Пламя и кровь

      Скольким людям даётся второй шанс? Я не имею ввиду ситуации, когда после какого-то проступка людей прощают и «дают им второй шанс», начать, так сказать, всё с чистого листа, что, как по мне, является каким-то бредом. У людей всё же, как это ни странно, есть память и просто всё взять и забыть физически невозможно, если, конечно, у вас не амнезия. И даже в этом случае полная потеря памяти не гарантирована.       На самом деле, отвечая на вышеуказанный вопрос, можно однозначно ответить: никому. Это особенно заметно в наш век информации. За каждым человеком, даже за каким-нибудь Васей Пупкиным из Мухосранска тянется цифровой след, то есть всё, что ты когда-либо делал, никуда не пропадёт (даже если ты это удалишь) и будет тянуться за тобой до самой твоей смерти.       Но что, если всё-таки да? Что, если такой шанс и правда появится? Как бы вы прожили свою новую жизнь? Посвятили бы её полностью себе или другим, занялись бы самообразованием и саморазвитием или начали бы её нещадно прожигать впустую, тратя все средства на сиюминутные удовольствия? А, может, ничего менять и не надо, ведь всё и так хорошо? Я же счастлив, зачем что-то менять? Наверняка подобные вопросы интересуют многих пожилых людей, уже отживших своё.       Итак, краткий геополитический экскурс на конец 2024 - начало 2025 годов. Мы в жопе. Ну ладно-ладно, я не мог не пошутить. Если серьёзно, то кто же мог себе представить, что какой-то очередной теракт в Германии приведёт к вымиранию всего человечества? Никто. В общем, как было дело? Короче, какой-то Абдул (условное имя) бабахнул в Мюнхене возле бывшей пивнухи «Бюргербройкеллер» 3 ноября 2024 года. Погибло 248 человек, 582 получили ранения разной степени тяжести. Ну, казалось бы, и хрен с ними. Что такого? Но местным националистам оказалось не всё равно. И под местными я подразумеваю ВСЕХ германских националистов.       Буквально начались исламские погромы. Учитывая, что мигранты ассоциируются в первую очередь с исламом, это неудивительно. В ответ на массовую резню действия со стороны арабов не заставили себя долго ждать. Началась чуть ли не война. Конечно, толерантное германское правительство от таких действий, похоже, охренело и отдало приказ полиции остановить бойню во что бы то ни стало. Войска подключать не хотели. Что ж, ну ладно. 23 ноября в 01:56 по местному времени Бундестаг был взят штурмом. Во многих крупных городах административные и полицейские учреждения быстро переходили под власть местных националистических группировок.       Впрочем, не только скинхеды участвовали в этом, но и немалая часть остальных граждан. Видимо, их уже затрахали как действия смугляшей, так и собственного терпимого правительства. Бундестаг, кстати, даже начали называть «домом терпимости».       А что же армия? Тут уже буквально открытое восстание пошло, а они просто сидят в стороне? Ну, честно говоря, большая часть войск поддерживала всю эту движуху: кто морально, а кто и самыми, что ни на есть, активными действиями. Но всё же были и те, кто явно выступал против. Где-то даже доросло до открытых боёв между отдельными частями.       Но вот Бундестаг пал, правительство бежало. Быстро собранный Совет Спасения Нации первым же указом в 05:15 приказал сопротивляющимся частям сдаться и сдать оружие. Официальное правительство уже из Штральзунда призвало верные войска к сопротивлению. Откликнулись немногие. В итоге сопротивление официального правительства и верных ему частей было подавлено к 1 декабря. Основным лицам легитимистов (официальное правительство) удалось сбежать в Швецию, где они объявили об «оккупации» и создании правительства в изгнании.       Ну, а Новая Германия объявила о депортации всех нелегальных мигрантов в течение десяти дней, начиная с 3 декабря (ровно через месяц после теракта). В случае, если по каким-либо причинам мигранты не покинули страну по истечении этого срока, их объявляли вне закона и заочно приговаривали к смертной казни. Короче, любой порядочный гражданин мог легко расколошматить голову любому попавшемуся человеку арабской внешности, и, скорее всего, ему за это ничего не будет. Возможно, даже наградят или похвалят. Весело, в общем.       В мире, понятное дело, немного прихуели от такого поворота на 180 градусов в немецкой политике. Совет Безопасности ООН предъявил Германии ноту протеста с требованием прекратить всю эту явно расистскую движуху, на что Совет Спасения Нации (ССН) ответил, мол, это наши внутренние дела, не лезьте, да и вообще отъебитесь. Совбез вежливо просил Совет ещё раз. Неудачно. Не имея другого выбора, Совет Безопасности ООН объявил 13 декабря о полной экономической блокаде Германии. Тем, кто продолжит торговать с немцами, пригрозили экономическими санкциями. Немецких представителей выгнали из Европарламента.       Но даже при таких радикальных мерах процесс уже было не остановить. Если большая часть правительств мира увидели в "ноябрьской революции", как её окрестили немцы, возрождение гитлеровской Германии, то для некоторых народов, особенно той части Европы, что так же пострадала от наплыва мигрантов, этот переворот стал воплощением народного гнева, который они разделяли. Массовые беспорядки и исламские погромы начались во Франции, Италии и Испании, активизировались местные националисты, поддерживаемые Новой Германией. Опасаясь ещё одного насильственного захвата власти, только уже у себя в стране, правительства вышеуказанных государств без долгих раздумий отдали приказ войскам подавить эти беспорядки любой ценой. Зассали, короче.       Народный бунт, конечно, сила могучая, но против брони БТР или танка она работает уже не так хорошо. В Италии, Испании и Франции войскам удавалось более-менее успешно подавлять беспорядки. Хотя некоторые крупные города всё равно полностью или частично переходили под власть восставших. И одним из таких городов стал Страсбург. Чтобы его отбить послали немалые силы, ведь он буквально примыкает к германской границе, что довольно чревато. Опасения, к слову, были небеспочвенными. Когда бунтари были уже буквально прижаты к районам Нёдорф и Ситадель, на мосту через Рейн показались танки с крестами на броне. Восставшие, не имея другого выбора, призвали на помощь войска Германии. Согласие было получено буквально в течение часа, похоже, на той стороне уже давно ждали формального повода. В 17:06 18 декабря силы бундесвера пересекли французскую границу в районе Страсбурга, дабы "оказать помощь французскому народу в борьбе с захватчиками", имея ввиду арабских беженцев. Французские войска были к этому явно не готовы: одно дело подавлять восстание в основном безоружных граждан и совсем другое встретиться лицом к лицу с профессиональными войсками другого государства.       26 декабря - немецкие танки на Елисейских полях. С Триумфальной арки свисает белый плакат с большими красными буквами: "Mort aux arabes!" (Прим. автора: "Смерть арабам!" Если что, переводил через переводчик.) По всему городу полыхают пожары, на улицах и в домах линчуют людей характерной арабской внешности.       28 декабря - во Франции учреждён Совет спасения республики (ССР) в качестве высшего органа государственной власти. ССР и ССН объявили о создании "Союза Единой Европы". Уже бывший Президент Франции висит вверх ногами на арке опоры Эйфелевой башни со свисающими из вспоротого живота кишками и обезображенным лицом. Легитимисты бежали сначала в Дьепп, откуда их потом забрал английский лёгкий крейсер.       С присоединением Франции к "Единой Европе" ситуация для Германии значительно улучшилась. Во-первых, прорвана экономическая блокада, которая вскоре бы уничтожила немецкую экономику. Во-вторых, сильный как в экономическом, так и в военном плане союзник. В-третьих, Франция является постоянным членом Совбеза ООН и имеет право вето, что не позволит наложить новую экономическую блокаду. У неё также, в отличие от Германии, имеется ядерное оружие, которое тоже является неплохим подспорьем в международных переговорах.       22 января 2025 года - ядерная бомба сброшена на Триполи в 00:42 по местному времени, высадка франко-германских войск в Бенгази и Тобруке. Объявлен Крестовый поход XXI века. Началась ядерная война, которая продолжалась несколько часов, став одной из самых коротких войн в истории, но при этом самой разрушительной, уничтожив буквально всё живое на Земле. К слову, те, кто был в это время на околоземной орбите, увидев это и поняв, что произошло, покончили с собой.       08:38 по местному времени, среда. Большинство детей либо в школах, либо в детских садах. Взрослые же в большинстве своём на работе или на пути туда. В одном из так называемых «человейников» в квартире, нет, даже не в квартире, а в гостинке под номером 418 звучит противная громкая мелодия. Явно недовольный, Виктор Игоревич Штаркман встаёт, выключает будильник, проводя пальцем по сенсорному экрану телефона. Увидев на нём текущее время, Витя с мыслями типа: «Сука! Пиздец, нахуй, блять! Если опять опоздаю, начальник мне точно жопу разорвёт! Так, где мои носки? А, вот они. Чёрт, дырка… Ну и похуй – не до этого сейчас», - начал как можно быстрее собираться на свою любимую работу. - Как же я хочу спать… Заебала уже эта работа, когда же они все уже сдохнут? – надел ботинки и вышел с этими словами на устах наш герой в коридор. Спустился по лестнице как можно быстрее, чуть не грохнувшись на одной из ступенек: «Да чтоб тебя коты ебали в три прогиба!»       Открылась дверь в подъезд, и наш герой вышел на улицу, поймав носом свежий утренний воздух большого города вперемешку с благоуханием мешков с мусором, которые почти каждое утро встречали его рядом с выходом из подъезда.       В общем-то, не видя смысла даже ругаться по этому поводу, наш еврей просто побежал на работу, лишь мельком посмотрев на часы, которые показывали 08:44.       В следующую минуту внезапно где-то на северо-западе ярко вспыхнул свет, будто разом врубили не меньше тысячи прожекторов. С места, где стоял наш удивлённый еврей, можно было отчётливо увидеть быстро приближающуюся взрывную волну. Она сносила всё на своём пути: машины любого размера сносило с такой лёгкостью, словно это не механизмы, которые могут весить по несколько тонн, а какие-то шахматные фигуры, кои снёс проигравший излишне эмоциональный игрок; у зданий разлетались стёкла, а их самих сминало, точно тесто, приготовленное для лепки вареников; ну а людям уже при соприкосновении со взрывной волной ломало большую часть костей, превращая их внутренности в некую массу, напоминающую овсянку, что англичане так любят на завтрак. Впрочем, те, кому повезло оказаться относительно близко к эпицентру взрыва, просто испарялись, не оставляя по себе даже мокрого места на грязном, пыльном асфальте.       Ещё пара мгновений и Виктор превратится в подобную кашу из мяса, внутренних органов, костей и того, что он ел перед сном. Как говорится, трудно сохранять спокойствие перед взрывной волной, однако Виктор Игоревич Штаркман, парень 27 лет от роду, чувствовал некое спокойствие и умиротворение. Было ли это от приближающегося в его жизни экзистенциального кризиса, признания Витей своей жизни явно несчастливой и однообразной, осознания ничтожности человека перед силой атома или же чего-то ещё? Это уже не так важно.       И вот волна неудержимой силы проносится через место, где стоит парень в строгих чёрных брюках, пиджаке, светло-сиреневой рубашке, тёмно-синем галстуке и чёрных туфлях.       Или стоял?.. Он… исчез?..