Legatum tenebris

«Я пришел к вам в черном фраке, Элегантный, как рояль. Было холодно и мокро, Жались тени по углам, Проливали слезы стекла, Как герои мелодрам.»

Пальцы движутся на поверхности столешницы, отмеряя расстоянии от точки А, где стоит он, дьявол в «костюме от prada», и сама мысль, что ему могла бы понравиться людская одежда, вызывала у ангела на точке Б улыбку самими уголками губ. Приглушенный свет не резал глаза, а создавал атмосферу спокойствия, впервые за долгое время согревая её квартиру, в которую проникал сине-серый свет из оконных рам, напоминая о вечерней прохладе. Дождь стучал в стекла, пытаясь прорваться через барьер меж холодной улицей и их теплым помещением. Мысль быть внутри в такую непогоду особенно радовала, особенно демона. Люцифер наблюдал завороженно за тем, как капли слезами скатываются вниз, почти удивляясь. На его родине дожди не идут. Демон поглядывал из-за спины за манипуляциями девушки возле плиты. У той все валилось с рук, сосредоточение покинуло её в тот же момент, когда маленькая кухня приняла в свои тесные объятия двух крылатых. И вроде ничего необычного, кроме, они никогда не стояли так. И никогда им не было вместе так тихо. Она медленно помешивала травы, что бурлили в кипящей воде, наполняя воздух ароматом мяты, кедра, и чем-то схожим на лаванду, хотя по виду, знакома с растениями Вики не была. Её познания не были глубокими: могла бы отличить дубовый лист от кленового, но вот веточки ели и сосны породили бы сомнения. - О чем ты задумалась? – не отрываясь от окна, спросил мужчина, замечая, что девушка прекратила круговые движения с характерным скрежетом по дну емкости. - Что я сейчас буду пить? Он выпрямился, ведь стоял, опираясь поясницей в шкафчик, за тем подошел к девушке, опуская взгляд на деревянную ложку, в которой плавали лепестки цветов и листочки. - Уж точно не дельфиниум, - он приблизился к её плечу, опуская взгляд на её кожу, на тонкую нить маечки, замечая, что на ней нет бюстгальтера, а лишь ажурный топ, рассчитанный на подобное безбельевое ношение. – Знаешь, о чем говорит дельфиниум? - вдруг спросил в близь от её уха, выдавая обжигающее дыхание. – Он говорит: я готов быть твоей тенью, - улыбнулся Люци, а за тем перешел к другому плечу, перемещая руку на её ладонь, что сжимала ложку лишь упорнее. – Или же, просит сладко: позови меня. Вики прикусила губу изнутри, прижав к себе белые крылья. Его голос пробирался в вены и разносился по организму с кровью, ударял в голову, в низ живота и сердце, что пыталось вырваться из костяной клетки ребер, как птица, прильнуть к теплу исходящее от него. - И почему ты мне о нем рассказываешь? - Несмотря на его сладкие речи, он ядовит, - Люцифер сделал паузу. – И очень любим в Аду, - он опустил подбородок ниже, и она вдруг придвинула плечо, приглашая. – Вот это, – он указал на фиолетовые тонкие лепестки, - как ни странно, чертополох, его давно используют в медицине, особенно для ангелов, вероятно, он подействует на твой организм успокаивающе и восстановит его, в тебе же сейчас есть черти, - хмыкнул, указывая на кусочек древесины рядом. – А здесь дуб, придаст сил, - он присмотрелся на веточку с тонкими короткими листьями. – Вот там плавает сон-трава, поможет при головокружениях и с нервным перевозбуждением, - Люцифер мягко улыбнулся. - А ещё я попросил добавить немного розмарина. - Зачем? – она обернулась и мазнула губами по его скуле, замерев на миг, отворачиваясь поспешно, поправляя машинально волосы за уши, чтоб скрыть неловкость. - Позже узнаешь, - он улыбнулся и отошел от неё на шаг. – Остальное не могу распознать, Аскле давно работает с травами, не переживай на счет того, что он дает. Он надежный и верный, но остерегайся случайных знатоков. Вики потянулась за большой чашкой на верхней полке, поднявшись на самые носочки, чтоб дотянуться. Пальцы мазнули по керамической поверхности и на выдохе она опустилась, чувствуя, как в голова закружилась, и перед глазами появились звездочки. Люций сам достал, подойдя к девушке со спины, на миг цепляя подбородком её волосы, опуская чашку на поверхность стола. - Садись, я сам, - пропустил её, замечая смятение на её лице. - Нет, всё хорошо, - она опустила голову, повернувшись к нему, и поджала губы, пытаясь сконцентрироваться на чем-либо перед глазами. - Я вижу, - он наклонил голову на бок, заглядывая ей в лицо. – Так плохо? – она отмахнулась, скорее просто подобные случаи её дезориентировали, оставляли шум в голове, что сплетал мысли в единый ком. Люцифер вдруг наклонился ниже, направляя взгляд на живот девушки, как впервые, усмехаясь от чего-то. – Перестань мучить маму, будь послушным мальчиком. Уокер подвисла на момент, не понимая, что же произошло и почему он направлял фразы к её животу. А за тем на лице появилась улыбка, и она не смогла сдержать слез. Просто расплакалась на ровном месте, вспоминая как женщина из больницы нервничала от того, что ей не дают сок. Сама превратилась в такую. Прекрасно! Она с этим пузожителем ещё не общалась, и Люцифер, получается, познакомился с ним первым, заботливо и шутливо беспокоясь о её чувствах, разговаривая строго, и в тоже время по-доброму, по-своему успокаивая её опасения на счет его нрава. Красные глаза встретились с её, удивившись, его брови поднялись. - Что? Болит что-то? – он поднялся, и она сделала шаг к нему в раскрытые руки, прижимаясь к груди. Давно он не ощущал подобного. Его сердце сжалось, позабыв о том, что нужно делать, Люций момент просто стоял, смотря перед собой, но не видя ничего, сосредоточив внимание на нежно дрожащем теле в его руках. - Ну же, - прошептала, поворочавшись, приложив обе ладони к его груди. – Пожалуйста, - Люций коснулся её волос и провел вниз к лопаткам одной рукой, а второй обнял за поясницу, поглаживая. Такая хрупкая и одновременно сколько силы в этой девочке. - Разрешай себе почаще быть слабой, когда я рядом, - она заслуживала на подобное, а он хотел, чтоб она знала об этом.

***

Уокер отпила из чашки несколько глотков, сидя за деревянным круглым столиком возле окна в гостевой, что совмещала в себе её кабинет и зону отдыха. Люций же сидел в кресле, рассматривая книги на журнальном столике. - Люцифер, расскажи мне больше об Асмодее, - вдруг начала девушка. – Если он так опасен, то, я должна знать, чем. - Надеюсь, эта черта не перейдет ему, - направил взгляд на живот и повернулся к Вики. – Асмо второй, кто мог бы занять место Сатаны. Хоть он и выглядит молодо, ты должна понимать, что старше меня, он не учился в нашей школе, его программа была индивидуальной, из-за особенностей, вроде, - он коснулся пальцем подбородка, задумавшись. – Трансфигурации, - она выгнула бровь, прося объяснения. - Преображения в ворона, дети были жестоки с ним, бывали случаи, что те издевались с него, и всю жизнь он прожил с матерью, что, конечно, не защищала его. Жестокая женщина, от того, вероятно, он вечно в поисках его идеала. - Жаль его, - проговорила девушка, что вызвало у Люцифера улыбку. - Жаль, учитывая, что мой отец приложил к этому руку, - демон поднялся и обошел стул, садясь напротив девушки. – Отец Асмо был не лучше него по рассказам моего. Они никогда не делали ничего просто так. Впрочем как и многие демоны. И мне не нравится тот факт, что тогда в баре он был тобой заинтересован. Вики подняла взгляд с кружки на его красные глаза, что смотрели в упор. Она поперхнулась. И ей потребовалось несколько секунд, чтоб возобновить дыхание. Это он что сделал? Что он сказал? - Ты ре.. – она вновь закашлялась. – П-почему? - заморгала она. - Потому что он одержим идеей заполучить то, чего он хочет, или избавиться, если не может. - Но из-за беременности он не подойдет близ.. – Люцифер кивнул с долей гордости, что Вики сама дошла до подобного умозаключения. – Он может попытаться..! - Люцифер кивнул, продолжая свой рассказ. - Не знаю, замечала ли ты, но у каждого демона есть что-то вроде главного греха, меж всех этот заметнее, имеет власть над нами, у Асмодея – это похоть, и он, поверь, ужасно одержим, - Люцифер снял пиджак, что сковывал его движения. Вики пыталась осознать сказанное, смотря чашку с отваром. - А ты? Что у тебя? – демона не удивил её интерес. - Будто ты не замечала, - он расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, затем ещё одну и ещё. Вики жадно проследила за этим, вовремя смещая взгляд на его руки, что пребывали в напряжении. - Во мне есть доля гордости от отца, он был непреклонен, ты знаешь, но истинный корень зла - это, конечно, гнев, - и почему-то это откровение ему тяжело далось. - Я никогда не спрашивала, но лучшего момента не будет, - она поджала губы на момент, а он вскинул кисти рук. Давай, слушаю! – Твоя мама, - она запнулась на полуфразе от того, что он хмыкнул. – Она, она жива? - Нет, - он отвернулся к окну. Уокер проследила, как его челюсть пошатнулась из стороны в сторону, что он делал в моменты крайнего смятения, когда мыслей не было, а ощущение, что обязан продолжать говорить, преследовало. – Я не был с ней знаком, - добавил он. Этот крест Люцифер носил с собой всю свою жизнь. Вина, которую возложил на его плечи предыдущий Сатана, была неподъемным камнем, который он возносил на гору, подобно Сизифу, а за тем, вместе с ним катился на дно. Ты в этом виноват. Правитель лишился своей жены из-за тебя. Конечно, он никак не мог предотвратить подобное, но мысль крепко вбили в голову ещё в детстве. Бестолковый мальчик на чьи руки возложили смерть. - Мне жаль, - Вики коснулась его руки, вздрогнув вместе с ним, переняв его испуг и удивление. – Я уверена, она бы гордилась тем какой у неё сын, - он замер, а затем нахмурил брови. - Глупости, - отмахнулся он, скрывая улыбку. - О, посмотрите, Сатана не умеет принимать похвалу. А стоило бы, посмотри на себя, ты так высоко поднялся, - она заглянула ему в глаза с нескрываемым восхищением. В тот момент пред ней был мальчишка, что нуждался в поддержке. – Я горжусь тобой, и она тоже, хотя бы от того, что ты вышел довольно привлекательным и умным, что не часто можно встретить одновременно. - Прекращай, Уокер. - Ну, ты этим точно в неё, и крылья свои у неё украл, да? – она цокнула языком. – Надеюсь, малыш пойдет в твою семью, мягко говоря, не хочу, чтоб он облысел к сорокам, - она засмеялась, прикрывая рот элегантно. Звук пробил броню демона, согревая нутро, ощущая на коже перелив смеха, как блеск солнца на поверхности воды. - Пей свой отвар, и спать, - проговорил он, пытаясь держать ситуацию под контролем. - Хо-хо, какие мы грозные, слушаюсь, папочка, - шутливо проговорила она, поднимаясь с места. – Сказочку нам почитаешь? - В другой раз, - Люцифер встал с места, надевая пиджак, что сигнализировало об его уходе, поэтому Вики подошла к нему. Почти подлетела. - Тогда доброй ночи, - она поднялась на носочках, касаясь его щеки губами вовсе невинно. Мягкие, теплые, осторожные и такие.. Люцифер сжал свои губы, сохраняя видимое спокойствие. – Спасибо, - прошептала, оставляя его наедине с благодарственным прикосновением, что было давно забыто на его щеке, и сейчас вновь след горел, разливая тепло в и без того горячем теле.

***

Ночь темна. Завернула в шелковое темное одеяло, скрывая от дневных проблем. Он нуждался во сне не меньше неё, пускай в разных кроватях и на разных концах света, он всё ещё ощущал горящий след от её губ, что покоился на его щеке. Была тяга к нему прикоснуться, но страх убрать часть тепла был выше. Он словно вирус, что от касания перейдет на пальцы, или исчезнет вовсе с места преступления. Бессонница мучила его из дня в день, но сейчас была иная причина, где-то внутри осело густой ком, что медленно распространялся по венам. Ползучий страх ответственности, страх непредсказуемости, и нежность благодарности. «Спасибо.» Нет, это ей спасибо. Сегодня он услышал сердцебиение его сына. Его! Это немыслимо, как и тот факт, что он будет рожден от ангела, от бывшей Непризнанной, от Уокер. Вернись он во времени, когда она была ещё такой слепой и совершенно пустой в познаниях его мира, мог ли он представить подобный исход? Представлял ли он хоть раз её матерью его ребенка? Наверное, нет. Нет. Он даже себя сложно представлял отцом, хотя и с Ости шел к этому. Пытался идти. Может от того ничего не получалось, что внутри он не был готов. От того, что он представлял, как Ости нянчит этого ребёнка на своих руках, и пусть в нем были его гены, но его не манило взять того на свои руки. Не тянуло поблагодарить демоницу за такую возможность. Это было должным исходом их отношений, прямых, как линия на дороге. С Вики было иначе, черт, всегда иначе, ибо она его переворачивала наизнанку, и он то и дело поглядывал в зеркало: ты все ещё в своем теле или нет? Люцифер прикрыл веки, но в темноте возник образ: вот она, сидя перед ним, смеётся в свою тонкую ладошку, так сладко, что в горле появляется горечь. Как у неё удается так карамельно радоваться? Беззаботно откидываясь на спинку стула, в его присутствии. Разве он смешон? Разве он давал повод или разрешал? Говорил что-то смешное? Что же он сказал, как себя повел? Он хотел сделать это ещё раз. Согреться в лучах её искренней улыбки. Вики ворочалась в собственной кровати, оберегая свой крепкий сон, на который влияли травы, что остались на дне чашки, которая находилась на прикроватной тумбочке. Правда ведь допила и на бочок, как он и сказал. И сон пришел так легко и естественно, будто она бегала марафон до этого, вытряхивая из тела адреналин, что всегда мешает успокоению. Внутри же, её мозг выдавал чудные картины под действием розмарина с адских полей. Её пальцы крепко сжимали воротник его пиджака, притягивая ближе к кровати, затем опускаясь и отползая назад, не отпуская ни на момент, ни руками, ни взглядом, ни мыслями. Он видно пытался оставить за собой холоднокровье, сохранить разум, касался её руки, медленно расцепляя пальчик за пальчиком: - Вики, ты ужасно пьяная, ты же пожалеешь, отпускай, давай, будь послушной девочкой, - говорил с ней как с маленькой, пока та захватила его шею, обвивая, выгибаясь импульсивно тазом вверх. В одном нижнем белье и в его рубашке, растрепанная бестия, всё ещё желанная, пусть помада в тон губ размазалась по лицу, а туш растеклась в уголках глаз после знакомства с белым другом из бара, а затем и приветствием с домашним. Он минутами ранее её кое-как умыл, на её волосах осталась вода, как и на шее, и на рубашке пятнами – это и стало фатальной ошибкой, прохлада освежила её и дала, наверное, по счету третье дыхание. - Я тебя не узнаю, разве ты не демон, м? Где ты прячешь свою страсть? – она закинула ногу на его талию, повиснув, на момент, пока тот не опустился с ней на кровать. – Я хочу тебя, - шептала девушка, прижимаясь к его бедрам, ощущая ответное возбуждение, второй рукой она уже расстегивала пуговицы его пиджака. – Прошу, сейча-а-ас, ооох, Люцифер, пожалуйста-а-а, - протянула жалостливо, прикрывая на момент глаза, откидывая голову, срывая его крышу с корнем, её шея так близка, что он невольно ткнул в неё носом, провел по нежной коже щекой, послал себя подальше, послал всё, жалея в тот же момент, когда подхватил её под ягодицы и развернулся вместе с Уокер, опускаясь задом на матрас, усаживая её сверху, встречаясь с её хитрой улыбкой. Она знала, знала, что ему сложно будет отказать, когда она такая доверчивая, когда открыта для его ласк. - Ты искусительница, Уокер, какого черта у тебя белые крылья? – она засмеялась, откидывая голову назад, разрешая ему покрывать её кожу поцелуями, то и дело сжимая его плечи, от каждого желанного прикосновения на бедрах, ягодицах, пояснице. Он не жалел её, а она этого ни разу не хотела, ведь с ангелами много приторной нежности, а её душе требовалось новых ощущений. - Ещё, - шепчет в трансе. – Ещё-ещё, - потираясь о него, ощущая давления внизу живота. – Люцифер.. – она открыла глаза так же резко, как и уснула, за окном виднелись первые лучи солнца. Осознание, что это был сон, пришло позже, с теплом, что разливалось внизу, давно ей не приходили подобные сны. А может и не сны вовсе.