Любовь-морковь

Судьба очень жестока. Она готова свести (любыми способами) двух людей, которые бесят друг друга, не доверяют и терпеть не могут. Каждый их диалог состоит из острот и язвительных словечек. Разве они могут перейти этот ДЕТСКИЙ САД и стать сначала друзьями, а потом полюбить друг друга? Если такое происходит, то крайне редко. Но явление популярное. День Валентина это такой день, когда силы любви и ненависти находятся на пике. И потому может произойти всё, что угодно! От ссоры до свидания. Шеган и Вилл бесят друг друга. Характеры может и похожи: оба вспыльчивые, ленивые (бардак в комнате тому доказательство), гордые, но в остальном они небо и земля. И вот эти двое должны были пережить урок судьбы. Валентинов день выпадал на субботу, а Мэтт со своими родителями уезжал куда-то на выходные в вечер пятницы. — Передашь Вилл, хорошо? Тёмный ангел глянул на клочок бумаги, в виде сердца, с презрением. И так же посмотрел на кузена. — Этот клочок? И не стыдно тебе, а? — А с букетом ты как будто управился бы, и не сделал из него веник?.. К тому же у Вилл аллергия на пыльцу. — Какая разница? Букет это и есть красивый веник. — Я от тебя ничего больше не прошу! Просто передай! Такое лёгкое задание! Или думаешь, что не справишься с ним? — Играешь на моей гордости? Шеган отобрал этот кусок бумаги и засунул во внутренний карман куртки. — Никто так подло не поступал. Даже Нерисса! — продолжил он. — С кем поведёшься, от того и наберёшься, — сказал Мэтт, хватая сумку. — Я тебе сейчас покажу, где раки зимуют! — Не забывай, что твоя сила у меня. — Ну и что? Я и без неё сильнее тебя! Регенту Земли удалось избежать встряски, ведь его позвали. — Когда вернёшься — получишь от меня по полной программе! Это было в пятницу, вечером. В субботу же, Шеган проснулся изначально в плохом настроении. Закрыв дверь, он пошёл в зоомагазин. Ведь не смог отказать мистеру Олсену в просьбе. Там уже хлопотала Вилл. Она кормила животных. — Дэбби, оставь и другим. Объешься и плохо станет. А мистер Олсен тебя уже два раза спасал, — сказала она бульдогу. — Глазам не верю, что ты в субботу в такую рань припёрлась, а не спишь до обеда, как обычно, — более чем дружелюбно, как мог, начал Шеган. — Кто бы говорил? Так Мэтт уже уехал? — Ещё вчера вечером. И просил что-то передать. А я наверное… забыл на столе. Тёмный ангел похлопал по карманам, но там кроме ключей от дома ничего не было. — И почему я не удивлена? — Может в следующем году сам передаст. Потому что мне доверить ничего нельзя. — До тебя только сейчас дошло?.. Не вовремя он конечно уехал. Придётся вдвоём отправится на праздник в школе. — Не понял? — Сюрприз! 😅 Парень недоверчиво посмотрел на Стражницу сердца. — Это должен был быть сюрприз. Мы договорились втроём пойти: он, я и ты. Но видимо пойдём вдвоём… — А кто сказал, что я согласен? — Ну, надо же иногда выбираться в люди! К тому же такой праздник! — Говорю первый и последний раз: во-первых, я не могу и не хочу находится в большой толпе; во-вторых, я сыт по горло любыми праздниками (их слишком много); и в-третьих, я ненавижу день Валентина! — Меня это не волнует. Ты пойдёшь и вместе со всеми повеселишься! И никаких споров. Всё уже решено. — Где? На небесах что ли? — Нами, Стражницами! Кому Кандракар поручил следить и перевоспитывать тебя на Земле? Нам, и Регентам в придачу. Наполеон с Лилиан, Мэтта в городе нет, а Хаггалз… ну, тут всё понятно. А мы с девочками единогласно решили взять тебя на праздник в школе. Вилл всем своим видом показала, что отказа не понимает. Шеган встряхнул кулаками. Ему её никак не переспорить. — Упрямая! Ужас, какая упрямая! И вредная! — Я как лучше хочу! — А у меня спросить: чего я хочу, сложно что ли? — Ну, и что же ты хочешь? Один тут проторчать всё жизнь? Пожалуйста! Это твоё дело! Я больше напрягаться не буду. Делай, что хочешь! Шеган пребывал в немом шоке. Такая горечь и обида выплеснулась на него. Они конечно и раньше ссорились. Но никогда всё не заканчивалось на ТАКОЙ ноте. До полудня, Вилл молча помогала по зоомагазину, а потом уехала на велике домой. И вечером, поехала с мамой на праздник. Остальные Стражницы были в недоумении. Тарани и Ирма постарались поднять настроение. А Корнелия не понимала: почему её вообще стало волновать мнение Тёмного ангела? — И что, что не хочет? Чего расстраиваться то? Вы же постоянно находите повод сцепиться, ссоритесь, чуть ли не до драки! К чему сейчас слёзы лить? Но ответа Стражница земли не получила. Только невнятное бурчание. Хай Лин отошла налить пунш. И была удивлена появлению Шегана, о котором только 2 минуты назад говорили. Он кажется от кого-то убегал. — Ты знаешь, где спрятаться можно? — спросил он, после выпитого стакана пунша. — От кого? — От них! — указал парень на толпу его фанаток, которые нагоняли. — За мной! Они спрятались в кладовке. — Что ты тут делаешь? — Нуу… — Неужели решил извиниться?! — Что-то вроде того. Но сначала мне надо отвязаться от этих помешанных… — Не волнуйся, мы устроим вам прекрасное свидание! — Чего, говоришь? — спросил Шеган, проверив наличие ОХОТНИЦ. — Я говорю, что мы устроим вам встречу. Жди на заднем дворе школы. Стражница воздуха вернулась к подругам и рассказала, что произошло и что делать нужно. Тарани и Ирма снова составили компанию Вилл, а Корнелия и Хай Лин увели фанаток в другой конец школы, чтобы они не испортили этот ЗНАМИТЕЛЬНЫЙ момент. Но удалось им это ненадолго. У помешанных, с каких-то пор, видимо имелся радар с собой. Шеган сказать ничего успел, как услышал топот и визги. Он, на рефлексах, схватил Вилл за руку и побежал подальше от школы. В переулке, куда бывший Рыцарь Гибели забежал не только чтобы отдышаться, но и спрятаться, Вилл смогла найти силы спросить: — И какая муха тебя укусила? Шеган упёрся спиной к стене и съехал до земли. Он всё никак не мог отдышаться. Вроде бы не первый день пребывает в смертном облике, а уже практически 3 год, но привыкнуть никак не может. — Скорее их, чем меня. Я всего лишь… кхм, извиниться хотел. — За что? Парень посмотрел на Стражницу сердца, как на дурочку. — За упрямство в зоомагазине. Гордость не позволяла сказать, что именно из-за этих девиц, я школу то и обходил стороной. Да и твои слова… неудобно стало. — Ты про это? Я уже и забыла. Видел бы ты как я на свидания мамы обижалась!.. Прощаю. Выглядишь неважно. С тобой точно всё хорошо? — спросила Вилл*. — Не привык. Да не привыкну никогда ни к этому телу, ни к усталости, которое оно испытывает. Сколько не тренируйся, а толку мало. Как испытывал смертные потребности, так и продолжаю. — Тебе бы походить на уроки физкультуры в Шеффилде. После нескольких тренировок, и такая пробежка покажется прогулкой. И всё же… бледноват ты слишком. Шеган с удивлением, прикрывая это укором, смотрел на Стражницу сердца. — То накричит, то беспокоится. Что с ней не так? Ох уж, эти девушки, — подумал он. — Давай я тебе помогу?.. Только Вилл коснулась браслета, как во все стороны разлетелись голубые искры. — Эти браслеты блокируют магию. Через них никакое заклинание не пройдёт, даже самое сильное. Несмотря на то, что они только на руках, но защищают меня с головы до ног, — ответил на немой вопрос Шеган. — Но иногда какие-то заклинания действуют… — Да, если это касается энергии. Тогда уж браслеты меня не защитят. Ведь след энергии может быть тесно связан с хозяином, и от этого стать нитью жизни. В таком случае, если нить кто-то повредит, мне придётся худо… — То есть то пламя, которое тебя охватывало..? — Я воспользовался и силой полученной ненависти, и силой следа. Пламя стало щитом от любых атак. Только я не помню, с каких пор стал также хорошо управлять огнём, как Тарани? — Зачем же ты себя до этого довёл? — Не помню… Нужно было создать связь. А зачем? Не знаю. Вспомню, скажу. — Ладно, пошли домой. Ко мне! Маме скажу, что… уж точно что-нибудь придумаю! И снова Тёмный ангел был поражён стойкостью Стражницы сердца. Сказать он ничего не успел, ведь услышал знакомые шаги и визги. — Твою налево-направо! Нашли всё-таки! У них радар что ли? Резко подскочив на ноги, Шеган качнулся и опять прислонился к стене. Видимо от бега он ещё не пришёл в себя. — Шеган! Да ты совсем побледнел! — Чёрт! Мои силы кончаются. Удачно этот бестолковый музыкант слинял, ничего не скажешь. Если опять придётся бежать, то пиши-пропало! — подумал Тёмный ангел, а вслух сказал, — Ничего! Скрыться, у меня сил хватит! Он схватил Вилл за руку (опять) и побежал к парку. Там они смогли оторваться наконец от фанаток. — Кажется, оторвались! — сказала Вилл, оглядываясь. — Вот и отлично, потому что мои силы закончились… Стражница сердца почувствовала, как её руку отпустили. Она и сказать ничего не успела, как Тёмный ангел рухнул на тропинку. — Шеган! — Вот ведь, нашёл время слинять из города с моей силой. Ведь пока она была на расстоянии протянутой руки, я мог жить и ни о чём не беспокоиться. Она притупляла, нет — защищала! от голода по ненависти Вилл. А теперь она рядом, а моя сила нет… Она меня же точно не простит, если попрошу ненавистью покормить… но мне бы совсем чуть-чуть. Капельку той насыщенной и горящей ненависти! — такие мысли промелькнули у парня в голове. Вилл его кое-как подняла и уложила на ближайшую скамейку. Она радовалась, что не одела длинное платье. Была как обычно одета, по спортивному. Шеган же боролся с голодом по ненависти. Видок был у него не ахти здоровый. Стал бледный, как мел, и слегка корчился, скалясь. Стражница села рядом и положила его голову на колени. — Позволь помочь тебе. Сними на время браслеты, пожалуйста… Этот спокойный и гипнотизирующий голос мигом подействовал на бывшего Рыцаря Гибели. Он, как и раньше, повиновался её словам. И даже если говорил, что играл с ней, ради ненависти, но на самом деле понимал, что это она играла с ним. Чары Нериссы защищали от полного повиновения словам, но его всё-равно тянуло к ней, а не к кулону. В общем, находясь на грани обморока и забвения, Шеган снял браслеты. Те со звоном, когда ударились друг о дружку, упали на землю. Перед глазами плыло. Ещё немного и голод со слабостью накроют его с головой. — Сердце Кандракара, прошу помоги. Не уточняя с чем именно, Вилл знала, что кристалл всё сделает, как нужно. Подвеска засветилась, как маленькая звезда. Мягкий розовый свет только подчёркивал бледность на лице у парня. Но скоро бледнота исчезла. Пребывая в бреду Шеган, с абсолютно пустым взглядом, отвернулся и посмотрел, сквозь, на напротив стоящее дерево. — Ничего, скоро точно придёшь в себя. — И голод, и слабость исчезли. Неужели сила сердца помогла? Не хочется привязываться ещё и к нему. А особенно отбирать силы у Вилл. Но пока Мэтт с ней водится, я тоже обречён её видеть. Не хотелось бы снова делать из неё источник моей силы. Но я могу вполне положиться на то, что если окажусь опять в дали от своей силы, сердце Кандракара её ненадолго заменит, — подумал Шеган. — Ну, ты как? Тебе лучше? — Да… спасибо. Чтобы больше не смущать девушку этой излишней близостью, Шеган сел. Он одел браслеты обратно. — Так тебе стало плохо от того, что Мэтт уехал из города? — Не заморачивайся. Я знаю кучу способов, как ещё обеспечить себе защиту от подобных случаев. Ты то как? — О чём ты? — То есть использование силы кристалла на тебя совсем никак не влияет? — Нет. — Хорошо. Ладно, пошли! Тёмный ангел встал со скамьи. — Куда? — спросила Вилл, когда тоже встала. — Кто-то говорил, что приютит у себя этим вечером и угостит банкой содовой? Вилл не любила эту хитрую улыбку. Он означала, что парень что-то задумал. — Я наказана на две недели. Содовой у нас давно не было. Поэтому могу угостить только чаем. — Да уж лучше идти в таком случае к Ян Лин. В Серебряном драконе чай хотя бы похож на чай, не то что у вас. — С чего ты взял?! — Стоит ли напоминать тебе, что я когда-то побывал у вас в гостях. Твоя мама не отпустила меня, пока я не выпил 4 кружки этой дряни! — Вообще-то этот чай сделан из чайных листьев и травы, которые росли в Алтае, так что претензии, насчёт вкуса, оставь при себе! К тому же ты мог тогда легко отмазаться от похода ко мне в гости. — Если бы мог, я бы конечно так бы и сделал. Но Нерисса строго настрого наказала не просто за вами следить, девчонками, а за тобой лично… Понятно, для чего. Только ни она, ни я не знали, что меня напоют горной травой! Вилл тяжело вздохнула, спорить ей надоело. И вдруг мысль проскочила, как молния, в голове. Идея, которая приведёт к ещё одному нагоняю от мамы. Только оставлять недавно УМИРАЮЩЕГО ЛЕБЕДЯ она не могла, поэтому махнула рукой на последствия. — Я знаю, где упаковка газировки спрятана. И достану тебе банку… Нет! Две! Вторая в подарок. — Так ты же получишь потом, разве нет? — Как она узнает? Если только спросит у домашней электроники. А с ними могу общаться только я. И кто тому же, мама в последнее время стала больно рассеянной. Поэтому если я скажу, что это она взяла для себя и Дина газировку, то мне ничего не будет. Шеган стоял и диву давался. — Кажется, я на неё плохо влияю, — подумал он. — Пошли? — Извини, не смогу зайти. Провожу и пойду домой. — Что?! А вдруг опять…? — Ой, нашла о чём беспокоиться! Мне хватит тех сил, что дал кристалл, до возвращения Мэтта. — Ну, ладно… Тебе виднее… Но если снова поплохеет, ты попроси! Я снова помогу! Тёмный ангел не ответил. Они пошли к дому Стражницы сердца. Доведя девушку до ворот двора, Шеган пока не спешил уходить. Он достал из внутреннего кармана куртки валентинку. — Держи. — Что это? — То, что Мэтт попросил передать. А я видать положил в куртку и забыл… как обычно. Только потом вспомнил. И это… — Что? — Ни кому не смей говорить, что происходило в парке! Особенно ЕМУ! — А что именно то? Вроде ничего необычного. Парень дёрнулся в сторону. — Ей богу, как с луны свалилась! Положила значит на колени, помогла, к себе в гости звала… Ну точно с головой не в порядке! — подумал он, а вслух сказал, — Для тебя может было всё в порядке вещей, но твои навьюченные подруги придумают невесть что! Я уж не говорю, какой твой парень ревнивый! И если эта свора на меня нападёт, то обгрызёт до косточек. НИКОМУ НЕ СЛОВА! Скажешь: до дома проводил и ушёл. Всё! Пускай считают эгоистом и нахалом, чем… — Хорошо, никому не скажу. — На том и закончим… Ещё раз спасибо… — Обращайся! На это Шеган промолчал, решив, что у девчонки не все дома. Он поспешно зашагал домой, чтобы лечь. Он хотел одного: чтобы этот дурацкий день наконец закончился. Ведь по его мнению, в праздники (неважно какой), должно что-то произойти. Вот оно и произошло: Вилл ни с того, ни сего, прощала и забывала все ссоры с ним. Может на них обоих повлиял день Валентина? Гадать можно бесконечно (в принципе на Кандракаре так и поступили: будут долго думать над произошедшим)... Этот длинный день наконец закончился. Жёлтая полная луна вылезла из светло-синего облака, говоря о том, что город накрыла звёздная ночь. Вот где вся романтика то!