Соулмейты по неволе

Что вы можете сказать о Пак Чимине? Да ничего особенного в этом парне нет. Раньше не было. Теперь у Пак Чимина на лобке размашисто набито: "Чон Чонгук", но обо всём по порядку. Месяц назад Пак по дурацкой случайности согласился на спор со своим лучшим другом, Тэхёном. Они как раз выпивали в баре, сдав наконец экзамен по уголовному праву. За последние дни закон успел трахнуть их пару раз, поэтому парни были рады отпраздновать свою небольшую победу, напившись до чёртиков, а после встречая утро субботы возле керамического друга. Но пока Чимин задорно пил восьмой по счёту ёрш и громко смеялся с очередной бредовой шутки, придуманной Кимом. – Вот почему мы такие скучные, а? В нашей жизни вообще нет никакого удовольствия и экстрима, одна Конституция и нервный срыв в придачу, – жалобно проныл Тэхён и улёгся головой на деревянную стойку. – А что ты хотел, поступая на юридический? Что будешь гоняться за серийными убийцами, как в дорамах? – Чимин зачесал волосы назад, укладываясь рядом с другом. – Пс, Чимин, давай поспорим на что-то, – Тэхён опустошил очередной стакан и посмотрел на Пака через полупрозрачное стекло. – Например? – Чимин удивлённо поднял бровь, наливая в стакан ещё соджу. – Например, сыграем в бирпонг, – Тэхён просит официанта принести ему пластиковые стаканы и пару бутылок соджу. Далее разливает алкоголь по стаканам, выстраивая их в форме треугольников. – Придумал наказание? – Чимин становиться напротив Тэхёна, который уже успел найти шарик для настольного тенниса для игры. – Проигравший должен набить себе татуировку на лобке, которую выберет победитель. Согласен? – Ким хитро улыбается, ожидая ответ Пака. – Чёрт, согласен, – Пак соглашается, ещё не догадываясь, какой пиздец его ждёт впереди. – Нет, блять. Нет, Тэхён, слышишь меня?! Я не буду бить имя какого-то левого парня у себя на лобке, – Пак истерически вылетает из салона, лишь услышав, что придумал его друг. – Он не какой-то левый парень, а Чон Чонгук – пловец национальной сборной Кореи по плаванию. Я просто без ума от него, – Тэхён возбуждено помахал телефоном со статьёй из Википедии перед лицом разозлённого Чимина. – Мне плевать, кто он, хоть Президент США, я не буду этого делать! – блондин резко разворачивается на 180 и шагает прочь от тату-салона. – Нет уж, Минни, ты согласился в тот вечер, поэтому отказы не принимаются, – Ким хватает друга за руку и тащит обратно внутрь. – Я был пьян. Согласно статье 179, я могу засудить тебя за принуждение, – Пак вцепился в рукав Тэхёна, пытаясь остановить того. – А я по 115, засужу тебя за домашнее насилие,  – Ким затянул его в салон, усаживая на кресле. – Когда это такое было?! – Чимин неистово возмущается, пока мастер растегивает его джинсы и принимается за перевод трансфера. – Когда ты меня ночью своими конечностями бьёшь. Я вон весь в синяках из-за тебя, – Тэхён закатывает штанину, оголяя свои увечия. – Да ты сам ко мне лезешь! Ты, крыса кудрявая! – Пак закатывает настоящую истерику, пока татуировщик колдует над лобком бедного парня. – Не злись, цыплёнок. Уже почти всё готово, – Ким ухмыляется, указывая на появившиеся изящные буквы ниже пупка. – Я тебя убью, Ким Тэхён. Как только натяну свои штаны обратно! – Чимин откидывается на кресле и тихо стонет, рассматривая дико смущающий узор на своём теле. Теперь у Пак Чимина на лобке размашисто набито: "Чон Чонгук". Теперь Пак Чимин, как застенчивая девчонка, прикрывается руками в общей душевой, каждый раз проклиная Кима. – Нет, нет, никаких отмазок, знаешь, через что мне пришлось пройти, чтобы достать эти места? – Тэхён размахивает билетами в дорогой ночной клуб Сеула перед блондином, который усердно пытается найти тетрадь по криминалистике в металлическом шкафчике. – Помнишь, к чему всё привело, когда мы в последний раз выпивали? К этому! – Пак указывает на свой пах и стреляет молниями в слишком весёлого дружка. – Айщ, не злись. Хочешь я себе на заднице твоё личико набью? – Чимин от такого предложения ударяется головой об полку и, матерясь, поднимается. – Отличненько бы смотрелось, – Тэхён уже бежит по коридору, зная заранее, что иначе получит от блондина смачную затрещину. Чимин вытаскивает из шкафа очередную рубашку, надевая её, а после скидывая к остальной горе вещей. Тэхён молча наблюдает за страданиями друга, который уже битый час не может выбрать, в чём ему пойти. – Просто надень уже что-нибудь, – брюнет растягивается на кровати, откидывая телефон в сторону. – Заткнись и помоги. Что лучше: чёрная водолазка или этот свитер? – Пак достаёт серый объёмный свитер с нижней полки. – Издеваешься? Да в таком даже монашки не ходят,  – Чимин расстроенно возвращает вещь на место. – А в чём мне тогда идти, умник? — Тэхён подрывается с кровати и вытаскивает со шкафа телесный боди с принтом, протягивая её блондину. – Это что за влажная мечта извращенца? Где ты его взял вообще? – Пак берёт вещичку двумя пальцами, удивлённо смотря на Кима. – Купил, – Тэхён вновь уставился в телефон, печатая сообщение. Чимин только вздыхает и надевает боди со свободными брюками клёш, красит глаза и наносит блеск. – Ты похож на элитную шлюшку, Минни, – брюнет натягивает кроссы, рассматривая Пака. – А ты на того, у кого не хватит на меня денег, Тэхённи, – блондин выходит из квартиры, поправляя причёску, а Ким ещё раз убеждается в том, что Пак Чимин та ещё сучка. Они заходят в переполненный клуб: басы разрывают колонки, неоновые огни слепят глаза, а люди танцуют и беспрерывно лапают друг друга. Чимин морщит нос, наблюдая за сием действием, пока Тэхён тащит его в центр этого хаоса. – Давай, детка, покажи всем, как ты умеешь двигаться,  — Ким расталкивает людей вокруг Пака, предоставляя ему полную свободу движений. Чимин лишь шипит на друга, но начинает двигаться, следуя за музыкой. Он виляет бёдрами и выгибается в спине, хвастаясь отменной растяжкой. Парень ловит на себе несметное количество взглядов, но лишь один заставляет его ярко улыбнуться. Тёмноволосый стоит возле стойки, медленно попивая Пина Коладу, в которой уже почти не осталось льда. Из под рубашки виднеется накаченное тело. Его глаза блуждают по изгибам блондина, останавливаясь на уровне пухлых блестящих губ. Брюнет облизывается и подмигивает танцующему Чимину, попутно заказывая у бармена Голубую лагуну. Чимин, вдоволь насладившись прикованным к нему вниманием, гордой ланью прошагал к стойке. Как только он приземлился возле того самого горячего парня, Пак схватил свой любезно оплаченный незнакомцем коктейль. – Ты отлично двигаешься, научишь? – брюнет придвигается ближе, ведя длинными пальцами по бедру блондина. – С удовольствием покажу тебе парочку коронных движений,  – Чимин откидывается на спинку стула, закидывая ногу на ногу. Теперь вблизи темноволосый может рассмотреть под телесным боди аккуратные пепельно-розовые соски. – Значит, я могу рассчитывать на приватный танец? – парень приближается вплотную к Паку и невесомо целует его скулу, после проводя по ней рукой. Чимин упирается на барную стойку и продолжает поцелуй, схватив брюнета за ворот рубашки. Бармен лишь озадаченно смотрит на эту парочку и натирает очередной бокал до блеска. Они заваливаются в дешёвый мотель, дико пугая при этом консьержа. Блондин виснет на сильных руках брюнета, который бережно придерживает своего партнёра, одной рукой заполняя нужные документы. Чимину плевать, что на него смотрят: он прижимается к своему ночному трофею ближе, целует, практически вылизывает чужую шею, оставляя пару багровых засосов и следов от зубов. Работник молча протягивает ключи и тут же ретируется в неизвестном направлении. Пока парень тащит Чимина в номер, тот на несколько минут отрывается от ласок и печатает сообщение Тэхёну, который уже обыскался блондина. Брюнет с облегчением валит Пака на постель, сразу же придавливая его своим телом. Тот принимается растёгивать пуговицы на рубашке тёмноволосого, оглаживая руки, а после подкаченное тело и, как и ожидалось, шикарный пресс. – Ты везде такой гладкий? – Чимин проводит рукой по телу, не ощущая привычной растительности. Шёлковая кожа парня прямо сияет в отблесках неоновых вывесок ночного города. – Абсолютно везде, малыш – он упоительно стаскивает с блондина брюки, в ту же секунду округляя глаза. Пальцы касаются чернильных линий, очерчивая до боли знакомое имя. – Какого..? – брюнет отстраняется, пытаясь обуздать нахлынувшую панику. Непонятное чувство переполняет, заставляя сердцу рухнуть вниз, на самое дно. – Блять, прости, я забыл предупредить, — Пак приподнимается и опускает свою руку на щеку парня, оглаживая её большим пальцем. – Я проиграл другу спор, и поэтому мне пришлось, в общем, можешь не обращать на это внимание, ладно? – Чимин растерянно пытается объяснить парню всю нелепость данной ситуации.  – ..хера, это МОЁ имя! – Чонгук впивается взглядом в блондина, который сам теперь открыл от удивления рот. Верх нелепости. Пак хватается натягивать стянутые брюки, путаясь в штанинах, а после падая посреди номера. – Твою мать, какой же ты неудачник, Пак Чимин, – парень чуть ли не плачет от собственной ничтожности, когда его прижимают к холодному ламинату. Чон повисает над блондином, который закрыл пунцовое от смущения лицо руками. – Разве я сказал, что мне не понравилось? – опускается языком к шее, ведя вдоль натянутых, как струна мышц. – Это возбуждает, – упирается вставшим членом в бедро, ёрзая по чёрной брючной ткани. Пак отрешённо обхватывает ногами чужие накаченные бедра, уже самостоятельно двигаясь, имитируя толчки. Чонгук оглаживает руками тазовые косточки, а после нежно целует тату с собственным именем. Чимин дёргается, зарывается пальцами в отросшие волосы парня. Кусает губы и высовывает язык так, что капли слюны стекают по подбородку. – После, я хочу услышать, как ты на это  согласился, малыш, – Чонгук разрывает боди на Чимине, тот лишь успевает ахнуть и внезапно почувствовать жёсткий пол под собой. – Блять, он же дорогой, – Пак знает, что Тэхён его живьём закопает за этот прозрачный кусок ткани, но пока он откидывает его куда подальше. Чужие руки касаются оголенных лопаток. Чимин проталкивает в рот пальцы, смачивая их слюной и ведёт по сухим губам парня, после впиваясь в них.Чувствует привкус ментоловой жвачки. Проталкивает язык в горячий рот, обводит верхний ряд зубов. Помимо ментола, парень пахнет жгучей хлоркой, которая впиталась в молодое тело за годы тренировок. Но Пака это нисколько не волнует. – Хочу тебя, – простанывает Чимин в поцелуй, на что Чонгук вновь опускается вниз, к лобку. Наконец стягивает раздражающие штаны и обхватывает губами розовую головку блондина. Собирает языком предэякулят и ласкает дырочку уретры. Облизывает основание, попутно надрачивая рукой. Насаживается глубже, поднимая взгляд на Пака, который от действий парня покрылся испариной. Капельки пота стекают с его подтянутого пресса. Член Чонгука болезненно дёргается в джинсах, пока он продолжает исполнять свой крышесносный минет. Пак кончает, пачкая живот, но брюнет слизывает всё своим юрким языком. В который раз проходит по вытатуированым буквам, подсознательно присваивая парня себе. Ведь теперь он не может быть чьим-то другим. Чон аккуратно проталкивает один палец внутрь Чимина, оглаживая сжавшиися стенки. Пак хрипло стонет от дискомфорта, но через несколько минут уже просит больше. Брюнет добавляет второй, нащупывает простату. Чимин выгибается до хруста, хнычя от наслаждения. Они до сих пор занимаются сексом посреди номера на холодном полу. Чонгук тянется к заднему карману,  доставая презерватив. Пак выхватывает квадратик из рук парня и открывает его зубами, сразу же натягивая латекс на каменный стояк брюнета. Чон проникает в Чимина, придерживая того за талию. Стенки болезненно сжимаются вокруг члена. Спина трётся об шершавый пол, царапая кожу. – Сядь, – Пак еле может говорить, но просит парня подняться. Тот выходит из поддатливого тела, занимая сидячее положение, упираясь обеими руками. Чимин наконец поднимается с неудобной поверхности и садится сверху на Чона, проталкивая его орган глубоко в себя. Так намного лучше. – Ух ты, блять – Чонгука кроет от этого блондина с двойной силой. Он сжимает упругие ягодицы в своих руках, помогая Чимину двигаться. Тот скачет на накаченных бёдрах, чувствуя стальные мышцы под собой. Дикое удовольствие накрывает с головой, когда Пак во второй раз кончает, скатываясь по телу брюнета в его сильные руки. Чон лишь продолжает медленно двигаться, доводя себя до разрядки, и изливаятся внутрь выдохшегося парня.  Под утро они наконец перебираются на кровать, пачкая простыни потом и оставшейся спермой. Чимин засыпает на Чонгуке, окольцовывая его шею руками. Он тихо сопит, уткнувшись носом в выимку ключицы. Чон держит его за тонкую талию, прижимая ближе к себе. Солнечный свет будит Пака – и он открывает глаза, замечая заспаное лицо любовника напротив. Чимин скатывается с нагретого тела, укладываясь рядом. Брюнет незамедлительно утягивает его в объятья, одной рукой опускаясь вниз, снова и снова проводя пальцами по тату. – Теперь мне придётся набить такую же, – Чон улыбается,  представляя, как имя "Пак Чимин" украсит его лобок. – Ты же спортсмен, к тому же, пловец. Хочешь, чтобы все это увидели? – армия фанаток Чонгука явно не возрадуется подобному. Это Паку, которому сулит быть адвокатом и вечно щеголять в костюме, можно вытворять подобное. — Именно, хочу чтобы все знали, что ты мой, – так интимно шепчет на ухо, ласкает мочку и вылизывает ушную раковину. Паку кажется, что Чон уже испробовал каждый сантиметр его тела на вкус. – А я твой, – целует так упоительно, с такой нежностью. Слегка оттягивает нижнюю губу, игриво прикусывая её. Наслаждается утренней негой, наблюдая как солнечные лучи играют на золотистых прядях его партнёра. Через неделю Чонгук набил себе заветное тату, а ещё через неделю Чимину пришлось полчаса откачивать бедного Тэхёна, который лишь увидев в дверном проёме Чона, грохнулся в обморок. А ведь он даже представить себе не может, что у его кумира теперь тоже на лобке красуется столь изящное имя "Пак Чимин".