А может и нет

«И с чего они взяли, что я нездоров? По-моему, очень даже здоров: нет кашля, температуры тоже. А то, что никто не видел мою Особу, даже когда я их пытался познакомить, это их проблемы! Особа просто стесняется, да и с вами, такими необразованными и некомпетентными, она не будет разговаривать. Не в этом плане больной? Что ты имеешь в виду? Нет-нет, не неси чепуху, ты чего? Бред, полный бред, моя Особа очень даже существует, я сегодня ее встречал после командировки! Она о-очень красивая, такая прекрасная, она здесь живет, вот в этом доме, на том этаже, пойдемте в гости, зайдем, глаза сразу у тебя откроются, правда откроются, и есть она». Я открыл подъезд жилого здания и остановился на первом этаже, потому что забыл, на каком из квартир пятиэтажки живет Особа. Все никак не понимаю, о чем говорят эти люди.… Ах да, тридцать первая! Тридцать первая квартира, я тебе точно говорю, точно! Пулей побежал на четвертый этаж, не стал стучаться в дверь и зашел в квартиру. «Вот, даже дверь открыта. Она нас уже ждет, правда ждет! Пойдем, пойдем! Особа, где ты?» Я начал оглядываться, заходить в комнаты. Странно, все шторы открыты, а Особы нигде нет. Да и дверь она бы и не оставила никогда просто так незакрытой. Последней комнатой была кухня, я зашел и сел за стол, а собеседник встал за спиной и опять ворчит, что меня только злит. «Да есть она, есть, просто… в магазин пошла, в чем проблема? Она меня ждала, вот дверь и оставила, она очень хорошая, она мне очень-очень доверяет, а ты не понимаешь. Если какие-нибудь грабежники попадут, я их бабац, бабам и все! Особа меня очень любит…» Слышу шаги, какие-то строгие, но все те же точные и прекрасные, как у Особы. «Я ведь говорил, она здесь!» - и выхожу в коридор. - Голубчик, а ты что тут делаешь? – вместо Особы встречает меня полковник. Не могу вспомнить его имени, но знаю, что человек, вроде бы, адекватный. - А вы что? Я Особу свою жду, это ее квартира, она придет и будет очень злая, очень… Вдруг силуэт нежных цветов обоев, мягкой входной двери и пушистых ковров начал рассеиваться. Остались только голые серые стены и окна без стекла. Неужели я в заброшенном здании? - Какая Особа, какая квартира, ты чего? – после этого полицейский начал смеяться, как-то непринужденно, но очень противно, - пройдемте-ка со мной, голубчик, на беседу небольшую. - Да нет, нет, зачем вы все убрали, вы совсем меня запутали! Где он? Он сейчас вам все расскажет, у меня есть свидетель! – я зашел в такое же серое помещение, пропахшее сыростью, где до этого была кухня, и должен был находиться собеседник, с которым я спорил. Но его там не было. Полковник ухватил меня за руку и потащил на лестничную площадку, которая могла бы в любую секунду рассыпаться под ногами. - На Вас уже столько жалоб, что всякие штучки здесь непонятные делаете, а, думаете, мне безопасно тут быть? И Вам тоже небезопасно, и людям неприятно: то там покричите на кого-то, то здесь шумите. А патрули все никак вас поймать не могли, вы что, сумасшедший? Нам надо расследования об убийствах вести, а приходится за каким-то психом бегать. Выдуманный «мираж» квартиры, потерявшаяся Особа вместе с неким «собеседником» и жалобы сбивают с толку. Никакой я не сумасшедший, очень даже умашедший, а все равно тащат куда-то по лестнице, а после усаживают в полицейскую машину. Позже – долгий разговор с психиатром, выписывания какого-то диагноза, таблеток. Но мне полностью все равно, Особа и правда существует, и я готов даже погибнуть, чтобы встретиться с ней, если она куда-то пропала. Стою посреди своей квартиры. На столике включен проигрыватель и играет какая-то очень старая музыка. На это тоже все равно; в моей правой ладони лезвие – ведь я не хочу больше жить там, где я не могу найти свой идеал.

Я даже не помню лица Особы, может, она и вправду не существует?