Невинные встречи

Гарри нравилось быть с мистером Реддлом. После развода родителей он чувствовал себя одиноким, покинутым. И Лили, и Джеймс были слишком поглощены своей ненавистью друг к другу или жалостью к себе, чтобы уделять много внимания своему 16-летнему сыну. Лето после развода было особенно мрачным, Гарри либо запирался в своей комнате, играя в видеоигры и слишком громко слушая музыку, либо бродил по улицам своего родного города, пока у него не болели ноги и не горели легкие. Но все изменилось, когда начался его следующий учебный год. Его друзья пытались утешить его пустыми словами и улыбками, которые были слишком натянутыми, чтобы быть обнадеживающими, и несколько его учителей предложили свою поддержку или снисхождение, если ему это понадобится. Ни одному из них не удалось утешить Гарри. Никому, кроме него. Том Реддл, учитель истории Гарри, с его холодными голубыми глазами, которые, казалось, светились красным, когда он злился, темными волосами и резкими чертами лица, которые выдавали ледяную красоту, он был единственным, кому удалось уговорить подростка выйти из его добровольного изгнания из мира живых, единственным, кто мог добиться от него реакции. Он не произносил ни сладких слов, приправленных ядом, не дарил жалостливых взглядов, не ставил высоких оценок за наполовину выполненные проекты и домашние задания. Вместо этого он наблюдал за ним пристальным, задумчивым взглядом в течение недели, прежде чем окликнуть его в середине лекции. — Мистер Поттер, останьтесь после занятий. Юноша просто поднял голову от того места, где он склонился над учебником, делая вид, что читает отрывок о последствиях Первой мировой войны, затем кивнул и тихо пробормотал: — Да, мистер Реддл. После занятий, как только все вышли из комнаты, Гарри остался наедине с единственным учителем, который, казалось, оставил его в покое в этом году. Мужчина стоял к нему спиной, стирая аккуратно написанные слова на доске, а когда закончил, вытер руки и одарил подростка резкой улыбкой. — Я уверен, ты знаешь, почему я задержал тебя, Гарри. На самом деле он не знал, но мог рискнуть предположить. — Мне жаль, что я не был внимателен на уроке, мистер Реддл. — Он не дал никаких других объяснений, никаких оправданий. Он ненавидел использовать развод родителей и последующее пренебрежение в качестве причины для того, чтобы бездельничать на занятиях, независимо от того, насколько это было правдой. Он не хотел особого отношения, ему не нужна была их жалость. — Все в порядке, Гарри, этого следовало ожидать, — мистер Реддл отмахнулся от его извинений, и Гарри пристально посмотрел на мужчину. — Вообще-то я хотел предложить тебе дополнительное обучение. Я знаю, что ты блестящий студент, и твоя страсть к моему предмету редко встречается у студентов твоего возраста, поэтому мне бы не хотелось, чтобы она пропала даром, — продолжил мужчина, как будто Гарри не сверлил в нем дыры несколько секунд назад. — Возможно, без присутствия ваших одноклассников вы почувствуете себя более комфортно на моих лекциях. Гарри с минуту обдумывал это в своей голове, споря сам с собой, пока не вздохнул и не кивнул. По крайней мере, это хоть как-то отвлечет его от домашних забот. — Превосходно. Мы начнем сегодня после окончания ваших занятий. Ухмылка мистера Реддла вызвала у Гарри мурашки по спине и знакомый жар в животе. Это не было таким уж сюрпризом, когда 3 часа спустя Гарри обнаружил, что подпрыгивает на члене мистера Реддла в своем кабинете, держась за плечи мужчины, чтобы не упасть назад со стула, на котором они сидели. — О черт, — прошипел Гарри себе под нос, когда член его учителя погрузился глубже в его девственную дырочку, попав в чувствительное место, которое заставило звезды взорваться за его веками, а его бедра задрожали от удовольствия, когда еще один оргазм потряс его миниатюрное тело. Третий раз, когда он пришел с тех пор, как мистер Реддл начал приставать к Гарри, и подросток знал, что ему будет трудно идти домой самостоятельно, так как все автобусы уже давно уехали. Однако все это не имело значения, когда темноволосый дьявол под ним дернул Гарри за кудри, обнажая ему горло, и укусил его в шею достаточно сильно, чтобы проткнуть острыми зубами кожу. Мистер Реддл сосал в течение нескольких секунд, затем слизывая оставшуюся кровь языком, сделал еще несколько резких толчков в Гарри, а затем кончил с громким стоном, наполнив его густыми струями теплой спермы. Гарри оставался нависшим над своим учителем в течение добрых нескольких минут, все еще тяжело дыша и дрожа от последствий стольких оргазмов. Мистер Реддл погладил его по спине в необычном проявлении нежности, уткнувшись носом в шею Гарри, где он укусил его, вдыхая его запах. — Ты прекрасен, — прошептал мужчина, и Гарри даже не стал бороться с улыбкой, которая растянула его распухшие губы. Губы, которые были укушены, покрыты синяками и пососаны в начале их поцелуя. Губы, которые так невинно обхватывали массивный идеальный член мистера Реддла. Гарри нежно поцеловал мужчину в уголок рта, прежде чем неуверенно поднялся на ноги, немного спотыкаясь, начав одевался. Его партнер не сделал ничего, кроме как просто засунул член обратно в штаны и застегнул молнию, так как он оставался одетым на протяжении всей их встречи. Гарри поклялся, что в следующий раз, когда они трахнутся, он разденется догола. В следующий раз. Будет ли следующий раз? Он очень на это надеялся. Не было ничего лучше, чем быть полностью принадлежащим человеку, сидящему перед ним. — Ты должен вернуться домой, прежде чем твоя мать будет беспокоиться о твоем отсутствии, — сказал мистер Реддл, оценивающе глядя на Гарри со своего места на стуле. Без сомнения, он был доволен состоянием губ Гарри, а также темнеющей отметиной, отчетливо видимой на его шее. Гарри фыркнул. — Сомневаюсь, что она заметила мое отсутствие. — Но он взял свою школьную сумку и небрежно перекинул ее через плечо. Мистер Реддл встал со своего места и подошел к подростку, наклонившись, чтобы яростно поцеловать его, его руки почти болезненно и собственнически впились в его талию, прежде чем отпустить. — Увидимся завтра после занятий, Гарри. Гарри улыбнулся так ярко, что его поразительные зеленые глаза вспыхнули изумрудным огнем, отражая его волнение, прежде чем он кивнул и вышел из класса пружинистым шагом. Он не мог дождаться следующего урока с мистером Реддлом.