Повелитель магии

Даже несмотря на упорство Джинни недели на создание телесного патронуса ей не хватило. Еще два раза они ходили к Люпину, где пытались улучшить свои результаты, но, к сожалению, эти улучшения были не очень заметными. Только у Джерри наконец-то тоже получился дым, хотя его успехи слизеринцев совершенно не волновали. Джинни же занималась каждый день, в гостиной, в библиотеке, но дальше дыма дело пока не заходило. Однажды у нее получилось что-то наподобие завесы, но и та довольно быстро пропала. Хотя Лунатик был несказанно рад уже и таким успехам, поэтому он решил, что неплохо бы теперь потренироваться и на боггарте Малфоя. К сожалению, эти тренировки пришлось немного отложить, поскольку каникулы все-таки закончились, и вновь потекли привычные и скучные будни. Каждый день нужно было ходить на уроки и делать домашние задания, да и у Ремуса прибавилось работы. А у ребят еще и по квиддичу возобновились. Флинт продолжал гонять их по полю, не обращая внимания на стоны и недовольные восклицания команды. По мнению Гарри, команда слизеринцев была самой сильной и подготовленной, но никакие доводы на Флинта не действовали. Еще до каникул состоялся матч Пуффендуй-Когтевран, который когтевранцы выиграли с разгромным счетом. Радовались тогда, впрочем, не только орлы, но и гриффиндорцы, поскольку для них эта победа означала то, что они еще могут побороться за кубок, но это случится, только если Слизерин проиграет два матча, что было нереальным, по мнению всей их команды. И вот уже спустя неделю после начала нового семестра команда Слизерина под громовые аплодисменты своего факультета выходит на поле, на другой стороне которого уже стоят когтевранцы. Гарри шел рядом с Флинтом, уже разглядывая команду соперников. Впереди всех стоял капитан Роджер Дэвис. Сейчас он, весело улыбаясь, переговаривался о чем-то с ловцом их команды, четверокурсницей Чжоу Чанг. Вполне симпатичная девушка азиатской наружности, которая, кажется, только недавно получила в игре травму, и вот уже снова она выходит на поле. - Привет, Родж, - еще издалека крикнул Флинт, приветливо махая рукой. Тот обернулся и ответил тем же. Гарри хмыкнул. Странные люди! В стенах школы закадычные друзья, не такие, как с Дереком, конечно, но все же, а на поле лютые соперники, которые не щадят друг друга. Точнее соперниками они становились уже только в воздухе, а сейчас они все еще были друзьями. Но ждать уже не долго… В воздухе будут колошматить друг друга, совершенно не щадя. - Хороший денек, - улыбнулась Джинни, идущая немного позади. - Да, - согласился Гарри, поглядывая на небо. Погода сегодня была на удивление хорошей. Относительно тепло для середины января, к тому же светило приятное солнышко, но не очень ярко, что было хорошо для видимости. Идеальные условия для квиддича, хотя закончить все равно надо побыстрее, может быть, и не очень холодно, но отморозить себе что-нибудь вполне реально. - Что-то мне не нравится эта Чанг, - вновь тихо заговорила Джинни. Гарри обернулся и удивленно посмотрел на нее. - С чего это? – хмыкнул он. - Да так, - Джинни обворожительно улыбнулась, - не обращай на меня внимание. Гарри закатил глаза и усмехнулся. Он никогда не понимал женскую логику, и, вероятно, никогда не поймет, а может это даже и к лучшему. Все-таки он был уверен, что загляни он в мысли Джинни, запутался бы там и не выбрался. Хорошо, что он ни разу не пробовал применять к ней легиллименцию. - Обменяйтесь рукопожатиями, - сухо скомандовала мадам Трюк, глядя на капитанов. Гарри, наконец, соизволил обернуться обратно к команде соперника. Роджер и Маркус, все еще приветливо улыбаясь, пожимали друг другу руки. Оставшиеся два охотника и вратарь общались между собой, и, судя по сосредоточенным лицам, обсуждали они предстоящую игру. А загонщики с лицами кровожадными подбрасывали в руках биты. Гарри всегда удивлялся, как они умудряются летать с ними, однажды он и сам попробовал, так у него чуть рука не отвалилась, хотя он, конечно, не использовал свою силу оборотня. Наконец, взгляд Гарри дошел и до ловца команды Когтевран. На этот раз он стал оценивать ее не с точки зрения обычного парня, а с точки зрения соперника. Она была вполне сильным игроком, по мнению Гарри. Он уже не в первый раз выходил на поле против нее. Она отлично играла, только вот выиграть у Поттера у нее не было шансов. Словно прочитав его мысли, Чжоу перевела на него взгляд и приветливо улыбнулась, как будто старому другу. Впрочем, и врагами они никогда не были, так почему бы не попытаться подружиться? Гарри кивнул ей с едва заметной улыбкой и перекинул ногу через древко метлы, поскольку мадам Трюк уже начинала отсчет. - … один! Гарри с силой оттолкнулся от земли и взлетел высоко в небо, выше всех остальных. - Команды стартовали! – провозгласил школьный комментатор, Ли Джордан. На первой же минуте матча Монтегю по удачному стечению обстоятельств сумел забить гол, чем вызвал бурные аплодисменты слизеринцев. Гарри улыбнулся и поднялся еще выше, пытаясь рассмотреть где-нибудь снитч. Он неспешно летал над полем, а прямо за ним следовала Чанг. Видимо она выбрала тактику преследования. Что ж… будь Гарри на ее месте, он, наверное, поступил бы так же. Ведь метла у него была гораздо лучше, поэтому она не смогла бы догнать его, если бы была на другом конце поля. Гарри усмехнулся и круто развернулся в воздухе, заставив Чжоу резко остановиться. Девушка удивленно на него посмотрела и вновь улыбнулась. Что-то уж больно часто она улыбается. - Чжоу, - сказала она. – Кажется, мы еще не знакомились. - Гарри, - кивнул он. Она хотела сказать еще что-то, но внезапно между ребятами со скоростью света пролетел бладжер. Гарри дернулся в сторону, Чжоу тоже. Бладжер едва не задел древко ее метлы. Гарри удивленно обернулся в сторону загонщика, который послал этот мяч, и взглядом наткнулся на улыбающуюся Энни. Она сначала приветливо помахала, а потом что-то крикнула, пригрозив ему битой. Гарри закатил глаза и, круто развернув метлу, полетел в сторону слизеринских колец, к Рону. Чжоу вновь полетела следом за ним, но на этот раз Гарри не оборачивался к ней, целеустремленно двигаясь к другу, который как раз только что в блестящем прыжке спас свои ворота, поймав мяч. - Молодец, - улыбнулся Гарри, зависая рядом с ним. Рон хмыкнул. - Давай снитч лови! Уже как-то холодно, так что поторопись. - Снитч не спрашивает моего мнения, - рассмеялся Гарри. – Если бы он показался, я бы его уже давно поймал. И почти в тот же момент, словно услышав его, снитч показался на другой стороне поля. Гарри даже не увидел бы его, не будь у него такого замечательного зрения. - Побольше говори, Рон! – усмехнулся он, резко разворачивая метлу и направляя ее к основанию когтевранских колец. Чжоу, кажется, полетала за ним, он не видел точно. Гарри резко вошел в пике, когда его чуть не задел бладжер, посланный одним из загонщиков Когтеврана, и прибавил скорости. Чжоу, конечно же, не смогла бы успеть за ним при всем желании, поэтому Гарри не составило труда первым долететь до снитча и схватить его, заставив крылышки золотого мячика судорожно трепыхаться от безысходности. - Со счетом двести : тридцать побеждает команда Слизерина! – громко объявил Ли Джордан без особой радости. Флинт громко закричал и поднял руки, чтобы похлопать, но чуть не упал с метлы, поэтому тут же опустил руки обратно на древко, продолжая, тем не менее, радостно кричать. Гарри улыбнулся, глядя на восторг своего капитана. Он направил метлу вниз и приземлился на поле, прямо рядом с кольцами. Рядом с ним тут же очутились вратарь Когтеврана и Энни Грисер, которая как раз собиралась послать бладжер в загонщика соперников, перед тем как Гарри поймал снитч. - Ты молодчина, Гарри! – радостно сказала Энни, уже разворачиваясь к Маркусу. Он улыбнулся. - Поздравляю, - раздался рядом голос Чжоу. – Жаль, что мы не победили, но… такому противнику, как ты, и проиграть не жалко. Гарри развернулся к ней и удивленно осмотрел ее с ног до головы. Девушка улыбалась и, казалось, нисколько не была расстроена проигрышем. - Польщен, - усмехнулся Гарри. - Мы победили! – прерывая следующую реплику когтевранки, на Поттера с разбегу накинулась Джинни. – Мы победили! Гарри улыбнулся и налету поймал свою невесту. Он хотел уже поставить ее на землю, когда она внезапно обвила его шею руками и поцеловала. Гарри на секунду опешил – раньше Джинни предпочитала не проявлять своих чувств перед людьми – но потом быстро перехватил инициативу и прижал ее ближе к себе. - Да! – кричал где-то справа Мальсибер, вероятно уже обнимаясь с Флинтом. Рядом были слышны восклицания девушек, и веселый смех ребят. На поле, кажется, собрался весь факультет Слизерина. Ребята поздравляли и хвалили свою команду, а кто-то уже вовсю расписывал предстоящий вечер с морем выпивки, закусок, а также с замечательной музыкой, которую по обоюдному соглашению должны были исполнить Розье и уже приглашенная на праздник Полумна. Многие были против ее присутствия в слизеринской гостиной, но их мнения никто и не спрашивал. Подул легкий ветерок, а следом за этим в угольно-черные волосы Гарри упала первая снежинка. Джинни оторвалась от него и весело рассмеялась, запуская руку в черные вихры. Впрочем, на ее огненной голове белые снежинки тоже смотрелись очень красиво, Гарри даже залюбовался. А потом ему в голову пришла такая красивая картина будущего, что невольно на его лице расползлась широкая довольная улыбка… Он наклонился к уху Джинни и тихо прошептал ей: - У нас обязательно будет дочка похожая на тебя, но с моими глазами. Обещаешь? - Обещаю, - счастливо прошептала Джинни, прижимаясь к нему. Когда Гарри, наконец, смог отойти от нее на шаг, Чжоу рядом уже не было. Ну и правильно, не станет же она смотреть, как тут целуются… Вечером в гостиной, и правда, устроили праздник. Братья Эйвери вместе с Флинтом и Монтегю, которых взяли как носильщиков, сходили в Хогсмид и притащили с собой несколько бутылок сливочного пива, какие-то конфеты, шоколадные конфеты, а также специально для старших курсов, причем по обоюдному соглашению исключительно мужского пола, две бутылки огневиски. К вечеру они были полностью опустошены, а те, кто хоть немного поучаствовал в истреблении запасов, чувствовали себя просто превосходно. Ни на секунду они не закрывали рты, но напротив все больше и больше шуток выдавал их отравленный алкоголем мозг. И не все шутки были такими уж безобидными, особенно в присутствие младших курсов, которые, порой услышав что-нибудь эдакое, изумленно открывали рты и смущенно краснели, опуская глаза в пол, не желая смотреть на реакцию старших. Сам Гарри, признаться, тоже узнал в этот вечер много для себя нового, хотя и всеми силами старался не слушать Флинта, который почему-то поставил себе целью в этот вечер взорвать мозг именно Гарри. Впрочем, если сам он хоть краем уха и улавливал пошлости старшекурсников, то Джинни и Полумне, которые в этот вечер негласно выбрали для себя защитника по фамилии Поттер, он старался то затыкать уши, чтобы они ничего такого не слышали, то вообще увлекал их веселым разговором. В результате под конец вечера он совершенно устал спасать нежную, как, во всяком случае, думал он, психику девочек, и вызвался проводить Полумну до ее гостиной. Джинни решилась пойти с ними, поскольку Тори и Драко из гостиной смылись уже давно, Рон уже спал, вероятно, решив, что в этот вечер внимания Полумны ему не добиться, а остальные ее подруги и друзья были в основном со старших курсов, а значит, к цивилизованному общению они сейчас не были расположены. С Картой Мародеров в руках проблем с передвижением быть просто не могло, поэтому ребята двигались медленно и спокойно, словно гуляли где-нибудь далеко от школы. Луна уже была посвящена в наличие этого замечательного артефакта у Гарри, поскольку он каким-то шестым чувством понимал, что ей можно доверять безоговорочно, нисколько в ней не сомневаясь. Ночной вид Хогвартса завораживал Гарри более всего. Казалось, когда все ученики уже преспокойно спят в своих постелях, просматривая десятый сон, этот величественный замок только просыпается и начинает жить. В эти темные часы коридоры становились мрачными и даже немного пугающими, но только не для Гарри, ему эта темнота, царящая вокруг, дарила только спокойствие и уверенность в себе. Словно заботлива мать, она обволакивала его и звала в свои объятия, утешала. Глухую тишину нарушало только тихое посапывание портретов, да гром цепей где-то вдалеке, вероятно это Кровавый Барон решил размяться. - Так… странно, - прошептала Луна, оглядываясь по сторонам. – Я раньше никогда… вот так не гуляла… И так красиво… - Немногим удается это почувствовать, - улыбнулась Джинни, бережно дотрагиваясь до холодной каменной стены замка. Гарри почувствовал едва заметную вибрацию замка. Это замок отзывался на прикосновение Джинни, девушка мимолетно улыбнулась, вероятно, почувствовав то же, что и Гарри. - Просто потому, что немногие решаются гулять по ночам и тем более общаться с Хогвартсом, - улыбнулся Гарри. - Общаться? – удивилась Луна. – Как это? Гарри осторожно взял ее за руку и приложил к холодному камню, пытаясь одновременно сообщить замку, что Луне можно доверять, что она поймет его. - Он живой, - тихо прошептал он. – Попробуй потянуться к нему всем своим естеством, представь, что вот он стоит совсем рядом с тобой и тебе нужно только дотронуться до него… Луна закрыла глаза и аккуратно подвинула руку, пытаясь поступить так, как советовал ей Гарри. И уже спустя секунду замок вновь приветливо отозвался на ее прикосновение. Он принял ее. - Вау! – спустя несколько секунд выдохнула Луна. – Это... это… - Это невозможно описать, - мягко сказала Джинни. – Это просто дар – чувствовать его. - Направо, - тихо шепнул Гарри, прерывая восторженные перешептывания девочек, - пойдем в обход, а то по главному коридору мой отец вместе с каким-то Аврором шастают. Поймают – тогда точно все баллы сдерут, и это, заметьте, будет уже за дело! Девочки негромко рассмеялись и устремились следом за ним. Спустя несколько веселых минут, проведенных за шутками и разговорами, ребята, наконец, дошли до гостиной Когтеврана. Гарри никогда раньше здесь не бывал. Сначала его взору представилась ужасающая винтовая лестница, у мальчика даже голова закружилась, пока они поднимались. Но потом они, наконец, добрались до двери. На ней не было ни ручки, ни замочной скважины. Дверь представляла собой лишь сплошное полотно из старинного дерева, с бронзовой отделкой в некоторых местах и маленьким молоточком в виде орла. Полумна протянула к молоточку руку и тихонько стукнула им, хотя в окружающей тишине этот звук показался Гарри громом. Клюв орла открылся, и до ребят донесся мелодичный женский голос: - Что было раньше: феникс или огонь? Гарри уставился на орла, как на заморское диво. Что это еще за вопрос? - А пароль уже не катит? – усмехнулась Джинни. - У нас нет паролей, - улыбнулась Луна. – У нас только вопросы. - Круг не имеет начала, - заявил Гарри, немного нахмурившись. - Отличное рассуждение, - ответил голос, и дверь распахнулась. - А ты молодец, Гарри, - улыбнулась когтевранка. – Ты мог бы учиться вместе со мной. - Боюсь, моя змеиная натура все же всегда будет брать верх, - улыбнулся Гарри. – Ладно заходи. - Пока! - Пока, - улыбнулась Джинни. *** - По-моему, мы просто неправильно выбираем воспоминания, - нахмурилась Джинни, опуская палочку. Ребята тренировались в вызове патронуса вот уже долгих два месяца. На улице уже вовсю властвовала весна. Снег таял, вновь оставляя после себя ужасающие слякоть и грязь, которые уже все ученики Хогвартса люто ненавидели. Солнце стало светить ярче, и палить жарче, но это, впрочем, никак не помогало, поскольку вместе с весенним солнцем появился и весенний дождь, мелкий, холодный и жутко противный. Из-за почти ежедневных тренировок Флинт подхватил простуду, и теперь, к неописуемому счастью всей команды, отлеживался в Больничном Крыле, не доставая слизеринцев вечными тренировками. Хотя в занятиях с Ремусом они очень сильно продвинулись. Лунатик очень долго восхищался и удивлялся, когда у Джинни, Гарри и Драко стало получаться что-то наподобие животного. Было еще очень сложно увидеть, какое именно это животное, но было понятно, что во всех трех случаях это достаточно крупные представители. У Гарри это было что-то высокое и тонкое, у Джинни напротив достаточно низкое, но широкое и массивное. А вот патронусом Драко, кажется, была какая-та крупная птица, поскольку его дымка всегда парила где-то высоко и, если очень приглядеться, то можно было различить крыло. Но вот сформировываться эти животные никак не хотели, они продолжали оставаться только плотным туманом. Астория перестала ходить на занятия, когда у нее стала получаться достаточно плотная завеса. Дальше она продвинуться никак не могла, но посчитала, что такого результата ей вполне достаточно, и стала ходить вместе с Роном в библиотеку, где они совершенствовали ее зельеварение. Джерри же продолжал ходить на занятия, поскольку его завеса все еще не дотягивала по плотности даже до завесы Тори. - Мне кажется, - вновь заговорила Джинни, задумчиво покручивая в руке палочку, - нужно использовать более сильные эмоции, так чтобы было даже не счастье, а эйфория. - Про это я и говорил, - улыбнулся Лунатик. – У вас еще просто не может быть настолько замечательных воспоминаний. Вы бесспорно талантливы, раз смогли добиться такого результата в своем возрасте, но следующая стадия это уже не ваши способности, а ваш жизненный опыт. - А мне кажется, ты немного неправильно понимаешь свои же слова, - улыбнулся Гарри и на поднятую бровь профессора пояснил: - То есть ты сам говоришь, что нужна эйфория, непередаваемое счастье, но ведь для каждого счастье свое. Например, для кого-то свадьба – это счастье, а кто-то люто ненавидит этот день своей жизни и спешит его забыть, кто-то очень хотел детей, а кто-то их не любит, - Гарри невольно взглянул в сторону своего отца, который все еще продолжал присутствовать на уроках. – Да у меня еще не было ни свадьбы, ни тем более детей, но возможно для меня сейчас существует более счастливое воспоминание. Как бы тебе лучше объяснить? Понимаешь… у меня еще не было свадьбы, и я не имею ни малейшего представления о том, какое это счастье, как вы говорите, поэтому для меня самым счастливым является что-то менее важное для вас. То есть тут имеет значение система ценностей. Может быть, для какого-то заядлого бездельника «Превосходно» по зельеварению есть счастье? - Гарри! – внезапно радостно воскликнула Джинни. – Я знаю! Я знаю! От возбуждения она даже подпрыгнула на месте и хлопнула в ладоши, а потом радостно схватила Гарри за руку, словно бы пытаясь прикосновением передать, что она чувствует. - Снег! Помнишь, когда в первый раз пошел снег? Гарри сначала непонимающе на нее уставился, сомневаясь, что для нее самая большая радость – это снег, но потом до него стало доходить… Он внезапно вспомнил, что снег пошел не просто так, что это произошло по его собственному желанию. Это его счастье заставило природу бушевать. - Ты гений! – радостно сказал он своей невесте. – Джинни, ты гений! - Разрешите, я тоже позаимствую капельку вашего счастья? – улыбнулся Драко, поднимая палочку. Его глаза были полны решимости, но в то же время они были спокойными, как тихая гавань. Было очевидно, что его душа была сейчас точно такой же. А Гарри внезапно понял: сейчас у Драко непременно получится. Да, сейчас он сможет. - Я первая, - Джинни упрямо посмотрела на друзей и опустила руку Драко. – Я же обещала, что я буду первой, значит, я буду. - С моей стороны глупо тебе перечить, - Драко улыбнулся и отвесил полушутливый-полусерьезный поклон. – А то вдруг ты припомнишь мне это, когда выйдешь замуж. Гарри хмыкнул. Драко говорил, конечно же, не только о будущем браке, скорее даже совсем не о нем, а как раз-таки о последствиях. Когда Джинни станет женой Гарри, она приобретет еще большую силу, и соответственно власть. Она станет Повелительницей Магии. Но не говорить же об этом при посторонних. - Да-да! – Джинни кивнула. – Обязательно припомню. - Может, вы уже попробуете? – ехидно предложил Джерри. – Впрочем, уверен, ничего не выйдет. - Я надеюсь, что ты удавишься от зависти, когда увидишь ее патронус, - с ядом сказал Драко. – Поверь, мир без тебя станет гораздо чище и светлее. - Expecto Patronum! – твердо сказала Джинни, слегка прикрывая глаза. Ослепительный свет вырвался из ее палочки. Сначала это был только плотный туман, но потом… Потом глазам присутствующих предстал невероятно-красивый тигр. Он издал громкий рев, но увидев, что опасности для его хозяйки нет, слегка склонил в ее сторону голову и растаял призрачной дымкой. - Невероятно! – воскликнул Ремус, в то время как Джинни уже висела у Гарри на шее. – Невероятно… Всего второй курс, но такие успехи! Невероятно… - Ну, я, пожалуй, тоже попробую, - улыбнулся Гарри. – Драко? Вместе? - Вместе. Ребята синхронно подняли палочки и в один голос произнесли заветные слова. И в ту же секунду в комнате появились потрясающие животные, которые дарили миру свет. Благородный олень с ветвистыми рогами и, казалось, совсем человеческими глазами, полными мудрости и знаний, а рядом с ним, почти усевшись на его рога, парил величественный сокол. Гарри завороженно смотрел на свой патронус, пытаясь понять… Пытаясь понять и принять себя. Олень. Его характер. Благородство, твердость души и убеждений, сила, но вместе с тем мягкость. Гарри не мог сказать о себе большего, но его коробило то, что его патронус совпадал с патронусом его отца. Это значило только одно: он похож на отца больше, чем сам может представить. И в то же время эта же мысль посетила голову Джеймса. Он смотрел на мальчика, которого когда- то отказывался называть своим сыном. С чем это могло быть связано? Ведь очевиден тот факт, что Гарри его сын больше, чем кто-либо мог бы быть. И дело не только во внешности, хотя это, наверное, тоже имеет значение. Но и характер тоже был очень похож, это подтверждал хотя бы патронус. И почему же Джеймс никогда раньше не замечал этого? Он смотрел на своего сына, и, словно пелена спадала с его глаз, он понимал, что все это время, все эти долгие тринадцать лет он был полным дураком. Он был отвратительным отцом и никчемным человеком. Это было заклятье. Определенно чье-то заклятье, вот только кому могло понадобиться, чтобы Джеймс не замечал собственного сына? Первой его мыслью стало: «Волан-де-Морт», но, немного поразмыслив, Джеймс понял, что своего второго сына он забыл уже после падения Темного Лорда. Следующим предположением были Пожиратели Смерти, но тут создавалась неувязка. Почему они выбрали Гарри? Гораздо более логичным Джеймс считал заклятье в сторону Джерри, в сторону Избранного… - Молодец, - Джинни улыбнулась, и Гарри перевел на нее взгляд. Джеймс оценил и это. То, как Гарри смотрел на Джинни. Этот взгляд. Джеймс и сам смотрел так когда-то на Лили. До сих пор смотрит…