КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДРУГ ДРУГУ

1

      Геннадий встретил супругу в дверях, помогая раздеться, он хитро улыбнулся и сказал: «А у меня для тебя сюрприз. Закрой глаза, пожалуйста». Ира закрыла глаза, и для пущей убедительности Кривицкий закрыл её глаза своими ладонями, после чего он провёл её на кухню. На кухонном столе стояла новенькая корейская мультиварка, которую он купил в специализированном магазине. - Гена, ну и зачем ты купил этот агрегат? – произнесла Ира после того, как Гена убрал руки с ее глаз. - Я хотел облегчить тебе жизнь, - пожал плечами Геннадий. - Кривицкий, прекращай бросать деньги на ветер, - проворчала Ирина. - Я не бросаю их на ветер. Ир, я не понял, кто в нашей семьей еврей? Я! Я должен считать деньги. А у нас всё наоборот. Любую мою покупку ты встречаешь словами «прекрати тратить деньги». Мультиварка нам необходима, мы с тобой постоянно пропадаем на работе. У нас реально иногда нет времени просто приготовить поесть. Что плохого в том, что я купил эту кастрюлю. Мне плевать, сколько она стоит, она действительно сэкономит нам время. Я и кофемашину куплю. И что ты сделаешь? Выкинешь? Нет, не выкинешь. Ты будешь ими пользоваться и поймешь, что это удобно, - Гена обнял жену за талию. - Ген, я не потому говорю, а потому что ты тратишь свои деньги. Я же свои не трачу, - продолжала гнуть своё Ира. - А тебе и не надо тратить свои деньги. Трать их на себя в свое удовольствие. Покупай всё, что ты хочешь, - сказал он, ещё крепче прижимая Иру к себе. - Да у меня всё есть, мне ничего не надо, - замялась она. - Такого не может быть. Женщине и ничего не надо. Кто в это поверит? Ириш, более того, я помню твои слова, когда ты мне сказала, что я должен убрать свою прижимистость. Но они были сказаны немного не в тему. Просто на тот момент у меня на самом деле не было денег, понимаешь? – он пристально посмотрел на Ирину, ища у неё понимания. - Ну, ты же продал недвижимость в Израиле? – она была крайне удивлена его признанию. - И что? Я же тебе говорю, у меня не было денег. Полгода у меня просто не было денег вообще. Ты думаешь, я на работе жил почему? Не потому, что отец меня выставил, как я говорил, а просто потому, что мне не на что было добраться до работы. Доходило до того, что я ходил пешком или добирался на попутках. Об этом просто никто не знает, - Кривицкий отвел взгляд, чувствуя, что глаза, наполненные слезами, могут его выдать. - Подожди, а где тогда деньги? Я думала, что ты тратишь израильские деньги, - Ирина недоумевающим взглядом посмотрела на мужа. - Нет, Ир, это не израильские деньги. Их нет. Ириш, забудь. Тебе этого всего не надо знать, - Кривицкий отошёл от жены и присел на стул. - Ты сейчас хочешь сказать, что израильские деньги ты все… все до копейки отдал… на взятку? – после некоторой заминки в лоб спросила она. - Ну да… даже больше, мне пришлось взять кредит. И я его гасил по максимуму, - честно признался Гена. - Почему ты ничего мне не сказал? Почему не взял в долг у кого-нибудь? – Ира продолжала не понимать, как мог муж столько времени всё скрывать. - Просто потому, что меня не так хорошо здесь знали, и я не знал, у кого могу взять такую сумму. И нужно было бы это отдавать за короткий срок и сразу, а мне было не с чего отдавать, - просто ответил Геннадий и пожал плечами. - Тебе было легче заплатить банку бешенные проценты? – удивленно спросила Ира, не понимая, как она могла ни о чём не догадываться, работая и живя с Кривицким бок о бок столько времени. - Ир, я всё уже погасил. Именно поэтому я нашёл вторую работу. Благо, что у меня есть мозги и я еще что-то могу. Плюс стечение обстоятельств. Повезло… - Геннадий бросился в объяснения, не давая супруге прийти в себя. - Так какого чёрта, когда у тебя за душой нет ни копейки, ты тратишь деньги налево и направо! - возмутилась Ирина, пристально глядя ему в глаза. - Ир, потому что я так хочу, - Кривицкий повысил голос, - Я хочу, чтобы ты была счастлива, и мне на них, честное слово, наплевать. Ты была не права, обвинив меня в жадности. Я никогда таким не был, хотя я и еврей. Мне для тебя абсолютно ничего не жалко. Даже если ты завтра попросишь вертолет на крышу дома, я его куплю. - Да не нужен мне вертолёт. Мне даже эта кастрюля на кухне не нужна, - Ира ткнула пальцем в крышку мультиварки. - Она тебе нужна, поверь, пожалуйста. Попробуй и всё поймёшь. Возможно, она не нужна именно тебе, но она нужна нам. Она сэкономит наше время. Ты думаешь, я пошёл и купил её, потому что мне что-то в голову ударило? - спросил Геннадий. - Я понимаю, что ты не сделал это из-за того, что у тебя рассудок помутился. Не тот ты человек, чтобы так сделать, - она попыталась отвлечь его от покупки, - но ты меня сейчас убил. Как ты тогда Теме на квартиру денег дал? Зачем ты устроил нашу свадьбу за какие-то бешеные, просто нереальные деньги? Эти цифры у меня до сих пор в голове не укладываются. Зачем ты купил машину? - Ир, это пустяки. Осим хаим, Егорова! - усмехнулся он, произнеся свою коронную фразу, с которой невозможно было спорить. - Ген, я хочу знать, сколько ты дал, - Ира начала проявлять настойчивость. - Тебе знать об этом необязательно, - твердо отрезал он. - Нет, мне обязательно об этом знать, - продолжала настаивать она. - Нет, тебе знать это не надо. Я не хочу, чтобы ты знала, - Кривицкий был непреклонен, - мало того, что ты знаешь, что это имело место быть, теперь ты хочешь узнать чуть ли не под пытками, во сколько это встало. Я не скажу. Тема закрыта. - Гена я всё равно узнаю, - она попыталась его шантажировать. - А вот интересно, как? Я об этом говорить не буду, следователь, тем более. А больше спросить тебе не у кого. Я просто не хочу, чтобы ты думала, что я своё отношение к тебе измеряю деньгами. Это не так. Сколько бы он не попросил, я бы отдал эти деньги, - уверил ее муж. - И где бы ты их взял? - задала она ему резонный вопрос. - Не знаю. Почку бы продал. Мне в тот момент было всё равно, —произнес он и поджал губы. - А если бы у тебя не было израильской недвижимости, чтобы ты делал? - Ира продолжала давить на него. - Не знаю, что-нибудь бы придумал. Может, к коллегам в Израиле обратился, не знаю. Но так сложились обстоятельства, что деньги я смог достать. Нам повезло. Я должен был их достать, чтобы всё это закончилось. Я просто не мог поступить иначе, - Гена положил свою руку на руку Иры и пристально посмотрев ей в глаза, прошептал, - пойми, ты для меня сделала всё. Неужели ты думаешь, что я бы смог бросить тебя в беде? Я бы себе этого никогда не простил. Я знаю, что обо мне говорят, думают, но я не хочу распространятся и говорить об этом. Я даже тебе не хотел об этом говорить. - Ну, я же могу в интернете посмотреть, сколько стоит недвижимость в Израиле, чтобы примерно понимать, о какой сумме идёт речь, - Ирина не унималась. - Но тебе, Ир, от этого легче не станет. Потому что ты не знаешь стоимость моей квартиры в Израиле, - Гена продолжал усмехаться, но молчал о самом главном. Он не собирался ни под каким видом озвучивать сумму, которую он дал следователю. - Ген, но я же всеми правдами и неправдами вытрясу из тебя эти цифры, - пообещала она. - Ириш, не стоит этого делать, - муж продолжал улыбаться. - Ты просто цифру мне назвать можешь? - Иру уже начинала подбешивать его усмешка. - Что от этого изменится? Этих денег уже нет. Зачем ты хочешь это знать? Ты хочешь для себя сделать какие-то выводы? Дела нет. Мы работаем, живём дальше, счастливы вместе. Давай забудем. Я забыл. В моей жизни не было этих денег. Я их просто не видел, —усмехаясь, сказал Гена и развел руками. - В смысле не видел? - не поняла она его последнюю фразу. - А что ты думаешь, мне прислали пакет с деньгами, и я вручил его следаку? Я же не идиот. Всё было переведено по безналу, - приподнял завесу тайны Кривицкий. - Я сейчас не понимаю. Там что, была какая-то запредельная сумма? - не веря в сказанное мужем, спросила Ира. - Да, сумма была красивая, - улыбка не сходила с лица Гены. - Господи, Кривицкий, зачем ты это сделал? - выпалила она. - В смысле, зачем? Я бы всё равно это сделал, поверь мне, - уверил ее он. - И ты не жалеешь? - удивилась Ира. - В смысле жалеешь? Ир, я даже одной минуты не думал, что об этом нужно жалеть. Разве ты жалеешь, что нашла мне новое сердце? Пошла на сделку с совестью, с законом? - задал он ей прямой вопрос. - Я сделала это, потому что считала это правильным, - возмутилась она. - Вот и я сделал это, потому что считал, что это правильно. И я должен был это сделать. Я тоже пошёл на сделку с законом и, возможно, со своей совестью. Но другая часть меня говорила, что если я этого не сделаю, это будет крах. А я этого не хотел. Я бы жить не смог, если бы я этого не сделал, понимаешь? Как бы я потом тебе в глаза смотрел? Вот ты бы, Егорова, смогла бы жить, если знала, что у тебя была возможность помочь мне, а ты ей не воспользовалась? - спросил он. - Я даже не думала об этом, - честно призналась Ира. - Ну вот и я не думал. Я просто знал, что мне нужно что-то делать, чтобы тебе помочь. И всё, - Гена хотел как можно быстрее завершить неприятный для него разговор. - Ты же никому об этом не сказал, - Ира продолжала недоумевать. - А что я, должен был взять рупор и выйти на Красную площадь? Конечно, никому. Никто об этом не знает и не узнает никогда, —твердо сказал он. - Тогда почему решили, что ты купил место в Склифе? - Ира продолжила мучить супруга. - Да пусть говорят. Ты же теперь понимаешь, что я этого не делал. Это просто глупость величайшая. Но пусть так думают. Мне просто поставили условия: или тебя вообще убирают из Склифа, или я встаю на твоё место. Получается, я мотал твой срок, Егорова. А теперь, когда я хочу уйти, ты говоришь, что ты не хочешь возвращаться на это место. Ир, это похоже на подставу. Ты хочешь, чтобы я продолжил быть заведующим отделения. Но, если честно, я настраивался только на год, - откровенно признался Кривицкий. - А ты у других спросил? Они согласны, чтобы ты ушёл с этой должности? - Ирина задала неожиданный вопрос, который застал Геннадия врасплох. Помедлив немного, он ответил вопросом на вопрос: "А меня должны беспокоить другие?". - Я не знаю, - честно призналась Ира. - Они меня не беспокоят абсолютно. Я не держусь за это место и изначально не держался. Меня беспокоишь только ты. Как ты скажешь, так и будет. Я вижу, что ты не хочешь, чтобы я уходил. И ты не хочешь возвращаться, поэтому я останусь. Но я тебе честно говорю, мне тяжело. Но в последнее время стало полегче. Отношение ко мне как руководителю поменялось. Возможно, народ понял, что я что-то могу. Но я не могу им заменить Брагина и не могу заменить им тебя. Ир, я другой. И им придётся с этим мириться, - высказал свое мнение он. - Да, ты самый лучший, - Ирина попыталась успокоить мужа. - Я не могу быть лучше тебя, Ир. Они тебя любят. А я так, по серости. Но я без претензий, - на его лице вновь появилась ухмылка. - Кривицкий, хватит строить из себя несчастного. Ты всё можешь, понимаешь, много знаешь, нашёл общий язык практически со всеми, и у тебя всё получается. Зачем ты говоришь о себе плохо? Цену себе набиваешь? - Ира начала злиться на мужа. - Я просто реалист, Ир. Я всё про себя знаю. Я знаю, что могу ещё расти… - констатировал факт Кривицкий. — Вот и расти, и работай. И давай больше никогда не будем возвращаться к этому разговору… ТЫ НА СВОЁМ МЕСТЕ! - Ира подошла к нему, взъерошила его волосы, обняла за плечи и поцеловала.