Шел дождь

Тело до сих пор ныло после вчерашней тренировки, требуя не двигать ни одним мускулом как минимум лет сто. Ноги гудели, а руки поднять было невозможно. Но надо было двигаться дальше. Где-то с другого угла комнаты на кровати сопел Эндрю. Сейчас он прикрывал глаза рукой и едва съежился от солнца, которое светило прямо в лицо. Под утренним светом его веснушки выглядели еще привлекательнее. Светлые волосы, невзначай задетые солнцем, словно светилось изнутри. А Нил, конечно же, едва смог отвести взгляд. Сейчас все еще спали, поэтому у Джостена было несколько минут для того чтобы еще разок мельком взглянуть на вратаря. Эндрю говорил, что то, что между ними- "ничто". Поэтому смысла рассказывать команде просто не было. Они целовались, заботились друг о друге и просто были рядом, но никто из них никогда бы не сказал, что это - отношения. Настоящие. Возможно когда пройдет достаточно времени Миньярд будет готов признать существование их "нечто", но точно не в ближайший год. Однако рыжика это устраивало. Пока Эндрю позволяет ему быть рядом он будет. Плевать на статус! - Пялишся. Конечно же он не спал. Джостен это понимал как никто другой. Он достаточно наблюдал за спящим блондином чтобы замечать все неочевидные изменения в его дыхании и положении тела. -Тебе нравится, - бесстыдно сказал Нил. -Неужели? 92%, Джостен. Но ему не поверили. Предательский голос! Даже сейчас, когда голос хрипел после сна, можно было легко услышать тепло этих тихих слов. Конечно ему нравилось! Третий номер действительно интересовало, существует хоть одно живое существо на этой долбаной планете, которому не понравилось бы чувствовать взгляд этих блестящих глаз. Или чувство того как они прожигают дыру где-то на твоей щеке или макушке. Однажды от такого взгляда он даже покраснел и кончики его ушей превратились в маленькие помидорки. Эндрю благодарил вселенную за то, что Джостен этого не заметил. В противном случае этот наркоман еще долго рассказывал бы ему, как подходит к его светлому лицу румянец. На кровати над рыжим парнем жалобно заскрипел матрас. Хэммик, хрипя, перевернулся с бока на бок и едва открыл глаза. -Я когда-то тебя точно убью тебя, Кевин. С особой жестокостью, понятное дело. -Стань в очередь, -сонно прозвучало в ответ. Конечно Дэй догадывался, что сейчас по его душу стоит очередь из восьми человек. Честно говоря, он и сам был бы не против хорошенько избить вчерашнего себя. На этот раз он действительно перегнул палку. Игра с Воронами была уже в эту пятницу, поэтому он в последнее время зверствовал. Последние недели две его все просто проклинали, но после вчерашнего Кевин уже ждал нож в горло. Такой холодный и заточеный. Возможно один из тех, что Эндрю постоянно таскает с собой. Но пока все тихо. У ребят пока не было достаточной мотивации двигаться вообще. Джостен был первым кто встал на ноги. Слегка покачиваясь, он пошел на кухню, мысленно четвертуя бывшего Ворона. Он понимал, что ситуация требует всех усилий и концентрации, но если следующие два дня будут похожи на предыдущий, тогда они не выйдут, а просто выползут на поле. Причем, возможно, не в полном составе. Еще немного и даже Нил-я-просто-попросил-Джостен не сможет уговорить выйти их голкипера на поле. День за днем ​​Эндрю проявлял все меньше интереса к игре и Нил не знал, что с этим делать. Рене была неплоха и все же с Миньярдом она соревноваться не могла. В любом случае у него было еще двое суток на то чтобы придумать выгодную для них обоих сделку. Он обязательно что-то найдет. Чайник уже закипел и Джостен заваривал четыре чашки кофе, когда все остальные начали стягивать свои тела на кухню. Ужасно сладкий кофе для Эндрю, со сливками для Хэммика и чистый для Нила с Деем. Обычное утро на маленькой кухне. После этого были быстрые сборы и поездка в университет. Затем скучные пары с часовым перерывом на обед. Даже сообщение-таймер не заставило себя ждать. Все как всегда. Телефон издал тот самый звук уведомления. Половине четвертого, замечательно. Нил потянулся за телефоном в маленький карман сумки. "3" Фото загружалось слишком долго и парень уже начал дергать ногой, когда наконец увидел изображения. Рене и Эндрю. Они ели огромные сэндвичи с салатом на их любимом месте в сквере при столовой универа. Проверять не было необходимости. Он точно знал, что они там. Так было всегда. Преследователь никогда не лукавил. Рыжий открыл фото на весь экран. Девушка смеялась, а ее щека была вся в соусе. Рядом с ней сидел серая скала Миньярд на лице которого был легкий, заметный лишь для тех, кто хорошо знает парня, намек на веселье. У этих двоих было отвратительное прошлое и оба имели кучу своего дерьма в душе, и все же они были просто студентами. Две молодые души, которые пытались сделать свой второй шанс лучшим чем первый. А кто-то другой хотел безжалостно забрать этот шанс. Из-за Нила. И это было самым ужасным. Он рассматривал длинные пальцы блондинки, когда заметил то, чего не смог увидеть сразу. Полупрозрачный блик на стекле витрины магазина из которого было сделано фото. Незаметное на первый взгляд отображения могло многое рассказать о фотографе. Несколько минут в фоторедакторе и парень может разглядеть руку. -Нет, - только и вырвался из него почти неслышный шепот, - не может быть. Эту руку он мог вспомнить при любых обстоятельствах. Сейчас эта ладонь была больше чем много лет назад, но это была точно она. Звездочка? Единственное слово висело в исходящих. Прошла минута, а за ней еще одна. И еще. Парень, не надеясь на ответ, хотел закрыть сообщение, но пришел ответ. Умный Бельчонок) Бельчонок и Звездочка. Самые подходящие прозвища для сына Мясника и безумной Лолы Малкольм, девушки на несколько лет старше Джостена, что росла вместе с ним. Ее отец был одним из головорезов Веснински и когда девочке едва исполнилось четыре он забрал ее к дому в Балтиморе в качестве доказательства своей преданности. Мужчина умер при стрельбе через восемь месяцев после этого, оставив дочь сиротой и новым материалом из которого Нейтан мог вылепить все что угодно. Он так и сделал. Ножи, топоры и тесаки- все поддавалось ей с невероятной легкостью. Девчонка с легкостью запоминала все, что рассказывали взрослые, и умело использовала это на практике. Но так было не всегда. С самого начала маленькая Лола не хотела обижать кроликов и мышек и то, что старшие постоянно кричали и били, ее не убеждало. Когда даже морение голодом не принесло результатов, Старший, недолго думая, отсек маленький мизинчик на правой руке девочки. После этого уговоров не потребовалось- все пошло как по маслу. А когда Натаниэль стал достаточно взрослым и мог понять хоть что-то, юная Малкольм стала его учителем. Мальчик также не слишком любил калечить животных, но никогда не отказывался от занятий, хватаясь за возможность увидеть свою единственную подругу. Так они и росли вместе, как брат с сестрой, а тот факт, что у Звездочки был настоящий брат Ромеро, ничего не менял. Он был слишком взрослый для этих двоих и даже не пытался заботиться о сестре. Для него ее просто не существовало, а последнюю просьбу отца заботиться о ней он не считал чем-то достойным его внимания. Она не допускала таких мелочных ошибок. Никогда. Нил знал это и не подвергал сомнению. Лола хотела чтобы он знал. Знал, что это она следит за его командой, знал, что она здесь. Но зачем? Ответ был очевиден. Девушка любила его по-настоящему. Ей нравилось смотреть в его голубые мечтательные глазки и держать Натаниэля на руках. Она обожала те часы, когда ей разрешалось нянчитися с ним. Лола с радостью принимала малыша на руки и ее сердце проделывало различные акробатические трюки каждый раз, когда она слышала детский смех Натаниэля. Эта девушка была именно тем человеком, который помог Мэри убежать в тот день перед отбором в детскую команду экси. Тогда Звездочка была уже достаточно взрослой чтобы понять, что происходит, и достаточно смелой чтобы помочь Хэтфорд в ее плане. Вот и весь ее молив- искренняя любовь. Зачем ты это делаешь? Он вышел. Этого было достаточно. Джостен точно знал кто “он” и откуда он вышел. Чего он хочет? Твое мертвое тело на блюдечке