The Little Flower Shop Around the Corner

В светлых локонах Феликса красуются маленькие желтые примулы, и он клянется, что они попали туда совершено случайно. Он, правда, от всего сердца клянётся, что случайно столкнул один из горшков с примулами с верхней полки и высыпал его содержимое себе на голову. Но в волосах Феликса нет никаких следов грязи? Итак, он лжец, и у него в волосах спутаны маленькие жёлтые примулы, потому что Феликс любит желтый. По понедельникам у него в волосах красуются розовые цветы, но сегодня вторник, и сегодня день желтых цветов. Завтра у Феликса в волосах будет что-нибудь синее. А в четверг что-нибудь красное. Розы, если ему повезет (но он должен быть осторожен, так как розы могут поранить его своими шипами). Пожилая дама, владеющая маленьким цветочным магазином, будет жаловаться, как и сегодня, но на этом закончит показывать своё недовольство. Потому, что Феликс всегда срывает цветы, которые почти подошли к концу своей маленькой жизни, те, которые скоро потемнеют и потеряют свои лепестки буквально за считанные дни, так что он лишь выполняет свою работу. Пока заплетает цветы в свои волосы. И покупателям это нравится! Феликс ярко улыбается, приветствует всех посетителей и знает о цветах всё. Он может подобрать их на все случаи жизни, для печали и для радости, для разрыва отношений и для их начала. Маленькие дети часто называют его феей. И, судя по всему, число клиентов увеличивалось с тех пор, как Феликс начал работать в маленьком цветочном магазине. Так что, даже если хозяйка и жалуется на Феликса и на маленькие цветочки в его волосах, она не может жаловаться слишком много. Да и жалобами это было сложно назвать, скорее вялым недовольством. Феликс поливает тюльпаны, когда звенит дверной колокольчик. Перед его лицом появляется Хёнджин, радостно улыбаясь. — Доброе утро! Я вижу, сегодня у тебя примулы. — Они выглядели так, как будто им не помешало бы подышать свежим воздухом. Ты готов встретить нового сотрудника? — Нет. Или да. Не думаю, что это будет слишком сложно. Хёнджин должен познакомить со всем нового сотрудника, который сегодня должен начать свою работу. Научить пользоваться кассовым аппаратом и всему, что касается цветов. Феликс рад наконец встретить своего нового коллегу, он только слышал, что его зовут Чонин, и что он немного младше их с Хёнджином. — Он должен быть здесь к двенадцати. Было бы неплохо если бы ты пошёл купить перекусить, пока он не пришёл. Я позабочусь о магазине, — Хёнджин убегает в комнату для персонала, чтобы переодеться в рабочую одежду. Сейчас чуть больше одиннадцати (Хёнджин опаздывает, но Феликс не возражает, но вот только хозяйка магазина совсем не в восторге от этого), а Феликс в магазине с восьми. — Без проблем! Как обычно? — Да, пожалуйста. И можешь купить в этот раз три порции, вдруг мальчишка ничего не ел, — голос Хенджина звучит немного приглушенно, но не настолько, чтобы Феликс не мог его понять. — Конечно! Помню в свой первый день, я был так взволнован и напуган, что не смог даже позавтракать, — Феликс вспоминает тот день, чуть больше года назад, в самом начале лета. Хёнджин устроился сюда через месяц или два после Феликса, и тогда именно Феликс научил его всему. — Я чувствовал себя точно также, но когда ты сказал, что все хорошо и, что нечего боятся, мне стало намного легче. А ещё у тебя за ухом была розовая роза, — Феликс улыбается вспоминая тот день, Хёнджин был очень потерянным в течение первых трех дней, но так хотел всему научиться. Как щенок. — Как думаешь, Минхо будет работать этим летом? — Хёнджин возвращается, берет метлу и начинает подметать землю, упавшую с одной из подвесных корзин, пряча её под стеллаж. Феликс закатывает глаза, ленивый щенок. — Скорее всего. Мисс Ким сейчас не в лучшем состоянии, поэтому сомневаюсь, что она многое сделает этим летом. Жара вредна для ее тела. — Это не хорошо. Но я скучаю по Минхо, я не видел его с тех пор, как он поступил в университет. — Разве он не изучает журналистику или что-то в этом роде? — Феликс случайно проливает воду себе на обувь. — Ага. Может, он уже устроился на работу по своей специальности. — Будем надеяться, что это не так, я скучаю по его объятиям и печенькам. И он единственный, кто знает, как предотвратить распространение примулы. Хёнджин фыркает, звенит дверной колокольчик, сигнализируя о покупателе. Хёнджин быстро приветствует даму и помогает ей выбрать идеальные цветы для дня рождения ее крестницы. Феликс заканчивает поливать цветы и ставит лейку на место между двумя большими стеллажами, полными зелени, рядом с огромной бочкой с водой. Их маленький цветочный магазинчик, как его еще называют, совсем небольшой. Ну, не такой маленький, как некоторые цветочные магазины в торговых центрах, но мог бы быть и побольше. Это небольшой магазинчик на углу улицы в относительно тихом районе города. На этой же улице в основном расположены рестораны и другие небольшие бутики. Их цветочный магазин заполнен столами и стеллажами, полными разных видов цветов, горшков, лейек, почвы, — всем, что может понадобиться для выращивания цветов на подоконнике или в саду. В углу возле двери стоит небольшая статуя Афродиты. Цветы свисают с потолка, какой-то обычный плющ опутывает дверную раму. Снаружи магазина стоит еще одна статуя, на этот раз Флоры, римской богини цветов. Она протягивает руку, и время от времени на нее садится маленькая птичка или бабочка. Рядом с Флорой стоит стол, заполненный сезонными цветами, горшками, всем новеньким, а иногда и вещами выставленными на распродажу. Рядом с кассовым аппаратом, где сейчас стоит Хёнджин с покупательницей, есть огромный стеклянный шкаф, заполненный букетами, розами (у некоторых даже есть блестки на лепестках), цветами для тех, кто торопится. Для тех, у кого нет времени на собственное выращивание, для тех, кому нужно что-то особенное для кого-то, — или для самих себя, чтобы украсить свой кухонный стол. А затем, в самом дальнем углу от двери, за кассовым аппаратом, стоят два подсолнуха, любимые Феликсом. Ему каким-то образом удалось сохранить их живыми в огромном горшке, и он очень гордился собой (и подсолнухами). Подсолнухи приносят Феликсу радость. Они желтые, скрашивают всем будни. Их даже называют цветами солнца. И они символизируют обожание, верность и долголетие. Вещи, которые Феликс ценит в жизни. Снова звенит колокольчик, Феликс улыбается и приветствует покупателя. — Здравствуйте! Чем я могу помочь вам? — Мне нужно признаться в любви. — Красные розы отлично вам в этом помогут! — Тогда, давайте один букет. И с букетом красных роз и улыбкой на губах мужчина уходит, Феликс желает ему удачи. Феликс снимает свой бывший желтый фартук (сейчас он больше коричневый, с несколькими зелеными пятнами) и поправляет жëлтый худи. У худи отрезаны рукава, нитки немного торчат, так как Феликс забыл прошить шов по краям рукавов. Почему они вообще отрезаны? Сейчас лето, и Феликсу отчаянно нужно больше желтой одежды. Двух его рубашек недостаточно. Он достает бумажник из рюкзака и засовывает в передний карман толстовки. — Я скоро вернусь! — кричит Феликс, прежде чем выйти на улицу. Он не слышит, как Хёнджин что-то говорит ему вслед из-за мимо проезжающей машины, с громко включённой музыкой. Солнце ярко освещает улицу, распространяя тепло по всему телу. Оно приятно теплое, но Феликс знает, что через несколько часов оно станет неприятно горячим. Некоторые прохожие улыбаются Феликсу и цветам в его волосах, он улыбается в ответ. Феликс преуспевает в этом, будучи нежным и добрым. Он поворачивает за угол на другую улицу, немного более шумную, чем улица, на которой расположен их цветочный магазин. Феликс всегда называет его «их» цветочным магазином. Он считает, что в этом есть свое приятное звучание (и он надеется, что когда-нибудь у него будет свой цветочный магазин). Изношенные кроссовки стучат об асфальт, кто-то проезжает мимо на скейтборде. В тату-салоне появилась новая линейка работ, украшающих витрину. Феликс открывает дверь маленького тайского ресторанчика, улыбается владельцу, который улыбается ему в ответ. — Как всегда? — Да, но сделай сегодня на троих. — У вас новенький? — Ага, должен прийти через двадцать минут. Феликс садится за столик возле кассы и ждет, пока приготовят его заказ. В ресторане находится еще несколько человек, но здесь относительно всё ещё тихо. Феликс знает, что после двенадцати он станет загруженнее, а после четырех — еще более загруженным. В цветочном магазине больше всего посетителей по вечерам и ранним утром по субботам. Субботы — самые счастливые, и самые грустные дни, так как в эти дни продается много поминальных и свадебных цветов. Звенит колокольчик, он немного громче, чем их в цветочном магазине. Феликс быстро кидает взгляд на входящего, но не придаёт ему большого значения, он смотрит в окно, погруженный в свои мысли, бездумно играет с одним из цветков в своих волосах, наматывает локон на пальцы, прежде чем распутать его. И подавляет зевок. Всю последнюю неделю Феликс работал в утренние смены, поэтому сейчас он чувствует себя немного сонным. Вздремнуть сейчас было бы просто чем-то идеальным, но, к сожалению, у Феликса нет времени на такие вещи. — Феликс! Три тайских пад-тая готовы, — Феликс забирает полиэтиленовый пакет с тремя пластиковыми контейнерами для еды и благодарит хозяина ресторана. Это очаровательный мужчина лет шестидесяти, всегда очень веселый, и дающий много скидок Феликсу и работникам цветочных магазинов в целом. Еда пахнет через контейнеры, заставляя желудок Феликса сжиматься. Наружный воздух все такой же теплый, как и прежде, ласкающий кожу Феликса. Он уже загорел, но не против, того чтобы солнце ещё немного поласкало ему лицо. От этого у него появляются веснушки. Однако черные шорты на сегодняшний день были плохим решением, ему стоило надеть обычные, джинсовые. Феликс напевает песню, застрявшую у него в голове, стараясь не слишком сильно раскачивать сумку, пока скачет по улице. Его ноги замедляются, когда он проходит мимо тату-салона. Работы действительно изменились с прошлой недели, теперь некоторые из них стали более… минималистичней. Черней. Предыдущие работы были полны красок, акварельного стиля, всего. Сейчас это просто черные линии. Но работы все такие же красивые. Они довольно хорошо контрастирует с миром за окном салона, наполненным жизнью и красками на фоне простых черных линий. Феликс останавливается перед одним конкретным рисунком, это, конечно же, цветок. Красивый цветок, похожий на седмичник. Одни из любимых цветов Феликса (хотя все цветы его любимые, но это одни из его самых любимых, как например, подсолнухи и примулы). Феликс никогда не думал о том, чтобы сделать татуировку, но сейчас эта мысль внезапно появляется его голове. Это было бы больно, верно? А еще Феликс ненавидит иглы. Когда кто-то открывает дверь салона, Феликс подпрыгивает от неожиданности, и узнаёт в нем человека из ресторана. В руках у него тоже пакет. Он останавливается на долю секунды и смотрит на Феликса. Феликс улыбается ему слегка застенчивой улыбкой. Незнакомец выглядит немного устрашающе, но тем не менее улыбается в ответ, прежде чем исчезает в помещении. Должен быть это один из татуировщиков! Феликс встает на цыпочки, пытается заглянуть за витрину с рисунками, но терпит поражения, благодаря своему недостаточно высокому росту. Может быть он новенький? Феликс никогда его раньше не видел. Или, может быть, он просто никогда не сталкивался с ним, хотя почти каждый день проходил мимо этого тату-салона. Феликс знает, что в салоне есть как минимум два татуировщика, он встречал их обоих раньше. Каждый раз, узнавая их на улице, он вежливо улыбается им, приветствуя. Но несмотря на все их приветствия он никогда не разговаривал ни с одним из них. За исключением того случая, когда один из татуировщиков, со светлыми кудрявыми волосами и широкой улыбкой пришел за цветами для своей матери. Другой — в значительной степени загадка для Феликса, которого он только пару раз видел за пределами салона и, на которого наткнулся один раз на улице. В тот самый момент, когда случайно отправил свой пакет через улицу, когда спешил (это было так неловко). А теперь появился еще один, и еще больше загадок, но может быть, однажды судьба приведет их в их маленький цветочный магазин! Он продолжает свой путь обратно в магазин, задаваясь вопросом, выставлены ли на продажу эти работы. Сможет ли он купить одну из них для своей спальни (которая также является гостиной, так как его квартира представляет собой небольшую однокомнатную квартиру) в качестве украшения? Или они были нарисованы только для татуировок. Может быть, однажды Феликс пойдёт в этот салон. Если у него хватит смелости. Когда Феликс входит в магазин, звенит дверной колокольчик. Кондиционер включен на максимальную мощность, снаружи явно теплее, чем внутри. Две фигуры склонились над кассовым аппаратом, в магазине не было покупателей. Феликс широко улыбается, когда головы поворачиваются к источнику звука. — Ты вовремя! Я проголодался! — восклицает Хёнджин, улыбаясь. Парень рядом с ним выглядит немного сбитым с толку. Феликс подбегает к стойке и бросает пакет перед Хёнджином, прежде чем протянуть руку новому работнику. — Привет! Я Феликс, ты, должно быть, Чонин! — парень пожимает его руку, явно озадаченный олицетворением солнечного света. — Привет, да, я Чонин! — Добро пожаловать в наш маленький цветочный магазин! Я принес тебе еды, вдруг ты тоже голоден. — О, спасибо! Чонин очарователен, он немного выше Феликса, но выглядит как маленький мальчик в своей слишком большой рабочей рубашке (Феликс никогда не носит свою, у него есть фартук). У него зубастая улыбка, и когда он улыбается, его глаза превращаются в маленькие полумесяцы. Чонин похож на человека, у которого из волос растет маленький росточек, и Феликс интуитивно чувствует, что его личность столь же миловидна (его интуиция верна).

***

Чонин быстро учится, и он знает о цветах больше, чем знал Хёнджин, когда только начинал. На следующий день приходит хозяйка. Она приветствует своего нового сотрудника, снова ругает Феликса за цветы в волосах, которые сегодня синие, и говорит, что они получили огромный заказ свадебных цветов на следующую субботу. Затем она начинает жаловаться на то, что клиенты всегда делают заказы в последний момент, Феликс со всем с ней соглашается, но у него нет времени продолжать выслушивать ее жалобы, когда входят покупатели. Это три леди. Феликс уже догадывается на какое событие им нужен букет. — Добрый день, дамы! Чем я могу помочь вам? — Нам нужен свадебный букет, — Феликс почти ощущает волнение, исходящее от них. Ах, как он любит свадебные букеты! Их так весело делать. Феликс показывает витрину с букетами, рассказывает, что это лишь малая часть тех, что они могли бы сделать. Будущая невеста желает белых, серебристых и нежно-голубых цветов, и довольно скоро Феликс разрабатывает ей идеальный план будущего свадебного букета. До свадьбы больше месяца, поэтому Феликс не спешит с его изготовлением, и ему все равно нужны дополнительные цветы, которые он позже закажет оптом. После ухода дам Феликс садится на стул за кассой. Огромные окна на противоположной стороне пропускают много света, заставляя тени танцевать на стенах. Одна из вещей, которые Феликс очень любил в маленьком цветочном магазине, - это его цвета. Все стеллажи и столы были из дерева, стены темно-зеленые, почти изумрудные, повсюду игрались лучики света: на цветочных горшках, дверных рамах, около уха Феликса, поскольку его свисающая серьга отражала солнечный свет. Обычно цветочные магазины полны ярких огней и красок, но у них было немного тускло. Тускло не в плане цветов, которые они продают и выращивают, а тускло, будто бы магазин находится в другой реальности. Здесь спокойно, немного мистично по сравнению с шумным городом снаружи. Как в волшебном цветочном магазине. Феликсу нравится. Хёнджин учит Чонина, как ухаживать за цветами, когда в помещении входит Сынмин, футляр для скрипки висит у него на плече. — Привет! — Феликс приветствует его, краем глаза замечая, как Хёнджин чуть не ударяется головой о полку, резко вставая. — У меня только что закончилась тренировка, и подумал о том, что было бы неплохо зайти. Вы заняты? — Неа. Сынмин роняет футляр на пол, и на мгновение Феликсу становится жаль неодушевленный предмет (падение не резкое; инструмент, вероятно, в порядке). Он достает свой обед и садится рядом с Феликсом на другой стул. Сынмин — старый друг Феликса, они знают друг друга много лет. Он обычно заходит сюда после занятий на скрипке, так как это всего в двух кварталах отсюда. И он безумно влюблен в Хёнджина, и Феликс уверен, что Хёнджин также безумно влюблен в Сынмина, но он знает, что лучше не вмешиваться в судьбу. Хёнджин и Чонин сегодня работают с утренней смены, а Феликс с вечерней. Чонин представляется новому знакомому, и только затем Сынмин замечает, что уже встречался с ним раньше. — Разве ты не пианист с прошлого зимнего концерта? — Д-да, как ты узнал? — Я был одним из скрипачей! — И разговор переходит на жаргон, которого Феликс не понимает. Он любит музыку, но не понимает её более в художественном плане. Послеполуденное сияние окрашивает стены в более мягкий зеленый цвет, в некоторых случаях даже переходящий в оранжевый. Снаружи Феликс видит птицу, сидящую на руке Флоры, пару разглядывающую новые тюльпаны, которые привезли сегодня утром. Одна из незабудок в волосах Феликса щекочет ему ухо. Хёнджин пристально смотрит на Сынмина, Феликс несильно бьёт его по руке, чтобы он перестал быть таким заметным. С другой стороны, вероятно, было бы не так уж плохо, если бы его заметили, тогда Сынмин, возможно, даже понял бы, что испытывает к нему Хёнджин. И подумать только, что Сынмин самый умный из них!

***

Снова утренняя смена. Сегодня пятница, за ухом Феликса роза персикового цвета. Он отрезал шипы. Чонин сегодня работает с ним в одну смену, и клиенты, кажется, его любят. У него заразительная улыбка, и творческий подход к созданию букетов. Феликс занят свадебными композициями, которые должны быть готовы к завтрашнему дню, сидя в задней части магазина и связывая цветы вместе. Розовые и жемчужно-белые, как приказано. В основном розы. Радио играет те же песни, что и вчера, теперь Феликс знает их наизусть. В конце концов желудок напоминает ему о том, что нужно немного поесть, поэтому Феликс встаёт со своего насиженного места, и двигается к Чонину. — Я пойду купить поесть, Хёнджин будет в пять, — Чонин кивает, срезая, мертвые листья с корзины с цветами. На улице немного ветрено, но лёгкий ветерок — не что иное, как приятное ощущение на коже Феликса, смягчающее жаркий полдень. Прогноз обещал, что вечером будут облачно, а в выходные — дождь, но солнце по-прежнему ярко светило. Роза в его волосах почти падает, но Феликс вовремя успевает заправить ее за ухо. — Три пад-тая готовы, удачных выходных! — Вам тоже! — Содержимое полиэтиленового пакета, как всегда, приятно пахнет. Феликс скачет по улице, радостно припрыгивая. Хотя сделать пятьдесят букетов за две ночи довольно обременительно и утомительно, но он знает, что оно того стоит. Единственная проблема с такими композициями - это большое количество роз, а у роз есть шипы. Много шипов. Он проходит мимо тату-салона, когда кое-что бросается ему в глаза. Работы немного отличаются, некоторые из них изменились, но выделяется одно конкретное произведение. Оно нарисовано в том же стиле, что и другие, черные линии, другие толще других. Это парень, или если точнее его портрет от плеч. У парня безмятежное выражение лица, как будто он не присутствует в данный момент, а скорее витает в облаках. Прямой, маленький нос, длинные ресницы. На лице веснушки. А в волосах, кажущихся светлыми, поскольку они не выкрашены в черный цвет, запутались цветы. Цветы, несомненно, примулы. Они окрашены в желтый цвет и выделяются на фоне всей картины. У парня на рисунке веснушки и цветы в волосах, и на мгновение Феликс смотрит на картину, нахмурив брови. Феликс чуть не роняет еду, которую держит в руках, когда до него доходит. У парня примулы в волосах, веснушки и маленький носик, прямо, как у Феликса. Феликс выглядел точно также в прошлый вторник. Почему на окне тату-салона нарисован портрет Феликса? Дверь внезапно открывается, и Феликс подпрыгивает, готовый скрыться с места происшествия. Из салона выходит знакомое лицо, светлые кудри обрамляют дружелюбно выглядящее лицо. — О, привет! — парень улыбается. На нем футболка без рукавов, одна рука полностью покрыта татуировками. Другая — только с плеча. — Привет! — Феликс улыбается в ответ, надеясь, что замешательство не просочилось в его голосе. — Феликс, верно? — Парень достаёт пачку сигарет из заднего кармана джинсов. — Да, из цветочного магазина! Ты Чан, если я правильно помню? — Щебечет Феликс. Татуировки на руке Чана создают сложный, но красивый коллаж, Феликс задается вопросом, есть ли за ними особая история. — Ага. Любуешься нашими работами? — Чан засовывает сигарету в рот, но пока не закуривает. Может быть из-за того, что не хочет курить в присутствии Феликса (Феликс не возражает, но запах сигарет ему и, правда, не нравится). — А, да, — на щеках Феликса появляется намёк на розовую пыль. — Они очень красивые, сильно отличаются от предыдущих. — Да, я тоже это заметил! Я всегда больше предпочитал олдскульный стиль, но эти минималистичные линии тоже чертовски хороши, — Феликс кивает, быстро кидая взгляд на работу рядом с собой. К салону подходит ещё один парень. — Привет, Бэмбэм! — Чан быстро улыбается парню с кольцом в носу и татуировками на шее. Бэмбэм бормочет в ответ тихое приветствие и скрывается в помещении. Феликс понимает, что у него только один шанс. — Итак, ммм, у вас в салоне появился новый татуировщик или…? Поскольку работы отличаются от обычных? — Ага. Чанбин начал работать несколько недель назад, это его работы. Он специализируется на олдскуле и дотворке. — А, понятно! — Тебе интересен этот стиль? — Феликсу требуется секунда, чтобы понять, что Чан имеет в виду под этим. — О, нет, я не хочу себе татуировку, пока что. Я боюсь игл, — Чан слегка улыбается, это вроде как успокаивает. — Может быть, однажды, — Феликс улыбается, он не хочет, чтобы Чан подумал, что ему не нравятся татуировки. Они ему действительно нравятся, нравятся маленькие рисунки, за которыми иногда стоят разные истории, которые рассказывают что-то о человеке, который их носит, его интересах, личности, взглядах на жизнь. — Чанбин очень деликатный человек, так что тебе нечего бояться. Конечно, если у тебя нет никакой фобии. Но если это всего лишь крошечный страх, тогда подумай об этом, — Чан выуживает зажигалку из кармана, но все еще не зажигает сигарету. — Да, хорошо, — Феликс собирается продолжить свой путь к магазину, он знает, что должен идти, поскольку он все еще голоден, и, вероятно, Чонин тоже (и Хёнджин, потому что он всегда забывает позавтракать). Но он не может уйти. Чанбин — парень из тайского ресторана, которого он встретил во вторник, верно? По крайней мере, там он видел Феликса. Вот откуда он мог черпать свое вдохновение. — Эй, можешь ли ты сказать этому парню Чанбину, что этот, — показывает он на свой рисунок, — действительно хорошенький. Но примулы слишком большие по сравнению с головой парня. Чан на секунду выглядит немного растерянным, но затем осознание мелькает на его лице. Он улыбается. — Обязательно.

***

Снова вторник. Сегодня день жёлтых фиалок и вечерней смены. Чонин поливает цветы и чистит Флору снаружи, он уже достаточно опытен, чтобы оставаться одному в смену. Отзывы клиентов об их новом сотруднике были исключительно положительными, его сияющая улыбка, очевидно, освещала их дни. Феликс подпирает подбородок ладонью, опершись рукой о столешницу. Ему следовало бы подрезать гибискусы и полить герберы, но сейчас ему не хочется двигаться. Он чувствует себя котиком, лежащим на солнышке, его немного клонит в сон, он почти засыпает из-за приятного тепла. Радио играет спокойные мелодии, сливаясь с фоном и звуками, доносящимися с улицы. Феликс на мгновение закрывает глаза... Звенит колокольчик, глаза Феликса открываются, фирменная улыбка расплывается по его лицу. — Здравствуйте! Чем я могу Вам помочь? — Щебечет он, вставая со стула, на котором сидел. — Я... гм, я хочу купить цветы на день рождения моей мамы... — парень выглядит немного потерянным, ничего нового, но он также выглядит немного удивленным. Он оглядывает цветы вокруг себя и медленно приближается к столешнице, вокруг которой только что обошел Феликс. Он закатывает рукава своего черного худи, и тут до Феликса доходит. Это парень из тайского ресторана! Новый татуировщик! Тот, кто нарисовал Феликса! Чанбин, разве это не то имя, которым его называл Чан? — Т-ты хочешь что-нибудь определенное? — Феликс заикается, о нет. — Не совсем. Я думал, у тебя есть несколько рекомендаций. — О-о, да, конечно! — Феликс чувствует, как его лицо горит. Парень одет во всё чёрное, на голове фуражка, надетая задом наперёд. Довольно странно носить черную толстовку и джинсы в такую ​​жару (даже если джинсы порваны, а рукава закатаны), но, скорее всего, это, вопрос стиля, а не комфорта. А татуировки? Рисунки такие же, как и витрине салона, черные линии, минимализм. В отличие от Чана, татуировки не образуют единый коллаж, но они все равно подходят друг другу, дополняют друг друга. Олдскул и дотворк. Красиво. Парень приподнимает бровь, поскольку Феликс слишком долго не отвечает. — А-а, да, ну, обычно розы — довольно распространенный цветок, который можно купить в качестве подарка. Если только ты, конечно, не хочешь горшечный цветок, который твоя мама могла бы вырастить сама. — Нет, розы прекрасны. Но разве они больше не подходят для чего-то... романтического? — Челка Чанбина постоянно падает ему на глаза, поэтому ему часто приходится поправлять её. На среднем пальце у него серебряное кольцо. — Не совсем, красные розы — это знак любви, эту же роль также могут выполнять розовые розы. Феликс поворачивается к стеклянному шкафу и указывает на все разноцветные розы в одном огромном горшке. — Желтые розы — знак счастья, их обычно дарят тому, кто делает вас счастливым. Белые розы говорят о невинности и чистоте, их обычно используют в качестве свадебных цветов из-за чистоты, поскольку пары, хотят, чтобы брак был чистым, и они также представляют собой новые начинания. Оранжевые являются признаком страстной любви, поэтому не так хороши в качестве подарка маме на день рождения, лавандовые розы — это знак любви с первого взгляда, поэтому тоже не очень хорошо подходят. Кремовые розы довольно простые, они указывают на очарование, вдумчивость и… — Феликс смотрит на Чанбина, который выглядит, мягко говоря, смущенным. — Извини, что-то я разболтался, — лицо Феликса становится розовым. — Но, эээ, розы персикового цвета —знак благодарности. Способ сказать «спасибо». Это хороший способ поздравить маму с днем ​​рождения. Или тюльпаны. Они у нас есть. Тоже, — Феликс сглатывает и ждет ответа Чанбина. Почему он продолжает быть таким неуклюжим? Не то чтобы он влюбился в него или что-то в этом роде, Феликс даже не уверен в том, как его зовут! — Розы персикового цвета подойдут, она не очень любит тюльпаны. Букет из них был бы отличным, — голос Чанбина немного тихий и приглушенный, он говорит спокойно. — Персиковый, — говорит Феликс и чуть не хлопает себя по лицу, когда поворачивается к стеклянному шкафу, из всех слов, означающих «хороший выбор», он должен был выбрать «персиковый». Но Чанбин слегка хихикает, едва заметно. Так что, может быть, все не так уж и плохо. Феликс открывает дверцу и достает из горшка двенадцать роз персикового цвета. Двенадцать — разумная сумма для букета. Затем он возвращается к столешнице и аккуратно кладет на нее цветы. Он чувствует взгляд Чанбина на своём затылке. Колокольчик звенит, но это просто Чонин. — Эй, можешь полить гибискусы и подрезать герберы? Нет, подожди, я имею в виду полить герберы и подрезать гибискусы, — уши Феликса на три оттенка розовее, чем ему хотелось бы. Чонин хихикает. — Окей! Феликс возвращается к букету, над которым работает, быстро срезает шипы и нижние листья. — Ты хочешь, чтобы я добавил дополнительные украшения? Как серебряную или золотую ленту, или что-то в этом роде? — Феликс поднимает глаза и встречается взглядом с Чанбином. Он внимательно следит за работой Феликса. — Нет, ей нравятся простые вещи, — очевидно, это распространяется на всех членов семьи. — Хорошо, тогда простой букет... Феликс обматывает цветы простой бечевкой и связывает их вместе. Затем он оборачивает их в детскую розовую бумагу и обматывает другой ниткой. — На них всё ещё есть трубки для воды, и я советую не снимать их, пока вы не поставите букет в вазу, — Чанбин кивает. — Нужна открытка на день рождения? — Нет, спасибо, — Феликс кивает и завязывает последний узелок на букете. — Это будет пятьдесят долларов, — он набирает числа на кассовом аппарате, и Чанбин расплачивается за букет, слегка нахмурив брови, глядя на цену. Цветы не такие уж и дешевые, особенно букет роз. Феликс передает букет Чанбину вместе с чеком. — Хорошо. Спасибо, — Чанбин улыбается, и это восхитительно. Его глаза немного сужаются, в уголках появляются морщинки. — Без проблем. Увидимся, Чанбин, — глаза Феликса расширяются, когда он закрывает рот рукой. Чанбин выглядит удивленным. А Феликс похож на красные розы в стеклянном шкафу. — Нет, я… я знаю Чана, он, он, назвал мне твоё имя, когда я спросил его о… о рисунке на окне, и янесталкер! — Хорошо. Именно так бы сказал сталкер, — Чанбину кажется стало весело. — Я не сталкер! Я знаю Чана, и это он рассказал мне о том, что ты новый татуировщик в их салоне, когда я видел его на прошлой неделе! — Феликс отчаянно пытается объясниться. Чанбин успокаивающе поднимает свободную руку. — Знаю, знаю, Чан рассказал мне, что тебе понравился рисунок. И что цветы были слишком большими. И мне правда жаль, я должен был спросить разрешения, прежде чем рисовать тебя. Я не знал, что ты работаешь поблизости, — и краснеет теперь не только Феликс. У Чанбина на носу легкая розовая пыль. — Я... всё в порядке, мне на самом деле было очень приятно, — Феликс застенчиво улыбается, почесывая затылок. На короткое время наступает неловкое молчание. Феликс не знает, что делать или говорить. — В любом случае, мне пора идти. Увидимся, — Чанбин слегка наклоняется, щурится и читает табличку с именем на фартуке: «Феликс». Феликс больше не в состоянии прятать свой румянец. — Увидимся, — он улыбается, когда парень поворачивается к двери. Он уходит, перед этим ещё раз взглянув на Феликса.

***

— Минхо! — Кричит Феликс, когда в магазин входит знакомое лицо. Он бросает ножницы на полку и бросается к Минхо, который уже ждёт его с раскрытыми руками. — Привет! Маленький подсолнух! — Объятия Минхо — лучшие объятия в мире, такие теплые и успокаивающие. В руках Минхо испаряются всё проблемы. — Минхо! — Кричит Хёнджин из комнаты для персонала. Вскоре Феликс оказывается в объятиях трех человек. — Как все? Мисс Ким позвонила мне и сказала, что я ей нужен, — приближается напряженный сезон, Минхо определенно нужен. — Скоро так много свадьб, выпускных, и всего такого, — жалуется Хёнджин, отпуская старшего. — У вас появились новенькие или вы до сих пор вдвоём? — У нас появился один новенький, Чонин. Он тебе понравится. Он такой очаровательный, — Хёнджин согласно кивает словам Феликса.

***

Парни сидят за кассой, Феликс изо всех сил пытается создать красивый букет из одиннадцати красных роз, обозначающих настоящую любовь, пока слушает Минхо. Он рассказывает о своей жизни в университете и изучении журналистики, о своей другой работе в офисе («Это, должно быть, так скучно». «Ты даже не представляешь. Но в резюме все выглядит довольно неплохо»). На улице идёт дождь, Флора намокает. Все вещи с улицы были перенесены в помещение, ряды разноцветных фиалок в горшках стояли на столе у ​​двери. К счастью, сегодня было тихо. Свадебные букеты продолжают заказывать. Феликс уверен, что его руки ещё никогда не были в таких царапинах. — А новый татуировщик за углом нарисовал Феликса! И Феликс не может перестать говорить о нем, — Хёнджин уворачивается от розы, которую Феликс кидает в него. — Не придумывай! И я рассказал тебе о том, что случилось совсем недавно! — Подожди, ты имеешь в виду напарника Чана? — Минхо брызнул серебряным спреем на одну из аранжировок. — Ага, — Феликс знает, что Чан и Минхо друзья, они учились в одной школе. — О, это круто! Значит, сейчас там работает трио. Если только, конечно, Джисон не ушел, но я сомневаюсь в этом, судя по тому, что говорил Чан, он действительно популярен, и его акварельный стиль очень востребован, — Феликс кивает и заканчивает букет. Ладно, возможно, он говорил о Чанбине. Возможно, он до сих пор не может поверить в то, что парень нарисовал его как одну из своих картин, чтобы продемонстрировать свои навыки в витрине тату-салона. И, возможно, он немного заинтригован Чанбином. Парень выглядит устрашающе, но у него теплая улыбка (внутренности Феликса скручиваются каждый раз, когда он думает об этой улыбке). А ещё у него интересные татуировки на руках! И картины у него красивые, а Феликс очень ценит красивые вещи. И, возможно, он хочет поближе познакомиться с ним. Но не знает, как этого сделать. Дверь в маленький цветочный магазин открывается. — Минхо! — Кричит Сынмин.

***

Капли дождя стучат в окна тайского ресторана, у Феликса за ухом голубая роза, роза, потому что сегодня пятница. Дождь льет со среды и будет идти до следующего понедельника. Феликс хочет, чтобы дождь прекратился, он хочет солнечного света и тепла (как кот). Феликс забирает свой заказ, на этот раз четыре порции, и плотнее закутывается в джинсовую куртку, которую надел, чтобы уберечься от холода. Но перед тату-салоном он останавливается. Рисунки снова изменились, на этот раз окно заполнено тремя разными стилями: олд-скул, традишнл и акварель. Но глаза Феликса сосредоточены не на этом, они сосредоточен на рисунке парня в правом углу. Опять же, рисунок от плеч, но на этот раз это не профиль, а портрет в 3/4. Веснушчатого парня. С желтыми фиалками в волосах. Это Феликс, со вторника, когда Чанбин пришел в цветочный магазин. Щеки Феликса покрыты румянцем. Парень слегка улыбается, его глаза превратились в полумесяцы. Веснушки сделаны в виде звездочек. И фиалки подходящего размера. Феликс чувствует улыбку, растягивающуюся по его губам, несмотря на проливной дождь, падающий на голову. Тату-салон закрыт, на двери висит табличка: «Мы вернемся в понедельник». Телефон в кармане джинсов Феликса жужжит, и он наконец решает, что ему пора возвращаться. Тепло разливается в груди.

***

— Привет. Феликс сегодня работает? — Феликс поднимается с пола, находясь в комнате для персонала. Каждый прилавок, каждый стул, каждый стол и полка заполнены белыми цветами, половина из них на свадьбу, половина на похороны. Он пытается найти выход из комнаты, в то время как Чонин непонимающе смотрит на него. — Да, он работает. Феликс! — Кричит Хенджин из-за стойки. — Иду! — Он чуть не падает и вскрикивает, спотыкаясь о букет. Каким-то образом у него получается выбраться из комнаты, красный мак всё ещё был на своём месте, за ухом. На Чанбине все также была кепка, но черная толстовка сменилась на черную футболку. Татуировки были хорошо видны и простирались от его запястья до плеча. Он загорелый. Хёнджин толкает Феликса под рёбра, поскольку Феликсу требуется слишком много времени, чтобы хоть что-то сказать. — Да, привет, — Феликс улыбается, надеясь, что это выходит не слишком странно. Хёнджин уходит к Чонину, оставив их одних. — Что я могу сделать для тебя на этот раз? — Чанбин выглядит… застенчивым. Это та застенчивость, из-за которой человек выглядит маленьким (хотя Чанбин маленький, он даже ниже Феликса, а Феликс довольно низкий). — Я ищу кое-что для бабушки, что-нибудь, что она могла бы вырастить у себя дома в горшке. Ей нравится красный цвет, поэтому цветок в твоих волосах ей бы отлично подошёл, — Чанбин указывает на цветок за ухом Феликса, и Феликс клянется, что слышит хихиканье Хёнджина в комнате для персонала. — Конечно! Мак, это довольно распространённый садовый цветок, но в горшке его тоже можно вырастить, если часто не поливать, — Феликс не учитывает тот факт, что маки символизируют сон, а в некоторых случаях и смерть, потому что Чанбин считает их красивыми. Он идет через магазин к самой дальней полке от кассы и берет горшок с маленьким маком. Чанбин следует за ним. — Этот еще совсем маленький, но при правильном уходе он быстро вырастет, — Чанбин кивает, Феликс поворачивается к полке, чтобы проверить, есть ли цветок получше, но тот, который у него в руке, самый лучший (он не видит, как Чанбин с восхищением смотрит на его профиль). — Тебе нужен горшок получше? — Хм? — (Чанбин летает в своих мыслях.) — Тебе нужен горшок получше? Я имею в виду, что этот пластиковый горшок не такой уж и хороший, керамический будет намного лучше. — Ах, да, — Феликс подходит к следующей полке, заполненной горшками разных размеров и цветов, на некоторых даже есть какие-то узоры. — Какой цвет нравится твоей бабушке? — Я думаю, что белый было бы здорово. — Хорошо. Феликс берет горшок подходящего размера и несет его вместе с цветком к кассе. — Ты хочешь, чтобы я пересадил мак в новый горшок? — Если тебе не сложно, тогда да, пожалуйста, — Феликс кивает, улыбаясь Чанбину, который все еще выглядит немного растерянным. Феликс надевает перчатки, чтобы не испачкать руки, и осторожно достает мак из пластикового горшка. — Я видел твой рисунок, — Феликс отрывает взгляд от цветка, над которым работает, и смотрит на Чанбина. Глаза Чанбина мерцают. — Эм, и как тебе он, понравился? — У него снова краснеет нос. Как и у Феликса, он ничем не лучше. — Лучше, чем предыдущий, цветы в этот раз были подходящего размера. И мне понравился ракурс. И веснушки были очень милыми. — Спасибо. Феликс тянется за дополнительной почвой из-под столешницы, засыпает её в горшок и помещает туда мак, насыпав сверху еще немного земли. — Кто-нибудь купил эти картины или они просто выставлены на всеобщее обозрение? — Большинство из них предназначены для татуировок, но я подумал, что ты, вероятно, почувствуешь себя неловко, если кто-то сделает себе татуировку твоего лица, поэтому они были выставлены просто, чтобы продемонстрировать свои навыки. Феликс слегка улыбается и кивает. Как заботливо (хотя даже если бы кто-то сделал бы себе татуировку лица Феликса, он, вероятнее бы всего, почувствовал бы себя странно польщенным). — Как насчет картины с европейским седмичником? — Чанбин приподнимает бровь, поэтому Феликс продолжает: — Маленький цветок с заостренными лепестками, белого цвета. — О да, картина, которая была продана за день, — Феликс надувает губы, как жаль. Он бы хотел, чтобы она висела у него на стене. — Я могу нарисовать тебе еще одну, — Феликс чуть не роняет лопату, которую держит в руке. — О, это было бы здоруто! Нет, здоро-круто. Круто. Здорово! — И он хочет прямо сейчас исчезнуть с лица земли. Чанбин хихикает, и это один из самых милых звуков, которые Феликс когда-либо слышал за свои девятнадцать лет жизни на планете Земля. Как звон маленьких колокольчиков на ветру или пение птиц. — Н-но я на самом деле не думаю о татуировке, так что это, вероятно, будет пустой тратой времени, так что в этом нет необходимости. — Время, потраченное на искусство, не тратится зря. Тебе необязательно делать татуировку, ты можешь просто повесить ее на стену или что-то в этом роде. Или используйте ее, чтобы украсить свой магазинчик, — Чанбин прислоняется к прилавку. — Какой твой любимый цветок? — Феликс фыркает на этот вопрос, все еще немного смущенный; румянец на его лице всё никак не хочет сходить. — Ты серьезно спрашиваешь флориста, какой у него любимый цветок? — Да. Феликс заворачивает мак в бумагу, которая защитит его нежные листья и лепестки по дороге в дом бабушки Чанбина. Он осторожно кладет цветок в бумажный пакет и снимает перчатки. — Подсолнухи. Первоцветы. Европейские седмичники. И все желтые цветы мира, — он улыбается парню, чья челка все еще слишком длинная. — Могу я сделать ещё что-нибудь для тебя? — Нет, спасибо, ты уже отлично постарался, — Феликс набирает числа на кассовом аппарате. — Пятнадцать долларов. — Спасибо. Чанбин расплачиватся, и забирая бумажный пакет, машет рукой на прощание, Феликс отвечает ему легким взмахом руки. Когда за ним закрывается дверь, Феликс издает протяжный стон. Хёнджин разражается смехом вместе с Чонином. Феликс кладет голову на холодную столешницу, часть упавшей грязи прилипает ему ко лбу. Но он не может сдержать разливающегося внутри тепла, покалывающего в кончиках пальцев рук и ног. Что? Почему? — Ты действительно сказал «здоруто»? Боже мой, Феликс! Здоруто! — восклицает Хёнджин, стряхивая Феликса. Чонин хихикает у него за спиной. — Пожалуйста, выкопайте мне могилу, — Феликс скулит. — И что это, черт возьми, было? Он спросил твой любимый цветок? — Я не знаю! — Феликс, наконец, снова выпрямляется. Его щеки пылают. — Ты даже не знаешь этого парня, а уже влюблен в него! — Я не влюблён в него! — Румянец на твоем лице говорит об обратном. — Я просто. Заинтересован в нём!

***

Феликс собирает опавшие листья с одной из полок, заполненной синими и белыми скабиозами. Минхо доставляет свадебный заказ в другой конец города. День жаркий, светит солнышко, кондиционер работает на полную мощность. Их радио вчера сломалось, потому что Хёнджину удалось сбить его с полки во время уборки, поэтому сейчас Феликс напевает мелодию сам. Пыль отражается от солнечного света, льющегося в окно. Феликсу нравится думать о пыли как о волшебной пыли, а не просто... пыли. Красивые мысли делают мир лучше. Пятница, тихо, на часах чуть больше одиннадцати. Минхо должен скоро вернуться, и тогда им придется продолжить делать цветочные композиции для следующей свадьбы. Сегодня роза за ухом Феликса лавандового цвета; один из листьев продолжает щекотать ему ухо, но он не хочет его убирать. Звенит колокольчик, Феликс не отрывая взгляда от белой скабиозы, за которой сейчас ухаживает, спрашивает: — Можешь забрать золотые и розовые украшения из оптового магазина, они позвонили час назад, и сказали, что всё готово, и они нужны нам для организации на следующей неделе? — Я бы с радостью, но у меня нет машины, и я понятия не имею, где находится это место, — Феликс чуть не роняет скабиозу, и громко закашливается. Он поспешно кладет цветок на место и оборачивается. Чанбин прислонился к одной из полок. Кепки, наконец, больше не виднеется, черные пушистые волосы обрамляют его лицо. На этот раз он одет в белую рубашку, заправленную в черные джинсы. А на Феликсе грязный желтый фартук и персиковая рубашка. С джинсовыми шортами. И старые рваные кроссовки. Мода. — О, прости, что я подумал, что ты Минхо. — Ничего страшного, я так и понял, — улыбка Чанбина немного кривая. У Феликса в животе порхают бабочки (черт, возьми). — Твоя бабушка хочет новый цветок или кто-то особенный празднует сегодня день рождение? — Феликс спешит к кассе и снимает свои перчатки, кладя их на пустую полку. — Ни то, и ни другое, но нашему маленькому тату-салону не помешало бы немного красок. И я пришел, чтобы отдать тебе это. Чанбин кладет папку на стол перед Феликсом. Феликс смотрит на парня с некоторым подозрением, затем берет папку в руки и открывает ее. Внутри — рисунок трех подсолнухов, нарисованных от руки. У Феликса перехватывает дыхание. — Не может быть. — Может. Я бы поставил его в рамку, но у меня дома не оказалось запасных, — Чанбин ухмыляется. Ухмыляется. Феликс удивлен. Идеальная картинка. — Это. Красиво. Спасибо, — румянец снова окрашивает щеки Феликса. У Хёнджина сегодня нет смены, и Феликс так счастлив этому факту. Некоторое время он любуется рисунком, затем закрывает папку и кладет ее на стол за прилавком. Он должен не забыть забрать ее с собой вечером. — Но что я могу для тебя сделать? Ты сказал, что хочешь украсить свой салон? — Ага. Я думал об этих желтых цветочках. Те, что были у тебя в волосах… ну ты знаешь. В тайском ресторане. — Примулы? — Точно! Чанбин красивый. Его улыбка прекрасна, несмотря на темную и задумчивую ауру, он источает тепло, как только открывает рот. Сердце Феликса замирает, его ноги скользят по полу, когда он идет к столу у двери. — За ними легко ухаживать, они любят солнце, и их нужно поливать через день. Нужно держать почву влажной. Ты хочешь один или несколько? — Один будет отлично, и у вас еще остались желтые? Феликс недолго смотрит на Чанбина. Желтые примулы… Серьёзно? — Конечно. Тебе нужен горшок? — Пожалуйста. Черный или красный горшок подойдет к интерьеру, — Феликс улыбается. Он замечает, как уверенность Чанбина снова постепенно превращается в застенчивость. Феликс берет нужный горшок и возвращается к прилавку. Он хватает перчатки и начинает работать с примулами. — Зачем ты меня нарисовал? — спрашивает Феликс, ему нужно знать. Он смотрит на Чанбина, который чешет затылок и застенчиво улыбается. — Ой, ну… ты знаешь. Я люблю рисовать… красивые вещи, — это действительно не тот ответ, которого ожидал Феликс, и в шоке он роняет лопатку. Он тянется к ней, но и Чанбин тоже. И их головы сталкиваются, из-за чего Феликс падает на попу. Удар действительно не слабый, лоб Феликса начинает неприятно пульсировать. Чанбин быстро вставая, протягивает руку ему, когда тот открывает глаза. — Черт возьми, мне так жаль, прости, — Чанбин кажется обеспокоенным. Но Феликс разражается смехом. Вся эта ситуация такая странная, сначала он краснеет из-за того, что какой-то незнакомец продолжает рисовать его и приходить к нему цветочный магазин, а затем он бьётся головами с этим незнакомцем, и незнакомец, если Феликс будет полностью честен, очень-очень милый. Настолько, что Феликс хотел бы когда-нибудь пригласить его поесть вместе мороженого в парке. Чанбин секунду смотрит на него своими прекрасными глазами, а потом тоже начинает смеяться. Затем он повторно извиняется и помогает Феликсу подняться с пола. Феликс все еще смеётся, и Чанбин не может не рассмеяться в ответ. Это неловко, но приятно неловко. Феликс наконец приходит в себя и продолжает пересаживать цветок в горшок. Он отчаянно пытается не разразиться очередным приступом смеха. — Ты ведь не повредил голову? Мне, правда, очень жаль, — в голосе Чанбина есть нотки беспокойства. — Нет-нет, все в порядке, совсем не больно, — Чанбин смотрит на Феликса и пытается понять, лжет ли парень. Это так, но он ничего не говорит. Не похоже, чтобы Феликс получил сотрясение мозга или что-то еще в результате столкновения. Он смотрит на Чанбина и снова смеётся, как и другой парень. Боже, Феликс — сумасшедший. Наконец он заканчивает. — Разве ты не говорил, что лавандовые розы — знак любви с первого взгляда? — Чанбин указывает на розу за ухом Феликса. — Да, это так, — Феликсу интересно, как Чанбин запомнил это. Он действительно слушал бессвязную болтовню Феликса? Чанбин вопросительно смотрит на него. — Ой! Эм, я просто беру цветы, которые вечером собирают выбрасывать, и заплетаю их себе в волосы в начале смены. У меня нет. Любви с первого взгляда. Или чего-такого. И я думаю, что. Покупателям это нравится! Это своего рода моя фишка. Почти на каждый день недели у меня есть свои цвета, но по пятницам я использую розы, а по выходным всё что хорошо выглядит, и я снова не могу остановиться болтать, прости, — румянец на лице Феликса снова становится ярче. — Это мило, — Феликс этого не знает, но Чанбин имел в виду его взволнованность, а не цветы. — С-спасибо. Он передает цветочный горшок Чанбину. — Полагаю что, тебе не нужен пакет, поскольку твой салон прямо за углом? — Да, в нём нет необходимости. Так, сколько с меня? — Это бесплатно, — Чанбин приподнимает бровь. — Нет, это не так. — Это так. Ты дал мне рисунок. Да и примулы даже не дорогие, где-то два доллара. — Итак, два доллара плюс горшок? — Нет, оставь деньги себе. Это подарок, пожалуйста. Я настаиваю, — и Феликс настаивает. Он скрещивает руки на груди. Чанбин фыркает, но забирает горшок с цветком, поскольку Феликс отказывается его брать. — Итак, ты случайно… — и у Чанбина звонит телефон. Он выуживает его из кармана, явно смущенный. — Ах, черт, это Чан. Мне нужно идти, — Феликс кивает, может быть, немного разочарованный. — Увидимся позже, я, наверное, убью примулы в течение первой недели, так что, возможно, мне понадобятся другие, — он улыбается, отступая к двери. Феликс прощается с ним с румянцем на щеках и наблюдает за тем, как он закрывает за собой дверь, осторожно придерживая цветок. Феликс садится на стул после того, как срезает все мертвые листья с цветов. Минхо все еще не вернулся, а Чонин сказал, что немного опоздает. Феликс берет со стола папку и открывает ее, чтобы еще раз полюбоваться рисунком. Он замечает подпись в правом углу «SpearB». Мило. Феликс смотрит на цветы, почти зачарованно. Во-первых, он до сих пор не может поверить, что Чанбин на самом деле нарисовал ему подсолнухи. Во-вторых, он принес рисунок ему. Лично. И рисунок прекрасен. Феликс раньше не подозревал, что что-то настолько минималистичное может быть таким прекрасным. Телефон, жужжащий на столе, пугает Феликса из-за чего рисунок выскальзывает у него из пальцев. Феликс отвечает на звонок, поднимая его с пола. Звонящий это Минхо, он говорит Феликсу о том, что застрял в пробке и что, ему потребуется больше времени, чтобы добраться до магазина. Феликс говорит что-то похожее на: «хорошо, увидимся», и вешает трубку, но смотрит он далеко не на экран телефона. Он смотрит на ряд цифр за рисунком, упавшего задом наперёд, и, очевидно, в нем было больше, чем Феликс сначала увидел. Например, номер телефона. Он поднимает рисунок и читает текст под номером. «Напиши мне, — Чанбин». Феликсу хочется кричать.

***

В конце концов Феликс пишет Чанбину. Это не занимает у него много времени, поскольку Сынмин каким-то образом соглашается на то, что пригласит Хёнджина на свидание, если Феликс сделает то же самое с Чанбином. И Феликс делает это. Приглашает Чанбина. Чтобы поесть мороженого. Просто ради Сынмина. И Чанбин соглашается. Они договариваются пойти за мороженым в субботу вечером, а это значит, что у Феликса есть примерно 24 часа, чтобы подготовиться. Он не может уснуть ночью, не может сосредоточиться на своей работе, не может выбрать, какие цветы заплести в волосы. В конце концов Феликс выбирает примулы (или Хёнджин сам заплел ему примулы в волосы, после того, как крикнул о том, что Феликс идёт на свидание с татуировщиком). — Я даже не знаю, о чем говорить! — Просто будь собой, ты очаровашка. Но погода не на их стороне, поэтому Феликс с Чанбином оказываются в кафе рядом с тату-салоном. Бариста узнает Чанбина, Феликс не знает, что заказать, поэтому в конце концов берет коктейль. Чанбин пьет обычный кофе. Феликс не любит кофе, на его взгляд он слишком горький. Кафе симпатичное, немного похоже на их магазин, много зелени и коричневых оттенков. Феликс не может перестать улыбаться и краснеть. Но и Чанбин тоже. В кафе всего несколько человек, Чанбин и Феликс уселись за столик в углу. — Ты выбрал примулы случайно или сегодня особенный день? — Феликс смеётся, он не может сдержаться. — Хёнджин сказал мне выбрать примулы. И я их очень люблю поэтому конечно, я их выбрал, — в уголках губ Чанбина есть небольшая усмешка. Он откинулся на спинку стула, выглядя расслабленным. Что не скажешь о Феликсе. — Хёнджин — другой работник, верно? — Ага, он высокий. У нас также есть Минхо и Чонин, Чонин — самый младший. А Минхо — друг Чана! — О да, он посетил наш салон на прошлой неделе. Лучшие школьные друзья или что-то в этом роде. Хотя на самом деле я почти уверен, что Чан влюблен в этого парня. Он так сильно заикался, что я подумал, что у него инсульт, — Феликс удивленно приподнимает брови; — Правда?! — Да, и я знаю Чана уже довольно давно. Раньше я работал в другом салоне, но землевладелец захотел, чтобы мы ушли, и мне нужно было найти новое место, и именно здесь я позвонил Чану и спросил, есть ли у него местечко для третьего татуировщика. И лед тронулся. Феликс много узнает о Чанбине. Ему нравятся татуировки потому что они передают эмоции и слова простыми линиями (и выглядят круто). Некоторые рисунки на руках он татуировал сам, некоторые — Чан, другие — другие татуировщики. И татуировки есть у него не только на руках, у него также много их на ногах и груди. Он любит боевики и презирает драму, а мак, который он купил, был не для его бабушки. Его бабушка даже не жила в городе. Он был для него самого. Чанбин много краснеет, он любит кофе, ему нравятся темные цвета. Он любит кошек, любит торты. Другой татуировщик, Джисон, — один из его лучших друзей. И, несмотря на его холодную ауру, он абсолютный ангел. Он улыбается всему, даже почти несмешному, его душевный смех наполняет комнату солнечным светом. Его глаза превращаются в маленькие полумесяцы, и он морщит нос всякий раз, когда смеется. Он живет в маленькой однокомнатной квартире в нескольких кварталах от студии Феликса. Чанбин любит музыку и искусство, любит музеи, и является частым гостем в близлежащих художественных галереях. И Чанбин много узнает о Феликсе. Его любовь к цветам началась ещё с детства, он любит желтый цвет, потому что он напоминает ему о счастливых вещах. Его любимый вкус мороженого — клубника (у Чанбина — шоколад). Его лучший друг любит его другого очень хорошего друга, но они оба глупы и невежественны, чтобы признаться в этом. Феликс также презирает драматические фильмы (презирать — слишком сильное слово, он скорее немного не любит их), но считает, что романтические фильмы полезны для сердца. Он любит путешествовать, и хочет однажды совершить кругосветное путешествие. А еще он иногда красит ногти в желтый цвет. А затем бариста прогоняет их, когда часы бьют восемь. Феликс получает поцелуй в щеку на прощание.

***

Они идут на другое свидание. На этот раз они наконец оказываются в парке, чтобы поесть мороженого. К счастью, Феликс не забывает взять с собой одеяло для пикника. Феликс роняет клубничное мороженое себе на рубашку, Чанбин случайно размазывает его по подбородку. Неряшливые. — Знаешь ли ты, что твои веснушки создают настоящие созвездия? — Нет? — Смотри, — Чанбин указывает на маленькие точки на щеке и носу Феликса. — Эти, похожи на созвездие Кассиопеи. —Тебе нравятся звезды? — Ага. В детстве я хотел стать космонавтом. — Что тебя остановило? — Я плох в математике. Чанбин так много знает о звездах. Под ключицей у него даже вытатуировано созвездие своего знака зодиака — созвездие Льва. И его знания не ограничиваются только звездами, он также много знает о знаках зодиака. Феликс внимательно слушает, но в какой-то момент понимает, что смотрит только на то, как говорит Чанбин, на то, как сжимаются его губы, и на то, как он жестикулирует руками. Он ловит себя на том, что смотрит на острые глаза Чанбина, длинные ресницы, прямой нос и уголки его рта, которые приподнимаются немного вверх. И он обнаруживает, что задается вопросом, насколько мягкие губы Чанбина. — Земля зовет Феликса, ты всё ещё здесь? — Ах да, извини, — Феликс краснеет. — Я знаю, что немного скучный, — Чанбин надувает губы. — Нет! Нет, это не так! Я просто немного устал, из-за многочисленных свадебных цветочных композиций, букетов и тому подобного, так что, хе, да, извини. Ты не скучный, — Чанбин смеется над бессвязной болтовней Феликса. Солнце садится, окрашивая небо в темно-оранжевые, розовые, фиолетовые, синие цвета. На этот раз Чанбин получает поцелуй в щеку на прощание.

***

Феликс сидит на стуле за столешницей и создает свадебный букет, который три дамы заказали несколько недель назад. Время закрытия подходит к концу, но звенит колокольчик. Феликс отрывает взгляд от букета и смотрит на входящего, при виде него внутренности скручиваются, а пальцы ног приятно покалывает. — Ты можешь запереть дверь? Время закрытия. Чанбин запирает за собой дверь и подходит к стойке. Он кладет перед Феликсом пластиковый пакет, который сильно пахнет тайской лапшой. — Я подумал, что ты проголодаешься, ты сказал, что занят сегодня с восьми утра, — сердце Феликса начинает биться быстрее — Да, большое спасибо. Как прошел твой день? — Чанбин достает контейнеры с едой, Феликс все еще заплетает цветы и украшения вместе. — Сегодня было двое клиентов, один из них боялся игл, и его пришлось придерживать трём людям, поэтому было довольно многолюдно. — И как всё закончилось? — С любопытством спрашивает Феликс. — Достаточно хорошо. Ему потребовалось время, чтобы привыкнуть к звуку, затем я показал ему, какое оборудование собираюсь использовать, и заверил его в том, что все это того стоит и причинит намного меньше вреда, чем он предполагает. Потом он чуть не потерял сознание, но когда я начал, он понял, что всё не так уж и плохо. — Интересно, будет ли это так же легко для меня. — Возможно. Чанбин берет немного жареной лапши палочками для еды и подносит ее ко рту Феликса. Феликс удивлено приподнимает брови. — Твои руки заняты, — итак, Феликс позволяет Чанбину кормить его. И он краснеет. Снова. Феликс в свою очередь рассказывает о своем дне: сегодня они были очень заняты, Чонин заболел, некоторые украшения прибыли с опозданием, из-за чего Минхо ещё больше опоздал, Феликсу и Хёнджину пришлось выжить самостоятельно. Но, в конце концов, им удалось сделать все вовремя, за исключением букета, который сейчас делал Феликс. У Феликса сегодня за ухом две розы, бледно-лиловая и красная. Это не первый вечер, который Чанбин проводит в цветочном магазине, и он на самом деле весьма полезен. И полон энтузиазма. Ему нравится узнавать о цветах, особенно о символике и событиях, с которыми связаны некоторые цветы. Феликс находит это милым. Он любит звездный блеск в глазах Чанбина, когда он рассказывает о различных значениях некоторых цветов. Букет готов, Феликс аккуратно ставит его в вазу и несёт в стеклянный шкаф. — Тебе еще есть над чем поработать? — Чанбин запихивает еду в рот. — Мне ещё нужно сделать два букета для подружек невесты. Но это легко, не займет много времени, — он достает из шкафа коробку, полную белых и нежно-голубых роз, и несет ее к прилавку. — Я могу помочь! Феликс смотрит на Чанбина. Парень до сих пор заставляет летать бабочек в его животе, даже больше, чем раньше. Но несмотря на это, Феликсу всё равно очень комфортно рядом с ним. Они знают друг друга мало времени, но он почему-то чувствует, что знает Чанбина много лет. Как будто Чанбин всегда был в его жизни. Его улыбка освещает полумрак цветочного магазина, и внезапно кажется, что на улице даже не темно. — Хорошо, — Чанбин выглядит немного удивленным, как будто он ожидал, что Феликс откажется, и будет настаивать на том, чтобы сделать всё сам. Феликс протягивает Чанбину букет белых роз. Затем он берет ножницы с полки за прилавком, пока Чанбин убирает обратно в пакет контейнеры с едой. — Срежь все шипы и листья до этого места, — показывает Феликс рукой. —Только. Не делай себе больно. Чанбин отлично следует инструкциям, он быстро подстригает шипы и листья. И выглядит при этом таким сосредоточенным. Феликс находит это очень милым. Чанбин немного выпячивает губы, когда на чем-то сосредотачивается. Феликс возвращается к своим цветам, и аккуратно, натренированными руками срезает лишние шипы и листья. Он не замечает, как внимание Чанбина смещается с цветов на Феликса. Он чувствует мягкое, почти как перышко, прикосновение к своей щеке, Чанбин слегка целует его, очень нежно, немного застенчиво. Лицо Феликса мгновенно краснеет. Он пытается снова сосредоточиться на своих цветах, но это очень сложно, когда Чанбин сидит рядом с ним, плечом к плечу, срезая шипы. Феликс чувствует, как его нога прижимается к ноге Чанбина. И, может быть, он немного нетерпелив, когда дело касается людей. Поэтому он роняет ножницы и поворачивается к Чанбину, обхватывает его щеки ладонями, и крепко и решительно целует прямо в губы. Это быстрый поцелуй, легкий поцелуй, но это поцелуй. Чанбин пахнет дезинфицирующим средством и примулами. Лицо Феликса горит, когда он отпускает Чанбина и снова берет ножницы, внезапно слишком заинтересовавшись розами перед ним. Настолько заинтересовавшись, что он не замечает (он действительно), как рука, скользнувшая ему за спину, ложиться на его талию. Чанбин наклоняется вперед, осторожно обхватывая щеку Феликса и поворачивая его лицом к себе. На мгновение Феликс смотрит в глаза Чанбину насколько заворожено, что мир вокруг него исчезает, он задается вопросом, видел ли он когда-нибудь таких красивых глаз. Затем Чанбин целует его, и Феликс вообще ничему не удивляется. Это нежно, мягко. Губы Чанбина кажутся бархатными, как теплый зефир в летний день. Феликс тает от прикосновения, тает от губ Чанбина, которые так идеально подходят к его собственным. Пальцы Чанбина оставляют покалывание везде, где они встречаются с кожей Феликса. На вкус он как рай, у Феликса нет другого слова, чтобы описать его. Хватка Феликса на ножницах ослабевает, он прижимается ближе, желая немного большего, и он добивается своего. У Феликса кружится голова, он задыхается, он плывет. Он целует Чанбина, и испытывает так много чувств, что почти задыхается. Чанбин первым отстраняется, румянец покрывает его нос и кончики ушей. Феликс смеётся, его распирает. Он так счастлив, что хочет кричать об этом всему миру, но не делает этого. Вместо этого он еще раз целует Чанбина в щеку и берет розу из-за уха. Он засовывает ее за ухо Чанбину. Бледно-лиловая роза — символ любви с первого взгляда.

***

На витрине тату-салона новый рисунок. На нем изображен парень с веснушками в виде звезд и короной из подсолнухов.