Mors

      Когда это случилось, мне было семь.       Мой сон прерывает душераздирающий крик где-то снаружи, а затем, обеспокоенный вздох моей старшей сестры - Элайзы. Стоило мне открыть глаза, как ее лицо уже оказалось передо мной. Брови устремились вверх, глаза навыкате, губы дрожат, не в силах извлечь ни единого звука. Но спустя пару секунд молчания, она твердо выдает: «Вставай, бежим к родителям». Я, будучи облаченный лишь в ситцевую рубашку, тут же поднимаюсь на ноги, и, взяв сестру за руку, выбегаю наружу. Снег тут же обжигает босые ноги адским холодом, но, в ту минуту, это было не так важно. Вся наша деревушка утопала в языках пламени. В адском огне, дома не то чтобы сгорали, они, словно таили, настолько быстро это происходило. Люди сгорали с такой же скоростью, их крики обрывались, утопали и гасли среди остальных. И мы, решили найти среди этого ужаса, наших родных. Элайза, оправившись от увиденного, резко подается вперед, волоча меня за собой. Чем дальше мы убегали от дома, тем больше и жарче, казалось пламя, окружающее нас. С каждым шагом, было такое ощущение, что красные языки все больше и больше тянулись к нам, обжигая руки, пальцы на ногах. Вскоре, я понял, что это было совсем не ощущением, а реальностью. Красно-оранжевый коридор становился все уже, пока не сомкнулся, прямо перед лицом сестры. Остановившись, Элайза оглянулась по сторонам, назад, однако, выхода из огненной западни, не нашла. Обратный путь отрезали упавшие с крыши пылающего дома, доски, загнав нас в тупик. Тогда, в моей голове пронеслось, что-то вроде: «Это все?», в то время как сестра, отпустила мою руку, упала на колени с диким воплем. Кольцо пламени постепенно сужалось, и я, делал шаги назад, пока не уткнулся в сестру. Видимо, мое прикосновение помогло ей отойти от истерики, ведь в следующий момент, Элайза крепко обняла меня. «Жаль, что матушка и отец не с нами»- тихо прошептала она. Я хотел сказать что-то в ответ, однако, раздался громкий грохот, а следом за ним, мое тело вмиг онемело. Последнее, что я успел рассмотреть в тот момент, это окровавленное лицо сестры, ее вспыхнувшие волосы, и одиноко стекающуюся по ее щеке слезу. В следующий миг, перед глазами встала черная пелена, и чувства, ощущения, мысли, все испарилось, оставив в голове лишь громкий гул.       Первое, что я почувствовал, был холод. Боль в конечностях была выше моих ощущений, а потому, казалось, что их попросту нет. Горло, как и легкие, отозвались острой болью, как только я попытался вдохнуть свежего воздуха. Двинуться, напрячь мышцы, у меня не выходило, они, словно промерзли, покрылись льдом, что мешал механизму работать. Однако глаза у меня получилось открыть. Расплывчатая картинка напоминала чье-то лицо, но не знакомое мне ранее. Рыжие волосы, до ужаса бледная кожа, алые губы и красные, словно два камешка рубина, глаза. Вскоре, образ приобрел четкость, и я мог разглядеть незнакомку подробней. Локоны рыжих волос, уходили за угол моего обзора – длинные. Тонкий, аккуратный, вздернутый нос, изящные, слегка пухлые губы. И, большие глаза, с густыми, еле заметными, светлыми ресницами, и такими же, бровями над ними. На бледной, словно снег коже, хорошо можно было заметить местами рыжеватые, местами красноватые веснушки. На вид, я бы дал ей восемнадцать лет, ведь не встретил ни одной, даже маленькой морщины. Однако, в глазах незнакомки, я не видел признаков жизни, как это часто бывает у пожилых людей, чей разум давно увял в их сознании. Пока мои глаза активно проходились по ее лику, она, не отводила своего пристального взгляда, что устремлялся, кажется, в мои глаза. Встретившись взглядом с девушкой, я решил не отводить очей, и просто посмотреть, что будет дальше. А дальше, после несколько секундной паузы, она, наконец, прервала тишину:       - Назови свое имя, человеческое дитя,- раздался слегка хриплый, но по-своему мелодичный голос незнакомки.       - Адам,- практически без звука, произнес я. Однако, девушку такой ответ устроил.       Вдруг, по телу пробежались мурашки, я начал чувствовать что-то помимо холода, а точнее, мягкие, теплые касания. Сам того не осознавая, начал подниматься на ноги. Тонким рукам рыжей незнакомки, хватало слабого касания, чтобы поманить за собой мое онемевшее тело. Стоя на ногах, я оглянулся по сторонам. От деревни остался лишь черный пепел, на который, уже успел упасть снег. В этот же миг, я заметил, во что была облачена незнакомка. Легкое, черное платье с длинными, полу прозрачными рукавами и более плотной юбкой в пол. Сквозь тонкую ткань рукавов, удалось разглядеть различные символы на руках, что говорило об одном – передо мной, стоит ведьма. Родители часто рассказывали о них, но в основном, это были страшные сказки для детей. По их рассказам, ведьмы были жадными, самовлюбленными и злыми колдуньями, что питались людьми, однако, даже мой детский разум, понимал, что это, скорее всего не является правдой. И, судя по тому, что стоящая прямо предо мной ведьма, до сих пор не разорвала меня на части, предполагал я верно. Оглянувшись по сторонам, ведьма тяжело вздохнула, после чего, вернула взгляд на меня. Скинув с себя мантию, она укутала меня, после чего, вновь заглянула в мои глаза.       - Адам, ты помнишь, что произошло?- холодно, без единой эмоции спросила та.       Я на секунду задумался, еще раз прокрутил в голове все произошедшие события, и, коротко кивнул.       - Никто кроме тебя, после пожара не выжил. Не осталось ни единой кости, ни доски,- в том же тоне, продолжила она.- Что ты собираешься делать?       Прилетевший вопрос застал меня врасплох. Я прекрасно осознавал произошедшее, но оценка, пришла только сейчас. У меня ведь, больше нет дома, семьи, все кого я знал - погибли. По моим щекам тут же скатились слезы. Плечи задрожали, посреди горла встал плотный ком из отчаяния и обиды. Я не понимал, на кого тогда держал обиду, на весь мир, или на себя, за то, что уснул, и не смог среагировать быстрее Элайзы.       - Не знаю, правда, не знаю,- задыхаясь от подступающих слез, коротких, хаотичных вздохов, говорю я.       Прикрыв лицо ладонями, я закрываю глаза, со всей силы стискиваю зубы, пытаясь унять плач. Почему-то, мне было ужасно стыдно перед ведьмой, за свою слабохарактерность. Хоть она и не проявляла особых знаков внимания к моим эмоциям, мне было ужасно неловко. Вдруг, послышался тяжелый вздох, после чего, я почувствовал, как ноги теряют опору, находясь где-то навесу. После этого, я понял, что оказался на руках рыжей – сквозь ткань мантии послышалось сердцебиение, на спине и под коленями, ощущались все те же, миниатюрные ладони.       - Тише. До того момента, пока ты не узнаешь, куда хочешь идти, будешь жить со мной,- тихо произнесла она, кажется, более мягче, чем прежде.       Ее мягкость, обнадежила, однако, вызвала новую порцию горячих слез. Уткнувшись лицом в складки мантии, я вновь стиснул зубы, пытаясь унять подступающие слезы.       - А как тебя зовут?- тихим, срывающимся на шёпот голосом, спросил я.       Вдруг, я почувствовал, как внутри девушки что-то сжалось. От нежных рук, словно повеяло холодом, нависла тяжелая, угнетающая тишина.       - Ведьмы не называют своих имен, точнее говоря, мы отказываемся от них, как только становимся на этот путь.- Слегка мрачно, произнесла она, но потом, смягчилась.- Можешь называть меня Мори, это, можно сказать, мое имя среди ведьм.       - Мори? Что-то мне это напоминает…- тихо произнес я, но так и не закончил мысль, медленно проваливаясь в сон.