Повелитель магии

- О Мерлин! – с ужасом воскликнула МакГонагалл, хватаясь за сердце и резко останавливаясь посреди поля битвы. Оказалось, что из замка бежали не только авроры с Дамблдором, но и еще несколько человек. Сириус, Лили и деканы факультетов Гриффиндор и Слизерин. МакГонагалл, кажется, находилась в предынфарктном состоянии. Бледная, как полотно, глаза неестественно расширены и горят каким-то страшным огнем, а чтобы не упасть, она и вовсе ухватилась за стоящего рядом Снейпа. Лили выглядела чуть лучше, возможно, потому что она все-таки часто участвовала в серьезных битвах и привыкла контролировать свои эмоции. Хотя и ей явно было нехорошо. Она глазами полными ужаса рассматривала место действия, крепко при этом ухватившись за руку мужа. Сам Джеймс, как и Сириус со Снейпом, старался держать себя в руках. Авроры, позабыв о детях, уже бросились в лес, вероятно, подумав, что преступники скрылись именно там. И только Дамблдор действительно был спокоен как гиппогриф, не проявляя ни малейших признаков беспокойства. Собственно, Гарри был уверен, что и сам знатно бы перепугался, увидь он такую «картину» со стороны. Все выглядело весьма страшно и странно. На небольшом, свободном от деревьев участке земли лежало пятеро ребят. Трава вокруг них вся в крови, где-то видны подпалины от неудавшихся заклятий, одно дерево напрочь снесено режущим. Помимо этого лицом в траве лежал шестикурсник, не подающий признаков жизни, недалеко от него рыжая девушка, по которой также сразу не поймешь, живая она или мертвая. Рядом с ней, практически окружив ее сидят трое парней, точнее сидят двое, блондин и брюнет, а третий просто лежит рядом, правой рукой вырывая из земли окрашенную багрянцем траву. Чуть дальше лежат еще двое, парень и девушка. Единственные, на ком не было крови или ран. Пугающе. Особенно, если учесть, что даже те, кто явно находились в сознании, были какими-то тихими и… пустыми, словно инферналы. - Гарри! – с ужасом выкрикнула Лили. – Джерри! Она на секунду остановилась, не зная, к какому из сыновей бежать, но потом, кивнув сама себе, она без сомнения бросилась к Гарри. Она должна ему. Она должна ему много лет материнской любви, которой он был лишен. И она из кожи вон вылезет, но вернет ему эту любовь. - Гарри, - она упала рядом с ним на колени, уже спешно осматривая сына на наличие повреждений. Результат явно не был утешительным. Его правая рука безвольно висела вдоль тела, он явно не мог ей шевелить, на щеке был глубокий порез, а также было рассечено бедро. Параллельно Лили успела осмотреть и лучшего друга Гарри. У Драко все было нисколько не лучше. Левая рука, очевидно, вывернута, в волосах запекшаяся кровь, следствие удара, нога, судя по всему, или сломана, или он ее только подвернул. А на плече порез от Seko. - Джинни, - прохрипел Гарри, закашлявшись. - Молчи, герой, - Малфой сплюнул на траву, что было совсем неестественным для него из-за его воспитания. – Я сам. У Джинни рука сломана, неудачно упала, когда от Круциатуса уворачивалась. У меня нога, кажется, тоже сломана, не уверен, но идти сам не смогу. С Уизли все, в целом, в порядке, ну, не считая порезов, конечно, те двое, - он презрительно кивнул на гриффиндорцев, - в битве вообще не участвовали, они целы и невредимы. Поттер, что там в тебя попало? Я не видел, когда ты руку сломал. - Костолом, - поморщился Гарри. Лили испуганно вскрикнула, не удержавшись. Она испытывала однажды это заклятье на себе. Ощущения не из приятных. А боль адская… - Сивый сегодня в ударе, - хмыкнув добавил Поттер. - Жив? - Сбежал, - с явным сожалением ответил брюнет на вопрос Малфоя. - Я Джинни понесу, никто не против? – спросил Сириус, уже, впрочем, подбирая девушку с земли. Гарри отрицательно качнул головой. - Как вы узнали, что мы здесь? – спросил Рон, приподнимаясь. - В кабинете Дамблдора сработал оповещатель, - ответил Джеймс, помогая подняться Драко, чему тот очень удивился. – Ну, на Непростительные заклятья. - А что так поздно тогда? – спросил Гарри. Он с трудом стоял на своих двоих, но Лили тут же поспешила поддержать сына, обняв его за плечи. Гарри не стал сопротивляться. Падать сейчас совсем не хотелось. - Они первое время не буянили сильно, - хмыкнул Драко. – Ты-то не видел, у тебя там свои… Но, в общем, тетка первый раз Круциатус послала, когда Джинни в нее Кнутом попала. Больно, знаешь ли, вот она и взбесилась. А это было за несколько секунд до того, как ты… вернулся. - А что с мальчиком? – спросил Джеймс, кивая на Монтегю. Сириус с Джинни на руках уже ушел далеко вперед, чтобы доставить ее побыстрее в больничное крыло, а тройка ребят, поддерживаемые четой Поттеров, все еще топтались у опушки, где сейчас осматривали все авроры и Дамблдор. МакГонагалл и Снейп тоже уже леветировали бессознательных гриффиндорцев по направлению к замку. И хотя было видно, что декан Слизерина гораздо охотнее остался бы со своими подопечными, он, вероятно, все-таки решил дать Поттерам шанс воссоздать семью. - Скажите этим ищейкам, что ни черта они не найдут, - вместо ответа холодно выплюнул Драко. – Они с порталом ушли. И Сивый… в лесу где-то бегает. Да, и темно уже, ничего не найдется. - Что с мальчиком? – спросила теперь Лили. – Что-то… - Мертв, - ответил Гарри, прикрыв глаза. – Он же не Джерри, чтобы после Авады выжить. - Как… мертв? – шокировано переспросил Джеймс. – Умер? - А как еще можно понять слово «мертв»? – ядовито спросил Драко, но Гарри почувствовал, что друг просто пытается скрыть свою боль за сарказмом и иронией. Ему так легче, и его нельзя за это винить. - Барт! – громко крикнул Джеймс. – Тут… Парнишка мертв. И не нужно сейчас ничего искать. Они скрылись порталом. - С чего ты взял? – громко спросил кто-то из этого скопления людей, поголовно одетых в яркие пурпурные мантии, режущие глаз. Гарри начинал думать, что это у авроров такая тактика: заставить противника не смотреть на себя и, тем временем, расправиться с ним. А что, вполне себе неплохая тактика… - Сын сказал, - ответил Поттер. – Мы в замок, детям нужно в Больничное крыло. - Постойте! – очнулся Дамблдор. – Вы не хотите объяснить, что здесь произошло, молодые люди? - Молодые люди, если вы не заметили, все в крови и в порезах, - вновь начал Драко. – И молодым людям надо в Больничное крыло, иначе они рискуют не дожить до утра и сдохнуть от потери крови. И лично один молодой человек уже видит перед глазами звездочки. Дамблдор проигнорировал такую вопиющую наглость ученика и лишь наказал Лили и Джеймсу побыстрее отвести учеников в замок, пока они еще в сознании и хоть как-то могут двигаться и соображать. - Поражаюсь Вашим манерам, эр-лорд Малфой, - усмехнулся Гарри. - Молчали бы лучше, эр-лорд Поттер, - хмыкнул тот. – Я же о Ваших помалкиваю. - А я пока и не делал ничего такого… - Под «такого» ты что подразумеваешь? - Грубость и наглость. - Ну, с наглостью и у тебя все в порядке. Взять хотя бы… - Проехали. - Заметано. - Заткнитесь оба, - простонал Рон. - Вот у кого манер нет, - в один голос заметили Поттер и Малфой, на что Рон только глаза закатил. - Тихо, - шикнула Лили. – Не разговаривайте слишком много, вы и так слабые. - В языке нет крови, - тут же ответил Драко, а потом, на секунду задумавшись, переспросил сам у себя: - Или есть? - Не важно, Малфой. - Интересно, Поттер. Такими темпами процессия потихоньку дошла до замка, где у ворот терся недовольный Филч, одетый в странного вида мантию, скорее даже халат. Вероятно, завхоза разбудили совсем недавно и заставили стоять рядом с входом, пропуская ночных путешественников. - Опять грязи натащат, - недовольно пробурчал он, взирая на них недовольным взглядом. – Быстрее, идите, быстрее! Джеймс ухмыльнулся, глядя на такого знакомого завхоза, которому он когда-то давно, кажется, что в прошлой жизни, устраивал подлянки, шутил над ним и издевался над его кошкой. О многом он даже сожалел, но, рассматривая сейчас своего израненного сына, за которого он сам нес ответственность, Поттеру вдруг на секунду захотелось перенестись обратно в прошлое, где он только ребенок, где на нем не висит тяжким грузом ответственность, где рядом с ним всегда два верных друга и Лили… его любимая Лили. Но… вернуться в прошлое, в такое далекое, нельзя, да и зачем?.. Что-то менять? Он изменил бы многое, будь такая возможность, но тогда не было бы гарантии того, что у него будет такая же жизнь как сейчас. Несмотря на окружающую обстановку, на надвигающуюся войну он все-таки был самым счастливым человеком на земле. У него замечательная жена, которую он всей душой любит, два сына, оба очень талантливые и сильные, и все те же два верных друга. Еще более верных теперь, после такого болезненного предательства. - Мадам Помфри! – громко позвала Лили, когда они вошли во владения бойкой медсестры. Гарри не любил это место. Ненавидел. Потому что именно здесь каждый год он «отдыхал» после своих опасных приключений. Каждое утро после очередного подвига или матча по квиддичу он просыпался и видел этот дурацкий белый потолок, по которому бегали солнечные зайчики. Гарри ненавидел белый цвет из-за этого места, ну, и, может быть, из-за обилия его у Светлых Хранителей. Обычно его начинало тошнить после всего нескольких минут пребывания в этом помещении. Стены белые, потолок белый, пол белый, белье белое, и даже медсестра одета в белое! Как тут можно находиться?! - Пришли, - вздохнул Сириус. – Надо было раньше. - В смысле? – удивился Гарри, посмотрев при этом на Джинни. Он очень волновался за нее, но, кажется, с девушкой все было в порядке. Рука, закрепленная какими-то магическими путами, лежала на кровати вдоль ее тела, а сама она спокойно спала. Рыжие волосы разметались по белой подушке, отчего стали еще более яркими. - Мисс Уизли решила, что мы будем рады послушать ее крики, - язвительно ответил, вышедший из-за ширмы Снейп. – У нее была истерика. Она звала вас, мистер Поттер, просила вас показаться и обещала пожаловаться вашей матери на то, что вы снова чуть не погибли. Гарри моментально смекнул, какой именно маме она собиралась пожаловаться, и тут же застонал. Еще нотаций Девоны не хватало. Она же его в тесто раскатает! Парень быстро глянул на Сириуса, а тот, заметив взгляд, только виновато пожал плечами. Значит, рассказал. Плохо. - Очень плохо, - тихо буркнул Драко. – Вы ей что-то дали? - Влили, - поправил Снейп. – Она отчаянно сопротивлялась. Зелье Сна без сновидений. - Ох, ох, ох! – из своего кабинета на всех парах вылетела мадам Помфри, за которой неспешно шла МакГонагалл, которой уже явно стало лучше. – Сколько работы! И когда же вы трое научитесь не попадать в неприятности?! - Мы постоянные клиенты, - хмыкнул Рон. – Сделайте нам скидку… В виде сокращения срока заключения в этих белых палатах. - Все серьезно, мистер Уизли, - осадила его МакГонагалл. – Вы дрались с невероятно сильными волшебниками. - А то мы не поняли, - прошипел Гарри, пока мадам Помфри обследовала его руку, причиняя при этом нестерпимую боль. - Ему же больно! – возмутилась Лили. – Нельзя ли как-нибудь поаккуратнее? - Нет, - отрезала женщина. – Нужно все ощупать, чтобы подобрать правильную дозу лекарства. - Меня долбанули Костоломом, потом я неудачно упал на эту руку, а в довершение вы доламываете мне оставшиеся в сохранности кости, - с сарказмом выдал Гарри. – Вам не кажется, что тут и бутылки Костероста будет мало? - Не кажется, мистер Поттер, - ворчливо ответила женщина. – Я квалифицированный колдомедик. Не мешайте мне выполнять свою работу. - Я спать, - вздохнул Драко, укладываясь на кровати. – Как с ним разберетесь, меня… нет, меня не будите. Мои кости потерпят до завтра. - Мистер Малфой, я все равно вас осмотрю. Блондин недовольно застонал, но вставать с кровати не стал, продолжая лежать, отвернувшись лицом в противоположную сторону. Гарри выругался, когда Помфри задела особенно больное место, за что получил осуждающий взгляд матери и насмешливый Сириуса. - Молчи, Бродяга, - процедил он. – Это очень больно. - Терпи-терпи. Сами ведь полезли. - Не совсем вообще-то, - вздохнул Рон. Снейп вопросительно приподнял бровь, осматривая своих самых проблемных и самых талантливых учеников. Лили же удивленно посмотрела на своего сына, который, недовольно морщась от боли, прожигал своего рыжего друга раздраженным взглядом. Рон же, кажется, совсем смутился и, буркнув что-то нечленораздельное, принялся осматривать свою рану на руке. - Сказал «а», говори «б», Уизли, - проворчал Малфой, все еще не поворачиваясь. - Рассказывать все это два раза не имеет смысла, - поморщился Гарри, прерывая уже открывшего рот Рона. – Все равно нас вызовут на ковер к директору. Вот там и послушаете. Уизли шмыгнул носом. - Вы правы, мистер Поттер, - спокойным голосом сказала декан Гриффиндора. – Директор Дамблдор желает услышать все версии произошедшего. Мадам Помфри, я вынуждена попросить вас выпустить ребят из Больничного крыла на несколько часов. Это личная просьба директора. Медсестра недовольно поморщилась, но все же кивнула. Она быстро налила пол стакана Костероста и вручила его Гарри. Поттер поморщился, но выпил-таки эту гадость, чуть не выплюнув ее, правда, обратно. А пока Помфри занималась еще и его порезами, Лили и Джеймс быстро залечили некоторые раны Рона и Драко, на которые у них хватило знаний. Остальными занимался Снейп, неприязненно при этом поглядывая на Поттера-старшего. За одной из ширм, где сейчас стояла МакГонагалл, послышался протяжный стон, а затем и тяжелый кашель. - Вы их разбудили?! – возмутилась мадам Помфри, резко оборачиваясь. – Ах, я же просила! - Мистер Поттер и мисс Грейнджер тоже нужны директору, - ответила профессор трансфигурации. – Я обязана их привести. - Можно было бы дать детям отдохнуть, - проворчала Поппи. – Все готово. Но ночь вы, мистер Поттер, проведете здесь. Мне необходимо убедиться, что все кости правильно срослись. Гарри скривился, но спорить не стал. - Где я?! – раздался громкий вскрик Джерри. - В Больничном Крыле, мистер Поттер, - успокаивающе заговорила МакГонагалл. – Все в порядке. Вам нужно сейчас пройти к профессору Дамблдору. Они готовы? Она развернулась и посмотрела на слизеринцев. В целом, ран на ребятах больше не было, худо- бедно, но их залечили, а вот с внешним видом были явные проблемы. Кровь никто убрать не удосужился, а самим им было очень лень это делать, одежда была порвана во многих местах и смята. В общем, не помешало бы помыться и переодеться. - Может, мы сначала в порядок себя приведем? – спросил Драко. - Нет времени. Сначала мы хотим получить от вас полную картину произошедшего. Лили неприязненно посмотрела на женщину, прекрасно понимая, что ее сыновьям сейчас необходимо отдохнуть после такого тяжелого дня, но все же вздохнула и поднялась с кровати, придерживая и Гарри, которого все еще плохо держали ноги. - Я сам, - Рон отмахнулся от помощи Поттера-старшего и твердо встал на ноги. – Быстрее начнем, быстрее закончим. *** В довольно-таки просторном кабинете директора на данный момент яблоку негде было упасть. Тут собрались абсолютно все преподаватели, причем некоторых из них Гарри даже в глаза не видел, два аврора в красном и, собственно, те, кого привели из Больничного крыла. Кто-то сидел на диванчике, неловко задевая своих соседей от нехватки места, кто-то стоял у окна, хотя на улице была уже ночь, и вряд ли что-то было видно, а кто-то просто без дела слонялся по кабинету, не зная, куда примоститься. И одному Дамблдору в его широком и мягком кресле было очень удобно. Ученикам, которых собирались допрашивать, тоже очень повезло. Ну, в том плане, что им не приходилось стоять. Они спокойно сидели в креслах перед столом директора. Хотя, конечно, проницательный взгляд голубых глаз, приправленный силой легиллименции, изрядно действовал на нервы и раздражал. Во всяком случае, Гарри уж точно. - Итак, - мягко заговорил директор. – Молодые люди, не расскажете ли нам, как все произошло? Мисс Грейнджер?.. Не начнете? - Я мало что помню, - ответила она, неуверенно поглядывая по сторонам. – Мы с Джерри встретились в одном из коридоров после экзаменов. Он шел с прорицаний, а я с Древних Рун. Мы говорили… А потом. Я не помню ничего. Очнулась я где-то у Запретного Леса, а там… они. Лестрейнджи и еще какой-то страшный человек. А потом я снова потеряла сознание. - Они говорили что-то про свою дочь, - добавил Джерри. – Потом эта сумасшедшая приставила мне к горлу нож, а потом пришла эта слизеринка, вместе со своим парнем. - Катарина Лестрейндж и Дерек Мальсибер? – уточнил Дамблдор. Джерри кивнул. - А потом я снова сознание потерял. Повисла тишина, все, вероятно, ждали, что теперь рассказ продолжат слизеринцы, но Гарри молчал. Во-первых, он ждал, пока его попросят об этом, а во-вторых ему нужно было создать в голове ненастоящие ощущения от побега друзей. Нужно, чтобы даже Дамблдор поверил ему. - Мистер Поттер? Мистер Малфой? – слегка раздраженно позвал директор. - Мы, в общем-то, оказались там совершенно случайно, - неуверенно протянул Рон, поглядывая при этом на Гарри и Драко. Гарри знал. Говорить должен он. Рон отлично умеет заговаривать зубы своими историями, но, во- первых, на Дамблдора его мастерства точно не хватит, а во-вторых, он боялся сболтнуть что- нибудь лишнее. Драко хорош в ораторском искусстве, но сейчас он не в состоянии придумать что- нибудь приличное. Для него случилось за один день слишком много событий. Для Гарри тоже. Но это, в конце концов, он во все втянул ребят, ему и отговариваться. К тому же только он в данный момент может решать, что разболтать, а что нет. - Да мы оказались там почти случайно, - кивнул он, и весь кабинет тут же обратился в слух, уставившись на него, как на экспонат в музее. – Катрин и Дерек вели себя весь вечер странно. Мы… я заметил. - Нет, мы заметили, - качнул Драко, заметив оговорку друга. – Прекращай валить все только на себя, Поттер, ты, к счастью, не гриффиндорец. Гарри благодарно улыбнулся и едва заметно кивнул. - Да, мы заметили. Так вот по пути к Большому залу на ужин мы увидели, что Като с Дереком свернули на улицу. Решили проследить, пошли за ними. Под чарами невидимости. Они привели нас на ту опушку, там уже были Лестрейнджи, они, - кивок в сторону гриффиндорцев, - и Сивый. Фенрир Сивый. Насколько я понял, Беллатрисса шантажировала свою дочь. Она сказала, что убьет Джерри, если она не пойдет с ними. - Неправда! – возмутился Джерри. – Они сами хотели уйти! - Ты не знаешь, - отрезал Гарри. – Ты сразу же в обморок грохнулся. Я видел, в конце концов. И не перебивай меня. Вскоре появились Флинт и… Монтегю. В общем, Беллатрисса взбесилась, мы скинули с себя заклятье, и завязалась небольшая… ладно, большая битва. Джинни, Маркус и Джеймс сражались с Беллатриссой, Дерек, Драко и Рон с братьями Лестрейнджами. - Мы скорее защищались, - хмуро буркнул Драко, явно недовольный собой. - Не суть, - отмахнулся Гарри. – Я сражался… точнее пытался сражаться с Сивым. Сегодня полнолуние, так что мои успехи нельзя назвать положительными. Вскоре Сивый перекинулся в волка, и я успел ударить его кнутом и парой Seko, пока он корчился от боли. Ну, видимо из-за боли он предпочел убежать. Все это время мы сражались в лесу, дальше от ребят. Потом я вернулся. - У нас за это время произошло много важного, - вставил Драко. – Джинни попала в тетку Кнутом, та взбесилась и послала в ответ Круциатус. Джинн увернулась, к счастью, но сломала руку, потом был еще один Круциатус, на этот раз в сторону Флинта. Попала. К счастью, Дерек ее вовремя отвлек. Джинни пока пыталась привести в чувство их и успокаивала Като. Потом Поттер появился. - Да, - кивнул Гарри. – Джинни что-то сказала Беллатриссе, та разозлилась и послала первую за весь бой Аваду. Джинн уклонилась и упала вместе с Флинтом на землю. Луч попал в Джеймса… Потом у замка показались вы, и они скрылись. Вот и все. - У меня есть несколько вопросов, - заметил Дамблдор, сцепив свои длинные пальцы в замок. – Что все это время делала мисс Лестрейндж? - У Катрин истерика была, - сказал Рон. – Она не участвовала в битве. - И потом она скрылась вместе с родителями? - Нет, - возмущенно ответил Драко. – Они с Дереком и Марком ушли отдельно другим порталом. И они ни в чем не виноваты. Они тоже пострадали. - И вы знаете, куда они ушли? – улыбнувшись, спросил Дамблдор. – Молодые люди, вы должны понять, чтобы помочь вашим друзьям, мне нужно знать, где они. Я вам, конечно же, верю. Он говорил такими успокаивающим, размеренным голосом, что любой другой давно бы уже поверил, но только не мальчики. Они в замке Равновесия давно уже научились различать, где правда, а где ложь. Они видели и куда более способных ораторов, чем Дамблдор. Драко, не сдержавшись, громко фыркнул. - Вы, правда, считаете нас такими дураками? – спросил он. – В кабинете находятся два аврора, а это официальные представители Министерства Магии. Неужели вы считаете, что уж они-то спустят все на тормозах? Они не добились ничего от Катрин этим летом. Они явно злы на нее. - Может быть, мы сейчас вас на Сыворотке правды проверим? – угрожающе спросил один из авроров, зло поглядывая на ребят. - Не имеете права, - моментально отреагировал Гарри. – Статьей двадцатой главы второй Уголовного Кодекса Магической Британии запрещено применять Сыворотку правды к несовершеннолетним, не имея на то письменного согласия их родителей и заключения колдомедика о крепком здоровье ребенка. Ах, да. Даже имея разрешение родителей, вы обязаны будете сначала показать этих родителей колдомедикам, чтобы они дали письменное заключение об их психическом здоровье. - Я сильно сомневаюсь, что мой отец даст Вам, уважаемые, - Драко издевательски выделил это слово, - свое разрешение вообще хоть на что-нибудь. Я, скорее даже думаю, что он отправит вас… далеко и надолго. - Моего разрешения вы точно не получите, - холодно сказал Сириус. - Вы только крестный, - скривился аврор. - С 1986 года, - заговорил Сириус, заставив Лили и Джеймса перемениться в лице, - я по просьбе Гарри стал его опекуном, Поттеры-старшие решение подписали. Некоторые присутствующие шокировано посмотрели на Лили и Джеймса. Как можно было передать права на собственного ребенка? Это же уму непостижимо… - А это значит, он все еще входит в семью Поттеров, и всегда останется ее частью, но ответственность за него и его поступки теперь лежит на мне, - все так же спокойно закончил Сириус. - Хватит демонстраций, - скривился Снейп. – Мистер Поттер, вам же лучше сказать сейчас, куда скрылись мои студенты. Три головы тут же повернулись к нему и с изумлением уставились на своего декана. Неужели и он тоже? - Вы не верите нам? – спросил Рон. – Вы Катрин не доверяете? - Я сам прекрасно помню, как говорил вам, еще первокурсникам, что дружба, поддержка и взаимопомощь – это главное на факультете. Я своих слов не забираю, но хочу лишь уточнить: не всегда нужно верить людям полностью. Мисс Лестрейндж, мистер Мальсибер и мистер Флинт скрылись с места преступления. Почему? Вероятно, они были виновны в чем-то. Я весь этот год смотрел, как вы что-то покрываете в своих внутренних делах, но не желал вмешиваться, надеялся, вы сами сможете во всем разобраться. Вы думали, я не замечу? О Мерлин! дети, я все видел. Не так уж сложно заметить порезы, синяки и ушибы. Все началось после смерти того гриффиндорца, я прав? – Снейп кивнул сам себе. – Я полагаю, девушки с моего факультета за это время многому научились? Впрочем, не суть. Я очень надеюсь, что вы за это время все между собой решили и теперь знаете, кто на чьей стороне. Гарри со злостью посмотрел на своего декана. - Вы сами установили эти правила, - вздохнул Драко. – Точнее, вы полностью поддерживали правила, которые придумал факультет. Но сейчас вы эти правила нарушили, профессор. - Какие правила? – удивленно спросил Джеймс. - Первое правило факультета Слизерин, - громко сказал Рон, сузив глаза. – Никогда и ни при каких обстоятельствах не вмешивать в свои дела посторонних. А сейчас… - Если вам всем так интересно, - холодно заговорил Гарри, - то большая половина нашего факультета в предстоящей войне будет сражаться не на вашей стороне. - Войны не будет, - успокаивающе проговорил Дамблдор, пока авроры фыркали от смеха. Гарри не обратил на это никакого внимания. - Он возродится рано или поздно. Это просто есть, и это не изменить. Все это знают, но мало кто хочет это признавать, - вздохнул Драко, качая головой. – И… - Хватит! – властно прервал его Снейп. – Не заговаривайте мне зубы! Куда пропали мои студенты? - Мы не знаем, - четко сказал Рон. – Можете прочесать весь наш мозг. - Хотя это, кстати, тоже незаконно, - тут же вставил Гарри. – На использование легиллименции также должно быть письменное разрешение главы Аврората или Министра Магии. Статья тридцать вторая главы второй Уголовного Кодекса Магической Британии. Подпункт четвертый также гласит, что на несовершеннолетних легиллименцию применять нельзя даже в этом случае. Кроме того, применять эту науку могут только дипломированные специалисты. Нисколько не сомневаюсь, что у директора диплом имеется, но доподлинно знаю, что вы, профессор Снейп, легиллимент-самоучка, уж простите. - Откуда ты знаешь законы? – внезапно не к месту поинтересовалась Лили, пока Снейп раздраженно сверлил своего ученика взглядом. - Я знаю свои права. Отец, в конце концов, аврор, у нас целая секция в библиотеке занята кодексами разных стран. В детстве делать было особо нечего, вот и читал. А память у меня хорошая. - Поттер! – рявкнул Снейп. - Не ори на моего сына! – тут же вскочил на ноги Джеймс, в его руке уже была зажата палочка. - Хватит, - миролюбиво сказал Дамблдор. – Сейчас не время для разборок. Северус, Джеймс, успокойтесь, вы уже взрослые люди, а все никак не можете забыть старых обид. Еще несколько секунд простояв в напряженных позах, мужчины все же вздохнули и спрятали палочки обратно в кобуру. - Вот и хорошо, - улыбнулся Дамблдор. – Вернемся к нашей проблеме. Мистер Поттер, все же, куда отправилась мисс Лестрейндж? - Да что вы ко мне пристали! – возмутился брюнет. – Я уже в десятый раз повторяю вам: я не знаю! Они мне не докладывались! Что еще вы хотите от меня? Дамблдор тяжело вздохнул. - Хорошо. Перейдем ко второй проблеме. Что за разборки проходили внутри вашего факультета? - Не было никаких разборок, - Драко качнул головой. – Всего лишь поспорили несколько раз. - С применением силы? – ядовито спросил Снейп. - На эмоциях сорвалась пара слабеньких Seko, - Рон пожал плечами. – Не смертельно. - И кто же тогда помогал Лестрейнджам? Катрин? – вновь спросил Дамблдор. - Мы не знаем, - сказал Гарри. – Никто не посвящал нас. Мы только третьекурсники. Директор явно был раздражен из-за сложившейся ситуации. Вроде как и не врут, но он ведь чувствовал, что говорят неправду. Сывороткой напоить нельзя – все равно заметят. А легиллиментить опасно. Мало ли что… С этой их слизеринской подозрительностью могли на себя и амулетов разных понавешать. - Свободны, - наконец, вздохнул он. – Можете идти по гостиным, дети. Деканы вас проводят. - Я сам, - Сириус встал с кресла. – Мальчикам надо в Больничное Крыло. Мадам Помфри, кажется, еще их не отпустила. Гарри скривился, но покорно пошел за крестным, зная, что спорить с ним бесполезно. Вместе со слизеринцами из кабинета вышла и чета Поттеров. Джеймс выглядел скорее как побитая собака, нежели как уважаемый член общества. Что-то в нем будто переменилось за долю секунды. Как будто что-то сломалось. Лили выглядела не лучше. Бледная, волосы выбились из прически. Впрочем, это можно списать на стресс. Но вот глаза… Они ясно говорили, что в душе что-то не так… В коридорах была такая непривычная тишина. Ночь. Все школьники давно спят. Они еще не знают, что произошло. Гарри знал: с утра новость о том, что кто-то пропал, а кого-то убили, быстро разнесется по Хогвартсу. Вот только вряд ли информация будет достоверной. Студенты все переиначат. Энни. Лира. Гарри признался себе, что боится за них. Сначала обе вероятно будут думать, что погиб либо Флинт, либо Монтегю. А потом придут они с Драко и Роном. Гарри не хотел говорить роковую новость. Он не хотел радовать Энни и вместе с тем убивать Лиру… Он просто не сможет… В Больничном крыле было очень темно, но Сириус тут же зажег несколько свечей волшебной палочкой. Ребята присели на кровати, взрослые сели напротив них. Странно… но сейчас Гарри был даже рад оказаться здесь, в этом ненавистном ему месте. Здесь тихо, спокойно. Здесь нет никого, кроме мирно спящей Джинни. Как хорошо видеть ее такую умиротворенную… а главное живую, теплую. - Ты соврал, - тут же сказал Джеймс, впрочем, без капли обвинения в голосе. Гарри поднял на него взгляд. Он надеялся, что сейчас просто ляжет спать, а проснется уже завтра, но нет…Этот адский день еще не закончен. Разговор с родителями. Да Гарри обещал им разговор, и они не могли ждать дольше. А что он может им рассказать? Он вообще может им доверять? Или нет?.. Такие сложные, взрослые решения… Готов ли он к такой ответственности? - Конечно, соврал, - кивнул Сириус, тем самым давая Гарри понять, что сам он Поттерам-старшим доверяет. Но что Сириус? Он всегда доверял лучшему другу. Даже когда родители забыли про Гарри, Сириус продолжал находить им оправдания, хотя и сам с каждым разом все меньше и меньше себе верил… Лучшие друзья. Гарри внезапно представил себя и Драко. Он поступал бы на месте крестного точно так же. Да, точно так же. - Допустим, - наконец, решился Гарри. – Допустим, я соврал, что вы от меня хотите? Чтобы я пошел и сознался в этом Дамблдору? Или чтобы сказал вам, куда отправились мои друзья? Ни того, ни другого вам от меня даже не стоит ждать. - Мы и не ждем, - вздохнула Лили. – Это, с одной стороны, хорошо, что ты не предаешь друзей, но, с другой стороны, ты ведь и не можешь быть уверен в том, что они невиновны. - Может, - сказал Драко. – Мы все можем, и вам нас не переубедить. - Давайте побыстрее все решим, - Гарри не сдержался и зевнул. – Вы хотите поговорить и все мне объяснить. Объяснять ничего не надо, я и так знаю, в чем причина вашего поведения. Я злюсь, но я простил. Правда, принять я не могу, и не знаю, смогу ли вообще. Но я постараюсь, обещаю, а вы со своей стороны пообещайте на меня не давить. И еще… Я уже вырос. Не думайте, что даже если я смогу что-то вернуть в себе… чувства к вам, то я буду обращаться к вам за помощью с каждой своей проблемой. Когда помощь мне была нужна, вас рядом не было, - Лили вздрогнула как от удара. – Мне помогали Сириус, друзья и еще некоторые люди. Вы их не знаете. Но, тем не менее, сейчас я уже не ребенок. Я привык решать все в своей жизни сам, и мои поступки… Возможно, порой они и неправильны, но это мои поступки и мои ошибки. Опять же я буду слушать советы только друзей и Сириуса, ничьи больше. - Откуда ты знаешь о заклятье? – спросил Джеймс. - Я рассказал, - сказал Сириус. – Это было несложно выяснить. Но снять его может только тот, кто наложил. - Ты сможешь нас простить, сынок? – глаза Лили были подозрительно влажными, но она не позволяла себе плакать. Еще одно ее сходство с Джинни. - Я простил, - сказал Гарри. – Но вернуть чувства гораздо сложнее. И, если вы хотите, чтобы это произошло, пожалуйста, не давите на меня. И в частности не трогайте мою семью. Мой факультет. Я слизеринец. Этого не изменить. И я вырос таким не по чьей-то вине, скорее благодаря своим собственным заслугам. И я… я бы не хотел менять это. Мне нравится мой факультет, я люблю своих друзей. И… Снейпа тоже. Сегодня он… - …поступил по-свински, - уже беззлобно вставил Драко. – Но его можно понять. Он учился при старых порядках. - Слизеринец старого образца, - весело хмыкнул Сириус. Гарри впервые за этот ужасный вечер искренне рассмеялся, друзья ему вторили. Даже Лили и Джеймс весело улыбнулись. - В общем, - продолжил Гарри. – Постарайтесь с ним, пожалуйста, не конфликтовать. Лили ткнула Джеймса локтем в бок, что вызвало улыбку у Гарри. Опять. Опять он находит сходства. Джинни так же поступает, когда заставляет его сделать что-то - Очень постараюсь, - выдавил он из себя. - Ложитесь спать, мальчики, - вздохнула Лили. – Нам всем пора спать. - Спокойной ночи, - хором сказали слизеринцы. - Да, спокойной. - Девона уже готовит вам тираду, - тихо шепнул Сириус. – Не забудьте придумать как можно более правдоподобное оправдание. И на жалость давите! На жалость! С этими словами он отправился догонять Поттеров-старших, оставив ребят с веселыми улыбками на лицах. Гарри прилег на кровать, даже не пытаясь раздеться. Лень. Рука все еще болела, но это не помешало мальчику быстро заснуть. *** Утро встретило Гарри яркими солнечными лучами, тошнотворным белым цветом и чем-то мягким и пушистым, щекочущим его лицо. Парень удивленно открыл глаза и увидел рядом с собой… Джинни. Они лежала на его кровати, а ее рыжие волосы и были тем, что щекотало ему лицо. Ее глаза были открыты, и она задумчиво смотрела на Гарри. Увидев, что он проснулся, она радостно улыбнулась и тут же села. - С добрым утром, - весело сказала она. – Ты дольше всех спишь. - Да, Поттер, - добавил Драко, выглядывая из-за спины девушки. Все трое уже успели переодеться в чистые мантии, хотя до душа еще, вероятно не дошли. В волосах у Малфоя до сих пор болтались какие-то веточки и листочки. - Тебя должна осмотреть мадам Помфри, - объявила Джинни. – А потом пойдем к себе. Ждать долго не пришлось. Медсестра явилась уже спустя пару минут. Хорошенько ощупав руку Гарри, которая, к слову сказать, уже не болела, она произнесла парочку диагностирующий заклятий, влила в Поттера стакан укрепляющих зелий и, наконец, отпустила ребят. Было уже около одиннадцати часов, когда ребята подошли к портрету, скрывающему вход в их гостиную. Хорошего утреннего настроения в связи с этим как не бывало. Предстоял еще один весьма нелегкий разговор. Рон назвал пароль, не успевший, к счастью, измениться за такое короткое время, и ребята вошли в гостиную. Как Гарри и ожидал, она была полна учеников. Здесь присутствовали абсолютно все от мала до велика. Его взгляд сразу же привлекли две девушки. Энни сидела на подоконнике, отвернувшись от друзей к окну. Так она скрывала слезы. Не хотела показывать свою слабость. Лира же напротив сидела в центре гостиной на диване, окруженная подругами. Она, не стесняясь, утирала слезы и ежеминутно что-то шептала сама себе. - Вы опять в центре внимания, - Тея покачала головой, заметив их. – Расскажите, что произошло? Ученики несут всякую чушь, а Снейпа мы не нашли. - Кто? – громко спросила Энни. – Кого убили? Она, наконец, повернулась. Ее глаза были красными, но слез уже не было, просто не осталось за это длинное утро. Гарри тяжело вздохнул. Он не мог сказать. Он просто покачал головой. - Простите, - вздохнул Драко, опуская голову. – Беллатрисса убила Джеймса. Громкий вскрик Лиры. Следом за этим ее еще более громкие рыдания. Она, надрываясь, плакала, вцепившись руками в волосы. Подруги, Челси и Анна, пытались успокоить ее, но она только отмахивалась, ударяла их. Это была истерика. - Спасибо, Мерлин, - тихо прошептала Энни и кинулась Драко на шею. Она понимала, что Лире сейчас очень больно, что она должна горевать вместе со всем факультетом, что должна поддерживать подругу, но она просто не могла… Просто не могла сейчас горевать. Маркус был жив. Не важно, где он сейчас, не важно, что вчера произошло, главное – он жив! И от этого знания Энни готова была петь. Он жив! Она попеременно обняла всех ребят, а потом бегом поднялась в девичьи спальни. Она порадуется отдельно. Она не имеет права мешать горю. - Пора все-таки решить, - громко сказал Драко, выходя в центр комнаты, - кто на чьей стороне. Окончательно. Мы узнаем все сейчас, и в следующем году просто будем жить с этим знанием, не пытаясь поменять убеждений своих знакомых. Кто считает, что я прав, поднимите руки. Одна, две, три, десять, двадцать… - Отлично, - кивнул Гарри, когда руки подняли абсолютно все. – Начнем?