Больница "Хазбин"

       Что значит быть врачом? Просто носить белый халатик и спрашивать, как чувствует себя пациент? Или просто халтурить, скидывая работу на своих подчинённых? Нет, это далеко не так. По крайней мере для гения, который считал эту профессию своим призванием, несмотря на другие таланты.        Он считал свои долгом спасать чужие жизни, отдавая себя полностью. Наверное поэтому у него и не было отношений, ведь считал их не нужными, думая, что будут лишь мешать работе, которой посвящает всё своё время, ни капли не сожалея об этом. Он радуется получая похвалу от пациентов: он терпит, когда унижают из-за столь малого возраста, ведь человек на этой профессии, чтобы быть полным профессионалом должно быть примерно 35-40 лет, а не 24. Также поступал и выговор со стороны начальства, который в сотый раз проводили тому зачёт, думая, что Ал добился всего с помощью денег. Глупо. Очень глупо. Парень никогда не прибегнет к такому гнусному методу, да и семейная ситуация не позволит. Он сирота, лишившись всего в перестрелки своего родного города, из которого поспешил сразу же съехать, а после был Ад в виде насмешек ровесников, но до побоев не доходило, ведь Ал прекрасно мог постоять в свои 11 лет.        Но неважно насколько он силён ему нужен был человек, полностью понимающий, что значит потерять всё дорогое. Помимо родителей у него была красавица-сестричка. Её пристрелили, попав прямо в сердце, а родителей, что обезумели от этого, пристрелили выстрелом в голову. Однако они успели прикрыть юного Аластора собой, тем самым спасли жизнь хоть одному чаду. Это был большой для него стресс, поэтому он много раз ходил по врачам. Но ни один не смог понять, что происходит с мальчишкой, который мыслит, как взрослый человек.        Как говориться за гениальность есть своя цена, лишающая человека намного большего, чем может обрести взамен. Несправедливо. Мир полон несправедливости и все к этому привыкли, как и Аластор. Однако не это послужило причиной становления врачом.        — Хей, может передохнёшь? — спросил Хаскер, заметив, как Ал сейчас чуть ли не засыпал на ходу, ведь эту ночь поспать толком не вышло. Была неотложка, с которой Хаскер не мог справиться самостоятельно, а других хирургов кроме шатена не было.        — Со мной всё в порядке! — ответил тот, слабо улыбаясь, а после добавил, — Тем более ко мне сегодня должны прийти интерны и я как их профессор должен встретить, ведь кто, кроме меня сможет это сделать? Нельзя же мне испортить первое впечатление, которое очень важно в такие моменты, хоть и не горю желанием чему-то учить. — в последних словах была слышна раздражительность, что рассмешило его друга, который потрепал легонько по плечу.        — Потому что они почти все твои ровесники? — прикольнулся он.        Хаскер, как вы уже могли понять, его друг детства. Да и единственный друг в жизни, который за бутылку крепкого пива может выслушать всё, что накипело у последнего. Иногда бывало наоборот. Ал напивался и рассказывал такое, что никому явно не расскажешь, поэтому Хаск тому очень редко даёт спиртное, зная, что тот его, как оказалось тогда, не переносит. Сам же имеет довольно красивую и необычную внешность. Черные волосы зачесаны назад, также преобладали и бакенбарды, делая его более старше, чем есть. Однако он был старше Ала на семь лет. Также стоит отметить его светло-карие глаза, на свету они становятся, словно облитые златом, что смотрится очень маняще.        Но несмотря на столь очаровывающую внешность и мускулистое телосложение на личном фронте тоже никого не было. Складывалось ощущение, что они нашли друг друга по несчастью. Однако у тёмноволосого были отношения, правда закончились на очень плохой ноте, поэтому решил больше не связываться с женщинами.        — Не только поэтому, Хаски. Просто у меня и так плотный график, а мне ещё присовывают этих интернов, думая, что раз мы ровесники, то я буду этому счастлив? Ха! Как бы не так! — сказал он, жестикулируя своими руками недовольство, которое не смог поведать начальству, решившее не интересоваться его мнением. Он конечно мог бы уйти, но вряд ли в другой больнице его примут «лучше», чем здесь.        — Не беспокойся. Я попробую договориться с начальством, чтобы тебе вдвое убавили работу, а то это они, конечно, загнули. Неважно насколько ты редкий экземпляр в нашей больнице, которая за это и прославилась, это не повод выжимать из тебя все соки. — сказал мужчина, смотря на того, словив немного удивленный взгляд и слабую улыбку.        — Спасибо, дружище! — радостно сказал Аластор, заключив в свои объятия, которые разорвал спустя пару секунд и попрощавшись, направился в ординаторскую, где уже должна была поджидать его группа учеников.        По пути его встречали медсёстры, кидая свои взгляды на такого молодого красавчика, но тому было противно от стольких взглядов. Мысленно проклиная их, парень открыл двери ординаторской, где сидела маленькая группа человек, примерно 10-15. Что ж, их хотя бы меньше, чем он дкмал и это радовало. Когда они заметили профессора, то сразу встали со своих мест, сделав поклон в качестве уважения, однако в воздухе было некое напряжение. Скорее всего большинство будут недовольны, что профессор это их ровесник, пусть и самый выдающийся.        — Приветствую вас, интерны! Начиная с сегодняшнего дня я буду вашим руководителем и буду подсказывать в некоторых ситуациях, которые вам будут неясны, непонятны или не проходили в вузах или ещё где-то — сказал Аластор, вставая напротив них, а после направился к окну, которое распахнул полностью, хотя вроде так делать нельзя по уставу больницы.        — Моё имя Аластор, можете обращаться просто Ал, без моего звания профессора, ведь вижу некоторые недовольны тем, что преподавать вам будет ровесник. Если честно, то я тоже недоволен этому. — он развернулся к ним, смотря холодным взглядом на каждого, что хотели сказать что-то против, но не смогли. Напор со стороны человека, который без колебаний может провести сложные операции и видеть как умирают люди пугал. Хотя у него не было летальных исходов.        Чарли была среди них и большую часть слов парня пропустила мимо ушей, зачарованно смотря на его руки и прямую осанку, которая так и приманивала к себе, как и внешность. Глазам стоит оставить отдельное место, ведь сейчас они были светло-голубыми, но недавно преобладал оттенок зеленого. Видимо они как-то реагируют на его настроение.        — Такс хоть я немного невыспался да и начали нашу первую встречу не так, как я планировал изначально, поэтому давайте все присядем на диван и начнём по очереди представляться. Как-никак, а вскоре я вас разобью по группам из 2-3 человек и некто будет работать со мной в паре ведь число у нас нечетное. — сказал шатен присев на кресло, а все сели на свои места, посматривая на того с неким страхом.        Да, он может быть жестким, но вовсе не из злых побуждений. Просто хочет развеять их недоверчивость к нему, а судя по книги «Как наладить идеальные отношения с подчинёнными» это было идеальнее некуда. Хотя это было не точно, но по-другому он не знал, как ещё можно работать с ними. Все тем временем стали представляться, пока очередь не дошла до блондинки, которая так и не успела ни с кем завести дружбу, ведь все друг друга знали ещё с техникума, что лишь ухудшало ситуацию.        — Всем привет! — нервно поздоровалась она, ловя на себя множество взглядов.        Хоть она и не в первый раз оказывается в таком положении, однако всё равно чувствовала себя более неуверенно. Хотелось просто уйти отсюда и представиться только своему профессору. Но вспомнив про него, она взглянула в его глаза и увидела лишь легкое переживание и заинтересованность, также на лице красовалась милая улыбка, что заставило девушку немного расслабиться и начать говорить более уверено.        — Меня зовут Шарлотта Магне, надеюсь мы с вами поладим. — она села на своё место, кидая взгляд на каштановолосого парня, что достал блокнот и стал что-то записывать, а после посмотрел на всех, громко закрыв его.        — Спасибо вам за то, что все представились и надеюсь вы не подведёте ни меня, ни репутацию ваших учебных заведений, из которых выпустились чуть ли не отличниками! Такс, а теперь я называю пары. — сказал Аластор, который, кинув многозначный взгляд на блокнот, засунул в большой карман и стал объявлять.