***
Когда я подошла к нему, То член его стоял. И он сказал: «Тебя возьму. Пожалуй, осеменю тебя.» Сказал мне он, в нутро мое глядя, И прямо в душу, вглубь, прямо, в меня. Я охнула, а он сновал туда-сюда.***
Бал был красив. Раздолье пьяных. Столы пирогов желанных. И тут упал мой взгляд на стол, Где Он сидел. Была его юдоль Полна и Горечи и слез. Но увидав меня, он сразу засмеялся, Как-будто позабыв про боль, Он моей фигурой восхищался. Он тут, наверное — самый главный босс. И насадив меня на кол, Забудет через пять минут, А мне опять воткнут.***
Он встал, он подошел ко мне. Была тогда я пьяна жутко, А рот его в слюне. Он криком подозвал меня: «Простушка»! — «Пошли, вдвоем мы отдохнем. — «Да!» Я встала, Он за мной пошел. Он меня к стене прижал, И стал засовывать мне вдоль и вглубь. Он был до ужаса груб. И стал меня душить, не прекращая целовать И груди мои мять.***
Повсюду тьма, Она заволокла глаза. Я поняла, Что умерла. Ведь эта страсть, Та, что гнала меня вперед, Заставляя не замечать, что он клыкаст. И что в конце он меня убьёт. Ведь та аллея, Где встретила его я, Была тревожна и темна, И ужасно холодна. Но вспыхнул он впервые там, Он был внутри меня, да-да. Но зная, что он убивает, Разве не хочется узнать, Зачем же время убывает?