Повелитель магии

- Пора все-таки решить, - громко сказал Драко, выходя в центр комнаты, - кто на чьей стороне. Окончательно. Мы узнаем все сейчас, и в следующем году просто будем жить с этим знанием, не пытаясь поменять убеждений своих знакомых. Кто считает, что я прав, поднимите руки. Одна, две, три, десять, двадцать… - Отлично, - кивнул Гарри, когда руки подняли абсолютно все. – Начнем? - Начнем, - громко подтвердил МакНейр, поднимаясь на ноги. – Вы снова помешали Темному Лорду. - Не переживай ты так, - хмыкнул Драко, присаживаясь на диванчик рядом с Асторией, глаза которой тоже были красными. Девушка тут же схватила Малфоя за руку и уткнулась лицом ему в грудь. Она больше не плакала, но ее плечи все еще сотрясались от тяжелых вздохов. Хоть какой-то плюс – Драко не пришлось вымаливать прощение. – Было сделано пророчество. Вернется твой Волан-де-Морт. Никто не вздрогнул, никто не вскрикнул, не изменилось абсолютно ничего – все продолжали сидеть на своих местах, спокойно глядя на Драко. Это не Гриффиндор, где от такой новости поднимется сущий балаган, где поднимутся крики и начнут совершаться излишние в данной ситуации движения. В этой гостиной все знали, что Он вернется. Никто не сомневался в этом. Лишь вопрос времени. Хотя и этот вопрос уже, кажется, решен. Сколько потребуется Лестрейнджам, чтобы найти своего господина, сколько потребуется, чтобы возродить его? Самое лучшее – год. Гарри надеялся на этот срок. Он успеет подготовить хоть что-то за это время. Если же возрождение произойдет раньше… Что ж в таком случае он просто начнет готовить армию к войне немного раньше… - Мы все это знаем, - тихо, но непривычно твердо, сказала Селена, откидывая назад свою золотистую косу. – Он вернется. Нам нужно решить другое, не так ли, МакНейр? - Так, Яксли, - лениво отозвался тот. – Я говорил все это к тому, что Малфою, Поттеру и Уизли путь в ряды Темного Лорда заказан. Молитесь, чтобы прожить лишнюю минуту. Он убьет вас рано или поздно. Вы предатели всего факультета. - Не нужно говорить за весь факультет, - спокойно заметил Розье, прислоняясь к холодной стене подземелий. – Если ты считаешь, что на стороне этого отвратительно полукровки, прошу заметить, весь факультет, то ты глубоко ошибаешься, МакНейр. Не все так фанатично готовы следовать за его бредовыми идеями! Редж презрительно закатил глаза и громко фыркнул. - От тебя, я ничего другого и не ожидал, Розье, - сказал Джаред Яксли. – Кем была твоя мать? Полукровкой? И как твой отец только обратил на нее внимание? Он был замечательным Пожирателем, именно он унес с собой в могилу жизни пяти авроров, хотя сражался с ними один, и отнял у этого Грюма его нос. А ты предаешь его память! - У меня нет к этому человеку никакого уважения и тем более любви, - зло сказал Алекс. – Я презираю его. Я презираю всех, кто вступил в ряды Темного Лорда, и мне плевать, по каким причинам, Малфой! Драко тяжело вздохнул. Он всегда старался оправдывать своего отца. Всегда говорил, что Люциус Малфой, этот гордый и неприступный человек, стал служить Волан-де-Морту только из-за опасности, угрожающей его семье. Впрочем, так оно и было, но для большинства людей это не было причиной для сочувствия. Пожиратели в связи с этим могли бы считать его слабым, если бы знали, конечно, об истинных намерениях Люциуса, а Светлая Сторона считала, что любой, кто носит Темную Метку – предатель, и причины, по которым это произошло, не важны. И не лукавя перед собой, Гарри больше принимал логику Пожирателей. Они считали бы его слабаком, не достойным внимания Лорда. И это естественно, наверное… Ведь Люциус, и правда, был таким. Он в отличие от своего сына не смог вовремя выбрать правильную сторону. А вот «Светлую Сторону» Гарри не понимал совсем… Ведь они не знали о причинах, побуждающих людей идти к Темному Лорду. Среди его Пожирателей было от силы десять человек, которые были верны не только Темному Лорду, но и его идеям, остальные пошли к нему по другим причинам. Гарри мало задумывался об этом раньше, но когда-то Девона открыла ему глаза на истинный Магический Мир, точнее на Магическую Британию. Нищета в Лютном Переулке, толкающая людей на необдуманные и порой глупые поступки, которые, как они думают, приведут их к лучшей жизни. Глупые и неправильные законы, касающиеся «Существ с интеллектом близким к человеческому». Почему оборотни должны ждать милости от Министерства, когда в рядах Волан-де-Морта их ждут еда, вода, одежда и в кои-то веки надежда на нормальную жизнь, хотя и вряд ли реальная. Темный Лорд редко выполняет свои обещания. Но лучше надеяться хоть на что- то, чем ждать у моря погоды. Почему вампиры, так всеми презираемые за их жажду крови, должны ждать, когда люди перестанут их бояться и начнут понимать, что им не нужен весь человек? Почему нельзя организовать для них специальные пункты, куда люди будут сдавать кровь? Мерлин, с пунктами! Почему никто не понимает, что вампиру не нужно убивать, чтобы насытиться?! Им достаточно выпить несколько капель крови, а потом они просто залечивают маленькие раны на шее, и человек и вовсе забывает о том, что с ним вообще случалось что-то подобное! Конечно, Дети Ночи тоже хотят перемен, они ведутся на обещания Темного Лорда, помогая ему в нападениях, высасывая кровь из его противников, мучая их своей силой. Почему кентавров, этих невероятно мудрых и великих существ, ограничивают в месте проживания? Почему их так унизительно называют? Ведь их интеллект значительно превосходит человеческий! Они видят далеко вперед, они замечают то, чего простому человеку никогда не понять и не осмыслить! Да, кентавры всегда выбирают нейтралитет, но ведь при должном к ним внимании и уважении они могли бы помочь бороться против Волан-де-Морта. С их знаниями, с их невероятным единением с природой, они могли бы стать великолепными союзниками. Почему люди так слепы и не хотят этого понимать? Те силы, что присоединились к Повелителю, были лишь малой толикой всех магических существ. Да, многие, зазываемые уже действующими в армии Гарри бойцами, услышав о новой силе, тут же бросались помогать ей. И, оказавшись в замке Равновесия, принеся клятву, они об этом не жалели. У них было все, что нужно, они получали новые знания. Но все равно этого было мало. Основная часть магических существ все еще продолжала бегать по Британии, ожидая лучшей жизни, то есть возвращения Темного Лорда. Взять хотя бы стаю Сивого, которую так страшились во времена Первой Магической Войны из-за ее кровожадности и беспощадности… Гарри тряхнул головой, прогоняя от себя мысли. Он поднял взгляд на гостиную. Оказалось за его размышлениями прошло не больше нескольких секунд. Малфой и Розье продолжали сверлить друг друга взглядами, но Драко, кажется, не собирался опровергать слова Розье. Каждый имеет право на свое мнение. - Презирает он, - презрительно фыркнул Нотт. – Быть рядом с Темным Лордом – это честь! - Пляши, Нотт, - с отвращением выплюнул Малфой, - в этот раз место правой руки явно отойдет не Малфоям. Обрадуй папашу. Нотт ничего не ответил, только что-то довольное промелькнуло в его глазах. Да, он был рад наконец-то обойти Малфоя хоть в чем-то. Вот только он не понимал, что Драко в этот раз даже не собирается с ним соревноваться. В отличие от поглощенного своей завистью и обидой Тео, Драко прекрасно понимал всю серьезность положения, прекрасно понимал, как все будет среди Пожирателей Смерти. - Ну, раз уж нам, как ты, МакНейр, выразился, путь заказан, - холодно заговорила Джинни, - то я думаю, наша сторона всем понятна? - Никто и не сомневался, - хмыкнул Редж. – Ну, кто еще с этими покойниками? Тея хмыкнула и, изящно поднявшись с подлокотника кресла Эдриана, подошла к Гарри и встала рядом с ним. Девушка встряхнула своими каштановыми волосами и вызывающе уставилась на весь факультет. Секунду спустя после нее поднялись братья Эйвери. Они тоже прошли к Гарри. Эдриан встал рядом со своей невестой, мягко сжав ее руку, а Эдвард присел рядом с Драко и Асторией, которая все еще не поднимала головы. - Мне тоже дорога заказана, - громко сказал он, а потом тяжело вздохнул, словно собираясь с духом, и выпалил, в совсем несвойственной ему манере: - Я встречаюсь с грязнокровкой. И я люблю ее. Некоторые посмотрели на него как на сумасшедшего, Тея радостно улыбнулась, а Джинни изумленно захлопала глазами. Когда это он успел найти себе девушку? Да еще и грязнокровку? - Это Элизабет, - добавил он, глядя на Джинни и словно бы извиняясь. – Ваша подруга. - Хватит соплей! – простонал шестикурсник Энтони Руквуд, заметив радостные взгляды некоторых девушек. Розье фыркнул и прошел к компании Гарри, растянувшись на диване рядом с Роном. За ним пошли и Джек с Селеной. Блондинка все еще сочувственно смотрела на плачущую Лиру, окруженную подругами, но, тем не менее, покорно шла за своим парнем. Челси и Анна, на секунду подняв головы от Лиры, мрачно кивнули Алексу, который сейчас на них смотрел. Гарри и не сомневался, что все эти люди, которые стоят сейчас рядом с ним, не выберут сторону Волан-де- Морта. Он был раз этому. - Я убью ее, - в наступившей всего на мгновение тишине голос Лиры прозвучал так отчетливо и ясно, что некоторые поежились. – Я. Ее. Убью. Девушка, наконец, вытерла слезы, откинула длинные белокурые волосы назад и, твердо встав на ноги, зло посмотрела на МакНейра. - Это ты виноват. Вы все, кто помогал им, - ничего не выражающим голосом заговорила она. – Я вас никогда не прощу. Слышите?! Никогда! А ее я убью, я клянусь. - Беллатрисса Лестрейндж тебе не по зубам, - рассмеялся Джаред. – Она тебя по стенке размажет, дура! - Я не спрашивала твоего мнения, Яксли, - громко сказала Лира, прищурив глаза. – Оно меня мало интересует. Я буду сражаться против… В… Волан-де-Морта. Да. Мы, кажется, собрались здесь, чтобы решить именно это? - Дело твое, - пожал плечами МакНейр. – Если вы все так хотите сдохнуть… - Эх, - весело прервал его Блейз Забини, - я, пожалуй, присоединюсь к «смертникам». Все-таки лучше умереть на правильной стороне, сражаясь за правое дело? Милли? - Да, Блейз, - девушка кивнула и отошла вместе со своим женихом к Гарри и остальным. – Лучше так. - Я тоже с вами, - сказала Дафна. - Ты что? – возмутилась ее лучшая подруга Эрика Лейдейс. – С ними?! Да ты рехнулась! - Да, наверное, - меланхолично согласилась блондинка, присев рядом с сестрой. – Но, как заметили раньше, лучше так, чем корчиться под Круциатусом, когда Ему что-то не понравится. Я… Это просто правильно, Эрика. Я знаю это. - Ваши родители никогда не поддерживали Темного Лорда, так ведь? – тихо спросил Драко. - Нет, - Дафна покачала головой, - отцу удалось сохранить шаткий нейтралитет, хотя не думаю, что в этот раз нам повезет так же. Им придется выбирать свою сторону. Мы с Тори свою уже выбрали. - Остальные? – тихо спросил Гарри. Многие колебались, переводя свои взгляды на две разные стороны. Эвелина, кажется, отчаянно хотела подойти к Селене, на которую сейчас смотрела, но страх мешал ей. Она так и не двинулась с места, продолжая сидеть рядом с МакНейром. Некоторые решительно встали рядом с Реджем и Джаредом. К сожалению Гарри, таких было большинство. Кто-то немного неуверенно, но подошел все же к Слизеринскому Трио. В итоге, когда все все-таки выбрали свою сторону, оказалось, что родительское влияние все же имеет серьезную силу. Рядом с МакНейром стояла большая половина факультета. Да, некоторые не были уверены в своем решении, некоторые до сих пор колебались, но они стояли рядом с ним. Возможно, из страха… Но, тем не менее, Гарри был очень рад. Да, с ним меньше людей, но они все его друзья, и всем им, почти всем, он безоговорочно доверял. Этого было достаточно. - Значит, мы все решили? – тихо спросила Челси. – Отныне все будет так? - По разные стороны баррикад, - жестко сказал Реджинальд. – Мы все продолжаем соблюдать правила нашего факультета. - Согласны, - кивнул Драко. – И мы не пытаемся переубедить остальных. Мы приняли свои решения. - Согласны, - сказал Редж. – И напоследок – мы не мешаем друг другу и не помогаем. Мы как два разных факультета, собранные, по воле случая, в один. - Согласны, - вздохнул Драко. - По разные стороны, - тихо повторил Гарри. *** Гарри и Драко медленно шли по таким непривычно тихим в это время дня коридорам замка. За окном, словно назло всем слизеринцам, переживающим страшную потерю, была замечательная погода. Ярко светило летнее солнце, отбрасывая блики на Черное Озеро, мерно сейчас колышущееся под легкими порывами ветерка. Это был теплый ветер, от которого сразу становилось приятно. Все призывало выйти на улицу и наслаждаться жизнью, но… Меньше всего Поттеру хотелось сейчас наслаждаться жизнью. Его друг, не такой близкий, как даже Маркус, но все же очень хороший, умер. Это случилось только вчера вечером, может быть, даже ночью… Гарри до сих пор почему-то представлял перед собой этот отвратительный насыщенно-зеленый луч. Как могли они наслаждаться жизнью, когда Джеймс мертв? Они просто не имеют на это права. Они не имеют право оскорблять его память, не имеют права сейчас мешать горю Лиры и родителей Джеймса. Гарри сейчас яро ненавидел всех тех, кто сидит там, на улице, радостно улыбаясь солнцу и прищуривая глаза. Они смеялись, разговаривали, надеялись на что-то, обсуждали планы на будущее. Они жили. А Он нет. Гарри как никогда хотел отправить в них какое-нибудь заклятье, но он не мог. Он ведь тоже не имеет права навязывать им траур?.. Они не знали Джеймса, для них он был слизеринцем и охотником в команде по квиддичу, никем большим. Наверное, так и должно быть… Слизерин всегда был отдельным островом среди материка «Хогвартс». Слизеринцы не стремились общаться с остальными, а остальные не стремились начинать с ними дружбу. Это всех устраивало. И, наверное, так и должно быть… - У тебя, кажется, был ко мне важный разговор, - слегка хрипло от долгого молчания говорит Гарри, - а не важное молчание. - Да, - Драко тяжело вздохнул. – Я насчет твоего предложения… Оно все еще в силе? - О чем ты? – удивленно переспросил Поттер, поднимая на друга взгляд. - Об Астории, - тихо сказал тот, - и о нашей истории. - О, ты готов рассказать ей? - Я… Да. Да, я готов, - уверенно сказал Малфой, посмотрев в яркие зеленые глаза друга. – Мы не можем больше скрывать от нее, это… неправильно. К тому же теперь, когда ты рассказал обо всем Катрин, Дереку и Маркусу, точнее… - Я понял, - кивнул Гарри. – И да, мое предложение все еще в силе. Расскажи Тори обо всем, лучше даже своди в замок. Портал у тебя есть. - Спасибо. Драко вложил в это слово столько эмоций… Это была не просто благодарность, он говорил этим словом другу все, что накопилось. И радость, и некое отчаяние, и страх, и, Мерлин! в одном простом слове скопилось невероятное количество эмоций! В порыве чувств Малфой резко обнял друга, на что Гарри улыбнулся и обнял его в ответ. Друзья – это, наверное, самое важное, что только может быть в жизни. - Астория мне тоже как сестра, - добавил Гарри. – Так что я буду только рад, когда она, наконец, узнает абсолютно все. - Я пойду, - улыбнулся Драко. – Спасибо еще раз, Гарри. - Ты не был обязан спрашивать моего разрешения, так что… не за что, Драко. Гарри еще несколько секунд постоял на одном месте, глядя, как друг уходит в подземелья, а потом решил и сам не терять времени зря. Чему быть, того не миновать. Так что лучше пусть Девона сразу выкажет ему все свое недовольство. Поттер хмыкнул и, заметив тень рядом с дверью одного из классов, не теряя времени, скользнул в Главный Зал своего замка. Он не сомневался, что все сейчас там на завтраке. Гарри мимолетно почувствовал приятную прохладу теней, а потом он оказался стоящим в углу зала, в центре которого расположился стол, на этот раз принявший вид цветка. Гарри слегка оступился, задев что-то лежащее на полу, и недовольно чертыхнулся, буркнув при этом, что разбрасывают тут всякое. А подняв глаза, Гарри серьезно пожалел, что не подождал до разговора с матерью еще пару деньков. Гневный взгляд Девоны прямо и ясно говорил ему о том, что жить ему явно осталось недолго, а последние минуты этой самой жизни будут мучительными. Гарри моментально побледнел. - Право, вид испуганного Поттера – это зрелище на которое стоит посмотреть, - тихонько сказала Катрин, но Гарри все же услышал ее. - Прости мама, - выдавил парень, опустив взгляд в пол. - Гарольд Джеймс Поттер! – раздался громкий крик Девоны…