щеки, а звук разбитого стекла на кухне еще сильнее бьет по нервам, но Хан боится выходить. Минхо приходит лишь через час или два, когда Джисон все еще продолжает задыхаться от эмоций и держать ком в горле, который все никак не проходит. Ли все слышит. Он прекрасно слышит как плачет его омега, но не позволяет себе повернуться к нему.

Квартира Хвана и Ли.

Стоит Хвану открыть дверь и толкнуть Феликса внутрь, младший не удерживается на ногах, падая на пол. Слышит на это тихий смешок, а после твердые руки что поднимают назад. — Ну что? Нагулялся? — произносит Хван куда-то в район шеи. — Пожалуйста… — тихо, еле слышно просит Ли, отталкивая от себя альфу. — Что я тебе говорил по поводу Джисона? — твердит он, разворачивая парня к себе. Держит за тонкие, немного костлявые плечи и повторяет свой вопрос. — Прости… — молвит младший, пряча глаза. — Скажи, то о чем я тебе говорил. Ты клялся что не ослушаешься, так почему ты вновь с ним? — наклоняется ближе к нему Хван и хватает за волосы, вынуждая откинуть голову назад. — Извини, Хенджин, прошу… — дрожащим голосом произносит тот. — Еще раз, я увижу тебя с ним…и поверь, очень сильно пожалеешь… Тембр альфы пугает до чертиков, что Феликс снова хочет заплакать. Он успел нареветься в машине, пока Хван сидел за рулем и даже не обращал на него внимания, но кажется ему этого не хватило. — Вперед — произносит старший, подталкивая в сторону двери спальни. Ликс робко двигается туда и на ватных ногах доходит до кровати. — Снимай одежду — холодно бросает Хван, стягивая с себя футболку и кидая куда-то на пол. — Хенджин… — сжимает кулочки Феликс и отступает назад — Не надо…я не хочу. — Ты с первого раза не понимаешь? Или тебе только по плохому нужно объяснять? — усмехается Хван. Феликс понимает что альфа пьян и явно не контролирует себя до слова совсем. Спортивляться будет себе больнее, также как и надеяться на помилование. Старший буквально терзает его губы и прикусывает до крови. Бросает омегу на кровать, рывком стягивая спортивные штаны, а вместе с ними и белье. — Хватит пожалуйста — кричит тот, откидывая голову и жмуря глаза, с которых рекой льются слезы. Хенджина вновь берет злоба и обида, он прижимает запястья парниши к матрасу и с ненавистью смотрит на когда-то любимые веснушки. Он хочет сделать ему больнее, сломать изнутри каждую частичку тела, чтобы уже никто не смог склеить. Но не понимает, что сломать сильнее, чем сейчас, уже не выйдет. Феликс подавлен как снаружи так и внутри. От каждого касания жжется кожа, словно про ней прошлись ножом. Больно от того насколько безразлично Хван оставляет свои следы на его теле, которые позже сходят по несколько дней и не дают покоя, потому что стоит взглянуть в зеркало и в голове все вновь повторяется. Альфа отпускает лишь на момент, чтобы достать смазку из тумбочки рядом и снять свои джинсы, но Феликс уже не дергается. Он ничего не чувствует. Обычно именно в этот момент все ощущения на теле пропадают, а уши словно закладывает. Он не слышит слов, которые произносит Хван, лишь крепче сжимает зубы и мнет руками простынь. Хенджин растягивает слишком быстро, даже не полностью, лишь скорее для галочки и входит сразу на половину. Они не были в одной постели уже почти два месяца, может немного меньше, отчего Феликсу до невыносимости неприятно ощущать все так резко и грубо. Но он молчит, закусывает сильнее губу и лишь тихо скулит. Заламывает себе пальцы, чтобы отвлечься другой болью, шепчет себе под нос просьбы прекратить, но это бесполезно. — Ликс… — единственное что вырывает из этого состояния полного омертвения. Оно раздается прямо у уха, словно как раньше, когда Хван звал его чтобы завлечь в поцелуй. Но вместо этого, Хенджин лишь делает последний толчок и ставит еще один след на шее, на самом видном месте, прикусывая кожу, отчего Ли задерживает дыхание и сжимает ладонью край подушки. Он выходит, изливаясь на чистое постельное белье и лишь с отвращением оглядывает обмякшее тело парня. Забирает свои вещи и хлопает дверью. Он одевается в коридоре, лишь бы больше не видеть омегу и закрывает входную дверь, направляясь вниз по лестнице. Феликс вновь дрожит от холода квартиры и от всего что оставил после себя альфа. Сворачивается клубком, носом уткнувшись в колени и продолжает мечтать когда же это все закончится.

Утро. 7:24

— Еще раз блять, ты подойдешь к нему… — буквально орет Минхо, направлясь к Джисону, стоящему у холодильника. — И что? — выкрикивает в ответ он — Что ты мне сделаешь? Ударишь меня? Изнасилуешь? Также как и он? — Заткнись, Хан — рычит старший — Не зли меня. — Так давай же, что не так то? Объясни мне наконец почему ты так поступаешь? Если Хенджин последняя скотина, не значит что я не должен общаться с Ликсом. — Почему ты не можешь просто ко мне прислушаться — вздыхает Ли, закусывая губу изнутри. — А почему ты не слушаешь меня? — хмыкает Джисон. — Я во всем всегда на твоей стороне, чтобы ты не натворил и с кем бы не общался. Неужели тебе так сложно просто сделать то же самое для меня? Я не имею ничего против твоих друзей… — Так чем Феликс тебе не угодил? Ты боишься что Хенджин мне навредит? Он не тронет меня, ты это прекрасно понимаешь. — Ты не знаешь на что он способен. — Ты прав. Я его не знаю. Но его знаешь ты. И у тебя к нему есть полное доверие в отношении меня. Можешь этого не скрывать, я в этом уверен. Ты пытаешься делать вид, что ты его ненавидишь, но ведь на деле это не так. — Все. Хватит с меня — разворачивается спиной Ли, направляясь в сторону двери. — Так значит я угадал, да? — усмехается Хан, шагая за ним и останавливает его, цепляясь за рукав футболки. — Нам пора в универ — произносит Минхо, но Джисон не отступает. — Договори до конца. Назови мне хотя бы одну весомую причину, почему я не должен общаться с Феликсом — повышает голос младший. — Ты уже заебал — говорит Минхо и с силой отдергивает свою руку, отчего толкает Джисона в плечо и парень не удержавшись на ногах, падает на пол. От этого оба замолкают. Минхо замирает, приоткрыв рот. Хан сглатывает и поднимается на ноги, потирая ладонь, которой кажется сильно ударился. Проходит мимо, но даже не оглядывается на него. — Джисон — устало говорит Ли, опуская взгляд в пол и потирая переносицу. — Отвали — единственное что слышится в ответ перед хлопком двери. На учебе они уже не перескаются. Минхо как всегда сваливает после первых двух пар и уходит куда-то со своими одногруппниками. А Джисон лишь грустно обедает в кафетерии внизу вместе с Сынмином, своим сокурсником. — Феликс сегодня не пришел — сообщает Ким, покосившись на Хана. — Он не поднимает. Я звонил раза три или четыре — отвечает Джисон, копаясь палочками в рисе и все продолжая прокручивать в голове утреннюю ссору. — Ты в порядке? — настрожился Сынмин. Он проверяет время на телефоне, читает сообщение и вновь возвращает взгляд на друга. — Выглядишь помятым — добавляет Ким. — Спасибо, я знаю — качает головой Хан. Рядом слева лежит его сотовый, который сам загорается и уведомляет о входящем вызове. На экране «Мин❤», но Джисон косится в сторону мобильника, который продолжает звонить и лишь выключает звук, даже не соизволив отклонить. — Теперь ясно — приподнимает брови Сынмин и немного смеется. — Что? — недовольно говорит Хан. — Ты никогда не игнорируешь его — поясняет тот. — И? — Значит поругались, вот ты и без настроения — усмехается Ким и снова отвлекается на свой телефон. На этот раз набирает пароль и отвечает, не обращая внимания на парня напротив, который злостно наблюдает за остальными людьми в столовой. — Слушай, прости, мне пора идти — сообщает Сынмин, поднимаясь с места. — Куда? Скоро же пара — удивляется Хан. — Я не пойду, мне нужно встретиться кое с кем. — Ты издеваешься? — Встретимся позже, ладно? Я напишу. — Класс — вздыхает Хан, бросая палочки на поднос и откидываясь на спинку стула. Очередной звонок от Минхо, который он пропустил и очередная скучная пара со старым скучным преподавателем. Его раздражает абсолютно все. Начиная с непонятной темы, которую им вдалбливает профессор Пак, продолжая тем что Феликс не отвечает ни на звонки, ни на сообщения и заканчивая бесконечными сообщениями Минхо. После финального звонка Джисон случайно встречает в коридоре Хенджина. Старшекурсник стоит спиной, разговаривая о чем-то со своими друзьями и Хан на секунду даже думает подойти к нему. Попробовать нормально поговорить. Наконец узнать причину всего происходящего. Но он не может сдвинуться с места когда один из тех ребят, стоящих рядом с ним, кивает Хвану в сторону первокурсника. Хенджин поворачивается назад, ухмыляется когда видит Джисона и зачем-то кивает ему. И только через пару секунд до младшего доходит для чего был этот кивок. Хван жмет руки тем троим парням, с которыми стоял и направляется в сторону Хана. В этот момент второй уже жалеет и думает сбежать, потому что Хенджин обладает не той аурой, которая притягивает, а только той, что отталкивает и вынуждает бояться даже если ты просто стоишь рядом. Его взгляд словно говорит о том что он прекрасно понимает для чего Джисон пришел, но хитрая улыбка буквально дает понять, что ответа на все его вопросы он не даст. — Привет — хмыкает он, подходя ближе и смотрит сверху вниз. — Привет — произносит Хан, сжимая в руке мобильник, стараясь не показывать своего напряжения, но Хенджин и так все прекрасно чувствует. — Поговорить хотел? — смеется Хенджин, пряча руки в карманы и оглядывается вокруг, наверняка проверяет нет ли вблизи Минхо. — Да — кивает Хан, покосившись в сторону лестницы, откуда возможно мог бы появиться его альфа. — Идем — произносит Хван, двигаясь в сторону второй лестницы, где более менее мало людей. Старший ведет его к комнате отдыха, где обычно никого нет и стоит лишь одинокий пыльный диван и стол с какой-то странной вазой. Он пропускает Джисона внутрь, а сам облокачивается на закрытую дверь, перекрывая все пути к отходу. — Слушаю — вновь ухмыляется Хван. — Где Феликс? — первое что приходит на ум. — Дома — пожимает плечами тот. — Что ты с ним сделал? — Ничего особенного. — Сколько можно, Хенджин? Ты же любишь его. — Любил по крайней мере… — опускает глаза Хван, с какой-то чересчур грустной нотой. — Он твой истинный, вы должны быть вместе. — Это глупый стереотип. — Что? — Истинность. Это полная хрень. — Нет. Ты не прав. — Еще как прав. Тебе то самому нравится Минхо? — Чего…? Гонишь что ли? — Признайся честно. Когда омега чувствует запах альфы, его просто на автомате тянет к нему. Да, это чертова природа, но это не любовь, нет. Это ебаные инстинкты. Ты просто тянешься к нему, потому что понимаешь что так нужно. К тебе приходит осознание, что да он твой, ты должен быть с ним. Но это не любовь. Ты можешь быть вместе с ним и чувствовать что угодно. Привязанность, возбуждение, влечение, интерес, беспокойство и симпатию. Но любовью это не назвать, потому что это был не твой выбор. Он был тебе навязан когда ты почуствовал запах. И все, ничего интересного в этом нет, это просто ошибка. — Ты полюбил кого-то другого? Поэтому так бесишься что твоя судьба это Феликс? — Возможно… — кивает Хван — Но я уже давно сделал свой выбор и уверен что это правильно. — Ты не знаешь как Феликс любит тебя… — Он меня не любит. — Он постоянно о тебе говорит. Ждет когда ты вернешься, когда ты наконец будешь рядом и… — Это не то. Он испытывает это потому что уверен что мы обязаны быть вместе — говорит Хван и делает шаг к Джисону — Все эти поцелуи, которые не на шутку выворачивают, все эти чувства которые ты испытываешь от объятий и касаний оголенной кожи, все это…можно чувствовать и с другим, истинность здесь роли не играет. Хенджин подходит вплотную, оставляя между ними жалкий сантиметр и кладет руку на шею парня. — Веришь мне? — произносит он в самые губы — Ты ведь сейчас чувствуешь эту же дрожь что и рядом с Минхо? — шепчет Хван. — Хенджин… — осторожно произносит Хан, упираясь ладонями в грудь напротив. — Ты не нужен ему, Джисон. — Перестань…не говори так. — Я не хочу чтобы ты тоже почувствовал эту пустоту. — О чем ты вообще? — Он сделает тебе слишком больно. — Ты его не знаешь. Зачем тебе это все нужно? — Я надеялся что ты сам все поймешь. Ваша искра уже давно угасла — произносит старший и накрывает губы напротив. Хван не налегает, не наглеет, а лишь мягко и нежно целует, словно боится вспугнуть его, зная что в любой момент он может сбежать. Поглаживает пальцем по щеке, аккуратно укладывая вторую руку на талии. Джисон напряжен и очень сильно, но он никогда в жизни не думал что так легко расплавится от рук Хван Хенджина. Он действительно хорош. И в поцелуе и вообще во всем что он делает и это настолько…приятно? В голове каша от происходящего, буквально в прямом смысле слова, потому что все здравые мысли спутались и все поделилось на «за» и «против». Но Хенджин не дает решить все же «да» или «нет», подхватывая Джисона за талию и сажая на свои бедра. Он тепло обнимает одной рукой, второй ведет по линии позвоночника и не прерывает зрительный контакт, специально наблюдая за реакцией. Целует в шею, еле ощутимо касаясь языком и прикусывает ключицы, слабо засасывая. След совсем маленький, но заметный, а еще очень чувствительный. Ключицы одно из самых слабых мест Джисона. И есть подозрение, что Хенджин об этом в курсе. Подливает масло в огонь шум в коридоре и холодная рука под кофтой, что с осторожностью ведет по ребрам, словно считая каждое. — Нет…стой… — шепчет Хан, очень тихо, словно даже надеется что Хван этого не услышит — Нельзя — произносит он чуть громче. — Почему? — усмехается Хенджин и разворачивается, усаживаясь на диван, и сажая Джисона сверху. — Я так не могу — говорит младший и пробует подняться, но крепкие руки отлично держут за бедра, не позволяя уйти. — Боишься что Минхо узнает? Не думай об этом. — Он почувствует… — Нет, он ничего не почувствует. — Хенджин…зачем…? — Зачем? — Зачем я тебе нужен? — Догадайся сам, ты не глупый мальчик — улыбнувшись отвечает тот и запускает руку в волосы Хана, притягивая снова к себе. Хенджин вновь сплетает языки, игриво прикусывая губы младшего и опускает одну руку все ниже. Гладит внутреннюю сторону бедра, чувствуя робкие ладони на своей шее, что со страхом ведут по коже и отдают свое тепло. Хан довольно неожиданно приходит в себя, отстраняясь от Хенджина, но не встает на ноги, а лишь смотрит в его глаза, продолжая держать за плечи. — Нет… — качает головой младший — Это неправильно, я не могу… — Джи — произносит Хван, ослабляя хватку на теле. Хан лишь опускает глаза, поднимаясь с колен старшего и шагает в сторону двери, без раздумий покидая комнату. Младший словно теряет весь здравый смысл, когда выходит из университета, забив на все оставшиеся пары и лекцию, назначенную для первокурсников. Он не обращая внимания на всех одногруппников, которые продолжают звонить, писать и спрашивать куда же он пропал, направляется домой. Подальше от всего этого. Дома к счастью нет Минхо и Хан спокойно принимает душ, стирает вещи и брызгает духи, лишь бы Ли ничего не заподозрил. Сам старший же возвращается ближе к вечеру и то, что буквально вынуждает Джисона запереться в ванной на целый час, с оправданием «я хочу расслабиться и побыть один», это не особо заметный засос на шее и запах другого омеги. Не один он сегодня был с другим и это уже стало понятно. Слезы бегут ручьем, а голова уже болит от истерики, что никак не прекрастится. Воде уже некуда литься и Хан открывает крышку трубы на дне, чтобы спустить воду, но лишь бы не выключать кран. Он не хочет сейчас говорить с альфой и вообще быть с ним в одной квартире, но пока что другого выхода нет. Вся эта ситуация, выбила землю из-под ног. Минхо изменил ему с другим омегой, а он изменил ему с другим альфой. Единственное что более менее приводит в чувство, это разговор с Феликсом. Это было сложно, чересчур сложно. Но Ликс неоднократно звонил, пока Джисон лежал в ванне и не перезвонить Хан не смог. Но под конец разговора, пока все было отлично и Ли даже подбодил тухлое настроение, все падает когда Феликсу стоит сказать о том что Хенджин сегодня был к нему добр и даже нежен, что обычно для него не свойственно. Тогда омега совсем запутался. Но он понимает одно. Что Хенджин прав. И на самом деле Минхо для него лишь привычка, которая появилась после первой встречи, когда он почувствовал что это его альфа. На следующий день Джисон вновь решает пропустить пары и идет в кафе где всегда проводятся все скандалы и все праздники. Это кафе где работает Бан Чан. Да, возможно сейчас идти к старшему не вариант, но позвонить Чонину и уговорить его сбежать со школы вполне реально. — Привет — с улыбкой и веселым возгласом здоровается Чан, отходя с кассы и подходя к нему. Они обнимаются лишь на секунду, в знак приветствия и Чан просто уходит дальше работать, оправдываясь администратором, который якобы отругает за бездельничество. Оставляет Чонину сообщение «Я тут» и садится за свободный столик. Чонин появляется на горизонте лишь через сорок минут, видимо искал способ пропустить уроки. И конечно первым делом Ян подходит к Чану и говорит ему что-то, после чего уже направляется в сторону друга, который уже порядком успел полностью себя измучать догадками о том, как все будет происходить дальше и что же ему вообще делать. — Привет — улыбается Чонин, присаживаясь напротив. — Привет — кивает Хан, потирая шею. — Ты чего? Что за срочность то такая? Я пока убедил учителя что мне плохо, думал ты уже уйдешь — смеется Ян. — Да я…не могу об этом не поговорить… — Что такое? — У меня с Минхо в последнее время все не очень — начинает с этого Джисон. — Да у меня с Чаном тоже, кажется у альф сейчас у всех какой-то странный период, мой одноклассник так сказал — рассказывает Чонин. — Ну…может быть, просто…черт. Просто, давай так…я расскажу что случилось, но…ты никому не скажешь, даже Чану. — Так… — усмехается Чонин — А вот это уже не прикольно. Что произошло? — Я изменил Минхо… — неожиданно для себя самого говорит Джи. — Наконец-то, давно пора — хмыкает Чонин и отвлекается в сторону окна, но вдруг понимает что сказал лишнего. — Что? В смысле…давно пора? — качает головой Хан. — Я…знаешь…я просто это…ошибся…я — нервничает Ян, бегая взглядом вокруг. — Ты что-то знаешь, да? — с горечью и с прозрачной пеленой на глазах произносит Хан. — Нет, просто…не знаю… — Он пришел вчера с засосом. И я почувствовал чужого омегу. Что ты знаешь, Чонин? — Ты сейчас серьезно? — А зачем мне врать? — Джисон…боюсь что я не могу тебе этого рассказать… — Блять, какого черта? Что? Скажи уже, наконец раз начал — и первая соленая дорожка стекает по щеке. — Джисон, прости. Но… Минхо изменяет тебе с Феликсом. Я не знаю, как ты не узнал запах Феликса, возможно он в тот момент что-то выпил, чтобы ты не догадался. — Феликс…? — Они спали еще с момента вашей старшей школы. Мы спалили их когда они занялись этим на день рождения Хенджина в прошлом году. И в тот момент, Хван увидел их первым. — Хенджин…знает? — И из-за этого так ненавидит Феликса. — Но почему…почему мне никто не рассказал? Почему ты не сказал? — Мы все вместе решили что не хотим чтобы ты сильно страдал и скрывали это. А Хенджин согласился сделать вид, что ничего не было ради тебя. Но это повторилось. Хенджин вернулся домой, все окна открыты, Феликс вышел из душа, но запах еще был. Конечно он сразу понял что в доме был Минхо и…он пообещал что отомстит. Феликсу он отмостил и морально и физически, а вот Минхо…единственный способ навредить ему, переспать с тобой. Но никто не верил что он сможет это сделать, потому что все знали, как сильно ты любишь Минхо. — То есть…мне все врали? — Джисон… — О том что мой альфа спит с моим лучшим другом. Об этом знали все? — Прости, мне очень жаль… — Блять… — усмехается Джисон, вытирая слезы и смеется, но далеко не от радости, от безысходности — Все старались для тебя… И я не должен был тебе этого рассказывать, но я не могу больше молчать… — Минхо спал с Феликсом, а сам говорил мне что я один для него. Феликс просил о помощи и клялся что не знает почему же Хенджин так поступает. А Хенджин практически воспользовался мной чтобы отомстить Минхо. Сука… — У Хвана поехала крыша — говорит Чан, появляясь рядом и садится между Джисоном и Чонином — Представь, каково ему было, увидеть своего омегу с другим в свой же день рождения и при этом сделать вид что все нормально. Он не ушел от него из-за тебя, сначала это было для того чтобы ты ни о чем не догадался, а после Хван просто хотел добить Феликса. — Тогда какого черта вы все мне врали? Хенджин буквально с ума сходит и убивает Феликса. — Потому что Хенджин запретил говорить об этом — добавляет Чонин. — Он поломан внутри и очень сильно. И сейчас для него было бы еще тяжелее если бы ты страдал точно также, если бы раньше узнал о Минхо — говорит Чан. — Блять, да пошли вы — дрожащим голосом произносит Джисон и подрывается с места. — Джисон, постой — встает Чонин, но Чан его останавливает. — Оставь его — произносит старший. Голова парня уже точно перестает работать. Хан продолжает тереть глаза, вытирая поток слез и дрожащими руками достает телефон. Он впервые в жизни ему звонит, за все это время его номер не нужен был никогда, но сейчас тот самый момент когда стоит ему позвонить. — Привет — говорит Хан и направляется в сторону отеля, что находится за университетом. — Привет — слышит он в ответ. — Ты…в универе? Или… — Я дома. — Дома? — Зашел забрать зарядку, сейчас поеду к друзьям. — А…ладно, извини — вздыхает Хан, прикусывая губу. — Что-то хотел? — Ничего важного, просто хотел встретиться. — Да, без проблем. Где ты сейчас? — Возле отеля «Paradise», за универом, там… — Приеду через минут 10, хорошо? — Да, хорошо, я подожду. — Давай — произносит Хван, почти сразу сбрасывая звонок. И он не соврал, появляется через восемь минут, выходит из машины, замечая грустного Джисона у входа. Хан сидит с опущенной головой на скамейке и с трудом сдерживает все свои эмоции. Он снова перекручивает у себя в голове все слова Чонина и Чана, с тяжестью в груди и комом в горле сжимает в руках телефон и сбрасывает все звонки, что сейчас поступают абсолютно от всех. Феликс, Минхо, Чонин, Чан. Звонят поочереди и по несколько раз, видимо все уже знают что секрет раскрыт и боятся что Хан может натворить что-то плохое. Из мыслей вытаскивает рука на затылке, что слегка треплет по волосам. Младший поднимается, видит Хенджина и он почти сразу теряет весь свой рассудок. Старший достает пачку сигарет из кармана, не отрывая взгляд от второго и закуривает, с хитрой улыбкой. — Не хотел делать мне больно? Поэтому не рассказывал? Да кто я тебе такой, что ты измучал себя, Феликса и Минхо, но молчал при мне — говорит Джисон. — Не вижу в тебе гнили — усмехается тот. — Гнили? — Ты не наигранный, настоящий что ли, не знаю. Мне просто стало тебя жалко. — Жалко значит… А о себе ты не думал? Минхо недавно пришел и… — Да, я знаю. В квартире был его запах когда я вернулся ночью. Но Феликс уже спал и я уехал ночевать к другу. — Я чувствовал другого омегу, но я и подумать не мог что это он — хмыкает Хан. — Я тоже — грустно улыбается Хван и протягивает сигарету Джисону. — Я не курю — отнекивается Хан, качая головой. — И что? Потому что Минхо против? Я же видел, что ты с удовольствием курил, когда мы ходили в кальянную без Минхо. — И давно ты за мной следишь? — Давно — хмыкает Хенджин и подходит к нему. Одной рукой зарывается в волосы парня, а второй протягивает сигарету к его губам. Джисону сначала становится до жути неловко и даже немножко стыдно, но губы он послушно раскрывает и чувствует как Хван немного касается его подбородка и с интересом наблюдает как тот затягивается. Хан вдыхает довольно много, но спокойно пускает струйку дыма, поднимая глаза на него. «Да, сейчас» мелкавает в голове и тянется к нему. Делает это довольно медленно, но Хенджин наклоняется к нему и тянет его к себе, обнимая за талию. Целует не как в первый раз, чуть грубее, но от этого даже приятнее. Он на секунду отстраняется, заполняя легкие дымом и снова накрывает чужие губы. В поцелуе привкус никотина и твердая ладонь на затылке, что сжимает пряди и расслабляет до невозможности. — Хенджин… — отстраняется Хан и кладет руки на его шею — Не хочешь…продолжить дальше? — на что Хенджин ухмыляется. — Уверен? — приподнимает бровь Хван. — Если тебе нужно ехать… — Не сейчас. Интересно лишь одно, уверен ли ты? Мне не нужно, чтобы ты потом жалел об этом. — Я…уверен, да… Хенджин вновь целует и еще более возбуждающе, что Джисон чувствует что плавится от ощущения его рядом, но Хван отстраняется, коротко кивает в сторону входа и берет его ладонь в свою. Они заходят внутрь, где за ресепшеном сидит альфа средних лет и старший подходит к нему, чуть отодвигая Хана за свою спину. Они разговаривают недолго и Джисон даже не слушает, взвешивает все слова Хвана и все слова Минхо. Словно сравнивает их двоих. Но делает один вывод, они слишком разные и Хенджин для него намного загадачнее и интереснее, хоть раньше он на него не обращал и секунды внимания. Он приходит в себя когда слышит звон ключей от комнаты в руках Хенджина. Хван приобнимает его за талию, уводя наверх, на второй этаж. Старший открывает дверь за долю секунды, пропуская младшего внутрь и закрывает обратно, зайдя за ним. Хан бросает свой рюкзак на пол у стены и оборачивается к альфе. Он уже чувствует как все тело дрожит, а возбуждение накрывает обоих. Хван смотрит немного пугающе, словно с подвохом, но Джисона это заводит еще больше. Подходит к нему вплотную, прижимая к стене и проводит кончиком носа по шее, принюхиваясь. Запах Джисона приятный, ванильный и сильно манит к себе. Впивается в губы, попутно задирая кофту младшего и тянет ее вверх, откидывая на пол. Берет за руку, ведя к кровати и укладывает на матрас, нависая сверху. Короткие поцелуи по всему телу. Обводит языком соски, чуть прикусывает и цепляет пальцами пуговицу джинс, расстегивая ширинку. Хан сдавленно стонет, стоит Хенджину коснуться его внизу, на что он слышит тихую усмешку. Боксеры отправляются на пол к джинсам и старший проводит ладонью по всей длине члена омеги, отчего того выворачивает наизнанку. — Хенджин… — произносит он, прогибаясь в пояснице. Хван щурится, обводя взглядом все тело парня. Ему это определенно нравится. Слишком податливый, не такой как Феликс. Хенджин подносит два пальца ко рту омеги и сам тает когда видит такую картину. Нет, слишком потрясающе. Подставляет один ко входу, затем второй и улыбается тому как Джисон сам двигает бедрами, прося о большем. — Не торопись, солнце — прикусывает губу Хван и быстрее двигает пальцами. — Пожалуйста… — шепчет он. Хенджин встает с постели, на что Хан недовольно хнычет. Но Хван снимает с себя футболку, щелкает пряжкой ремня и Джисон вновь теряет дар речи. Все тело Хенджина подтянутое, рельефное и без слов красивое. А стоит ему снять белье и снова опуститься на кровать перед ним, омега не сдерживает себя, протяжно стонет и откидывает голову назад. Хван двигается медленно, но со временем ускоряется, вынуждая младшего хвататься за свои плечи и быть все громче. Настолько хорошо ему не было еще никогда. Джисон пропускает момент когда Хван успевает поставить несколько своих засосов на груди и ключицах. И уже полностью теряется, когда кончает не прикоснувшись к себе. Хенджин делает еще несколько толчков, выходит, изливаясь на постель и наклоняется вновь к омеге. Ничего не говорит, все и так видно по глазам. Поэтому он лишь приподнимает его, укладывая головой на подушки. Накрывает обоих одеялом и ложится рядом. Джисон же переворачивается, кладя голову на его грудь и чувствует как рука альфы обнимает за плечо. Проходит около получаса пока они лежат в тишине и оба думают о своем. Молчание прерывает Хенджин, вначале целуя в макушку, а после спрашивает. — Как себя чувствуешь? — Нормально — кивает он и поднимается в сидячее положение. Кажется, будто вопрос Хвана окончательно выбил из колеи, но возможно и наоборот. — Ты хотел этого ради мести? — спрашивает Хан, даже не повернувшись к нему. — А сам как думаешь? — произносит Хван, поднимаясь и садится рядом с ним. — Думаю, да — усмехается Джисон — Ты не мог успокоиться потому что достаточно измучал Феликса, что не знал как навредить Минхо и единственным вариантом был я? Ты мог избить его, сделать что угодно, но хотел сделать больно морально, так? — Я сначала простил их, обоих простил. И даже не думал что смогу так обращаться с Феликсом. Но я увидел их во второй раз, затем в третий и понял что они уже не прекратят. Я угрожал Минхо, что уведу у него тебя и тогда он остановился. Тогда я впервые переспал с Феликсом не по его воле. Но мне было слишком больно смотреть на него и не думать о том что мой омега спал с моим лучшим другом. И я думал рассказать тебе, но не смог. Минхо не хотел тебя отпускать и я понимал что сломаю тебе жизнь если расскажу это. Я пытался забыться в алкоголе, клубах, других омегах. Мне было в кайф видеть слезы Феликса, когда я возвращался домой, а он сидел и ждал меня. Но я уже ничего к нему не чувствовал, я не смог простить и вернуть себе хоть какие-то чувства. У меня будто все сломалось внутри и я остался пустым. Тогда я уже стал использовать его, других, постоянно ругался с Минхо, но лучше мне не становилось. Тогда я почувствовал запах Минхо от Феликса и тогда мне уже стало похер на все. Я не думал о том, чтобы взять тебя ради мести. Просто ты единственный, к кому у меня сейчас нет ненависти или отвращения. Хотел побыть с кем-то кто испытал то же самое что и я. — Теперь ты его бросишь? — поворачивается к нему Джисон. — Да. Я не могу больше его видеть. Оставлю ему квартиру, пусть живет как хочет и с кем хочет. — А сам куда? Квартира же твоя. — Собираюсь в Пусан. Я уже подал документы о переводе, некоторое время поживу в общежитии, нужно еще немного накопить для новой квартиры. — Вот как… — А ты? Уйдешь от Минхо или… — Да. Только пока не знаю куда, наверное поеду к родителям в Инчхон. — Может со мной поедешь? У меня еще есть время перед отъездом, за этот момент подашь свои документы, я уверен что тебя примут. — Ты серьезно? Поехать с тобой в Пусан? — Что в этом такого? — Звучит как концовка тупой мелодрамы — усмехается Джисон. — И что? Думаешь лучше вернуться к предкам? Насколько я знаю, у вас не лучшие отношения. — А с тобой все наше общение сводилось на «привет» и все. — Я не заставляю тебя, окей? Просто предложил, так что подумай над этим — говорит старший и поднимается, беря в руки белье и джинсы — Я сейчас поеду на стадион, слышал о нем? — То место где собираются одни гонщики и алкоголики? — усмехается Хан. — Можно и так — разворачивается к нему Хенджин — Давай со мной. — Я? — Почему бы и нет. — Я там никого не знаю… — Меня ты знаешь, а с остальными я тебя познакомлю. — Хенджин…честно это все хрень какая-то… — Что именно? — То что мы так…я не знаю…блять. — Допустим сдружимся и что? — Сдружимся? — Хочешь большего? — Бля — усмехается Хан, поднимаясь с кровати и подбирая свои вещи — Я хочу, чтобы ты расслабился — говорит Хван, надевая футболку. — Хорошо — резко выдает Хан и оборачивается к нему, подходя ближе — Только у меня есть просьба. — Какая? — Завезешь меня потом домой? — К Минхо, серьезно? — усмехается Хван. — Хочу собрать свои вещи.