Дистанционка и месть

- Сереж, вставай. У тебя в восемь-тридцать пара! – голос Олега прогремел средь гробовой тишины квартиры и заставил Сергея вздрогнуть. - Слушай, отстань… - пробормотал он, пытаясь замотаться в теплое одеяло, чтобы уже ничто не смогло его отвлечь от прекрасных сновидений, прервавшихся благодаря его любимому Олеже. - Я от тебя не отстану, пока ты не встанешь! – Волков начал выпутывать парня из его персонального кокона, но тот так крепко уцепился за края одеяла, что, по сути, это было совершенно бесполезным занятием. - Ты понимаешь, что опять проспишь, опоздаешь на пару, а потом будешь винить меня, что я тебя вовремя не разбудил? - Да понимаю я, понимаю… - раздраженно прошипел Разумовский, - еще пару минут, ладно… Представьте Олега – сильного, волевого, смелого и неприступного для нежных чувств, как… В общем, такого ночью в подворотне увидишь – дашь закурить, даже если не куришь. И Сергея – милого и застенчивого на людях, такого, что ты невольно начинаешь улыбаться, уже когда только думаешь о нем. И, конечно, по закону жанра, так сказать, Олежа, несмотря на несгибаемую волю, никогда не мог отказать своему парню вообще в чем-либо… Он и его обаяние – единственное, против чего просто невозможно бороться. Хотя… - Сереж, еще немного, и я вылью на тебя кувшин с водой. На такую серьезную угрозу парень никак не отреагировал, хотя следовало бы – Олег уже пошел на кухню наполнять небольшой кувшинчик почти ледяной водой из-под крана. Разумовский, конечно, лишь притворялся спящим, но, услышав шум струи за стеной, напрягся и попытался быстро высвободиться из одеяла. Но Волков прибежал прежде, чем он сумел это сделать. - Ты ведь шутишь, да? – все еще полусонным голосом спросил Сережа. Ответом послужила мерзкая, до жути холодная вода, летящая прямо ему в лицо и шею. Разумовский воспрянул духом мгновенно и хотел резко, как котик на добычу, наброситься на Олега, но из-за одеяльного Гордиева узла так просто выпутаться не получилось, и он упал на пол рядом с кроватью. Олежа тихо хихикнул. - Ты говорил мне когда-то, что хотел бы заняться водными процедурами! Ну вот, - Волков еле сдерживал улыбку. - Что вот?! На неподготовленный организм так, вообще-то, не делается! – раздраженно провыл Сережа. - Тебе ничего не будет, успокойся. - А тебе - будет! - А что мне будет? Ты что, отомстить за это хочешь? Шутливые огоньки любви в глазах Олега при взгляде на своего прекрасного Сережу, с растрепанными со сна волосами, как у Анны из «Холодного сердца», побледневшим лицом и сине-фиолетовыми кругами под глазами, говорили сами за себя. Он не верил, что его рыжее чудо способно на мщение. - Конечно, хочу! – взгляд обиженного Сергея переместился на часы, одиноко висевшие на стене, - какого черта ты разбудил меня полвосьмого? До пары дофига еще! - Ну так, тебе же там надо с камерой сидеть, поэтому пока оденешься, приведешь себя в порядок, позавтракаешь нормально, уже и час пройдет. - Иногда ты так меня бесишь, жаворонок гребаный, - с отчаянием в голосе от осознания правоты своего парня выдохнул Разумовский, - а что, есть чем питаться? - Конечно есть, я с утра твой любимый ванильный кекс сделал. Сережа понимал, что сейчас, как минимум по правилам этикета, нужно сказать «спасибо» Олегу за заботу о нем, но выдавить из себя столь приятное ушам и сердцу слово получилось как-то кривоватенько. «Да, я ему устрою!» - без злобы подумал Разумовский, исподлобья, снизу-вверх взглянув на Олега и коварно, но мило улыбнувшись. Волков протянул руку любимому и помог ему встать. На кухне, уютно застывшей в мягких лучах солнца, приятно пахло выпечкой – ванильный кекс для Сережи уже ждал своего часа, мирно покоясь на столе. Олег поставил чайник, засыпал несколько ложек кофе в большую кружку с изображением чумного доктора – для Сергея, затем он освежил бархатный китайский чай в своей – с изображением волка. Разумовский же присел на любимое место около окна и принялся проверять сначала сообщения «ВКонтакте», затем ленту «Инстаграма», потом залез на Яндекс почту и в «Ватсап». - Ну, что там? – спросил Волков, ставя горячие кружки на стол. - Да ничего особенного. Все опять собирались где-то и тусили. Как их только не поймали? Походу только мы с тобой карантин нормально соблюдаем. - Да уж… - участливо протянул Олег, - ты давай, не засиживайся в телефоне, я кекс для кого делал? Одна рука Сергея, как и его пристальный взгляд, так и не смогла оторваться от гаджета, другая же поползла за любимым лакомством. Олег присел на стул напротив окна и втыкающего в телефон Разумовского и отхлебнул ароматного чаю. Он мог сидеть здесь часами – слушать шум улицы, смотреть на пролетающих мимо птиц и на Сережу, чьи длинные огненно-рыжие волосы так чудесно отливались золотом от проплывающих на кухню солнечных лучей. Прекрасно, ведь… Романтичные мысли Волкова прервал приглушенный крик удивления старого кашляющего грифона, который невольно издал Сергей после уведомления о сообщении в университетской беседе «Ватсапа». - Первой пары, е-мое, не будет! – воскликнул он. - Ты этому рад или нет? - С одной стороны – я ненавижу молекулярную физику, с другой – я теперь еще больше тебя убить хочу. - Ты что, так и думал, что ее отменят? – задумчиво спросил Олег, даже не пытаясь оторваться от процесса любования своим парнем. - У меня, конечно, была чуйка… Но что вообще могло произойти, чтобы этот зверь отменил пару?! Он даже когда болел, умудрялся нас насиловать по полной… Мне уже страшно, - взгляд Разумовского и правда в ужасе стал метаться по столу и, наконец, набрел на кружку кофе. - Да ладно тебе, может что случилось, кто его знает, - спокойно уверил Сережу Олег, - ты пей, пей, пока горячий. - А тебе сейчас кто мозги промывать будет? – сделав большой вдумчивый глоток, спросил рыжик. - Влад Николаич со своей философией. Я все понимаю, я выспался, но… я, когда только думаю об этих парах, уже засыпаю, - протянул Волков, эпично зевнув, - пятнадцать минут до начала, пойду хоть приберусь, а то в комнате срач неимоверный. - А зачем? Ты с камерой сидеть собрался? - Ну да, может хоть так я опять не усну под эту муть. Олег чинно направился в комнату расчищать и подготавливать к работе пространство вокруг ноутбука. Сергей же решил пойти принять душ. Проводив взглядом Олежу, вид сзади которого был не менее прекрасен, чем вид спереди, и захватив с собой полотенце, Разумовский проскользнул в ванную. Он очень любил подолгу стоять под обжигающей нормальных людей струей горячей воды, но делал это нечасто - цены за коммунальные услуги пугали его даже больше, чем преподаватель по физике, чья пара сейчас благополучно канула в Лету. «Как бы мне отомстить Олегушке?» - думал Сережа, улыбаясь, почти как девочка из знаменитого мема, которая стояла на фоне горящего дома, только с любовью, - «надо придумать что-то безобидное, но такое, чтобы весело было…». Идея не заставила себя ждать и тут же, как говорят современные подростки, «с ноги ворвалась в чат». Олег за те двадцать минут пары, что Разумовский прекрасно провел в ванной, уже успел увидеть пятый сон, даже несмотря на вынужденное пристальное смотрение в камеру и взбесившегося препода, который решил вдруг помучить студентов какими-то непонятными вопросами. Волков, не сказать, чтобы плохо разбирался в материале, просто ему нужно было вовремя проснуться и сообразить, что, как и зачем. Он сейчас как раз пытался разлепить глаза, так как предчувствовал, что и до него скоро дойдет очередь с вопросами и дистанционными тумаками. - Та-а-ак, - протянул Владимир Николаевич, - о, Волков! – парень напрягся, - расскажи нам о законах мифопоэтической логики. Олег уже хотел открыть рот, чтобы начать отвечать, но тут в комнату вошел Сергей. Рот Олега открылся уже сам собой, а челюсть и вовсе, казалось, пробила потолок соседям снизу. Разумовский, видимо, решил, что в квартире жарковато, поэтому надевать даже нижнее белье было бы излишним. Сережа проплыл рядом, полностью обнаженный, как ничего не бывало, намеренно не обращая внимания на Олега, который теперь вообще не соображал, что ему делать. - Волков, ты чего застыл? Не помнишь, что ли? Да ерунда, что он вдруг забыл законы какой-то там логики, он забыл даже, как его зовут и как дышать. Сергей присел напротив, придвинув стул поближе к Олеже, и, закинув ногу на ногу, принялся расчесывать влажные после душа волосы, еще больше дезориентируя Волкова. Олег, тщетно стараясь все-таки глядеть в камеру ноутбука, сначала побледнел, потом покраснел, потом попытался связать хотя бы два слова, но язык затвердел и намертво приклеился к отвисшей челюсти. «Все, это конец», - промелькнуло у него в голове. - Ну, эм, там, короче… Первый закон – закон метаморфозы, кажется… Там говорится, что все идеальное может быть… - Сережа тем временем, расправившись с волосами, вспорхнул со стула и принялся расхаживать по той части комнаты, что не была видна в камере, находя себе на каждом углу занятие, требующего поднятия чего-либо с пола. - Ну так, чем может быть все идеальное? – Владимир Николаевич начал терять терпение. - Сережей… - смущенно оглядывая пространство вокруг себя, невольно прошептал Олег. - Каким, к черту, Сережей?! Ты там с ума сошел уже что ли? – закричал преподаватель, чем вызвал еле сдерживаемый смех у Разумовского и волну пота со лба бедного студента, которого очень-очень жестко подставили. «Я, что, это вслух сказал?! Господи, все… вот и смерть» - Олег уже мысленно пошел за лопатой рыть себе могилу, но тут, как ни странно, все начало разрешаться в более-менее благополучном направлении. - Так, как тебя там… Олег! – затянул преподаватель своим обычным спокойным голосом, но с какой-то серьезной интонацией, - ты, видимо, спишь мало. Я понимаю, ты ведь вон ответственный какой! Мы с Мариной Вячеславовной недавно обсуждали, что ты один из немногих, что задания всегда вовремя отсылает, еще и не списывает. Вот она – ответственность! Я ж видел, как ты тут дрыхнешь. Бедненький! Ты иди, в общем, поспи, я тебе потом индивидуальное что-нибудь пришлю. Олег все так же продолжал сидеть с раскрытой челюстью. Он почти не слышал, что говорил ему Владимир Николаевич, хотя после того, как из его уст взлетели сии слова похвалы, которой препод почти никогда не разбрасывался, Олег все же начал что-то понимать. - Вы меня, что, отпускаете? – часто моргая, спросил Волков, сосредоточив взгляд на глазке камеры ноутбука. - Ну да, я же сказал. - Серьезно, что ли? - Да! Все, прочь отсюда. Иди спать! Сказать, что все, кто подключился к той конференции и хоть как-то следил за процессом, обалдели, это – просто промолчать. Никто, включая Олега и Сережу, вообще не понимал, как один из самых требовательных преподавателей так проникся к абсолютно левому студенту и его проблемам, которых, к слову, и не существует, по сути. Волков скромно поблагодарил Владимира Николаевича за столь неожиданный подарок с барского плеча, и быстрым взглядом охватил маленькие иконки видео других студентов, которые сидели все как один с выражениями лиц, полными ненависти и зависти. Олег попрощался с преподавателем и на радостях автоматически выключил ноутбук, хотя впереди было еще несколько занятий. Сережа как застыл пару минут назад на одном месте, так и оставался там стоять, пока Волков окончательно не пришел в себя после случившегося и не окатил его горящим во всех смыслах взглядом. Уже не существовало причин стесняться смотреть на Разумовского в упор. Олег по-хищнически накинулся на Сергея, аккуратно повалив его на постель. - Ты че, совсем офигел? – возбужденно прошипел Волков, сверля парня своими карими глазами, - а что, если бы… - Я же сказал, что отомщу, - прервав не успевшую начаться тираду Олега, по-кошачьи улыбаясь, промурлыкал Сережа, - история не знает сослагательного наклонения, все же хорошо закончилось. Тебя даже освободили! Средь гробовой тишины квартиры теперь отчетливо были слышны звуки обжигающих поцелуев. И казалось, что ничего в мире больше не имело значения для обоих парней – лишь их великолепный безумный дуэт. «Да, я действительно пойду спать. Только с Сережей» - подумал Олег, прежде чем окончательно лишиться возможности мыслить под нежным взглядом потемневших и заблестевших от страсти глаз своего любимого.