Разговор

В «Доле Ангелов» давно не было так шумно, оно и не странно: владелец бара — человек, который прежде всего ценит тишину и покой. Но сегодня у одного из рыцарей Ордо Фавониус день рождения. Конечно, куда без капитана самой кавалерии, но тут точно что-то неладное. Во-первых, впервые за долгое время хозяин бара нашел время постоять за стойкой в выходные. Во-вторых, Кэйя трезв. Трезв, так ещё и не просит наливать. Только и делает, что рассказывает бармену об инцидентах на этой неделе под недолгие, но частые взгляды своих подопечных. — ...Услышал от Катерины, что Путешественница возвращается в Монд, — продолжает вести свой монолог Кэйя, сидя за барной стойкой. — Закончила с ежедневными поручениями... За наградой, наверное, возвращается. — У Катерины есть право разглашать эту информацию? — холодно спросил Дилюк, наконец-то превращая монолог в диалог. — Хм, — улыбнулся Кэйя, стараясь не показывать свое удивление. Давно Дилюк не отвечал что-то более, чем «ясно» или «мне не интересно». — Ты же знаешь: мне сложно отказать~ — Да уж. Кому, как не мне, знать? — красноволосый бросил на него стальной взгляд. — ...Ты серьезно пришёл просто поговорить? — одна бровь согнулась в недоверии. Кэйя не против и в обычный день пригубить, но в день рождения своего подданного нет? Ну нет уж, он скорее поверит, что Кэйя снял свою маску клоуна, чем остался трезв в какой-либо из праздников. — Удивлён?~ Прости, но сегодня я начинаю курс лечения кое-какими травами, которые не совместимы с алкоголем. Они более эффективны, но и цена за эту эффективность, видишь, какая... — синевласый прикрыл глаза и развёл руки в стороны, изобразив грусть. Что за ситуация? Почему Кэйя не выглядит подавленным? Что это за лекарства? Зачем ему они? — Ты снова попался на криомага? Архонты, ты же знал, что у них сопротивление к твоей стихии, — Кэйя слегка нахмурился, но улыбка никуда не пропала. — Кэйя? Эй, ты в порядке? — Ты... Какого чёрта обо мне беспокоишься?.. — последнее, что смог сказать он, падая в обморок. Кэйя не был в порядке.

***

Проснулся Кэйя от пристального взгляда голубых глаз, но хотя бы в своём доме. — Ты вчера пил? — увидев, что фехтовальщик проснулся, Барбара нахмурились ещё больше. — И не смей уходить от вопроса. — ...Хах, по-моему, у больных первым делом принято спрашивать об их самочувствии, юная леди, — Кэйя слегка привстал, подняв подушку вертикально, и облокотился на неё, притулив затылок к холодной стене. — Не пил. Ну... Если те полбокала вина считается, то пил, но это примерно раз в десять меньше, чем я выпиваю в обычный дождливый день. А вчера, на минутку, был день рождения моего подчиненного- — Три дня назад. Ты провалялся без сознания три дня, — облокотившись на дверной проём и скрестив руки, на него обвинительным взглядом смотрел мастер Дилюк. — О-ох. Вот уж не ожидал... — прервал он себя и опустил взгляд, не дав понять, чему именно он удивился: тому, сколько его не было на службе, или незваному гостю. — Я слегка прибрался у тебя на кухне. С каких пор это ты не убираешь за собой? — спросил бывший брат и ушёл. — Что ты- — Так, — оборвала его на полуслове Барбара, — я здесь не для того, чтобы слушать ваши неловкие разговоры! — целительница была зла, но работа монашки останавливала её от избиения Кэйи своей книжкой. — Итак, ни капли в рот. Понял? Альбедо ведь тебе говорил, что это экспериментальный образец, что его, вообще-то, ещё изучать да изучать, а ты! Благослови святого Барбатоса, что он оставил тебе твою бренную жизнь! — Да... Нужно будет одолжить у моего дорогого братца пару бутылок эксклюзивного вина, чтобы поблагодарить... — Эй, никакого вина! Ты что, не слышал? Или хочешь лично проверить, как взаимодействуют крио и гидро элементы?— честно говоря, хоть и выглядит она, во всех смыслах, святой, а запугивать умеет. — Да понял-понял, не беспокойся, — натянув улыбку, капитан кавалерии приподнял руки в сдающемся жесте. — Обещаю, за этот месяц — ни капли в рот. — Завтрак готов. Спускайся поесть, я собираюсь уходить, — заглянул в комнату красноволосый, опуская свой высокий хвост на привычное место. — Не задерживайся, а то остынет. — Ты полностью здоров, но лекарство в твоём организме нестабильно. Главное правило — не употреблять алкоголь, помнишь? — ей тоже уже пора, а если дать этим недобратьям разговориться, так Кэйя вообще ничего не вспомнит из этого разговора. Монашка встала и поправила свою юбку. — Теперь я буду приходить каждый день после службы, в 18:30, понял? И чтобы я даже лёгкого аромата вина не учуяла, ясно? — Понял, я всё понял, — аккуратно сев на край кровати, выходнул Кэйя. Глянув на своё тело, тот издал смешок, ведь на месте ещё вчерашней поза-позавчерашней раны виднелся большой шрам.

***

Вполне возможно, что в этой схватке он мог и не выжить. Полуживым его и нашел Альбедо, собирающий ингредиенты для экспериментов по округе. А ведь Кэйя хотел быстренько обойти этого крио-мага, но вспомнил, что для улучшения меча ему нужны были всего две палки артерии земли. Да и вроде в последнее время у него получался приличный физ. урон, но вот незадача: на звуки битвы прибежали ещё и митачурлы с топорами, от одного которого увернутся было легко, но вот два... Короче говоря, вышел из этой битвы он победителем, но сомнительным, так как его живот был в ужасном состоянии. Использовав смекалку, капитан заморозил рану и поплёлся к Драконьему хребту в надежде нарваться хоть на какого-то искателя приключений. Дальше его заметил уже Альбедо. Вздохнув, тот сменил свой курс на умирающего, ускоряясь. — Сэр Кэйя? Вы меня слышите? — ... — Не похоже, что слышите. Ладно, будем вас спасать, — порывшись немного в своем рюкзаке, тот достал переносной телепорт. — Хорошо, что я один оставил на всякий случай, — разместив его, они телепортировались прямо на базу Альбедо, где тот и дал умирающему припрятанный как раз на такой случай «эксперементальный образец» некого лекарства из уже давно разрушенного королевства.

***

Спустившись, Кэйя как раз застал Дилюка за выходом из дома. Последний лишь, на удивление, обеспокоенно глянул на бывшего брата и ушёл, оставляя его одного. Вздохнув, капитан кавалерии подошёл к столу и увидел гору из стейков, картошки и сыра. Он не готовил ему «Расти гору» с того дня, как они... В груди забилась слабая надежда на то, что не всё потеряно, что он не обязан тащить груз этих мыслей о прошлом сам, и он выбежал из дома, оглядываясь. Удивление усилилось, так как Дилюк, оказывается, никуда и не ушел, а стоял возле двери всё это время. Сам полуночный герой аж подскочил от резко открывшейся двери, к тому же слегка смутился. Да так слегка, что щеки почти сливались с его алыми волосами. — Я-я, эм... увидел знакомого, вот и... — врать он, конечно, умел отлично, но не перед ним. Не перед тем, кто выучил его вдоль и поперек за то время, пока они ещё были... братьями. Кэйя облегчённо вздохнул и тихо засмеялся. Незаметно топнув, красноволосый отвернулся от него и сложил руки на груди. — Когда выздоровеешь, приходи на винокурню. Там и поговорим, — отчеканил Дилюк и быстрым шагом устремился к выходу из Монштадта. — Обязательно! — впервые за долгое время он так улыбался, отвечая своему брату. Может и вправду, ничего ещё не потеряно? Но улыбка пропала, как только очередное воспоминание всплыло в голове. — Ничего не потеряно, хм? — грустно улыбнулся Кэйя. — Ну нет уж, только не для меня. Только не для «предателя», — смешок, и капитан кавалерии скрылся за дверью своего дома. Верно. Всё так, как и должно быть. Ему говорили не привязываться к тому, кто поклоняется Архонтам. Говорили ведь...