Просто помни меня

Мысли о ней всегда заставали её врасплох. Не важно чем она была занята, это всегда было неожиданно. Легко завитые волосы и подведенные глаза придавали ей свежести, будто не она вчера запиралась от родителей в ванной. Flashback — Сколько можно тебе повторять? — яростно кричала миловидная женщина средних лет. Лицо ее выражало столько злости и агрессии по отношению к собственной дочери, будто не она являлась высококвалифицированным психологом всего каких-то пару часов назад , и оказывала другим помощь. На самом деле Энн все еще не понимала, почему ее мать выбрала такого рода профессию. Она совершенно не умела работать с людьми. — Я устала это слушать мама! Ты изо дня в день твердишь одно и тоже. Почему я сама не могу решать, как мне жить? Я уже не та маленькая Энни, которой ты так любила управлять. Неужели ты не видишь, что я выросла? — ругаться с Маргарет: матерью Энн, было бесполезно. -Я твоя мать! — неожиданный хлопок дверцы в ванной заставил ее замолчать — тебе еще нет восемнадцати, не совершай ошибок -звук включённой воды вновь перебил ее. -Я запрещаю тебе общаться с этой мерзавкой! — ее все сильнее распирало от гнева: успокоительные перестали оказывать должный эффект, и сосуды в ее глазах так и норовили лопнуть от напряжения. End of flashback Вечный, неугомонный шум, заполняющий все пространство в аудитории, безбожно резал уши, и напрягал и без того уже болевшую от недосыпа голову Энн. Крики прервались медленными, уверенными шагами вошедшего профессора. --Здравствуйте ,мистер Бартон, — раздавалось то с задних, то со средних рядов. ----Вы сегодня как-то поздновато на лекцию -сказал Эйдон. - уже как пятнадцать минут от начала. Его каштановые волосы блестели, переливаясь на солнце, а отросшая челка так и норовила упасть на глаза. Глаза медового оттенка, прямой нос, острая линия челюсти и улыбка.Эта улыбка могла свести любого с ума. Она очаровывала всех. Эйдон был добрым по настоящему, ему легко было найти общий язык со всеми. Не важно, будь то сокурсники или преподаватели. Он нравился буквально всем. Об Эйдоне можно говорить очень много. Энн бы даже влюбилась в него ,если бы не..... — Могу я войти в аудиторию, мистер Бартон? — довольно по хамски, приподняв уголок губ, обратилась в нему девушка. -Айрис, ты, к слову, совсем не меняешь четверговых традиций. Я даже не знаю, есть ли смысл мне вновь сообщать родителям о твоих опозданиях. -она все так же невозмутимо стояла, смотрев на него нагловатым взглядом, как-бы сообщая, что плевать она хотела на его нравоучения, — ты можешь пройти на свое место — вновь обратился к ней Бартон. На самом деле Айрис всегда была смышленой, правда пользовалась она этим далеко не в учебе. Все знали о вечеринках в доме Вильясов по средам. Далеко непонятным было то, почему они проводились по среди недели, однако большинству было плевать. Айрис с самого детства дружила с Сэмом Вильясом, пусть был он не самым лучшим человеком, с ним не было скучно. -с вашего позволения, я пройду в последние ряды, -было ясно, что разрешения ей в принципе не нужно было.- спасибо. Она притягивала к себе внимание во что бы не была одета, как бы не были уложены ее волосы, каких бы эмоций не было на ее лице — все это было абсолютно неважным для окружающих. Внимание Энн было также прикованно к ней. Чёрные волосы Айрис обрамляли плечи, в карих глазах всегда будто таилась смешинка. Редко можно было увидеть ее грустной. Она совсем не была похожа на примерную студентку: тату на запястьях и на шее, пирсинг на левой брови, что совсем ее не портил. Чёрное худи, синие джинсы и обувь на высокой подошве были ее повседневной одеждой. Но что-то такое всегда явно виднелось в ней, что-то, что выдавало бунтарскую сущность. Время лекции довольно быстро подошло к концу, студенты начали складывать принадлежности в сумки, чтобы уйти как можно скорее и успеть пообедать. Но Бартон все еще продолжал что-то объяснять. -Важно понимать, что ось мы можем выбирать произвольным образом — если тело не вращается, то сумма моментов сил относительно любой оси равна нулю.-он посмотрел на всех, и понял что сегодня им уже бесполезно что-то объяснять- вы можете быть свободны. А вас Беттен, попрошу подготовить к следующей паре доклад о люминесцентном свечении. Хмыкнув она вышла из аудитории.

* * * Погода была на редкость хорошей. Все вокруг купалось в солнечных лучах, а легкий ветерок приятно обдувал открытые участки тела. Эйдон мягко приземлился на траву рядом с Энн, которая снова читала дурацкие романы книгу. -Ты снова грустишь. — уже даже не спрашивал, а утверждал он. -Опять поругалась с мамой. — она вздохнула, и попыталась выдавить из себя что-то наподобие улыбки. На самом деле, Эйдон хоть и не показывал своих чувств, на протяжении двух лет был бесповоротно влюблен в Энн. Он знал буквально все о ней. Начиная от ее любимых пирожных, заканчивая книгами, от которых она без ума. Он даже читал их, пусть не из интереса, но ради нее. Она относилась к нему лишь как к хорошему другу. И иногда очень тяжело было смотреть на нее, осознавая, что вероятность того, что ее чувства будут взаимными, абсолютно мала.