Подари мне рассвет

Сегодня утро по-своему прекрасно. Как и любой новый день. Лучи солнца греют, а легкий летний ветерок тихо подкрадывается в комнату через открытое окно, теребя светлые шторы. На кухне жаренной яичницей пахнет и только-только приготовленным кофе. Арсений собственный завтрак за обе щеки уплетает, вкусом наслаждаясь и удовольствие растягивая. На пульте от телевизора кнопку жмёт и включает, и краем уха прогноз погоды на сегодняшний день слушает. Синоптики температуру за двадцать пять обещают и призывают людей на карьеры и речки ехать, хоть вода и не слишком прогретая. Затем Попов на соседний музыкальный канал переключает, избавляясь от лишней и ненужной информации, что с раннего утра голову забивает.

***

Расслабляется и на открытый балкон выходит, с чашечкой бодрящего кофе в руке, а другой сигарету зажигалкой поджигает и затягивается, стряхивая пепел и выглядывая в окно, немного отпивая горячего напитка. Погода шепчет нежно, радуя своим плюс двадцать и заставляя людей убирать теплые зимние вещи далеко и надолго. До середины осени, как минимум. До первых морозов, как максимум. Именно за это Арсений и любит лето. Когда не нужно искать то, что можно было бы надеть поверх классной футболки. Когда солнце нос греет, чихать заставляет и тёмный загар на теле оставляет, делая кожу смуглее и приятнее глазу. Когда грибные дожди лишь на радость. И под таким дождем вместе с маленькими детьми по улице бегать хочется. Да по лужам прыгать, как ребёнок. А затем Арсений окурок тушит, кидая его в пепельницу.

***

На посудомоечной машинке кучу кнопок нажимает и на ней, в конце концов, зелёная кнопочка загорается, оповещая о том, что включена и готова к работе. Арсений к любимому гардеробу плетётся, шаркая огромными плюшевыми тапочками, подаренными друзьями на новоселье. Копается, ищет, сам не знает что. С ног до головы все полки переворачивает, а половину вещей и вовсе на кровать скидывает, вслух рассуждая, мол: «ну это совсем не подходит». Спортивную сумку достаёт и собирает, закидывая лишь самое нужное: пара плавательных шорт, футболки и нижнее белье, соответственно. И через пару минут он сообщение пишет, что уже почти готов. Телефон на зарядку ставит и в ванную уверенно шагает. Прихорашивается перед зеркалом, причёсывается и духами брызгается. Перед выходом ключи с милым брелком от квартиры в карман джинсовых шорт кидает, параллельно чёрный рюкзак на плечо закидывая.

***

На улице нереально жарко, а в машине безумно душно, аж дышать нечем. Из бардачка солнечные очки достаёт и надевает, пряча глаза от солнца. Арсений в автомобиле окна до конца открывает и музыку на полную включает, качая головой под бит. Истории в Инстаграмм снимает, пока в пробке за рулем стоит, а навигатор дальше всё красное показывает, из-за чертовой аварии спереди. Он сдаётся и, наконец, окна закрывает и кондиционер включает, на себя направляя и пытаясь хоть как-то освежиться. С заднего сиденья журнал берёт, который пару дней назад туда закинул, и машет на себя, ощущая хоть какой-то ветерок подступающий. На градуснике уже явно больше двадцати пяти. Синоптики хреновы.

***

Арсений возле двери стоит и с ноги на ногу переминается, а затем всё же решается и указательным пальцем на кнопкочку дверного звонка жмёт. Звонит несколько раз, а за дверью тишина. Только через пару минут за стенкой шаги слышны и чьё-то короткое: «уже бегу! Секундочку!». И дверь, наконец, распахивается, одаряя легкие уже до жути родным запахом.

***

Мокрый, только что вышедший из душа Антон улыбается до ушей. Вода с волос капает, оставляя влажные следы на белой домашней футболке, которая на нем висит, будто на вешалке. По лбу капельки стекают, делая его ещё привлекательнее и сексуальнее. Такой весь чистенький из себя, вау. Приветствует рукопожатием и прижимает к себе, хлопая по спине ладонью, а затем всё-таки приглашает пройти внутрь небольшой квартиры. Чаем напоить и бутербродами накормить пытается, а Арсений лишь отнекивается и головой из стороны в сторону мотает, ухмыляясь такому привычному Шастуну. Антон нервно по квартире носится, кидая какие-то вещи в сумку, параллельно рассказывая какую-то очень интересную историю, произошедшую с ним сегодняшним обыкновенным утром. И только через полчаса из ванной кричит: — Я готов!

***

По пути в Подмосковье, точнее на дачу Димы Позова, Антон то ненароком рукой до колена дотронется, то по бедру проведёт, смеясь от очередной Арсеньевской шутки. Тот ему незабываемую историю рассказывает, а Шастун комментирует, делает безумно задумчивый и серьёзный вид. Рассуждает и говорит, как поступил бы в той или иной ситуации сам. Арсения это забавляет и он улыбается уголком губ, не показывая своей ухмылки. Антон же глядит с непониманием и хлопает ресницами, выгибая бровь. Он на Арсения своими изумрудными глазами смотрит и тот тает. В глубине души понимает, что если копать глубже будет, то не выберется вовсе. И он зависимостью станет. Страшной и коварной. Хотя Арс уже давным-давно на самом дне.

***

Дима парней раскрепощёнными объятиями встречает. Катя в фартуке из дома выходит, вытирая руки об полотенце, а из-за ее спины Савина выбегает. Она Шастуна и Попова дядями называет и так по-детски хохочет. Игрушки свои показывает и просит в куклы поиграть, строя глазки, а потом в комнату свою нежно-розовую проводит. Рассказывает истории про папу, а папа, стоящий рядом, лишь глаза закатывает и волосы ерошит, создавая у дочери на голове бардак.

***

Парни возле мангала за домом собираются: Дима контейнер с маринованным мясом из холодильника достаёт и на шампура насаживает. Антон в это время угли разогревает, разводя огонь. А спустя время просыпается маленький Теодор и с мамой на руках на террасу выходит. Ручкой машет и улыбается в два единственных зубика.

***

День быстро проходит и на часах уже семь вечера. Арсений с Антоном вдвоём на речку идут. На улице все также жарко и безветренно, а температура спáла, максимум, на два градуса. Шастун в плавательных шортах идёт, которые еле-еле бёдра прикрывают и с небольшим полотенцем на плечах. И, чёрт, он такой красивый. Кусок ткани на песок кидает и шлёпанцы по сторонам раскидывает. В воду заходит медленно, постепенно привыкая, потому что она к вечеру уже немного остыла. Арсений же быстро забегает, ныряя и проплывая пару метров, оказавшись рядом с Антоном. Тот водой плескается и, как маленький ребёнок, смеётся. А Попов, затаив дыхание, снова ныряет и за ноги его под тёплой водой дёргает, зная, как он боится всяких водных чудищ. Антон смехом заливается, запрыгивая на спину своего товарища.

***

На берегу, рядом с речкой, парни сидят на синем полотенце, которое Антон ненароком захватил. Смотрят вдаль, наблюдая за заходящим за горизонт солнцем и кричащими чайками, что рыб ловят. Небо цвета меняет: из голубого становится пурпурным, а потом меняется в оранжевое. Градиенты создаёт и облака подсвечивает, выделяя их на фоне нежного оттенка неба. Сверчки в траве шумят и птицы где-то на деревьях поют. Они головы одновременно поворачивают и друг на друга смотрят, не отводя глаз. Арсений тонет в нем, а Антон тонет в Арсении. В следующий миг горячее обжигающее дыхание ощущается на Арсеньевских губахи они в жадном поцелуе сливаются. Антон ближе тянется и сам сильнее прижимается к телу Арсения. Смелеет, берёт глубже и своим языком рот изучает. Руки Арсения по чужому телу разгуливают и тому остаётся лишь в губы охать. Мнёт их, углубляясь и за нижнюю цепляется, покусывая до небольших капелек крови. Арсений по-своему руку в его волосы запускает, вызывая у того волну мурашек и потом Антон слегка отстраняется, шёпотом говоря: — Арс, я.., — явно смущается — люблю тебя, походу. Сердце трепещет и быстрее стучать начинает. Казалось, весь мир замер. Дыхание останавливается и Арсений забывает, что дышать то как-то надо. Одними губами, почти бесшумно, произносит: — И я тебя, Тош, — улыбается, — я тебя тоже, походу, люблю.

***

Домой идут по накатанной каменной дороге среди высокой травы и небольших деревьев, которые посадили совсем-совсем недавно. Мокрое синее полотенце висит теперь на Арсении. Шлёпанцы неприятно скрипят из-за мокрых ног. Молча шагают, наслаждаясь компанией друг друга. А затем Антон резко останавливается. Арсений испуганно смотрит на него, он оборачивается и рукой до Попова дотрагивается, оголяя ровные зубы: — Ты вóда, Арс. И бежит далеко-далеко, оглядываясь назад, на стоящего Арсения. Тот смеётся тому, какой же он ещё ребёнок и правила игры принимает. И затем бежит за ним, придерживая рукой сползающее с плечей полотенце. И они оба в закат убегают. А потом останавливаются, пытаясь отдышаться. Антон на Арсения смотрит. Даже нет, взглядом раздевает или дыру прожигает. Тому остаётся смущаться и взгляд отводит, улыбаясь уголком губ и фыркая себе под нос. Он берет меня за руку, её крепко сжимая; Говорит о любви, тихо смеясь, Мы переглядываемся, улыбаясь; Даря друг другу новый закат.