КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДРУГ ДРУГУ

10

      Утром Гена встал рано. Он вновь был дома. Это радовало. Ирина еще спала, и он решил приготовить ей завтрак. Уж яичницу приготовить он сможет и одной рукой. К тому же время позволяет. Возясь у плиты, он не заметил, как на кухне возникла супруга. - Ну и зачем ты здесь? Твоё дело лежать в постели, - в голосе Иры послышалось недовольство. - И тебе доброе утро, - усмехнулся муж, - я просто хотел приготовить тебе завтрак. Побаловать тебя. - Слушай, давай не будем…, - она тяжело вздохнула, - вот что мне с тобой делать, Кривицкий? Я же тебя просила - не надо. По-хорошему просила. Дай я хотя бы кофе приготовлю.       Она достала турку и молотые зёрна, и попыталась отодвинуть Гену от плиты. - Кофе… да, пожалуйста, с удовольствием. Здесь я уступаю, потому что кофе ты варишь лучше меня, - он отошёл от плиты, уступая место для Иры. - Льстец, - бросила она. - Я льстец? Я сказал правду…, - растерялся Геннадий, - я просто хотел накормить тебя завтраком, потому что сейчас ты уйдёшь на работу, будешь там за себя и меня, а я останусь здесь и могу делать всё, что мне заблагорассудиться. - Надеюсь, обед ты не собираешься готовить? – с издёвкой спросила Ира. - Не собираюсь. С обедом у меня не получится, - уверил её супруг, - но у меня есть кое-что получше. - Что? – изумилась Ира, думая, что на этот раз придумал Гена. - Ну, например, вечером пойти в ресторан, - приоткрыл завесу загадочности Кривицкий. - С какой это радости? – пробубнила Ирина, пристально наблюдая за закипающим кофе. - Ну, просто пойдём, посидим, поужинаем, проведём время вместе. В конце концов, завтра воскресенье, мы можем побыть вдвоем, не думая о моей руке, работе и прочих неприятностях, - накрывая на стол, сказал Гена. - Я подумаю, - сдерживая улыбку, пообещала Ира. - Подумай, пожалуйста, - глядя на неё с улыбкой, попросил муж, - а теперь давай завтракать.       Усаживаясь за стол и приступая к завтраку, Ирина спросила: «Так скажи, что с рукой. Только честно». - Ириш, ну сколько можно? «Что с рукой, что с рукой». Всё в порядке. Хромов не выпустил бы меня из палаты, если бы на данный момент было всё плохо. Ты это прекрасно понимаешь, - он попытался убедить жену, положив свою руку на ее запястье. - Да. А ещё я прекрасно понимаю, каким даром убеждения ты обладаешь, что можешь приболтать любого - и Хромова, и кого угодно, вплоть до меня, что у тебя всё замечательно, - отдёрнув свою руку, Ира начинала заводиться.       Гена глубоко вздохнул. «Ну, что вот с ней делать? Где на неё набраться столько терпения?». Подумал он, а вслух произнёс: «И что? Что с того, что у меня всё хорошо?». - Да потому что ты просто можешь не говорить, что у тебя всё плохо, - заявила жена. - Ира, на данный момент у меня всё в порядке. Если бы было иначе, я бы не подпрыгнул и не стал готовить завтрак для тебя, - начал закипать Гена. - А у меня есть другая версия событий. Тебе, дорогой мой, было так плохо, что, чтобы отвлечься, ты встал и пошёл готовить завтрак, - припечатала Ирина. - Ир, ты постоянно ищешь во мне криминал, - находясь уже на грани взрыва, вырвалось у него. - Я не криминал ищу, а беспокоюсь. А ты никак не хочешь этого понять, - глаза Иры начали наполняться слезами. - Егорова, это всего лишь рука. мне не сердце оперировали, просто гематому убрали. Я здоров. Да, меня накачали седативными в полный рост. Я выспался. Я спал практически двое суток. Что теперь я должен делать, ну? Я не могу так, - он попытался промокнуть её глаза салфеткой. - Упрямец, - всхлипнула Ира. - Ну, пусть так. Что-то же должно быть плохое, - усмехнулся Кривицкий. - Да в тебе столько позитивного, что… Чёрт с тобой! делай что хочешь! - она оттолкнула тарелку с недоеденной яичницей. - Ириш, я не хочу с утра ругаться, не хочу скандалить. Я хотел просто посидеть, позавтракать, поговорить на какие-то отвлечённые темы. Поднять тебе настроение перед работой, - вновь пытаясь её успокоить, начал Гена. - Ну и на какие отвлечённые темы мы должны говорить? – спросила Ира, усмехнувшись. - Да чёрт, хоть о погоде! Какая разница, Ира! – подкинулся он. - А что погода? Вон она шепчет, - пожала плечами Кривицкая. - Ну вот именно, что она шепчет, а ты сердишься непонятно почему. Я не понимаю, зачем ты себя перед работой накручиваешь, - Гена встал со своего места и, подойдя к жене, обнял её за плечи здоровой рукой, - Всё нормально, ничего трагического в том, что я встал и пожарил для тебя эти несчастные два яйца, не произошло. Ир, зачем ты из меня какого-то беспомощного младенца делаешь? Ну да, всё не так быстро. И кухню зашлёпал. Но я приведу её в порядок. У меня целый день впереди. Что мне ещё делать? Бери и вытирай, хоть до вечера. - Извини, - прошептала Ира. Она начала понимать, что опять включила начальника. Но как быть, если она действительно очень за него переживает, а он остаётся таким безразличным к её переживаниям или ей только это кажется.       Она обняла мужа, прижалась к его груди, тихо поблагодарила: «Спасибо за завтрак, Кривицкий. Мне пора». - Я знаю, - он поцеловал её, и она почувствовала привкус кофе на своих губах, - такси уже ждёт. Действительно пора, Ириш, до вечера. Я буду скучать.