Switch dreams

      — Да! Сильнее! Даааа, — простонал Уён так громко, что заложило уши не только у кончающего Сана, но и у всего этажа. Уён выгнулся в спине, пачкая животы обоих, и дышал часто и шумно, закатив глаза, пока Сан пытался восстановить зрение, распластываясь на нём сверху.       В дверь несколько раз стукнули кулаком, и Сан едва успел накинуть на них с Уёном одеяло, а в следующее мгновение в комнату влетел злющий Хонджун.       — Вы охуели?       Уён хохотнул, расслабленно и довольно, и положил руку под голову, глядя на возмущённого старшего.       — Зависть — очень плохое чувство, Хонджун-хён.       Казалось, из ушей старшего сейчас повалит пар.       — Какого хера ты так орёшь? Неужели нельзя быть хоть чуточку тише?       — Прости, хён, — без особой жалости в голосе сказал Сан. — Мы помешали тебе спать?       — Нет! — рявкнул Хонджун. — Но сути дела не меняет. Вы не одни здесь, имейте совесть!       — Зачем мне иметь совесть, если можно иметь друг друга? — поддразнил и без того злющего старшего Уён и сел на кровати, откидывая одеяло, чем вынудил того отвернуться.       — Бля, ну по-человечески вас прошу, будьте вы потише! Я работаю!       — А что, — невинно поинтересовался Сан. — Тебя отвлекают стоны?       — Нет, — язвительно ответил старший. — Меня отвлекают мысли о том, не затрахал ли ты его до смерти, потому что орёт он так, будто ты его режешь.       — А что Сонхва? — спросил Уён, на что Сан покачал головой — у его парня начисто отсутствовал инстинкт самосохранения, раз он позволял себе задавать такие вопросы.       — В смысле? — развернулся и набычился Хонджун.       — Ну, его это тоже беспокоит?       — Да, — мрачно отозвался тот. — Но он надевает наушники, как только вы начинаете свою звуковую атаку.       — А что мешает поступить тебе так же? — нет, Уён точно нарывался.       — Наушники надеть?       — Нет. Трахаться.       Хонджун подскочил к кровати, и Уён перекатился в сторону. Сан среагировал тут же.       — Стоп-стоп, спокойно, хён, — он выставил руки вперёд. — Уён, ты перегибаешь.       — Нет, Сан, — посерьёзнел Уён. — Это просто кое-кто хочет себе звание «тормоз года» получить. Правда, хён? Вместо того чтобы просто собрать яйца в кулак и сделать то, что хочется.       — Дохуя умный? — фыркнул Хонджун. — Ещё раз вякнешь что-то в этом духе, — он прищурился. — И я приму меры. Ты знаешь, что я могу.       — Вот именно, хён, — не стал давать заднюю Уён. — Можешь ты многое, да только вот это всё не имеет значения. Потому что то, что ты хочешь, ты не делаешь.       — Сейчас я очень хочу тебе уебать.       — Да брось, хён, — Уён, будто и не замечая откровенно агрессивного настроя, поднялся с кровати, заматываясь в одеяло и глядя на старшего прямо. — Ты сейчас бесишься не потому, что мы тебе работать мешаем, а потому что ты не можешь сделать тот решительный шаг, который сделали мы. Хонджун скрестил руки на груди.       — Ебать ты психолог, конечно.       — Вовсе нет. Просто я знаю, чего хочу. И не стесняюсь этого.       — То, что ты не стесняешься, я заметил. И не только я, а вообще все.       — Так соберись и сделай то же самое! Я вообще смотрю на это всё и мне плакать хочется.       — Сан, пожалуйста, купи своему эмоциональному парню кляп, — бросил Хонджун и ушёл, громко хлопнув дверью.       Уён грустно вздохнул и сел на кровать, и Сан тут же затянул его в объятия.       — Ну вот нафига ты лезешь к нему, а? — спросил Сан выцеловывая шею младшего.       — Потому что сил нет смотреть на этих двух идиотов.       — Уён, — поцелуи стали настойчивее. — Это не твои проблемы.       — Сонхва — наш друг.       — Да, — не стал спорить Сан и провёл руками по телу парня. — Но разобраться с этим он может только сам.       — Ладно, — Уён развернулся в его руках и утянул в поцелуй. — Кстати, Сан…       — Ммм?       — А давай тебя трахнем, а? А то чего всё меня да меня.       Шея Сана напряглась, а глаза расширились.       — В смысле?       — В прямом, — Уён оседлал его бёдра. — Это прекрасно, когда ты во мне, но я хочу побывать в тебе…       Он прошагал пальчиками от груди по напряженному прессу прямо к уже напрягшемуся члену.       — Ённи, давай как-нибудь потом об этом поразмышляем, ладно? — Сан перевернул их и закинул его ноги себе на плечи. — А сейчас я хочу сложить тебя напополам.       Он резко толкнулся в разработанное отверстие, и Уён схватил его за голову, притягивая к себе и действительно складываясь почти вдвое, отмечая движение громким стоном.       Где-то за стеной раздалось обречённое хонджуново:       — Бляяять… Опять?

***

      Примерно спустя неделю до Уёна дошло, что Сан избегает обсуждения того, чтобы оказаться под ним. То есть, седлать Уён своего парня седлал, но хотелось и самому попробовать себя в роли ведущего. Стоит отдать Сану должное, сбивал с толку он Уёна мастерски. Младший сообразил, что его водят за нос, и желание нагнуть своего хитрожопого парня возросло в разы.       Одним из тех качеств, что Уён по-настоящему любил в Сане, была хитрость и сообразительность. Когда они решили быть вместе — это был невероятно романтичный эпизод, где они занялись неловким петтингом прямо в гримёрке — то вроде как сразу обозначили, что не будут определять себя как всегда принимающего и ведущего. Несмотря на это Уён искренне любил то, как Сан сходит с ума от его выходок и выпускает эмоции. Вообще доведение Сана до трясучки — это был личный кинк Уёна. Он любил секс, любил, когда из него буквально вытрахивают душу. Ему самому это дарило бодрость вместе с лёгкой тянущей болью в пояснице. И вот спустя полгода Уён осознал, что ещё ни разу не был сверху.       Непорядок. Сан должен знать, что теряет.       А теряет он многое, в принимающей роли есть свои неоспоримые плюсы.       К тому же, каким бы мужественным Сан ни был, себя Уён тоже девчонкой не считал. Он парень, у него тоже есть член — немаленький, кстати, — так что Сану не отвертеться. Тем не менее, и принуждать его Уён тоже совершенно не хотел, напротив — Сан должен был сам осознать желание к этому.       И тогда Уён придумал план.       Следующим утром он обнял Сана со спины в ванной и проворковал тому на ушко:       — Сааан…       Тот улыбнулся довольным котом.       — Что?       — А давай я сделаю тебе массаж? У нас сегодня выходной, можем расслабиться, — продолжал шептать Уён, наблюдая как Сан расплывается в предвкушающей улыбке.       — Хорошо, идём.       План был прост в своей гениальности, и всё шло хорошо: он размял Сану спину, а потом уселся сверху и исцеловал всё от шеи до ямочек на пояснице… Только вот. Стоило перейти к подтянутым ягодицам, как Сан вздрогнул, напрягся и повернулся.       — Ты чего?       — Сан, солнце, не напрягайся, у меня есть одна идея…       — Ты опять за своё, да? — обречённо спросил Сан.       — И вовсе нет! — невинно хлопнул глазами Уён. — Точнее не совсем.       — Что ты там задумал? — прищурился Сан.       — Трахнешь меня, пока в тебе будет пробка, — игриво улыбнулся Уён.       — Ённи…       — Ну Сан, ну пожалуйста! — заныл он. — Я же ничего такого не прошу!       — А пробка в моей заднице — это по-твоему ничего?       — Но не член же, чего ты так испугался?       — Я не испугался, — нахмурился Сан. — Просто это как-то…       — Сан, — Уён обнял его и поцеловал веснушки на шее. — Доверься мне. Я так хочу показать тебе, что ты теряешь! Я тебе самую маленькую вставлю, обещаю, — Уён посмотрел на него глазами кота из Шрэка. — И это будет совершенно новый уровень ощущений, я тебе гарантирую!       — Ты ведь не отстанешь, да?       Уён помотал головой.       — Ладно. Давай попробуем.       Уён радостно улыбнулся и нырнул рукой в тумбочку, извлекая необходимый предмет. Сан косился на маленькую силиконовую пробку как на бомбу, заставив Уёна хихикнуть.       — Не бойся, я очень аккуратно. Встанешь на четвереньки? — попросил он невинным тоном, на что Сан судорожно вздохнул.       — А по-другому никак?       — Сам же лучше меня знаешь, что в такой позе проще всего, — покачал Уён головой и успокаивающе улыбнулся. — Я обещаю, что буду аккуратным и что тебе понравится.       Просьбу Сан выполнил, но зажатым был донельзя, и Уён снова принялся ласкать его спину, уделяя особое внимание чувствительным ямочкам на пояснице, потихоньку подбираясь к цели. Когда он начал целовать его ягодицы, Сан задушенно всхлипнул и упёрся лбом в согнутые руки.       Уён задумался.       — Перевернись на спину, солнце, — он снова чмокнул правую ямочку.       — Ты же говорил…       — Я передумал, — Уён раздвинул ноги Сана и устроился меж них. — Не думал, что придётся говорить об этом вслух, но если тебе неприятно — скажи мне, и мы прекратим.       — Дело не в этом, — Сан резко выдохнул, когда его напряжённого члена коснулось горячее дыхание. — Просто очень непривычно.       — Сан, — укоризненно произнёс Уён. — Расслабься. Всё будет хорошо, веришь мне?       — Угу, — Сан запрокинул голову, потому что Уён прикоснулся губами к головке его члена. Младший очень любил оральные ласки, и сейчас вылизывал его член как леденец, который так давно хотел. Сан настолько увлекся ощущениями, что даже не сразу понял, как Уён ввёл первый палец, и дёрнулся.       — Тихо-тихо, я ничего не делаю, — успокаивающе прошептал Уён и вернулся к посасыванию головки. Сан закрыл глаза и попытался отвлечься от новых ощущений, переключаясь на более знакомые и приятные. Когда Уён опустился ртом на член, принимая до конца и утыкаясь носом в лобок, Сан простонал, запрокинув голову, и лишь потом понял, что в него протиснулся уже второй палец. А вот это уже было почти неприятно, о чем он и сказал Уёну.       — Осталось совсем чуть-чуть, солнце, ты молодец.       Пальцы пришли в движение, синхронно с движениями языка на члене, и, пожалуй, это было сносно. Пока пальцы не согнулись и Сана не прострелила острая вспышка возбуждения.       — Блять! — он удивлённо выдохнул. — Это всегда так?       — Угу, — промычал Уён, не вынимая член изо рта, отчего Сан простонал снова.       Окей, спустя пару минут Сан понял, что в этом есть определённый кайф, чуть более глубокое удовольствие, но стоило ему это понять, как Уён вытащил пальцы и заменил их на пробку. Она вошла плотно, растягивая стенки, и это было нечто новое, странно-тянущее, но приятное. Уён не дал сконцентрироваться на этом и потянул его на себя, опрокидываясь на спину и раздвигая ноги. Сан привычным движением перенёс вес на руки и внезапно охнул, закатив глаза. Уён потянулся вверх, целуя, и горящими глазами посмотрел в его:       — А теперь войди в меня уже, — он лёг обратно и обнял Сана за талию ногами. Сан сделал толчок, и простонал вместе с Уёном.       — Блять!       Пробка смещалась внутри, давя на простату при каждом движении бёдер, и это высекало искры из глаз. Сан сорвался на очень быстрый темп сразу же, потому что простреливаюшее удовольствие подстёгивало. Уён не мог отвести взгляда от Сана: весь взмокший, покрасневший, дыщащий рвано и постанывающий от каждого движения. Его руки сжимали бока младшего так крепко, что обещали появиться следы, но оно того стоило. Поняв, что Сан в шаге от оргазма, Уён обхватил свой член и с силой провёл по нему несколько раз, догоняясь. С очередным толчком Сан взвизгнул и кончил, падая на него сверху.       Уён обнял за талию, пытаясь отдышаться сам, а Сан вообще дышал через раз и даже не вышел из него.       — Эй, ты в порядке, солнце?       Сан не отвечал достаточно долго, чтобы Уён заволновался, но потом всё же скатился с него, падая на спину и расфокусированно глядя в пространство перед собой.       — Если ты каждый раз чувствуешь то, что и я сейчас…       — Именно, солнце, — Уён подкатился к нему под бок и улёгся головой на ходящий ходуном живот. — Именно это.       — Тогда я хочу попробовать.       Уён ничего не сказал, только победно улыбнулся и повернулся для поцелуя.

***

      Уён ковырял йогурт из баночки, наблюдая за разворачивающейся драмой: Сонхва демонстративно игнорировал Хонджуна. Причина немилости была ясна как божий день — Хонджун опять не ночевал в комнате, по-видимому нарушив какое-то обещание, и теперь Сонхва стоял у кухонного стола и пил кофе, даже не глядя в сторону мнущегося лидера. Все остальные притихли, потому что такие ситуации были как бомба замедленного действия — неизвестно когда и как рванёт, а подорваться на мине, по имени Хонджун, не хотел вообще никто.       Сан пребывал в весьма благодушном настроении с самого утра, легко улыбаясь, но не вмешиваясь.       Этот день обещал напряжённый график, так что домой они скорее всего вернутся ближе к ночи. Обычно Сан нервничал перед любым появлением на публике, но только не сегодня, и Уён прятал улыбку — вчерашнее развлечение явно пошло на пользу.       — Может, хватит? — не выдержал игнора лидер. — Ну уснул я там, прямо за столом, что меня теперь за это расстрелять что ли?       Сонхва зыркнул на него, но промолчал.       — Я пойду одеваться, — оперативно смылся из-за стола Ёсан, а за ним и все остальные. Уён ушёл последним, глянув на лидера и покачав головой. Тот выглядел разозлённым и расстроенным, и Уён невольно пожалел его.       В итоге из-за такого утра настроение в группе было испорчено конфликтом старших, и исправилось только к вечеру, когда после съёмок все были настолько уставшими, что сил на разборки не осталось.       Вернувшись в общежитие, они заказали ужин и начали вяло препираться по поводу очереди в душ.       — Мы с Уёном вместе пойдём, так быстрее, — сказал Сан, на что Хонджун хмыкнул:       — Если вы там будете вдвоём, есть вероятность, что вы наоборот там застрянете, голубки.       — Да отстань ты от них! — рявкнул внезапно Сонхва, заставив лидера подпрыгнуть.       — Да я же… — попытался сказать Хонджун, но Сонхва резко поднялся, отчего ножки стула громко шваркнули об пол, и стремительно удалился. Хонджун рванул следом за ним, скрываясь в коридоре. Все сидящие за столом переглянулись, после чего Юнхо сказал:       — Короче, ничего не знаю, я пошёл мыться.       — Я после тебя! — тут же выпалил Чонхо.       — Мы пойдём последние, — сказал Уён. — Ну, в смысле, после вас. Когда хёны пойдут, я не знаю.       — Не будем к ним соваться сейчас, — заключил Ёсан. — Или среди вас есть суицидники?       Сан скорчил рожу.       — Закрыли тему. Юнхо, ты идёшь?       Юнхо закивал и умотал из кухни, после чего и все остальные разбрелись по комнатам.       Сан завалился на кровать, пока Уён снимал с себя толстовку.       — Давай попробуем сегодня, — предложил Сан.       Брови Уёна взлетели.       — Уверен? Ты устал, да и я тоже.       — Может, это и к лучшему, — пожал плечами Сан и усмехнулся. — Возможно, так моя задница пострадает меньше.       Уён хохотнул.       — Я бы на твоём месте не рассчитывал на это, — сказал он, усмехнувшись. — А если серьёзно, я буду осторожен в любом случае.       — Знаю, — Сан протянул к нему руки и притянул к себе, усаживая на колени.       Уён с удовольствием обнял его и затянул в тягучий поцелуй.       — Может, ну его, этот душ? — спросил Сан.       — Ну уж нет, — поморщил носик младший. — Я хочу тебя помыть. Везде.       — Умеешь замотивировать, — Сан притянул его ближе, укладывая руки на задницу. Уён прикоснулся губами к его губам, утягивая в поцелуй, когда они услышали странный звук за стенкой.       — Это что? — Сан оторвался от него. Звук повторился, но было непонятно, что это.       — Они же там не дерутся? — с беспокойством спросил Уён. По звуку действительно было похоже на удар, но после все стихло.       — Ванная свободна, — в дверь заглянул Ёсан и скорчил рожу. — Вы хоть дверь закрывайте, когда тискаетесь.       Сан в ответ лишь сильней сжал руки на заднице Уёна, и Ёсан, фыркнув и закатив глаза, захлопнул дверь.

***

      Как бы Сан ни храбрился, Уён понимал, что тот волнуется, поэтому решил занежить парня до такой степени, чтобы тот забыл обо всем. Усталость от дня ощущалась смутным фоном, и когда они завалились на кровать, Уён притянул Сана на себя и глубоко неспешно поцеловал.       — Ммм, чувствую нежность, — промурчал тот.       — Хочу, чтобы тебе было комфортно, — ответил Уён.       Сан улыбнулся, и от этого вокруг его глаз собрались морщинки, а на щеках появились ямочки.       — Ты знаешь, что я люблю тебя, верно?       — Конечно, как и я, — Уён улыбнулся в ответ и перевернул их, оказываясь сверху. — А теперь снимай трусы.       Сан хохотнул.       — Романтика так и прёт.       — Ну, а то, — парень шкодливо улыбнулся.       Сан сделал, что было сказано и уставился на Уёна с решительным видом.       — Ну а ты чего завис? Член сам из трусов не выпрыгнет.       — А ты, я погляжу, тоже романтик года, — усмехнулся Уён и раздвинул его колени.       Сан откинулся на постель и попытался расслабиться. Уён навалился сверху, проезжаясь по паху, и принялся неторопливо и обстоятельно целовать его грудь, вылизывать соски и водить пальцами по рёбрам.       — Если так пойдёт и дальше, мы отрубимся в процессе, — лениво сказал Сан. — Слишком ласково, расслабляет.       — Ох, нарываешься, — фыркнул Уён и развернул его к себе спиной, заставляя прогнуться в пояснице. — Ммм, вид на миллион долларов, — он достал тюбик смазки и отвинтил крышечку, выдавливая немного на пальцы.       — Ой, заткнись, — фыркнул Сан и уткнулся лицом в подушку. — Давай быстрее.       — Неа, — завредничал парень и нарочито медленно провел пальцами по ложбинке, прежде чем скользнуть внутрь.       — Ённи, ну не тормози, — проныл Сан, изгибаясь ещё сильнее. — Хочешь заставить меня просить?       — Заманчиво, — мурлыкнул в ответ Уён. — Но оставим это для другого раза. Сейчас я хочу заставить тебя стонать.       Он слегка согнул пальцы, и Сан дёрнулся так, что, казалось, он может сломаться пополам. Он издал низкий довольно громкий стон, который подстегнул Уёна, и тот задвигал пальцами ещё сильнее, каждый раз ударяя по простате. Сан искусал подушку, мышцы живота хаотично напрягались, а член подёргивался время от времени.       — Я так кончу прежде, чем ты в меня войдёшь, — простонал Сан. — Давай уже!       Уён хотел запечатлеть этот момент в своей памяти навсегда. Такой Сан — это за гранью добра и зла. Невыносимое чувство эйфории распирало изнутри, когда он толкнулся в первый раз. Он чувствовал столько эмоций сразу, что не мог контролировать себя. Он обнял Сана, притянув его спиной к своей груди и принялся толкаться внутрь, одновременно с этим положив руку на его член. Сан взвизгнул, дёрнулся и кончил, хаотично сокращаясь вокруг него. Уён едва соображал, когда вышел из него и кончил на ягодицы, простонав и прокусив свою губу.       Сил не было никаких, даже дотянуться до салфеток, так что Уён забил на это, лёг рядом с Саном и поцеловал его в висок, притягивая к себе.       — Всё хорошо?       — Погоди, — проморгался Сан. — Мне на некоторое время показалось, что я ослеп на один глаз. И, — он поднял голову и улыбнулся. — Знаешь, я теперь думаю, что мы будем делать это чаще. Мне слишком понравилось, чтобы отказываться от этого.       Уён мурлыкнул что-то неразборчивое в ответ и лениво приоткрыл один глаз.       — Я готов в любое время дня и ночи.       Сан лёг обратно и прижался крепче.       — Хорошо.       Не успели они закрыть глаза, как услышали странный шум. Спустя пару минут стало понятно, что это приглушённые стоны.       Уён приподнял брови.       — О! Хонджун отморозился.       Сан только усмехнулся.       — И года не прошло.