КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДРУГ ДРУГУ

***

      Приближался юбилей Кривицкого. Ирина сломала голову, думая, какой сюрприз ему устроить и что подарить.       У ее Гены сюрпризы и подарки получались как-то легко, непринужденно. И она всегда была от них в полном восторге, даже несмотря на то, что зачастую они заставали ее врасплох. Даже когда она чувствовала, что муж ей что-то готовит, она никогда не знала, что именно и во что это выльется. Но глубоко в душе она любила подарки Гены. Он каким-то неведомым ей чутьём всегда угадывал, чем ей угодить, что именно приведет ее в полный восторг. А она мучилась уже почти месяц, чтобы придумать что-то для него, чем его порадовать. А главное, чем его удивить.       Вернувшись с дежурства поздно, она порадовалась, что Гена спит. Сон давался ему с трудом, и каждый час, проведенный им в постели, радовал Иру. Бессонница медленно отступала, и Кривицкий постепенно налаживал нормальный ритм сна и бодрствования, насколько это было возможно при его работе.       Приняв душ и переодевшись, Ира нырнула под одеяло, под бочок к мужу и обняла Геннадия. Кривицкий мгновенно проснулся. - Руки ледышки. Привет. Извини, не встретил. Вырубило, - прошептал он, пытаясь согреть ее руки поцелуями. - Да и правильно, что спать лег. Сколько поспал? - одобрила его поступок она, ничуть не огорчившись тому, что по приходу не увидела его сидящим за ноутом и клацающим по клаве. - А сколько сейчас? - он взглянул на часы, мысленно прикидывая, сколько он был в царстве Морфея, - часа три с хвостом точно спал.       Она прижалась к нему, положила голову на грудь, и почувствовала ритмичное биение его сердца. Он был такой родной, теплый и какой-то домашний. К нему хотелось прижаться, рассказать обо всём и слушать то, что он будет рассказывать о своем дне. Она так и сделала. Рассказала о том, что было в Склифе после его ухода на доклад в министерство, об операции, из-за которой она задержалась. Он слушал её, прижимая к себе и гладя её волосы. Когда она замолчала, он спросил: "И это всё, что ты мне хочешь сказать?". Она вскинула брови, не понимая, о чём он говорит, что еще хочет узнать. - Ириш, не темни. Я чувствую тебя даже по твоему дыханию. Если я уже пару недель молчу, это не значит, что я не замечаю, что тебя что-то тревожит, - с нежностью в голосе произнес он. - Глупости, - возразила она, - с чего ты взял? У меня всё нормально. - Хочешь, докажу, что это не так, сказав о чём ты думаешь? - обескуражил он ее своим заявлением. - Прямо так и скажешь? - спросила она. - Так и скажу. Ты заморачиваешься из-за моего юбилея, точнее подарка мне, - выпалил Геннадий.       От изумления у Ирины вытянулось лицо.       "Неужели ее так легко считать? Или это только он так чувствует ее, что улавливает малейшую перемену в ней. Почему у нее так не получается? Ведь она тоже любит его, старается прислушиваться к нему, присматриваться, наблюдать за ним. Но за этими карими глазами она ни черта не замечает, максимум - задорный огонек или лукавый блеск. Когда она смотрит ему в глаза, у нее такое чувство, что они ее поглощают, и она не может этому сопротивляться. А еще ей не по себе, когда его взгляд становится колючим и пронизывает насквозь. Самое ужасное, когда эти глаза наполняются слезами. Невольно хочется плакать самой, потому что в них столько боли, страданий и невысказанных эмоций.       Но считывать его мысли у нее не получается, хоть убей. А он на раз-два".       Она вздохнула. Может поэтому она и любит его так сильно, что он единственный, кто ее чувствует и понимает. Ведь это так важно, чтобы тебя понимали. А если тебя понимает дорогой для тебя человек, ты - счастливчик.

***

- Ты что затихла? - начал тормошить ее Гена, - отмазки обдумываешь? - Да что тут отмазываться. Когда точно в цель, - ответила со вздохом Ира. - Хочешь, подскажу, что я хочу на юбилей? - спросил он. - Если это о чём, я вообще никогда не догадаюсь, валяй, - усмехнулась она. - Думаю, не догадаешься, - честно признался он, - возьми две недели отпуска с 15го числа за свой счет. - Что? - переспросила она, - Кривицкий, ты в своем уме? Я буду супы-борщи тебе варить, что ли, эти две недели? - А кто сказал про супы-борщи? По этому поводу я тебе уже говорил. Я женился не из-за супов-борщей. Ты же хочешь мне подарок сделать? Ну вот так сделай и всё. Больше никакой подарок мне не нужен. Понимаешь? - спокойно произнес он. - Хорошо, возьму. А мне подпишут? —спросила с сомнением Ира. - Если я подпишу, то главный подпишет, - заверил ее муж. - И всё же, Ген, у меня такое чувство, что в этом какой-то подвох. Ты опять что-то удумал. Такое ощущение, что подарок опять будешь делать ты мне, а не я тебе, - высказала свои сомнения она.       Геннадий обнял ее и засмеялся: "И почему ты у меня такая подозрительная? Просто сделай и забудь. Всё по мере поступления проблемы". - Кривицкий, она уже наступила, если не заметил…, - она легонько стукнула его кулаком по груди, - прямо на пятки давит. - Пусть себе давит. Расслабься. Все хорошо и жизнь прекрасна, когда рядом ты, - он взял в свою руку ее кулак и поцеловал так нежно, что пальцы разжались сами собой, и ладонь погладила щёку мужа в ответ, а сама она потянулась к нему за поцелуем. Ему не нужно было намекать дважды. Поцелуй был теплым, нежным и чутким. - Давай спать, - предложил Гена, хотя Ира была готова к продолжению, - завтра рано вставать, ты устала. - Ты уверен? - удивилась она. - Как никогда! - улыбнулся он, - всё спать, я сказал. Продолжения не будет. Время видела?       Ирина послушно закивала головой и, обняв мужа, почти сразу почувствовала, что ее веки начинают тяжелеть, и она засыпает.

***

      На следующий день она написала заявление на отпуск, как и просил Геннадий. Хотя и недоумевала, как такой подарок может его порадовать. "Нужно придумать что-то еще, - мысленно рассуждала она, - написав заявление на отпуск, я сделала подарок от него, но сама-то я не приложила никаких усилий. Это нечестно, хотя бы по отношению к нему. Ладно, подумаю. Время пока есть".       Но сколько она не перебирала варианты, в голову ничего не шло. Лишь одна обыденность и примитив. Ну не носки же дарить в шестьдесят лет? Она даже перерыла весь интернет в поисках подсказок, но ничего такого, чтобы ее саму удивило, не нашла. Предлагались варианты для охотников, рыбаков, любителей экстремального отдыха, автолюбителей. Ну да, у них была машина, но он уже нашпиговал ее по своему вкусу, что она даже представить не могла, что этой машине еще надо.       И вдруг ее осенило. Компьютер! Новый ноутбук, который ему нужен как воздух. Его был стареньким, он привез его из Израиля. И хотя он был на тот период неплохой офисной моделью, прошло уже несколько лет, и он просто морально устарел. "Решено", - подумала Ира, - "нужно связаться с Максом, нашим системным администратором, и проконсультироваться, какой ноутбук взять".

***

      Ирина не знала, что Кривицкий тоже взял отпуск на две недели и уже купил два билета в Испанию. Вот где будет главный сюрприз и подарок. Но пока он не собирался говорить об этом супруге. Он знал, если только он заикнется о поездке и своих планах, Ира встанет на дыбы, вплоть до того, что может никуда не поехать. Пусть лучше пошумит перед отлетом, когда путей отступления у нее уже не будет. В любом случае будет шуметь, выражая своё недовольство, но ему нужно вытащить её в Испанию. Там уже все готово к его юбилею, и он очень хочет, чтобы ей этот день запомнился. А он обязательно запомнится, уж в этом Геннадий не сомневался.       Ну а пока он нем как рыба. И хотя Ира подозревает какой-то подвох в его просьбе с отпуском, она даже не подозревает, что опять он придумал. Он вынашивал эту идею больше года, но возникали различные неотложные ситуации, и мечту приходилось задвигать на задний план на неопределенное время. Но он бы не был Кривицким, если бы отступил от своей мечты.

***

      Как и предполагал Кривицкий, Ира устроила ему полный разнос после того, как он поставил ее перед фактом накануне вылета в Испанию. Вплоть до вопля: «Лети сам, куда хочешь! Задолбал своими сюрпризами!».       Но жалкий вид Гены и напоминание, что всё-таки у него юбилей, а она может его испортить окончательно и бесповоротно, сделали своё дело. И Кривицкая начала собирать чемодан, точнее, помогать мужу.       Хотя она понимала, что это не последний финт Гены, и он молчит неспроста. И в Испании будет наверняка что-то еще. Но по прилёту к месту назначения, её изумлению просто не было предела. Вместо номера в гостинице Гена привез ее в небольшую уютную квартирку с видом на море. Набирая код от сейфа рядом с дверью, чтобы забрать ключ, он хитро улыбался и смотрел на Иру своими смеющимися глазами. И когда он все же открыл дверь, втащил их чемодан и сумки, кинув как бы между прочим: «Наконец-то мы дома! Ну что же ты? Проходи!», Ира сначала даже не поняла смысла слов, сказанных им.       Он подошёл к ней, обнял за талию и, положив свой подбородок на её плечо, и тихо спросил: «Ну как, нравится? Теперь она наша! Если хочешь свалить от московской суеты, Склифа или даже меня, у тебя, Кривицкая, теперь есть куда!». - В смысле наша? Ты хочешь сказать, что ты её купил? – Ира резко развернулась и посмотрела ошалевшими глазами на мужа, - Кривицкий, ты это сейчас серьёзно? - Конечно! Серьёзней некуда! – он продолжал улыбаться, — это то, о чем я мечтал и на что мне нужны были деньги. - Сумасшедший! Это же бешеные деньги! – Ира продолжала быть в полном замешательстве. Она просто не могла поверить, что он провернул покупку недвижимости за её спиной, и она даже ни о чем не догадывалась, — вот кто так делает, Ген? - Я! И я это уже сделал! Хватит ворчать, давай лучше осмотрим наши владения и пойдем поужинаем в какой-нибудь вкусный ресторанчик. Я ужасно есть хочу, да и квартирку обмыть не помешало бы! – с этими словами он подмигнул жене и, подхватив чемодан, направился в спальную комнату. Ира лишь тяжело вздохнула, покачала головой и последовала за мужем. Говорить больше было не о чем. Кривицкий уже все сделал и сказал. Ей осталось лишь принять его подарок, который он сделал для них на свой юбилей! И самое главное, она поймала себя на мысли, что ей очень хочется пройтись по этой квартирке, почувствовать себя полной хозяйкой и обустроить её по своему вкусу.       Для себя она мысленно решила, что это гнёздышко будет только ее и Гены. Больше никому о нем знать не обязательно.       Две недели в Испании в своем уютном гнездышке пролетели быстро. Они были наполнены прекрасной едой местных ресторанов, прогулками по морскому берегу, сухим светлым вином, неповторимым закатами и безумной нежностью до такой степени, что когда пришло время покидать теплую во всех смыслах страну, Ира впервые поймала себя на мысли, что ей этого не хочется. Она бы с радостью осталась здесь еще бы на недельку-другую, но только чтобы ее Кривицкий был обязательно рядом. Только тогда всё это имело смысл.