Повелитель магии

Наверное, выстрели Кубок именем какого-нибудь Берни Дэвиса, все бы удивленно озирались в поисках этого неудачника и не могли бы его найти, а он смог бы чувствовать себя чуть спокойнее, не прожигаемый сотнями взглядов. Гарри, к сожалению, никаким Берни не был. Его знала вся школа – последствие ежегодных похождений вместе с лучшими друзьями – поэтому он сполна понял, как чувствуют себя подопытные кролики. Все студенты сверлили обоих братьев Поттеров изумленными, а где-то и злыми взглядами. Никаких аплодисментов не было, только неясное жужжание, как от роя рассерженных пчел. - Опять вляпался, - неодобрительно пробормотала Энни, сочувственно глядя на друга. Некоторые привстали со своих мест, чтобы получше разглядеть новоявленных Чемпионов, Снейп испепелял взглядом уже потухший Кубок и что-то яростно шептал рассерженной МакГонагалл. - Гарри, Джерри, подойдите, пожалуйста, сюда, - опомнился, наконец, Дамблдор. Он явно был удивлен так же сильно, как и все остальные Гарри медленно поднялся на ноги и уверенным шагом пошел в сторону преподавательского стола, в соседнем проходе, спотыкаясь и путаясь в полах мантии, брел Джерри, явно не чувствующий былого удовлетворения от всеобщего внимания. Внезапно Гарри почувствовал что- то сродни сочувствия к брату. В конце концов, сейчас они оказались в одинаковой ситуации. - Вам в ту дверь, - произнес директор без улыбки, когда оба Поттера остановились рядом с ним. Гарри первым отворил дверь, и они с братом ступили в небольшую комнату. Стены здесь были увешаны портретами волшебников и волшебниц, среди которых Гарри различил, к своему удивлению, и портреты Основателей, а камине весело потрескивал огонь, который стал гореть еще ярче, когда рядом остановился Гарри. Официальные Чемпионы находились в разных углах комнаты. Седрик хмуро рассматривал портреты волшебников, Крам, казалось, не обращал на окружающий мир никакого внимания, задумавшись о чем-то своем, а Флер чинно восседала в кресле, накручивая на палец свои длинные локоны. - В чем дело? – удивилась она. – Надо вернуться в зал? - Нет, - хмуро ответил Гарри и присел на корточки около камина, отчего огонь заплясал еще веселее, еще оживленнее. Стихийная магия Гарри подпитывала его. – Сейчас все придут сюда. И действительно – в коридоре послышался стук шагов, а потом в кабинет влетел счастливый Людо Бэгмен. С широченной улыбкой он принялся пожимать Джерри руку, той же чести удостоился бы и Гарри, если бы стоял на ногах. - Невероятно! – восклицал Бэгмен. – Восхитительно! Джентльмены… леди, - обратился он к недоумевающим чемпионам, - позвольте представить вам четвертого и пятого, как бы удивительно это не звучало, чемпионов Турнира! Гарри и Джерри Поттеры! Виктор Крам наконец-то расправил плечи – Гарри уже начинал думать, что у него что-то не то с позвоночником – и с изумлением посмотрел на братьев. Его и так невеселое лицо стало совсем мрачным. Диггори лишь вопросительно переводил взгляд с Гарри на Джерри. А Флер весело рассмеялась и с улыбкой промолвила: - О-ля-ля! Очень веселая шутка, мсье Бэгмен! - Это не шутка! – возбужденно воскликнул Бэгмен. – Имена мальчиков только что выскочили из Кубка! Их выбрал Кубок огня! - Это ошибка, - в голосе француженки звучало ничем неприкрытое презрение. – Они еще ошшень маленькие! Гарри едва подавил порыв фыркнуть. В свои четырнадцать он выглядел на шестнадцать, а уж о магической силе и говорить нечего! Он почти справился с Пожирателями – что уж говорить о семнадцатилетних детях, которые не знают, что такое война. Гарри тоже знал не слишком хорошо, он еще не почувствовал все эти ужасы на собственной шкуре. Но только пока, наверное. Скоро все испытают это страшное слово на себе. Но Гарри прекрасно понимал, что такое бой, что такое быть на волосок от смерти, что такое этот всепоглощающий страх за близких. Гарри знал, что такое смерть. Они, никто из них, не знали этого. Они не видели, как свет меркнет в глазах, они не видели, как зеленый луч летит прямо в человека, они не слышали этот ужасающий свист приближающейся смерти, не понимали, насколько страшно смотреть на этот зеленый свет, насколько страшно слышать этот свист. - Да, но это случилось, - Бэгмен потер подбородок. – И боюсь, теперь у мальчиков нет выбора… Кубок выбрал их – они обязаны участвовать. - Мы обязаны только родителям, никому больше, сэр, - Гарри, наконец, поднялся на ноги и твердо посмотрел Бэгмену в глаза. – Мы не подписывали никаких контрактов, непреложных обетов не давали, и даже магические клятвы не приносили. - Бросив свое имя в Кубок, - заговорил стремительно вошедший Дамблдор, - чемпион заключает с Кубком магический контракт, который невозможно нарушить. - Отлично, я ничего никуда не бросал, можно мне идти? – иронично спросил Гарри, прекрасно понимая, что теперь его уже никуда не отпустят. - Мадам Максим! – негодующе вскричала Флер, вскакивая на ноги, когда увидела свою директрису. – Они говорят, что эти маленькие мальчики тоже примут участие! - Что сие означает? – властно спросила женщина, выпрямляясь во весь свой исполинский рост, так что задела канделябр, висящий под потолком. - Я тоже хотел бы знать! – громко возмутился Каркаров. Его синие глаза излучали арктический холод. – Три, Дамблдор, три! Чемпиона от Хогвартса? - Невозможно! – мадам Максим опустила свою руку на плечо Делакур. – ‘Огва’гтс нельзя выставлять трех чемпионов, это не есть сп’гаведливо! - Мы были уверены, Дамблдор, что ваша запретная линия не пропустит никого младше семнадцати, - выплюнул Каркаров с каменной улыбкой. - Прошу прощения, Каркаров, - вступил в разговор Снейп тихим, шелестящим голосом, - но я готов поручиться за своего студента. Мистер Гарри Поттер не бросал в Кубок своего имени. - Вы сами бросили в Кубок свои имена? – Дамблдор пытливо вглядывался в лица мальчиков. - Я, кажется, уже сказал, - холодно заметил Гарри, - я свое имя в Кубок не бросал. Факультет Слизерин никогда не отличался безрассудством и тягой к самоубийству. - Вот-вот, - одобрительно заметил с портрета совсем еще молодой Салазар Слизерин, гордо вздернув подбородок. – Молодой человек истинный слизеринец. - Если честно, за три года учебы в этой школе я начинаю в этом сомневаться, - заметил Гарри, чуть склонив голову в знак уважения. - Тогда, может быть, вы попросили кого-нибудь из старших бросить ваши имена в Кубок? – вновь спросил директор. - Нет, - Джерри покачал головой. - Я не самоубийца, - повторил Гарри. - Они лгут, разве непонятно? – воскликнул Каркаров. - Вы владеете столь высоким уровнем легиллименции, что можете различать по голосу, где правда, а где ложь, сэр? – насколько мог вежливо осведомился Гарри. - Они не смогли бы пресечь запретную линию! – вступилась за ребят МакГонагалл. – В этом нет сомнения. - Мистер Крауч, - льстивым голосом обратился к уставшему волшебнику Каркаров, - вы наш беспристрастный судья. Вы ознакомлены с правилами лучше всех. И вы, конечно, согласны, что произошедшее перечит правилам Турнира? - В правилах черным по белому написано: тот, чье имя выпало из Кубка, обязан участвовать в Турнире несмотря ни на что, - брюзгливым тоном ответил Крауч. - Тогда мы настаиваем на том, чтобы увеличить число наших чемпионов! – громко потребовал Каркаров с исказившимся от злобы лицом. – Это будет справедливо! Зажгите Кубок еще раз! - Это невозможно сделать, сэр, - хмыкнул Гарри. – Всем прекрасно известно: Кубок можно зажечь лишь раз в пять лет, не чаще. - Тогда мы готовы хоть сейчас бросить все и уехать! – вскипел директор Дурмстранга. - Пустые угрозы, Каркаров, - прохрипел голос у двери. – Виктор Крам уже не может уехать: он связан с Кубком, он обязан участвовать. Так же, как и остальные чемпионы. Не согласен? В комнату, хромая, вошел Грюм. Его волшебный глаз бешено вращался, а лицо искривило некое подобие улыбки. - Согласен? – высокомерно переспросил Каркаров, всем своим видом демонстрируя пренебрежение к Грюму и его словам. – Боюсь, я не совсем тебя понял, Грюм. - Все очень просто, - продолжал, тем временем, Грюм. – Кто-то опустил имена Поттеров в Кубок, точно зная, что они обязаны будут участвовать. Гарри внезапно нахмурился. Он еще не думал об этом в таком ключе. Их имена кто-то опустил в Кубок, и это, разумеется, не они сами, но кто? И зачем? Можно бы было предположить, что ради развлечения, но Гарри не мог припомнить, кому же он так удружил, а вот версия Грюма, к которой он так активно подталкивал других, была вполне приемлемой. Даже очевидной, скорее. У Гарри и Джерри вполне хватает врагов в этом мире. Врагов, которые хотели бы их смерти. - Уж кому-бы возмущаться, так это Поттерам, - хмыкнул Грюм в ответ на какие-то реплики мадам Максим и Каркарова. – Но, смешно сказать, они молчат. Гарри хотел уже повозмущаться немного – хотя бы Грюм порадуется, но тут вновь заговорила Флер: - Им чего делать п’готест! – она топнула ногой. – Палец пальцем не стукнули, и чемпионы! Мы много месяц т’гудились, мечтали стать чемпион. Такая честь для всей школы. За тысяча галлеон многие готовы отдать жизнь! И быть чемпион – это вечная слава! Вот оно – именно то, что разозлило Гарри больше всего. Такие циничные размышления типичной блондинки. Такое Гарри без внимания оставить не мог. - Мадмуазель Делакур, - с презрением достойным самого Салазара Слизерина, который сейчас одобрительно смотрел на Поттера, заговорил Гарри, окатив девушку всем холодом своих изумрудных глаз, - не судите всех по своей невысокой планке. Нисколько не сомневаюсь, что вы, милейшая, трудились в поте лица и разучивали новые и новые заклинания, не сомневаюсь также, что делали вы это сами, без чьей-либо помощи, - все это было сказано таким тоном, что ни у кого не могло остаться сомнений в том, насколько в действительности сомневается во всем этом Гарри. – А еще, глубоко надеюсь, что ваши родители в курсе того, насколько низко вы оцениваете их материальное состояние, раз готовы умереть за тысячу галлеонов. Но что-то мы слишком увлеклись вашей скромной персоной – позвольте, поговорим обо мне. Одна моя метла стоит раз в пять дороже выигрыша на Турнире, так что, смею вас уверить, за какую-то жалкую тысячу золотых монеток я умирать не стремлюсь. Эти деньги будут очень маленькой каплей в море моего состояния. Не сомневаюсь, о Роде Поттеров слышали и во Франции, ибо и там мы достаточно влиятельны. Все то же самое относится и к моему брату. Далее – если вы думаете, что я, как вы выразились, палец пальцем не стукнул, то вы опять же глубоко ошибаетесь. Турнир мне нужен, как собаке пятая нога, но, тем не менее, все эти три года я не просто так просиживал штаны в этой школе – я, смею вас уверить, не мене усердно, чем вы, занимался. Теперь о славе. Статус Мальчика-Который-Выжил вы считаете недостаточной славой? Или, может быть, титул Лорда стоит меньше победы в Турнире? Грюм и Снейп смотрели на него с одобрением, в глазах последнего светилась еще и гордость, Дамблдор и Каркаров явно чувствовали раздражение, только вот первый не выказывал его столь открыто, как второй. Максим, казалось, была возмущена до глубины души, а МакГонагалл смотрела с явным неодобрением за столь злой монолог, но и в ее глазах можно было увидеть гордость. Крауч тоже был возмущен и несколько зол, а Бэгмен развеселился еще больше. - Нет, он все-таки гриффиндорец, - гордо улыбнулся со своего портрета Годрик. - Но его речь пропитана такими чувствами! – восхитился Слизерин, явно намекая на вселенское презрение. – Это истинно мои черты. А дальше они погрузились в свой оживленный дружеский спор, оставив живых наедине с их проблемами. - И, между прочим, - заметил Грюм, - вполне вероятно, что кто-то хотел, чтобы они отдали свои жизни, мисс Делакур. - Тебе, Грюм, везде мерещатся заговоры, - с презрением заявил Каркаров. – У тебя паранойя, так и своим студентам, наверняка, то же внушаешь! - Мне мерещится? – Грюм сощурился. – Тот, кто обманул Кубок, обладает огромной волшебной силой! Обмануть мощнейший артефакт! Для этого требуется огромной силы Конфундус – только так можно было внушить Кубку, что в Турнире участвует пять школ, а именно таким образом, этот человек мог быть уверен, что имена Поттеров обязательно выпадут! - Сдается мне, ты много об этом думал, - холодно заметил Каркаров. – Занятная гипотеза. Но тебе сложно верить: слишком много небылиц с Темными Силами ты в последнее время себе напридум… - Вам о Темных Силах должно быть известно побольше нашего, верно, сэр? – дерзко спросил Гарри, перебив мужчину. - Мальчишка, - процедил Каркаров. - Гарри! – возмущенно воскликнул Дамблдор. Но Поттер уже разозлился настолько, что его перестали волновать какие-либо рамки. Слишком много всего за это день случилось: сначала этот чертов Кубок, потом презрение этой недоучки- француженки, которая ручки-то боится запачкать, а сейчас еще и так глубоко ненавидимый им Каркаров лезет. Лучший способ остудить пар – это накричать на кого-нибудь, а в случае Поттера и Малфоя – брезгливым и презрительным голосом втоптать в грязь, при этом удерживая на лице маску спокойно равнодушия и надменности. Так поступил Гарри и сейчас. - Я не мальчишка, сэр, - холодно сказал Гарри. – Эр-лорд Поттер, в лучшем случае. Знаете, мне очень обидно за крестного. Вы его, конечно же, знаете. Кто не знает Сириуса Блэка? – Гарри усмехнулся, заметив на лице Каркарова признаки удивления и страха. – Хотя вы его знаете совсем с другой стороны, верно? Круциатус в его исполнении – вещь сильная. Блэк, как-никак. Так вот ловил он вас, ловил – убил на это целых три месяца, как он мне рассказывал, поймал, конечно, угостил вас своим фирменным, а потом посадил в Азкабан. Как же ему было обидно, когда вас выпустили. - Гарри! – вновь одернул его директор. - Да, профессор? – подросток холодно на него посмотрел. – Меня просили высказаться – я высказываюсь. Руку еще не жжет, профессор Каркаров? А скольких вы сдали? Троих? Четверых? Директор Дурмстранга вновь вздрогнул и, кажется, уже совершенно машинальным жестом дотронулся до левого предплечья. - Поттер! – рявкнул Снейп. – Угомонитесь! - Я просто очень сомневаюсь, что мои родители и мой крестный сильно обрадуются, когда увидят, насколько опасные люди находятся сейчас в школе, - закончил подросток. – Я, пожалуй, скажу Сириусу, что вы изволили нелестно высказаться в мой адрес. Не думаю, что он обрадуется. А магические дуэли еще никто не отменял. Гнилому Пожирателю Смерти не выстоять против Наследника древнейшего Рода Блэков. И еще… - Барти, - спешно обратился к мужчине Дамблдор, перебивая своего студента, - думаю, ты поделишься с чемпионами инструкциями о первом туре? Им уже пора спать. - Да-да, конечно, - Крауч несколько рассеянно кивнул и принялся рассказывать о первом туре. - Что вы себе позволяете, Поттер? – тихо прошипел рядом с ним Снейп. - Он Пожиратель Смерти, - Гарри спокойно пожал плечами, все же несколько расстроенный тем, что ему на дали договорить. – И Руквуд в восторге от того, насколько Каркаров сейчас близко. Боюсь, профессору стоит озаботиться своей безопасностью. - … и времени на подготовку к Турниру, чемпионы освобождаются от годовых экзаменов, - продолжал, тем временем, Крауч. – По-моему, это все, Альбус? - Да, верно, - кивнул директор. – Теперь, думаю, вам пора по своим гостиным, а нашим дорогим гостям в свои апартаменты. Мадам Максим гордо вздернула подбородок и, чеканя шаг, вышла из комнаты, увлекая за собой и Флер, следом покинули комнату Каркаров и Крам. - Спокойной ночи, профессор, - Гарри кивнул своему декану и вышел из комнаты. Седрик и Джерри нагнали его уже на полпути к выходу из Большого Зала. - Как вы это сделали? – спросил пуффендуец. - Диггори, я думал, у Пуффендуя есть только один недостаток, оказывается их два, - едко ответил Гарри. – Вы еще и глухие, да? Сколько раз я повторил, что не бросал в Кубок свое чертово имя? Диггори фыркнул и, не прощаясь, побежал куда-то вверх по мраморным лестницам. - Ты не знаешь, кто это мог сделать? – тяжело и устало вздохнув, спросил Джерри, сползая вниз по каменной стене. Гарри сначала даже удивился. В голосе гриффиндорца не звучало обычных неприязни, пренебрежения или презрения. - Ты и сам прекрасно понимаешь, кто именно мог это сделать, - усмехнулся Гарри, останавливаясь напротив него. – Много у нас с тобой смертельно опасных врагов? - Лестрейнджи? – хмыкнул Джерри. – Или сразу сам Волан-де-Морт? - По их приказу, скорее, - поправил Гарри. – Вряд ли кто-то из них рискнул бы лезть в Хогвартс, да и зачем, если здесь есть столько персон, готовых помочь? - Ты про своих однокурсников? – Джерри поднялся на ноги. - Да. - Не думал, что станешь их обвинять. - Я обвиняю не всех, Джерри, и вообще не обвиняю – я пока только предполагаю, - вновь поправил его Гарри. – Боюсь, я имею слишком четкое представление о том, кто на что способен у нас на факультете. - Пуффендуйцы теперь станут презирать нас, - хмыкнул Джерри, тоскливо оглядывая Большой Зал. – И когтевранцы, наверное, тоже. Нам вряд ли кто-то поверит, верно? - Верно, братец, - усмехнулся Гарри. – Вот только мне плевать и на когтевранцев, и на пуффендуйцев. Меня не волнует их мнение. У меня, к счастью, есть такие друзья, которые поддержат самые глупые мои идеи, которые поверят мне. И, поверь, мне этого хватит. - Всегда тебе в этом завидовал, - вдруг запальчиво выдал Джерри. – И Малфой, и Уизли, они ни разу тебя не бросили. Это так… так… - Не по-слизерински, с твоей точки зрения, - закончил Гарри. – У тебя есть Грейнджер, Маркс и Нильсон. - Терри уже не поверил мне, - хмыкнул Джерри. – Ты бы видел, как он смотрел на меня. Как будто я сам Волан-де-Морт. Дэви, конечно, поддержит, а Грейнджер… Ты же знаешь, она мне не очень нравится. - Зато она верный друг, Джерри. Цени то, что у тебя есть, просто потому что скоро может не быть и этого. - Знаешь, это, похоже, наш первый нормальный разговор, Гарри. - Да, похоже. - Перемирие? - Но это не значит, что мы друзья, - хмыкнул слизеринец. - Разумеется, нет. Но и врагами мы никогда не были, правда? – усмехнулся Джерри. - Пока побудем союзниками, - Гарри протянул брату руку, и тот пожал ее. – Спокойной ночи. - Спокойной. Гарри быстрым шагом направился к своим подземельям, а вслед ему раздался громкий выкрик брата, который все-таки не смог удержаться: - Классно ты эту Делакур! Гарри усмехнулся. В слизеринской гостиной, мягко освещаемой пламенем камина, осталось всего несколько человек. Исключительно те, кто решил дождаться Гарри. В их числе была и Луна, которая напряженно смотрела на стремительно меняющиеся пейзажи за окном и, к удивлению Поттера, крепко сжимала руку счастливого Рона. - Привет всем, - вздохнул Гарри, присаживаясь на диванчик рядом с Джинни. Ответом ему послужило молчание. Правда, тишина не продлилась долго – вскоре заговорила Энни. Ее голос был слегка напряжен, она серьезно смотрела Гарри в глаза. - Кто вас так подставил? - Не знаю, Энни, - Гарри тяжело вздохнул. Он не сомневался, что они даже спрашивать не станут, кидал ли он свое имя в Кубок – они просто знают, что он ни за что бы такого не сделал. Но, тем не менее, вопрос Грисер подарил ему какое-то облегчение и еще больше согрел душу. Друзья с ним, они рядом, и они верят. – Грюм, например, вообще считает, что нас с братом хотят убить. - Мы тоже к такому выводу пришли, - хмуро кивнул Алекс. – Вполне вероятно, что Лестрейнджи постарались или… Он. - Только явно не сами, они бы не смогли проникнуть в Хогвартс, - Селена качнула головой. – Он слишком хорошо защищен. - Тут много людей, способных помочь, - резонно заметил Джек. - Вряд ли они бы рискнули, - с сомнением сказала Тея. – Кишка тонка. - Да ну? – усмехнулся Эдвард. – Пригрози-ка им Авадой, а лучше Круциатусом, и они на Край Света сбегают. - Тот же МакНейр не побоялся провести их в замок, - Эдриан тут же согласился с братом. – И это под носом у Дамблдора. Что им стоит кинуть какую-то бумажку? - Они не смогли бы, - Гарри покачал головой и, прерывая возмущения, добавил: - Не потому что они боятся, или не хотят меня подставлять, а просто потому что у них не хватило бы сил обмануть Кубок Огня. Грюм выдвинул интересную теорию, и с ней можно согласиться. Например, Кубок долбанули Конфундусом и внушили ему, что участвует не три школы, а пять. В таком случае мы с Джерри как бы представители от этих мистических школ, что автоматически делает нас Чемпионами, так как других претендентов нет, ибо никто просто не знает про эти «школы». Как вам? - Вполне рабочая теория, - задумчиво кивнула Челси. – И да, ты прав, школьник вряд ли способен воспроизвести Конфундус такой мощности. Это… нужно… хм-м, это даже интересно! Я попробую рассчитать силу заклинания, тогда можно будет судить и о силе мага. - Нумерология? – заинтересовалась Джинни. - Да, - брюнетка кивнула. – Анна, поможешь мне? - Конечно. Думаю, завтра все будет. - Хорошо, значит, ты участвуешь, Поттер? – спросил Драко. - Кто бы мне позволил слинять? – хмыкнул в ответ Гарри. – Это контракт. Не важно, кто бросил имя в Кубок, важно, какое имя там написано. Я теперь не могу отказаться – магия заставит меня участвовать. - Надо все же разузнать у Хагрида про первое задание, - хмуро заметил Рон. – Или вам сказали, что будет? - Нет, конечно, - возмущенно ответила Астория. – Вы что ничего не знаете про Турнир? Первое задание всегда проверяет храбрость, находчивость и силу Чемпиона. О задании не предупреждают заранее, а взять с собой разрешают только палочку. - И все же неплохо бы и нарушить немного правила, - усмехнулся Драко. – Мы слизеринцы или кто? - А что будет на втором задании? – спросила Луна, обеспокоенно поглядев на Гарри с явным волнением и страхом в серых, почти серебристых в свете пламени глазах. - Насколько я помню, оно всегда как-нибудь зависит от первого, - нахмурилась Тори. – То есть в первом задании чемпионы получают какую-то подсказку про второе задание. Там обычно проверяют скорость. То есть, что-то типа «Кто быстрее». Правда все это осложняется весьма серьезными препятствиями. А третье испытание – это поиск пути. Его обычно проходят одновременно. - Отлично, - скептически протянул Гарри. – Надеюсь, они нам не василисков с драконами в препятствия подкладывать будут! - На одном Турнире Чемпионы сражались с василиском на первом задании, - Тори опустила глаза. – Тогда, стоит догадаться, победителя не было. Все на первом же туре и… Луна испуганно прижала ладони ко рту и с еще большим ужасом уставилась на Гарри. - Не бойся, Луна, - он улыбнулся. – Что со мной будет? Я же живучий, да и василиска последнего уже… того. - Одной проблемой меньше, - хмыкнула Джинни с затаенным волнением. - Не волнуйтесь вы, - раздражался Гарри, который всегда и везде мог различить в голосе своей любимой любые эмоции, даже тщательно скрываемые. – Все со мной будет нормально. - Еще и выиграешь, - добавил Драко, ухмыляясь. - Разумеется, - возмущенно ответил Гарри. – Кто-то в этом сомневался? Если уж участвовать, то обязательно побеждать! Принесу победу родному Хогвартсу! Некоторые негромко рассмеялись, глядя на патетическое выражение лица Поттера. - Ладно, всем спать, - улыбнулась Анна. – Вы, вроде, в квиддич хотели завтра поиграть. - Ага, - Энни зевнула. – Надеюсь, тепло будет. - Спокойной ночи, - Селена поцеловала Джека, и они вместе с Энни устремились к своей спальне. За ними потянулись и остальные. Рон отправился провожать Луну, при этом забрав у Гарри Карту Мародеров, а остальные потихоньку разошлись по комнатам. Засыпая, Гарри почему-то подумал о том, что теперь еще и с братом отношения налаживаются. А уже на самой грани сна к нему в голову закралась мысль, что близкими друзьями они все равно не станут…