Дверь в жизнь

Дверь в жизнь. Я задумался о друзьях. О том какой друг мог бы быть у меня. Как мы бы сидели, в старом холодном доме и курили. Он бы признавался мне в любви, а я бы признавался в своей. Рассказы о девушках звучали бы в пустом помещении. О том как они красивы снаружи и о том как некрасивы внутри. Я бы раскрыл свой самый страшный секрет, а он бы встал и серьезно глядя мне в глаза, пообещал бы запомнить его и никому не говорить. Доверие, холодный пол, два одиноких сердца и сигареты на двоих. Но у меня нет друга, нет секрета, нет девушки и я даже не курю. Лишь сижу один в холодном здании и единственное что звучит в помещении, только мое мерное дыхание. Я бы пел, если бы знал ноты, чтобы заглушить пустоту. Всегда видел преимущества тишины. Никаких чужих разговоров о собаках, грома арматур и скрипов машин. Моя приятельница говорила, что я всегда был мечтателем. Настоящим Рыбой. Она верила в гороскопы, пока я шёл по снегу и верил в неё. Затем моя Вера прошла, а гороскоп остался. Признаюсь, я достаю его почитать, когда прохожу мимо ларьков с газетами. Ищу свой знак и читаю «о себе». Мечтательность, замкнутость, скрытность, безответственность. Вот как видят меня астрологи. Иногда я люблю повторять про себя, когда не решаюсь запрыгнуть в переполненный автобус. «Даааа. Ты точно Рыба». Почему рыба? Не нравится мне это, я бы лучше стал Козерогом или Тельцом. Кажется это лучшие знаки, но она всегда повторяла «А, эти рогатые. Ну и ищи Себе козу» Я даже не знаю кем она была по знаку зодиака. На ее День Рождение я читал гороскоп про себя. Наверное, я эгоист. Так сказала мне газета. — Меня зовут Христоф. Полное имя не буду говорить и так понятно. Никто, кроме воспитательницы, не звал меня по полному имени. Люди сокращают все что видят, потому что спешат. Я не спешу, но разве я не человек? Я такой же как и все, только Рыба. Интересно было бы посмотреть на такого же как я. Горевал бы он из-за того, что Рыба? Любил бы Козерогов? Грустил бы из-за того что у него нет друзей? Идя по заснеженной улице, я размышлял и не заметив как поскользнулся, сбил джентльмена с ног. А сам остался стоять крепко на заснеженной улице. Наверное я поступал нечестно, но ничего не мог с собой поделать. Опускаться на снег мне не хотелось. Я лишь громко проговорил «Извините». Но уже поворачиваясь в сторону своего дома, меня вдруг окликнули.  — Не поможешь, друг? — Я обернулся на голос и шарф неприятно потерся о шею. Я сморщился, но молча подошёл и подал ладонь. На меня смотрел, серыми глазами, мужчина, моих лет, с кепкой, закрывающей лоб. Такие чаще всего толкаются в толпе и бурчат что-то себе под нос о куртизанках и слепых отморозков. Мужчина принял мою ладонь и отряхнув свою короткую куртку от снега, встал и посмотрел, не отрываясь, на меня. Я осмотрел его пиджак торчащий из подолов куртки, на тяжелого кроя джинсу и странный шарф лежащий на плечах. Зачем вообще такие шарфы, если они даже не согреют?  — Уйдите с дороги.- Сказал я, и молча распрощавшись, пошёл от странного джентльмена прочь. Тяжело пробираясь по заснеженной улице, я даже не испытывал угрызения совести. «Не моя вина» — повторял себе я и шёл Дальше. Вдруг меня опять окликнули и дернули за плечо. Я никогда не любил панибратства от чужих и сейчас этот жест показался мне лишним.  — Куда ты так торопился, друг? — Почему он ко мне прицепился? Будто я первый кто сбивает его с ног. Он как прилипчивый пёс, смотрел на меня, улыбался своей кривой улыбкой, растягивая худые и щетинистые щёки. Мне не нравилась эта ситуация. Если этот человек Овен, о которых я читал, то ждать удара мне бы не пришлось. Я выпрямился и оказался чуть выше мужчины передо мной.  — По делам в кабак.- Я выжидал. Наврать незнакомцу мне было легко. Зачем я это сделал, я не смог бы ответить, но приглашать на чай этого джентльмена не собирался.  — О в «Голубую бороду»? Я тоже туда! Пройдёмся вместе? — Лукаво сощурившись, спросил мужчина.  — Пойдёмте- Отказываться я не умел. Ходить по кабакам тоже. Быстрый непонятный би боп, прокуренные помещения и странного Кроя джентльмены. Все это не прельщало меня. Подойдя ко входу с вывеской, мы наконец зашли в кабак. Мужчина рядом о чем то тараторил, изредка спрашивая меня для приличия. Я лишь иногда кивал и поддакивал, на выражения обвинения в сторону ужасного обслуживания в кабаках, повышению цен на брагу и пинты пива. Вести ничего не значащие разговоры было легко, если ты всего лишь слушающая сторона.  — Ну ты и мумия конечно, друг. Ниче, исправим, где этого прохвоста Берни носит? — Лениво снимая крутку, попутно свалив шарф на пол и отряхнув от снега, проговорил рядом идущий мужчина. Дым тут же поселился в моих Легких и я услышал ритмы регтайма. «Ну хоть не би боп» утешил себя я и немного скованно, начал раздеваться. Совершенно не зная куда себя деть в толпе, я испугался. Какая то темная девушка, подошедшая ко мне, начала быстро говорить что-то на французском и строить мне глазки. Я пошёл за ней, и она улыбаясь, куда то меня повела, а я пытался лишь спросить куда повесить пальто.  — Эй, друг, ты куда! — Заметил мое отсутсвие джентельмен и тут же подхватив меня под руку, шикнул на леди «Сгинь!» и развернул меня в другой конец зала.  — Че, лягушатников любишь? Ты на них не ведись! Без гроша оставят- только моргни! Лучше идём со мной.- Повернувшись в ту сторону, где стояла девушка, я увидел как она, уже на чистом английском, недовольно что-то шептала, рядом стоящей леди в откровенном наряде. Они раздраженно поглядывали на меня. Видимо сегодня они остались без чаевых от меня. У меня засосало под ложечкой. Не любил я грубить леди, кем бы они ни были, и чувствовал небольшую вину, за жесткие слова своего сопровождающего. Меня довели до полукруглого стола, за которым на диванах сидело два джентльмена. Один был одет в странную пурпурную куртку, в кармане которой лежал белый платок в цветочек. А рядом сидел солидный мужчина в костюме и с совсем несолидным поведением, как я понял чуть позже.  — Ты бы ещё спрятался в чулан, Бернс! Пришёл старый друг, а он даже не соизволил подойти! — Проговорил, рядом стоящий «компаньон», и протянул руку для приветствия.  — Дак я ж узнал тебя, Ша, только по дурацкой кепке! — Джентльмен в костюме неприятно посмеялся над своей репликой и пожал руку знакомого в ответ. Затем, завидев стоящего поодаль мужчину, обратил внимание своего друга на меня.  — Не представишь своего визави, Ша? — На это мой «визави» махнул рукой, проговорив «А, этот! А черт его знает, у него тут какие то дела. Вот решил позвать с собой.» Я на это только ещё больше сжался. Ну вот сейчас и раскроется, что нет у меня здесь никаких дел. Но я, не показав виду, кивнул на эти слова и представился, тоже протянув руку для приветствия.  — Кристоф.-  — Бернулли Ван Сауш, но для друзей посто Берни.- Представились мне в ответ.  — Кристоф.- Протянул я руку мужчине в пурпурной куртке. Он лишь насмешливо поднял на меня взгляд. Такие люди явно не водили себе знакомых, среди таких как я.  — Я это уже понял, Мышка.- Проговорил лениво в ответ мужчина. От его обращения у меня дернулась рука, но я все же настоял на рукопожатии. Наконец мужчина вытащил руки из-под стола и пожал мне ладонь, чтобы в следующий момент спросить.  — И к кому именно ты приходил, милый? — От его приторно сладкой речи, я ещё больше напрягся. Я встречал много странных людей, но таких как этот джентельмен — впервые.  — Хватит пугать его, Майлз.- Заржал Бернулли и хлопнув Громко по столу, призвал официанта, заказывая выпивку на четверых. Я бы отказался от навязанной выпивки, если бы моя рука не была до сих пор зажата в ладони названного Майлза и я не находился бы в такой странной ситуации.  — Думаю мой приятель уже не прийдет.- Проговорил я, вытаскивая руку из захвата джентльмена и сел на стул, напротив новых знакомых. Рука все ещё чувствовала напряжение от длительного рукопожатия.  — О, ну ладно, мышка. Посидишь с нами? — Будто устало спросил Майлз, снова убирая руки под стол. От его дикого взгляда карих глаз, я чувствовал себя ещё более неуверенно.  — У него нет права на отказ! Мы уже заказали на него стопку! -Беззаботно проговорил Ша. Именно он был виновником того, почему я попал сюда. Поэтому всю неуверенность я перевернул в раздражение на него. Дальше разговор пошёл на привычные, для этой странной компании, темы. Они говорили о самой забегаловке, о новых домах на западе города и приближении сухого закона. Оказалось, что мужчина в пурпурном пиджаке был одним из младших владельцев кабака.  — Вы не боитесь, что бизнес обесценится? — Спросил я, хоть немного вклиниваясь в разговор.  — Ась? Чего-чего? Обесценится? Да скорее Христос спустится на землю и джаз выйдет из моды.- Сказал Бернулли, прерываясь на смех с Ша, который тоже отнёсся к этому вопросу насмешливо. Они развивали эту тему, проговаривая, что пинта сама залезет в горло. Будь ты самым здоровым человеком во всей Англии.  — Мышка боится, что останется без выпивки? Не бойся, милый. Для постоянных клиентов, будет подпольный кабак.- Опять подал слащавый голос странный джентльмен. Тихий Смех вырвался из его горла и он, откинув свисавшую длинную темную челку, опять воззрился на меня. Он был очень худым и с большими карими глазами, но даже я, наверняка опережая его в росте и в весе, чувствовал себя крайне неудобно. Как ученик перед злым учителем. Как только Принесли выпивку, разговор пошёл на тему женщин. Ша восхищался прелестями своей бывшей подружки, а чуть подвыпивший Берни, критиковал его вкус на худых любовниц. Сам, описывая во всех красках, прелести обычных женщин, с хорошим весом и приличным декольте. Они даже пытались начать ссору по этому поводу, но Майлз, что изредка встревал в разговор, пресёк двух разгорячившихся джентельменов, одним поднятым бокалом и прозвучавшей фразой «За женщин! С большим и маленьким декольте!». Мне пришлось выпить за это, ведь чокнувшись бокалами, все обратили внимание на меня. Поэтому я тоже сделал пас вперёд, немного расплескав янтарную жидкость, предполагаемого бренди. — Поддерживаю любое декольте.- Проговорил я и всем моим знакомым тут же понравилась эта фраза. Все продолжали дальше распивать напитки, уже спрашивая меня о женщинах. Я отвечал так, как отвечал бы каждый мужчина. Говорил про своих несуществующих бывших подружек, сетовал на их безграмотность и легковерность. И вскоре меня начали расспрашивать ещё с большим интересом, одновременно кивая на утверждение глупых женщин.  — Та ещё дура была. — Поддакивал Бернулли, заливаясь бренди. Ша иногда меня перебивал, рассказывая о своих подружках и схожих «проблемах». Майлз лишь иногда понимающе кивал и насмешливо смотрел на меня. Я иногда упирался в него взглядом, чтобы задать немой вопрос о том, из-за чего он на меня так смотрит. Ухмылка джентльмена на это становилась ещё шире. И вот вскоре, рассказывая об ещё одной придуманной подружке, я вдруг упомянул о гороскопе.  — Это бред пьяной клячи! — Воскликнул Ша, со звоном ставя на стол стакан.  — Джесси тоже любила читать эти выдумки в газетах! Говорю же, была той ещё дурой! — Прогавкал Берни и дёрнув рядом сидящего Майлза, за его пурпурную куртку, воскликнул.-А Ваши девчонки верят в эту чушь? Ставлю фунт что так и есть! — Мужчина чуть погодя, выпил из своего стакана и сделал мученический вид.  — Они верят во все. Лишь бы уйти от реальности.- Тихо проговорил джентльмен, отдергивая руку подвыпившего мужчины от своей куртки.  — Ага- ага, бабы- дуры. Закон таков! — Сказав тост, Ша выставил свой стакан вперёд, призывая нас сделать так же. Все выпили и после, поддавшись этой атмосфере и алкоголю, я насмешливо сказал «А знаете кто я по гороскопу? Рыба. Она рассталась со мной только потому, что я рыба!»- Я воскликнул это с такой грубостью, что даже не заметил того, как вошёл в роль. Вся моя ложь вдруг стала моей, несуществующей, жизнью. На мои слова джентльмены рассмеялись.  — А моя со мной порвала, говоря что я козел! — Гаркал Берни, хватаясь от смеха за руку Ша.-Такой знак зодиака есть? — Вопросил у меня выпивший мужчина.  — Думаю почти все мужчины в какой то мере козлы.- Ржал во всю Ша, пихая меня в плечо местами. На это я улыбался, но заметив как улыбается Майлз, я неожиданно для себя, спросил.  — А вы? Каков ваш знак? — Я сдержанно смеялся, впитывая в себя окружающую атмосферу.  — Козел. Ну точнее козерог.- Проговорил джентльмен, возбудив ещё один приступ смеха у приятелей. Его взгляд блуждал по мне и я под действием алкоголя, наклонился чуть вперёд, чтобы в следующую секунду проговорить шепотом, будто рассказывая секрет.  — А у вас сегодня по гороскопу хороший день.- Он рассмеялся, немного разлив напиток в стакане. Но затем наклонился в ответ, приближаясь ко мне. Из — за чего Наши лица находились в сантиметрах друг от друга. Мои ноги, что, от алкоголя в крови, вытянулись под столом, немного задели ноги джентльмена.  — Думаю и у Рыб сегодня неплохой день, милый.- Прошептал он, обдав моё лицо дыханием из запаха бренди и сигарет. Мои глаза, которые наверняка сейчас блестели от выпитой браги, начали тут же блуждать по лицу Майлза, запоминая каждую его черту. Затем я рассмеялся, откидываясь назад на свой стул. Дальше я не часто вклинивался в разговор. Мужчины несколько раз делали перекур, предложив мне, но я вежливо отказался от белой папироски. За что получил в свою сторону два удивленных взгляда и один насмешливый.  — Ну все, Кристоф, тащи Ша домой.- Проговорил, заплетающимся языком, Бернулли, чуть покачиваясь и держась рукой за стену, около крючков с куртками. На улице стоял вечер и мои товарищи по стакану, не сговариваясь, решили пойти по домам.  — И куда мне его…? — Растерянно протянул я и кое-как подхватив виновного за подмышки, вытянул из бара. Алкоголь в моей крови все же заставил меня чуть покачиваться, но не так критично как моих товарищей.  — У всех евреев дом на юге.- Проговорил Майлз, выталкивая Бернулли следом за нами. На это бедняга, что оказался на улице, заржал. Его хотел поддержать Ша, но поспешно закрыл рот рукой, чтобы не избавиться от еды в желудке так скоро.  — Такси! — Закричал я, впопыхах оставляя выпившего товарища, и, на ходу застегивая пальто, подбежал к остановившемуся кэбу. Оттуда из-под опущенного стекла, неприятно смотрел на меня таксист. Завидев меня, он, с дежурной улыбкой на губах, вежливо спросил, куда мне.  — На юг. Моего друга нужно отвезти на юг.- Чуть заплетаясь языком, проговорил я, пихая в приоткрытое окошко, пару фунтов. Таксист взял деньги, и после, пересчитав предложенную сумму, насмешливо проговорил.  — В Уолтшир? — Не понимая где это, и почему именно Уолтшир, я решил уточнить.  — Туда, куда вы возите всех евреев.- Ко мне уже, подходил Бернулли с, чуть посвежевшем в лице, Ша. Они стояли, друг на друга облокачиваясь, и что то пьяно шептали вдвоём, прерываясь на тихий смех.  — Хах, я понял, парень.- Протянул таксист, натягивая кепку и после серьезно проговорил, глядя на меня трезвыми глазами.  — Сади двух своих друзей и сообщи, что если попытаются наблевать, я их тут же высажу.-  — Они не мои друзья! — На автомате проговорил я, и махнул двум джентльменам, приглашая сесть в такси. Двое мужчин, крепко, как могли в своём состоянии, пожали мне руку на прощанье и начали заселяться в такси. Бернулли усадил Ша, но с секундной заминкой, вдруг сел сам, спихнув мужчину в сторону.  — Я с ним! — Прокричал он в окошко кэбмену, и после, уже комфортно расположившись на задних сиденьях, пьяно пробасил.  — И Чтоб без резких поворотов, Шеф! — Помахав на прощанье, отъезжающему кэбу, я повернулся ко входу в кабак. Там стоял Майлз, зажав в зубах папироску и облокотившись к косяку. Я подошёл к нему, чтобы попрощаться и пожать руку.  — Прощайте, Майлз.- Проговорил я, протянул свою кисть навстречу мужчине. Тот, немного задумчиво помолчав, протянул руку в ответ, пожав мою.  — Спасибо за вечер, мышка.- Ласковым голосом проговорил джентльмен, выдыхая мне в лицо дым. Уже немного привыкнув к странному поведению мужчины, я даже бровью не повёл на это действие, лишь, в порыве пьяной уверенности, вдруг спросил.  — А почему мышка? Вы тогда что? Кот? — Возмущённо проронил я, нахмурившись и устанавливая зрительный контакт с курящим джентльменом. Тот, тихо засмеялся, откидывая в сторону чёлку, что лезла в глаза.  — Хочешь чтобы я был твоим котом? — Спросил Майлз, глядя на меня своими лукавыми карими глазами. Не понимая заданного вопроса, я лишь поёжившись от встречного ветра, проговорил равнодушно.  — Да хоть собакой, сэр.- Вызвав этим самым очередной приступ тихого смеха у джентльмена. Уже поворачиваясь в сторону своего дома, я вдруг услышал.  — Заходи один, милый. Мне не терпится снова увидеться с тобой.- Нахмурившись, я повернулся на эти слова, но увидел только закрывающуюся дверь кабака. Пробормотав, больше для себя «Я подумаю.», я пошёл дальше, чуть медлительно переступая через кривые плитки тротуара. Подумать было над чем, но задумавшись, я наткнулся на пьяное желание, вернуться в этот странный бар.