Чёрт бы побрал эту бутылочку

      Сынмин не помнит, кто это вообще предложил и как так получилось, что он не отказался, но here we go: они сидят в кругу, наблюдают как сквозь смех Джисон и Чанбин пытаются поцеловаться, а в середине круга лежит виновница этого всего- первая за сегодня выпитая бутылка соджу, горлышком указывающая на Джисона. Хотя остальные бутылки, пусть ещё и не допитые до конца, виноваты в сложившейся ситуации, кажется, не меньше.       Сынмин смущён, а ещё удивлён, что кроме него никто этого самого смущения не испытывает. Он не знает насчёт остальных, но для Ликса, а теперь и для Чанбина с Джисоном, это не первый поцелуй с мембером (всякое случается за бутылочкой соджу).       Так, ребята уже досчитали до 30, хотя и договаривались на 10. Нужно лишь подождать пока они закончат и, сославшись на усталость, отказаться от игры.       Как только ребята закончили и Чанбин взялся за бутылочку, Сынмин резко попытался встать, что не получилось у него с первого раза. Выпитый алкоголь даёт о себе знать.       -Хён, ты куда? -уйти незамеченным не получилось.       -Спать, Иени, устал жутко.       -Да ладно, по-моему кое-кто просто не хочет играть- фыркнул Джисон       -Или ты плохо целуешься, Сынмина?       Сынмин закатил глаза, Минхо хён его определенно обожает.       -Вообще-то Сынмин хорошо целуется, — не отрываясь от телефона, говорит Феликс. -я бы даже сказал, очень хорошо.       В комнате резко стало тихо, а мысли Сынмина медленно переместились на 2 месяца назад. [flashback]       Тогда все мемберы разъехались по домам на выходные, а Чан хён поехал с макне в Бусан.       Именно в это время родители Сынмина уехали отдохнуть на пару деньков в Чеджу, а без них смысла ехать домой он не видел, поэтому решил остаться в общежитии. Феликс же, изначально тоже приглашённый в Бусан, остался с Сынмином. Хоть Сынмин и говорил, что вполне может побыть и один, но Феликс не захотел оставлять его.       Тот вечер был похож на этот: купленный менеджером соджу, куча пиццы и курочки, обещание вести себя тихо и прилично (хоть менеджер и сказал, что уж в них двоих он точно не сомневается), фильм Тэд и медленно наступающая ночь.       Вообще ночь, алкоголь и присутствие рядом близкого человека часто делают нас сентиментальней обычного.       Поэтому, когда фильм закончился, они продолжили разговаривать, делились переживаниями и говорили о том, о чем обычно молчат.       Феликс вспоминал Австралию, говорил как скучает не только по родителям, а в целом по жизни там, по друзьям, по свободе.       Сынмин тоже вспоминал жизнь до дебюта и стажировки: веселое и беззаботное время.       Со смехом вспоминали как Ликс запал на Йеджи, когда они только познакомились, как все сохли по Хенджину и боялись Чанбина, вспомнили и Джиена, трейни, который пришёл в агенство примерно в одно время с Ликсом, и с которым Сынмин сразу подружился. Он стал для него действительно близким человеком, своего рода наставником. Но Джиен был скорее одиночкой, чем командным игроком, и общался в основном только с Сынмином, а потом и вовсе ушёл из агенства, решив, что жизнь айдола не для него. -      Даа, я помню, что вы постоянно были вместе. Все думали, что вы братья.       -Братья, да уж. Мы были кем угодно, но не братьями, -делая глоток соджу, Сынмин снова предался воспоминаниям, от которых сердце против воли забилось чаще, а в комнате вдруг стало жарко.       Ликс же тем временем продолжал:       -Он классно рэповал, неплохо пел и…       — Офигенно целовался.       Бутылка из рук Феликса падает на пол, в то время как он сам переводит свой взгляд на Сынмина.       -Целовался? Вы что целовались?       -Ну как я и сказал, братьями нас точно нельзя было назвать — за напускным весельем Сынмина скрывалось самое настоящее волнение.       Так давно хотелось поделиться с кем-то этим. Мемберы знали, что Сынмину нравятся девушки, он вроде как даже собирался встречаться с одной девушкой-трейни до дебюта. Но вот о том, что ему также могут нравиться и парни, он никому не говорил.       Феликс кажется был идеальным для признания человеком, но все же от переживаний никуда не деться. Так страшно увидеть разочарование или отвращение на лице близкого человека.       И вот вроде бы нужно продолжить своё признание, но слова отчего совсем не идут.       Однако вместо ответа, Феликс похлопал его по плечу, пытаясь приободрить. И объяснять не пришлось, он как-будто сам все понял.       После этого Феликс пододвигается к Сынмина ближе и целует.       Сначала Сынмин застыл как статуя, не до конца осознавая, что происходит, но потом просто ответил на поцелуй.       После этого они проговорили до самого утра, единогласно решили, что Сынмин так хорошо целуется благодаря учителю в лице Джиена, выпили за его здоровье и отличные навыки в поцелуях.       К огромному облегчению обоих, на следующий день ни один из них не испытывал стыда или смущения, поэтому этот их маленький и, надо признаться, довольно приятный секрет оставался только между ними. До сегодняшнего вечера. [end of flashback]       От воспоминаний Сынмина прерывает голос Хёнджина:       -А ты откуда знаешь?       -Да ладно, Ёнбок, ты что целовался с нашим скромным щеночком? — Минхо присвистнул       -Было дело-будничным тоном ответил тот.       Господи, Ликс, ты совсем не помогаешь!       После этой фразы все буквально взорвались, требуя детали, где, когда и как.       А Сынмин медленно начинал закипать. Неужели в это так трудно поверить? Что он целовался с кем-то? Что он какой-то не нормальный по общим меркам что ли?       Обычно Сынмин абсолютно не конфликтен, и в любой ситуации предпочитает сначала обдумать свои слова, прежде чем говорить сгоряча. Но не сейчас.       Сейчас он думать не хочет.       Поэтому он начинает говорить тоном, который мемберы слышали от него всего лишь раз или два за все годы знакомства, тоном, не предвещающим мирного выхода в сложившейся ситуации. Сынмин правда устал.       -Что же именно вас так удивило, а? Что мы с Ликсом целовались или что по его словам я хорошо целуюсь?       -Сынмин, подож…       -И то, и другое- Хёнджину кажется тоже совсем не хочется заканчивать мирно сегодняшний вечер.       -Ну в смысле я думал тебе это совсем не интересно, поцелуи и всё такое. Тем более с парнями.       -Представь себе я тоже человек, может более скучный, как Вы любите говорить, но все же. «Поцелуи и всё такое» меня тоже могут интересовать.       Хёнджин кажется тоже начинает злиться, интересно почему?       Разве не Сынмин должен злиться в этой ситуации?       -Так, кажется уже действительно поздно, поэтому мы все сейчас идём спать- Чан хён устало выдыхает, вот и отдохнули после тяжёлого графика.       Хёнджин же как-будто сдаётся и поднимает руки в примирительном жесте:       -да ладно, Сынмина, без обид. Прости, если прозвучало грубо. Ты умеешь удивлять.       Сил спорить или ругаться у Сынмина уже не было, поэтому оставив Хёнджина без ответа, он развернулся и ушёл в комнату.