WWW:

— Ты знаешь, что я тебя ненавижу? Йерин кажется, что она задыхается. Что медленно оседает в её лёгких дым, окрашивая стенки сосуда в темно-фиолетовый, покрытый декоративными звёздочками, как капот машины её сестрицы — Ёнсо. Полная безвкусица. Музыка долбит по ушам, медленно проникая ритмами под кожу, заставляет дергать ногой в такт её мотивам, но Мин сопротивляется, не разрешая и пальцу пошевелиться за звучанием мелодии. Она только туже затягивает косяк и хрипло смеётся, откидывая голову на мягкую спинку дивана, скользя ладонями по собственной груди. Жарко. — Точно так же, как и то, что ты никуда не денешься от меня. Он хрипло смеётся, отвечая ей, и пуская дым через нос, а затем медленно опускает ладонь на её шею, ведя по едва заметной жилке. Йерин даже не вздрагивает, наоборот подставляет кожу под чужие, перемазанные перламутровой краской пальцы, и хрипло стонет, задыхаясь в безудержном смехе. Джей совсем рядом. Мокро целует её мочку, опуская свою руку ей на колено, а затем, оглаживая колготки в сеточку, несётся выше, задевая пальцами разгорячённую кожу на внутренней стороне бедра. Мин толкается на встречу, но парень только ухмыляется и, словно комета, стремительно откидывается на свой диванчик, хватая бутылку с вином на столе. Йерин разочарованно стонет. Тонкие руки, цепляются за шею, перемазанную перламутровой блестящей краской и размазывают от ключиц до груди, словно намекая партнёру о том, что нужно было сделать. Чонсон лишь игнорирует её выпад, отбирая у девушки косяк, а затем затягивается сам, выдыхая ей дым прямо в лицо. Мин Йерин хочет вцепиться ему в волосы. — Я тебя потерял уже, солнце, — шепчет ей на ухо, неожиданно появившейся Сонхун, и девушка расслабленно улыбается, ощущая дрожь и лёгкость в теле. Пак садится впритык, нагло не обращая внимание на лучшего друга, а после, словно яркая осенняя лавина, обрушивается на Йерин поцелуем, кусая её губы. Мин крепче цепляется за футболку своего парня, ощущая как стразы на его макияже, до одури возбуждающе, царапают её кожу, и девушка снова издаёт стон, перекидывая правую ногу и усаживаясь на Сонхуна сверху. Он тоже накаченный. Он тоже цепляется за её бедра, бесстыдно забираясь под кромку её юбки, даже не обращая внимание на то, что они на вечеринке не одни. Йерин чувствует что-то чужое в его рту и тут же разламывает таблетку на две части, сплетаясь языком с парнем и проглатывая наркотик. Сонхун сжимает её шею, перемазываясь в краске, а Йерин поднимает свой взгляд из-под опущенных ресниц за спину своего парня, где на диванчике его лучший друг молча пьёт вино, наблюдая за ними. Это возбуждает. — Сонхун, — шепчет Йерин, медленно вставая с его коленей и дёргая за руку. Парень тут же поддается, идя за ней, словно маяк, что светит для одного корабля. Прогнившего корабля Мин Йерин. — Хочешь остаться со мной наедине? — прижимает её к стене Пак, и девушка медленно трётся о него, показывая свои мотивы. Её молодой человек смеётся и уже накрывает своей ладонью её грудь, как парня тут же перехватывают его друзья — Чонвон и Джейк, заставляя оторваться от своей девушки. Они что-то кричат, дёргают парня в разные стороны, на что Сонхун лишь виновато улыбается, совсем не виноватой улыбкой. Его расслабленное, слегка глуповатое лицо портится ухмылкой и он наклоняется ближе к Мин, развязно целуя её. — Прости, малыш. Сонхун уходит. Йерин ощущает, как медленно атомы крошатся в её вселенной и она не в силах совладать с собой, громко смеётся, чтобы после почувствовать как на орбиту вторгается новый космонавт, что тащит её в ванную комнату. Джей запирает дверь на замок, прижимает её к деревянной поверхности, мягко оглаживая полуголую спину, а затем впивается в губы, чтобы дать её орбите зарваться и сдохнуть. Обломки разлетаются так сильно, что внутри у неё помимо безудержного веселья горит огонь, и она только снимает с лучшего друга её парня футболку, цепляясь за подтянутое тело, исцарапанное её же ногтями. Или другими девчонками, имени которых она не знала. Йерин задыхается. Она задыхается не потому что комната пропахла дымом, не потому что здесь чертовски жарко или потому что слышала, как Сонхун искал её. Она задыхается потому что Пак Чонсон слишком лицемерный подонок, вбивающий её тело в сраную дверь. Его гортанные стоны, даже не сравнятся с её. Чонсон — это яркая комета, которая пролетает единожды, разбивая всё на своём темном пути. Она стремится разрушить всё, что видит вокруг, заполучить то, что есть у других. Вода в ванне холодная. Но Йерим очень горячо. Её юбка непозволительно высоко на талии, кофта валяется где-то на мокром полу, а вечерний макияж и вовсе размазался, стразы которого готовы вот-вот отвалиться. Чонсон мажет губами по её голым плечам и рьяно прижимается сзади, сжимая её тело в свои руках. Мин слышит, как громко льётся музыка и плещет вода на пол, а ещё она видит перед собой огромные неоновые огни в этой полутьме, понимая что ей хочется ещё. На минуту он её оставляет. Мягко скользит по её мокрым волосам, собирая бисеринки пота своими пальцами, которыми минуту назад доводил её до оргазма. Йерин кладет голову на его плечо, кажется, понимая, что эффект её отпускает и тихо закрывает глаза, сжимая губы. Она не была такой. Всю жизнь была хорошей и примерной девочкой, которая с шестнадцати лет начала встречаться с правильным Пак Сонхуном, и вплоть до Университета шла с ним по одну руку. А потом появился он. Лучший друг Сонхуна — Пак, нахер его, Чонсон, что в кругу университетских и улицы, был лишь Джеем. Пак, нахрен его, Чонсон, который затащил парочку правильных студентов на свою первую вечеринку. Её первая вечеринка. Вечеринка на которой все с раскрашенными глазами, перемазанные краской, целовались, танцевали и принимали наркотики, как вне себя. И она хотела сбежать. Но Сонхун сам ступив на эту дорожку, повлек её за собой. В её первую вечеринку Джей наносил ей макияж, приклеивал конченные стразы, такие, как и у него, красил её глаза кислотно-желтым, а потом протянул единственную белую таблетку, после которой жизнь пошла в задницу. После которой, она стала Его. — Я тебя ненавижу, — шепчет с болью Йерин Чонсону, на что он лишь гадко ухмыляется, протягивая ей пакетик с порошком. Йерин вдыхает, ощущая как становится легче дышать и как скользят чужие пальцы по её скулам, затем сжимая её горло, так крепко, чтобы она не смогла убежать. Чонсон прижимается к её виску, мягко ведёт по её лицу носом, кусая за ухо. Она вздрагивает, вспоминая, как на вторую вечеринку, она обдолбанная им же в край, отдалась Джею в его комнате, пока Сонхун пытался выиграть в дротики у Чонвона. — Моя девочка, — он вовлекает её в поцелуй, насаживая на себя снова, вызывая у неё хриплый полустон, — ты никуда не денешься. Поняла? Ей останется лишь судорожно кивать, вцеплясь в мокрые мужские плечи. Она кусает губу до крови, прислоняется к Джею лбом, ощущая как хрипло он дышит ей в губы. Душат. Они душат друг друга, трахаясь в этой сранной ванне, а потом он её отпускает и уходит прочь. Как всегда. Йерин уходит глубоко под воду, ощущая как медленно растворяется, оставленная им пилюля под языком, и думая, как она ещё не умерла от передоза. Если Джей — её комета, то она лишь межгалактическая станция, коих по всему космосу тысячи. Сонхун — её спутник, всегда будет рядом, кружиться возле своей станции, веря что скоро он сойдет на её полотно и уже никогда не оставит свой пункт. Никогда. Даже не зная, что его межгалактическую станцию давно разрушила комета.