Люби меня громче, чем его

Позавтракав, они ещё пол часа сидели на кухне и пили чай, разговаривая об учебе, увлечениях, друзьях. Вскоре Эрену позвонили, и когда тот взял трубку, звонили из полицейского участка. Оказалось, что Эрвина задержали, и тот будет опрошен в течение следующих двух суток, а потом состоится суд, где решат, что с ним делать. Он тут же донес эту новость до Леви, что не могло не обрадовать его, и брюнет довольно улыбнулся, когда парень закончил пересказывать то, что ему сказали. — Тебе бы телефон купить… — вздохнул шатен, взяв чашки и вымыв их. — Денег сейчас нет. И без того я тебе до жути должен за таблетки, на телефон мне точно не хватит… — ответил парень, потерев лоб рукой и тихо выдохнув. — Ты же понимаешь, что я ни копейки с тебя за это не возьму, даже если ты свяжешь меня? — спросил Эрен, поставив кружки на полку и подойдя к Леви, сел на стул. — Возьмёшь. И не сопротивляйся! — брюнет пробурчал это, нахмурившись и поднявшись со стула, сжал щеки парня в руках. В этот момент у шатена зазвонил телефон. Он усмехнулся, кратко коснувшись губ парня своими, тем самым смутив его и утихомирив, взял трубку и ушел с кухни. Леви же взял на руки Зизи и пошел в комнату. К пяти часам вечера ему нужно было ко врачу, а до этого ещё много времени. Эрен вскоре подошёл к нему в комнату, положив телефон на тумбу. — Слушай, я сегодня не смогу с тобой поехать в больницу. Ты сам справишься? — спросил тот, слегка взволнованно и виновато взглянув на парня, — Мне нужно отнести подруге свою часть проекта… — Ничего, все нормально. Схожу конечно, тебе-то зачем со мной? — спросил брюнет, наклонив голову и улыбнувшись, — Не волнуйся. — Угу… — парень кивнул, присев рядом с ним на кровать и погладив Зизи, который сидел на коленях брюнета и мурчал. — Ты чего какой поникший? — заметив погрустневшее лицо Эрена, спросил Леви и аккуратно коснувшись его щеки ладонью, взволнованно посмотрел на него. — Да ничего… Предчувствие идиотское. — парень тихо вздохнул, а затем обнял Леви, уткнувшись носом в его надплечье и заставив покраснеть. — А… Предчувствие? — переспросил Ривай, обняв парня в ответ и хлопая глазами. — Да, у меня часто такое бывает… — шатен погладил его по голове и улыбнулся, видя как этот кот щурит глаза и чуть ли не мурлычет, — Кис-кис-кис. ~ усмехнулся он, а затем увидел нахмуренный взгляд Леви. — Как педофил. — шикнул он, а Эрен засмеялся, крепко обняв его и поцеловав в щеку. — Почему "как"? — улыбнулся шатен, взглянув на Ривая и еле сдержав смех, — Ты ж маленький. — Эй! Я младше тебя всего на два года! — пробурчал парень, недовольно дуя щеки. — На целых два года! — засмеялся Эрен, потрепав Леви по голове, — И на двадцать три сантиметра. — улыбнулся он. — Дылда. — нахмурился тот и высунул язык, зажмурившись. Эрен усмехнулся, а затем слабо прикусил кончик его языка, заставив парня жутко покраснеть, — Д-дурак! — воскликнул он, смущённо хлопая глазами и в панике пытаясь спрятать красные щеки. Эрен засмеялся, поймав его обеими руками и взглянув в глаза, провел большим пальцем руки по его нижней губе, видя как он тает от таких прикосновений и нежностей. Он наклонился к его губам, не касаясь их и вновь находясь в нескольких сантиметрах от них, как в момент их первого поцелуя. Леви жутко покраснел, никак не сопротивляясь этому и чувствуя его горячее дыхание на своих губах. — Я тебя люблю. — тихо прошептал Эрен, наконец накрыв его губы своими и медленно его целуя. Сначала нежно, а затем с постепенно нарастающей страстью. По телу словно прошлись дефибриллятором, мощный удар током заставил тут же потерять над собой самоконтроль. Только сейчас до него дошло, что он отвечает на поцелуй, неумело и слегка подрагивая. Левая рука брюнета медленно обняла парня за шею, принуждая прижаться к нему крепче, словно он - его единственная надежда спастись от бури эмоций, одновременно с этим являющаяся и ее причиной. Было чувство, что они оба пьянели от этого поцелуя, хотя об алкоголе даже речи не шло. Руки Эрена остановились на спине парня, крепко ее обхватывая и прижимая его к себе. — Я сейчас лишусь чувств… — отстранившись, выдохнул Леви, чувствуя как внутри все полыхает ярким пламенем, щеки наливаются алой краской, а влажные от поцелуя губы слабо подрагивают. — Неужели? — Эрен усмехнулся, вновь кратко касаясь его губ, столь невинно и аккуратно, будто это не он несколько секунд назад страстно их сминал в медленном поцелуе. Его глаза горели ярким светом, а на лице играла слегка насмешливая улыбка, — Тебя ещё ни разу так не целовали? — Поцелуи с другими людьми мне никогда не приносили столько чувств, как с тобой. — брюнет шумно выдохнул, улыбнувшись и прислонившись к груди парня. — Так вот как. Забавно. — Эрен улыбнулся, а затем приподнял голову Леви за подбородок, вновь касаясь его губ своими и на этот раз раздвигая их и углубляя поцелуй, провел языком по его нёбу, услышав тихое мычание парня и чувствуя, что тот начинает отвечать на это. Столь влажный, тянущий и нежный поцелуй вскоре стал превращаться в более страстный и огненный. Эрен вскоре прервал его, отстранившись от губ Ривая и улыбнувшись, взглянул на его ужасно красное лицо и щеки. Ужасно смущает. Весь день они просидели примерно так же, обнимаясь и разговаривая на разные темы, а ближе к пяти часам вечера собрались и вместе вышли из дома. Погода на улице была такая себе, небо было серым, вроде собиралась гроза. Эрен слегка взволнованно сжимал в руке ладонь Леви, словно предчувствуя что-то. Он проводил его до остановки, посадив на автобус и одарив поцелуем в лоб на прощание, ушел на встречу с подругой, которой должен был передать некоторые бумаги. Леви приехал в больницу за двадцать минут, проведенных в автобусе. Он вышел на нужной остановке, прошел несколько домов и завернул к ней. Уже на входе в здание он услышал первый раскат грома и вспышку молнии. Кошмар… Наверняка попадет под дождь. Он по привычке положил руку в карман пиджака, и нащупав там только ключи от своей квартиры, тихо вздохнул, заходя в больницу и проходя к нужному кабинету. Дождавшись назначенного времени, он зашёл в кабинет и поговорив с врачом, тот осмотрел его правую руку. Благо, все было не так ужасно и без осложнений, так как они достаточно быстро обратились за помощью. Гипсовую повязку наконец сняли, сказав все же держать руку в иммобилизированном состоянии и разминать пальцы и кисть. Выписали новые таблетки и отдав медицинскую карту, отпустили. Брюнет вышел из кабинета, поправляя на себе пиджак и выходя из здания, взглянул на небо, которое стало ещё чернее за эти пол часа. Воздух стоял, словно вот-вот пойдет ливень и начнется буря. Он поторопился побыстрее сесть на автобус и приехать, а потому пошел дворами, чтобы срезать путь до остановки. Было темно, словно ночью, фонари ещё не включили, а потому создавалось ощущение сильной встревоженности. И не зря. Шагая по темному месту Леви вдруг услышал шаги сзади и резкий, глухой и неожиданный удар по голове, заставивший ноги подкоситься, а тело упасть. — Ну здаров. — усмехнулся мужской, хриплый голос. Брюнет испустил тихий, жалобный стон, чувствуя как гудит голова, а виски пульсируют. — "Опять… Ну что же им от меня всем надо…" — пронеслось у того в голове, он повернул голову в сторону предмета усмешек и тут же получил удар в лицо. Щеки начали полыхать от боли, а гром не переставал звучно раздаваться в небе. — Чего молчишь!? — спросил другой парень, ударяя брюнета в живот, из-за чего тот зажмурился, хрипло кашлянув и раскрыв глаза от накатывающей боли. Прямо в синяк, который ещё не зажил… — Ч-чего вам нужно?… — хрипло спросил Ривай, взглянув на них. Перед ним стояло три парня. Один из них - самый невысокий, только что ударил его в живот. — Ох, малыш спрашивает то,ичто сам знает. Не строй из себя дурачка, пока не изнасиловали. — усмехнулся второй, самый высокий из них. На нем была белая джинсовка и черные джинсы. Он поставил свою ногу ему на живот, надавив на него. — П-понятия не имею, о чем вы… — вновь кашлянув, выдал Леви, жмуря глаза и чувствуя, как ломит спину и ушибленное бедро. — А не ты ли заяву накатал? — спросил тот, глядя на него и ударяя в живот. На этот раз изо рта парня вместе с кашлем вырвалась пенистая кровь ярко-красного цвета. — Убить хотите? — горько усмехнувшись, спросил Леви. Почему он усмехается? Да потому что понял, что что бы он не делал в этой жизни, все равно черная полоса в ней будет всегда. Всегда при свете будет туман. Даже в ясную погоду нагрянут гром. Даже в людном месте его изобьют. Он никто, и никем останется. Какая разница? Зачем делать что-то, если исход всегда будет один? Он человек - неудача. Он найдет яму на ровном месте, из миллиона свежих яблок выберет одно червивое, попадет под машину там, где их почти нет. Он - неудачник, им и будет до конца своих дней. Да зачем верить в хорошую жизнь, если все это обман? Пережив столько грязи, боли, предательств, разве можно искренне верить в доброту? Он ведь верил. Он каждый чертов раз прощал этот мир, благодарил Бога за чистое небо, за то, что имеет возможность просыпаться дома, а не на улице. Он замечал хорошее там, где его не было. Он искал выходы, он верил, что рано или поздно это дерьмо закончится и все будет хорошо. И все было хорошо. Как только он встретил этого необычного парня на той чертовой остановке, он поверил в то, что это награда за все его терпения. Но видимо он ошибался. Эрен никогда не станет искренне счастлив с магнитом неудач. Он не сможет получить от него ничего хорошего. Леви - ужасен. Он уже устал. Устал терпеть это издевательство. Теперь он перестал прощать. Теперь он проклинает эту жизнь. Проклинает свою мать за то, что родила его. Проклинает себя за то, что стал таким. И за то, что сдался. Больше бороться сил нет. Он обязан бросить человека, что стал для него плотом в открытом океане. Иначе он и ему жизнь испортит. Он не хочет… Он слишком сильно полюбил и привязался. Даже запах на его рубашке, оставшийся после объятий с ним, напоминал самое дорогое, что было у него. Ему больно. Очень больно. Эта боль распирает изнутри, сжимает сердце и режет его самыми острыми лезвиями. Он прирос к нему обеими руками, и сейчас вынужден лишиться их, отрезав самостоятельно. Сначала одну, потом вторую. Ужасно больно. А потому лучше пусть его убьют прямо здесь. Он устал и хочет просто отдохнуть от этого всего. А гроб и сырая земля - самое подходящее место для этого. — Нет. Наша задача лишь пригрозить, если не заберёшь заявление - сдохнешь и ты, и твой новый кавалер. — от последнего слова в груди снова все сжалось. В голове моментально прокрутилось все, что было прожито вместе с Эреном за последние несколько дней. Никто. Абсолютно никто не смеет угрожать ему смертью любимого. За него - умрет. Но не даст даже пальцем его тронуть. — Жаль… — вновь горько усмехнувшись, Леви отвёл взгляд, на секунду задумавшись. Парень наклонился к нему, сжав в руке его щеки и заставив посмотреть на себя. — Подумай о своем парнише. — улыбнулся тот, усмешливо глядя на брюнета. — Уже. — Леви медленно запустил левую руку в карман. — А? — тот слегка непонятливо посмотрел на него. Аккерман сжал в руке ключи, резко выдернув ее из кармана и замахнувшись, метко ударил парня острой частью ключа в висок, ударив в живот с колена. Тот на несколько секунд потерял сознание, рухнув рядом с ним. Эти несколько секунд стали решающими. Брюнет моментально перекатился по земле и подскочил на ноги, побежав оттуда изо всех сил, что остались. Двое парней, что стояли там, бросили своего товарища и рванули за ним, крича что-то вдогонку. Как на зло, в этот момент с громким грохотом ливанул дождь, белой стеной расходясь в воздухе. Видно не было почти ничего кроме дороги. Леви с глупой улыбкой на лице бежал по тротуару, адреналин бил ему в голову и в кровь, давая возможность бежать даже при нанесенных травмах. — "Я же обещал, что обниму тебя крепко-крепко, когда заживёт рука. Я обещания сдерживаю. Я, черт возьми, твой мазохист. А мазохисты боли не боятся!" — думал тот, глупо смеясь и полностью вымокнув под дождем, выбежал к главной дороге, петляя между домов. Хвост отстал, его уже никто не преследовал, ибо было глупо бежать за ним в такую погоду. Все равно видимость была ужасной. Он все так же бежал, улыбаясь и чувствуя, как вся одежда сырая насквозь, липнет к телу, ровно так же, как и волосы. Он не знал, что двигало им в тот момент. Не знал, почему не сдался. Он просто хотел обнять Эрена. Двумя руками, как и обещал.