"В финале Цукаса умрёт"

- ..клянусь, я видела его в парке! Он с кем-то разговаривал и рисовал. Я краем глаза посмотрела в альбом, эти каракули были такими жуткими.. О?. Ах, эм, н-нет, я не следила за ним! Я хотела подойти и поздороваться, но этот.. э-этот псих не слышал о манерах, он сделал вид, что не знает меня! Амане приподнял голову с локтей, обернулся и вгляделся в глубину класса: спиной к нему на парте сидела его одноклассница и, яро жестикулируя, жаловалась подружкам на какую-то неприятную встречу. Он не знал, чем его заинтересовал этот бессмысленный разговор, но в нём роилось какое-то странное, едва определимое чувство, будто рассказанное относится непосредственно к нему. Движение Амане не осталось незамеченным: девочка, сидевшая лицом к говорившей, толкнула ту ногой и взглядом показала на только что проснувшегося Амане. Теперь у него не оставалось сомнений, что предметом бурного разговора был именно он. Группа мигом затихла, а зачинщица, вздрогнув, неловко обернулась назад. Амане не удивился, увидев её лицо, эта одноклассница чаще остальных обсуждала его за спиной. Впрочем, раньше он не слышал, чтобы она что-то выдумывала и лгала остальным. Девочка быстро поправила растрепавшиеся было волосы, ткнула пальцем свои громоздкие очки по переносице и покашляла в кулачок. - Да, Амане, я про тебя. Ты что, не знаешь? Игнорировать людей невежливо! Амане устало закатил глаза. В мыслях образовалась целая куча грубых ответов, которые бы он пустил в ход против мальчишек, но в разговоре с девочками Амане предпочитал не перегибать палку. Раздражённо посмотрев на неё, он лёг обратно на парту. - Да! Да! Это именно то, о чём я и говорила! -- одноклассница была вспыльчивой и подолгу не успокаивалась. Амане уже приготовился слушать нелестные эпитеты в свою сторону, как третья девочка из группы встряла в разговор и тихо начала, прежде чем ссора могла разгореться: - Амане-кун, должно быть, ни при чём.. вы не помните? Кажется, у него брат учился здесь в параллельном классе.. Остальные подруги взглянули на неё. - Когда это? - Мы тогда только перешли в среднюю школу. Я помню, однажды потерялась и пошла за тем мальчиком, думала, так придём в наш общий класс, но там не было ни одного знакомого лица. Тогда я и узнала, что у нас в школе учатся близнецы. Все снова обернулись и недоверчиво посмотрели на Амане. - ..допустим, это так. Тем не менее.. -- одноклассница продолжила рассказ о событиях того дня, но Амане это особо не волновало, как и то, что перед ним не удосужились даже извиниться. В какой-то мере он привык к подобному отношению, но сейчас его мысли были заняты другой проблемой: чем это опять занимался его брат?

***

Учебный день прошёл в беспокойстве, пока не прозвенел звонок с последнего урока. Амане нарочито медленно складывал учебники и канцелярию в портфель: он не хотел видеть своих одноклассников ещё и по пути домой. Для него это действие уже превратилось в ежедневную рутину, из-за чего порой он приходил домой на полчаса позже, чем мог. Удивительно, подумал он, как его привычка ещё не подверглась едким нападкам со стороны других ребят; видимо, каждый из них был слишком рад поскорее сбежать из школы, чтобы замечать её. С другой стороны, ничего странного в этом нет. Атмосфера в классе на самом деле не была настолько враждебной. Большинство относилось к нему нейтрально, возможно, он даже мог к ним обратиться за помощью в случае чего, и они бы не отказали. Амане не мог сказать, что в классе он подвергается травле или физическому насилию -- по крайней мере, он часто слышал о "настоящих" издевательствах, и потому не относил себя к жертвам. Но несмотря на это одноклассники заставляли чувствовать себя неуютно в их компании. Амане ощущал, будто невидимая стена отделяет его от общества. Пока другие заводили знакомства друг с другом, могли ходить в гости, обмениваться домашними номерами, если были -- и это были, казалось, едва знакомые люди -- Амане оставался в стороне и не знал, как ему поменять положение. Сложностью представлялось даже вспомнить, когда начались проблемы во взаимоотношениях с классом и почему; казалось бы, в среднюю школу Амане перешёл тем же весёлым мальчиком, каким был в начальной, где у него с братом были хорошие приятели. "Возможно, Цукаса придавал мне уверенности" -- подумал Амане. Мысли, ушедшие было в рефлексию, вернулись в прежнее русло, вспомнилась утренняя сплетня и Неизвестный, откуда-то знакомый Цукасе. В груди неприятно кольнуло. Было стыдно признавать, но Амане не хотел, чтобы у брата появились друзья раньше, чем у него. Это эгоистичное желание он старался прятать глубоко внутри. Честно, старался, Амане понимал, в каком ограниченном положении находится Цукаса, не имея возможности посещать школу, учась только на дому. Однако время от времени он ничего не мог с собой поделать! Рука сама тянулась к брату, чтобы увести подальше от новых знакомых, случайно встреченных на прогулке, чтобы они не вмешивались в и так полноценные отношения, не смели уводить наивного брата, а потом, из-за какой-то мелочи, -- начать издеваться над ним.. То, что всё закончится именно этим не вызывало никаких сомнений у Амане. Цукаса и вправду был странным ребёнком. Привязчивый, громкий до боли в голове, а ещё.. непонятный. Именно так. Даже Амане, его близнец, не всегда мог вникнуть в поведение Цукасы, для других же это будет как красный флаг, призывающий издеваться над "не таким" ребёнком. И поэтому Амане должен быть рядом с ним, чтобы не позволить подобному случиться. Сочетание желания защитить младшего брата с чувством собственничества заставляло Амане отказаться от потенциальных друзей и продолжать вести затворнический образ жизни.

***

Когда Амане вышел из-под арки, яркий солнечный свет ударил ему прямо в глаза, заставив очнуться от беспокойных мыслей. Улица перед ним была ему незнакома. -- А?.. Где я? Внутри нарастала тревога, которую Амане сразу начал пресекать. "Ничего", думал он, "наверняка я завернул чуть раньше, чем следует. Нужно только выйти обратно под аркой". Над своим страхом он фыркнул с презрением, "уже не ребёнок, хватит выдумывать". Масла в огонь добавили воспоминания о суеверной матери, и... -- Это уже слишком, -- Амане замотал головой. -- Ты это с кем? Амане обернулся. -- Цукаса! Цукаса радостно подбежал к брату, запрыгнув на руки: -- Амане! Я думал, ты ещё в школе! -- он прижался к брату. Амане смутился, оглядел улицу, но никого не заметив, спустя мгновение обнял его в ответ. -- А ты не дома, Цукаса.. -- Хорошо подметил! Мне были нужны ветки, и я пошёл в парк. -- Мы живём рядом с лесом. -- Особенные ветки. Амане устало простонал: -- А теперь слезь с меня, -- Цукаса послушно спустился, -- в парк ходил, говоришь? -- М-хм! Вот, смотри, -- Цукаса снял с плеча свою потрёпанную сумку ("эх, говорил же маме, что давно пора новую ему купить!") и немного раскрыл, так, чтобы увидеть мог только Амане. Внутри действительно лежала куча небольших веточек, свежих листьев и каких-то ягод. Амане одобрительно хмыкнул: видимо, Цукаса снова собирается мастерить свои странные поделки. Он искренне любил творчество брата, хоть и обижался на то, что ему не дают участвовать в их создании -- ни Цукаса, предпочитавший самостоятельность командной работе, ни их мать, которая потом втихую выкидывала самодельные игрушки. Амане не понимал, чем они ей так не нравились. Коллекция частей скелетов мелких животных выглядела в его глазах куда сомнительнее, но вещи Амане она никогда не трогала. -- На этот раз собаку сделаешь? -- М-нм, не-а, нужна кукла. -- Как скажешь, -- видя, как брат снова уходит в себя, Амане поспешил отвлечь его, -- ты не хочешь перекусить? Я со школы голодный. -- Да! Пошли в кондитерскую! -- с энтузиазмом ответил Цукаса. Нормальной еды там не взять, но сейчас и пирожок сойдёт, решил Амане. И вспомнил одну важную деталь. -- Это.. Цукаса.. ты знаешь, где мы? Его брат дотронулся указательным пальцем до губ. -- Без понятия. Я бежал за кошкой. -- Поэтому тебя и не отпускают одного. Амане вздохнул, схватил брата за руку и пошёл, как ему показалось, наиболее правильным путём. *** -- Ну и где мы теперь?! -- Амане, спокойней! -- сквозь смех сказал Цукаса. Он каждый раз веселился, когда Амане срывался на эмоции, -- давай опять поднимемся куда-нибудь, в прошлый раз мы смогли увидеть купол школы. -- Ни за что! Мы еле убежали от того бугая, а владелец следующего дома на нас, наверное, собак спустит. -- Как знаешь. На улице стояла жара. Амане оттянул ворот рубашки. -- Надо найти тень, а то расплавимся прежде, чем доберёмся домой. -- Вон там! -- Цукаса вскинул указательный палец. Амане проследил его направление и увидел, что неподалёку действительно имеется сводчатый проход между домами. Они направились к нему. -- Уф, наконец-то! -- Амане облокотился о прохладную стену и достал из портфеля бутылку воды, отпил немного и протянул Цукасе, успевшему усесться рядом прямо на асфальт, -- Солнце сейчас в зените, давай немного переждём здесь. -- М-гм, хорошо, -- опорожнив бутылку, Цукаса швырнул её в стену: бутылка попала по пятну на стене и отскочила прямо к ногам Амане. "А это идея," -- улыбнулся он. -- Цукаса! Цукаса! -- под усталые стоны сопротивления он потянул брата за воротник и подпнул ногой по бедру, -- вставай давай, где твой запал?! -- Но я хочу пить! Сейчас слишком жарко, я полностью иссушен! -- Не прикидывайся, ты вылакал мою воду до дна. И вообще, давай поиграем. Видишь пятно? Очки получаешь, если попадаешь бутылкой по нему. Бьём по очереди, я первый. Проигравший дома моет посуду. Понятно? В ответ Цукаса что-то пробурчал, но его слова утонули в громком стуке. -- Мимо. -- Попробуй сам сделать лучше! Твой ход. Стук. Второй. Третий. Игра разгорелась. -- Я отнёс твою тетрадь учителю... Стук. -- ...он сказал, что всё хорошо... Стук. -- ...но если ещё раз будешь рисовать в тетради... ... -- ...то он не станет проверять. Так, подожди, -- Амане огляделся, -- куда ты бутылку запустил? -- Ты отвлёк меня! Я не увидел, куда она полетела. -- Ох, ладно. Давай подумаем. Здесь везде асфальт, а так как звука приземления не слышали, то она явно где-то на газоне внутри двора. Там и проверим. Амане подошёл к внутренней части арки, выходящей во двор-колодец старого дома. "И, видно, уже заброшенного," решил он про себя, только сейчас увидев, насколько неуютным и грязным был дом. От одного вида ощутив уныние, Амане вздохнул: -- Пошли отсюда, нам давно пора домой. -- Может, ещё посидим? -- пробурчал Цукаса, но Амане, потянув его с силой за шиворот, заставил брата подняться. Они вышли под палящее солнце. Амане заслонил глаза ладонью от яркого света, прикидывая, куда им пойти. Вокруг них стояли старые двухэтажные дома, чьё количество было затруднительно сосчитать из-за того, насколько плотно они стояли друг к другу. Казалось даже, что это два единых дома, расположенных напротив. При этом здесь имелись своды, уводящие то на другие улицы, то во дворы, лестницы в подвалы домов или на вторые этажи, а также выемки внутрь домов, где находились водокачки и прочие мелочи. Всё это создавало неровную, хаотичную геометрию пространства до такой степени, что у Амане возникло ощущение, будто они с братом попали в лабиринт. Впрочем, делать нечего, решил он, и потянул брата вниз по улице, мягко заворачивающей вправо. Почти сразу они увидели, как навстречу им плёлся мужчина, с ног до головы укутанный в тёмную одежду. Не успел Амане подумать "что за придурок" как незнакомец покачнулся и упал на асфальт. Мальчики переглянулись и подошли к нему. Амане склонился и попытался разглядеть его лицо: -- Как думаешь, он без сознания? -- Точно так, -- ответил Цукаса, ткнув незнакомца палкой несколько раз, -- я бы на его месте не надевал дождевик в такую жару. -- Так он... защищался от солнца? -- несмело предположил Амане, -- как бы то ни было, нельзя оставлять его так. Давай оттащим в тень. -- Снова под арку? -- Да. Бери его за ноги и идём. Цукаса сложил руки. Амане вздохнул и посмотрел вниз. Да, кажется, на мужчине были шорты. За плащом не было видно точно, но Амане хотел думать именно так. -- Ноги волосатые, Амане, и мокрые наверняка! Я хочу тащить за руки! -- Именно по этой причине верх остаётся за мной. Давай закончим это поскорее, -- немного подумав, он добавил, -- а дома попрошу маму починить твою сумку. -- Цукаса с неохотой взял за лодыжки мужчину, и они с Амане донесли его до прохладной тени, время от времени роняя на дорогу. Амане присел на колено и заглянул в свой портфель, но тут же раздражённо выдохнул: -- Вода, Цукаса, её нет! -- Конечно, чем мы, по-твоему, играли? -- Найди ближайший автомат и купи воду, -- сказал Амане, протягивая брату несколько йен. -- Почему я? -- Это из-за тебя мы рискуем умереть от жажды. -- Он мне не нравится, -- Цукаса ткнул пальцем в сторону мужчины, -- лучше оставим его здесь, а сами уйдём. -- Я так и собирался сделать, но сначала надо поставить рядом бутылку.. о, вы проснулись! -- обратился Амане к мужчине, неизвестно сколько времени наблюдавшем за разговором близнецов, -- а мой брат как раз вызвался сбегать за водой, -- Амане обернулся и жестом прогнал Цукасу, -- должно быть, у вас тепловой удар? Мы поможем, не волнуйтесь. Оставшись наедине с Амане, мужчина улыбнулся ему и поблагодарил. -- Вы отзывчивые юноши.. таких редко встретишь в наше время. Амане в ответ хмыкнул. Это означало как "спасибо", так и "я не настроен на беседу". -- Нет-нет, что вы, спасибо, даже не знаю, что бы я без вас делал!.. Это был ваш брат? -- внезапно перевёл тему незнакомец. -- Да. Мой близнец, кстати, если не заметили, -- Амане действительно старался вести себя как можно тактичнее. -- Конечно, ха-ха, простите старика! -- мужчина снял панамку и прижал к груди. Он был немолод, судя по проплешинам на голове, но точно не старик. Амане всегда было сложно определять возраст старших, но сейчас он был уверен, что мужчине напротив не больше 50-ти лет. -- Ага. Я пойду проверю, где брат, -- Амане выглянул наружу, но никого не увидел, -- он пошёл набирать воду из колодца, что ли?! Амане без особого желания вернулся к мужчине. Он не любил судить по внешности, но, стоит признать, Цукаса был прав: человек выглядел неопрятно, от него странно пахло, как будто мужчина в один прекрасный момент решил надеть залежалый отсыревший плащ, перекусить куриной ножкой, щедро сдобренной специями, а потом пойти на улицу в жаркую погоду чтобы вспотеть так сильно... нет, запаха пота точно не было. -- Вы нервничаете? -- со смехом сказал мужчина. Амане скривил губы. -- Почему я должен нервничать? -- Я же вижу, что вы немного зажаты! -- с добродушной улыбкой продолжал он. Амане это начало раздражать: "как придёт Цукаса, кинем бутылку в этого типа и сбежим". -- Всё хорошо, -- отрезал он, опираясь спиной о стену и скрещивая руки. Мужчина подошёл к Амане и выглянул наружу, осматриваясь. -- Это здорово! -- теперь мужчина повернулся к Амане. Тот отлип от стены и встал прямо, недоумённо смотря на собеседника, -- никто не будет мешать. Амане встряхнул головой, не веря в услышанное. Разом вспомнились все наставления матери о незнакомцах, а также целый ворох страшилок, услышанных вполуха от сверстников. Так что перед Амане разворачивалось два варианта событий: перед ним либо тот самый демон, что прячется среди смертных ровно в полдень, похищает и убивает их детей, либо... -- Так ты эксги..! -- Амане ткнул пальцем в сторону мужчины, -- эксу.. эгсибур.. эксгуматор*! Каким-то чудом Амане был способен ощутить стыд за неверную фразу, сказанную второпях и на эмоциях, перед опасным человеком. "По крайней мере, меня никто больше не услышал". Тем временем мужчина надвигался. Амане стал инстинктивно пятиться назад. Дискомфорт сковал грудную клетку. В такой ситуации он оказался впервые, растерянность мешала мыслить трезво. Звон в ушах от волнения оглушил его, конечности будто потеряли чувствительность и стали ватными. Из всех чувств его не подвело только зрение, сфокусировавшееся на фигуре впереди, что медленно протягивала к нему свои руки. Силуэт по мере продвижения темнел, пока не стало невозможным различить очертания лица и одежды, будто перед Амане находится одна сплошная чужая тень. Затылок обдало чьим-то тёплым дыханием: Амане громко вдохнул и отпрыгнул в сторону. Краем глаза он увидел, как мужчина, поглощаемый светом, упал в проход арки, ведущей во внутренний двор. Почти сразу Амане обернулся. Позади было пусто. -- А, вода больше не нужна? Отлично, я всё равно ничего не нашёл. Амане повернулся на звук голоса. В противоположном конце перехода стоял Цукаса. Амане глубоко вздохнул, опустил голову, а затем снова поднял, придав лицу обычное безмятежное выражение. -- Да, ему стало лучше. Он пошёл гулять дальше. И нам здесь лучше не задерживаться. Амане прошёл мимо брата, не смотря на него. Желания разговаривать не было, голова до сих пор гудела от произошедшего. Действие прошло слишком быстро и наступило внезапно, не сделай Цукаса замечание, Амане бы посчитал, что ему всё привиделось. Он направился вниз по улице, даже не оборачиваясь проверить, следует ли за ним брат. -- Сбавь ход, у нас не пробежка! -- в такую жару у Цукасы началась одышка. Амане только сейчас заметил, что едва не срывался на бег от переполнявших его мыслей. -- Извини, сейчас пойдём потише. Надо держаться прямо, обязательно выйдем в людное место, там спросим дорогу. -- Хорошо! -- с готовностью поддакнул Цукаса, -- но что нам делать сейчас? Только сейчас Амане заметил, что впереди тупик. Он вздохнул. -- Пойдём по наиболее прямому пути. -- Отсюда можно пойти только назад. -- Почему ты?.. -- Амане проследил за размашистыми движениями рук своего брата, описывающими окружение вокруг, -- а, вижу. Что за трущобы! Поворачиваем назад. -- Не сердись, смотри, там ещё один сомнительный человек! -- М? Ах!.. -- Амане счастливо подбежал к сидящему на ступеньках мужчине, платком утиравшем шею, -- извините! Мы заблудились, нет, мой брат заблудился, а я искал его, и.. Кхм! Можно вас? Мужчина поднял голову, и Амане остолбенел: это был тот же человек, которого они встретили минут 10 тому назад. -- Вы.. -- Здравствуйте! Прошу простить, не сразу вас заметил, от жары голова так и гудит. Вы потерялись, мальчики? -- Хах, снова он. -- Простите?.. -- Не обращайте внимания на моего брата, он, -- Амане отмёл мысль высказать о Цукасе всё, что думает, и продолжил, -- просто не обращайте на него внимания. Можете подсказать, где мы находимся? -- О, название вам ни о чём не скажет, я уверен. Лучше скажите, где вы живёте, я провожу вас. Этот город я знаю как свои пять пальцев. "Только этого не хватало," подумал он с досадой. Навязчивость незнакомца уже раздражала. -- Не волнуйтесь, мальчики, вы меня ничем не обяжете! Помочь вам я считаю своим долгом. -- Спасибо вам. Нам нужно на главную улицу города, там самая дешёвая кондитерская. Родители сказали купить торт, только в том магазине нам по карману. -- Да, у нас большое событие, дядя из тюрьмы вышел. -- Спасибо, Цукаса. Знаете, мы немного боимся его, он вспыльчивый человек и не любит посторонних. -- Во всех видит полицейских.. -- ..но ничего страшного, если вы нас проводите исключительно до главной улицы! -- Амане надел самую дружелюбную улыбку, на которую был способен. -- Конечно, -- ответил мужчина с не меньшей дружелюбностью в голосе, будто весь этот спектакль его никак не касался, -- нам туда. Все трое пошли по намеченному пути, но близнецы оторвались немного вперёд. Так продолжалось несколько минут, до тех пор, пока братья не заметили, как их ведут по кругу. -- Давай я рассыплю ягоды, он споткнётся на них, упадёт, ударится головой, потеряет сознание, а мы в это время убежим? -- Нужны сухие ягоды, Цукаса, не говоря уже о том, что провернуть это скрытно не получится, он глаз с нас не сводит. -- Так отвлеки его. -- У меня есть идея лучше. Эй! Кажется, я нашёл дорогу! -- Правда? -- спросил с недоверием в голосе их спутник, -- не припоминаю, чтобы здесь что-то было. -- Мы уже были здесь, -- Амане приглашающим жестом указал на свод арки, которая сегодня служила единственной путеводной меткой, -- она сквозная, хоть под этим углом и не видно. На лице мужчины промелькнула злобная гримаса, но быстро сменилась прежней доброжелательностью. -- Хорошо! Идите, я сразу за вами. Близнецы переглянулись. Цукаса смотрел на брата с неизменной улыбкой, и Амане -- как, впрочем, и всегда -- не понимал, какая эмоция в действительности скрыта за этим выражением лица. Но на всякий случай решил, что это была насмешка над провалившимся планом, и показал язык. Он снова дёрнул брата за плечо, они двинулись вперёд. К облегчению Амане, позади также послышались шаги, эхо которых по мере продвижения вглубь прохода становился всё громче и раскатистее. Близнецы замедляли свой ход, пока не поравнялись со своим спутником ближе к выходу, а затем резко остановились. Мужчина остановился сразу после них, оказавшись лишь слегка впереди, и аккуратно выглянул. Амане стало не по себе, он попятился назад. -- Кажется, мальчики, вы ошиблись. -- Эм, мы... Цукаса, что ты делаешь?! Цукаса толкнул мужчину вперёд, на лужайку во дворе дома. Амане, испугавшись, быстро взял брата за руку и, не оборачиваясь, побежал наружу. Так он бежал до первого приямка*, внутрь которого близнецы спрыгнули. Амане пригнулся и прижал брата к себе. Цукаса обнял в ответ, но быстро отпустил его, предпочтя заняться содержимым своей сумки. Постепенно страх прошёл, и Амане посмел выглянуть из-за стенки. Никого не было видно. -- Он ушёл уже. -- Тебе сейчас лучше молчать! Я не понимаю, как ты догадался его пихнуть. А если бы он разозлился и, не знаю, побил нас? Нашёл маму и рассказал ей?! -- Не расскажет уже. -- Больше не делай так, иначе буду игнорировать тебя неделю, -- в ответ он услышал недовольное сопение. Амане вылез и подал руку брату. Не отпуская его, он неловко подошёл к арке. Внутри никого не было. -- Не расскажет уже. Он сделал вид, что не услышал Цукасу. Амане аккуратно прошёл внутрь, едва держась одной рукой за стену. "Долго тянется, как тоннель какой-то," подумал он, но решил, что проблема кроется в его тревоге. А потемнела арка, потому что с яркого света в тень зашли, не иначе. Внутренний двор тоже выглядел пустым. Ничего не понимая, Амане обернулся. Он ведь точно не слышал шагов на улице, а шаркающую раздражающую походку того странного типа он бы и подавно различил даже сквозь сердцебиение в ушах. Тут его взгляд зацепился за необычный узор на стене: -- Что это? На стене красовались три пятна. Откуда подтёкам появиться в такую жару на заброшенном доме -- неизвестно. Амане бы даже подумал, что они зашли под какой-то другой свод, но местность вокруг упрямо твердила, что это одно и то же место. В поле зрения показался его брат: -- Ты не замечал их раньше? -- Нет, я видел только одно пятно. -- Наверное, ты и лица не видел, -- со смешком сказал Цукаса. Амане пригляделся к подтёкам. Да, теперь он мог различить в них силуэты и что-то, отдалённо напоминающее лица на их головах. Пятна будто выражали различные эмоции: враждебность, удивление и... боль? -- Когда пинали бутылку, как раз в него целился. Я получу дополнительные очки? -- Нет, мы это не обговаривали. -- Так нечестно! Вздрогнув от прохлады, Амане очнулся и поспешил на свет. Только там он смог перевести дух. -- Сколько мы уже здесь? -- Мм, час? -- Дольше. Повисло молчание. Его прервал судорожный вздох справа. Близнецы обернулись. -- Опять?! На земле лежал мужчина. Амане привычно сгрёб брата и кинулся в противоположном направлении. Завернув за угол, они остановились. Амане решил проследить поведение незнакомца. Тот, пролежав некоторое время, самостоятельно встал и ушёл в обратную сторону. Притаившись, они выжидали. И не напрасно. Тот мужчина вновь прошёлся по тому же месту. -- Отвратительно. Наверняка извращенец. Цукаса, не отходи от меня, -- дождавшись утвердительного кивка от брата, он продолжил, -- работает на одну из местных криминальных банд, поэтому не поверил истории про дядю. И ищет каких-нибудь наивных детей, но нарвался на нас. Да, Цукаса? -- утвердительный кивок. Амане вдохновляется всё сильнее, -- и сто процентов похищает детей и продаёт или на органы, или.. -- драматичная пауза. Глубокий вдох, -- в рабство. То самое, которое самое грязное. -- Ого. Как ты это узнал? -- не отрываясь от рисования на земле палкой, спросил Цукаса. -- На нём всё написано. Я извращенцев за милю чувствую. -- И что будем делать? -- Я бы справился с ним, но сейчас несу ответственность за тебя, так что... постараемся пройти мимо и не привлекать его внимания. -- У меня есть идея получше, -- внезапно улыбнулся Цукаса и наконец повернулся к брату, -- давай досчитаем до четырёх? -- Число смерти пугает суеверных людей, но от преступников не убережёт. Ты должен быть осторожнее, знаешь ли. -- Ему с двумя не справиться, ты же видел его. Нам ничего не стоит повторить наш трюк ещё хотя бы один раз. Иногда его брат был жутким. Точнее, как говорили окружающие, таким он был 24/7, но Амане не видел этого. Лёгкий флёр страха окутывал его только в редкие моменты, подобные этому. Тем не менее, он согласился с братом. И взял инициативу в свои руки. -- Ай! -- Амане споткнулся и упал прямо перед статным мужчиной в пальто. Тот посмотрел сверху вниз. -- Ты не ушибся? -- Кажется, -- Амане скривил лицо в гримасе боли и с придыханием стал отвечать, -- кажется, я сломал ногу, -- заметив сомнение в лице собеседника, он сменил тактику, -- или растянул. Но болит -- жуть! Помогите, пожалуйста. У меня с сердцем проблемы, от жары мне станет совсем плохо. А!.. -- он указал на тёмное пространство арки заброшенного дома, -- помогите дойти туда, прошу! Вяло улыбнувшись, мужчина молча выставил локоть. Амане вцепился и заковылял с ним в сторону тени. -- Что вы здесь делаете? -- Я шёл на главную улицу, мне надо было купить.. -- Понятно, -- они прошли тёмный свод, -- чем занимался второй? Амане сглотнул. -- Что? -- Второй пацан, он выглядит как ты. Недалеко ошивается. -- А, ха-ха, так это мой брат, мы с ним всегда вместе. Когда я говорю про себя, подразумеваю и его. Мы как единое целое. Поэтому и не упоминаю. Незнакомец лишь хмыкнул в ответ. Он аккуратно опустил Амане на землю где-то в середине прохода. Посмотрев на спутника, Амане удивился тому, насколько он крупный. Или это стены начали давить? -- Раз вы неразлучны, то где он сейчас? -- мужчина вывел его из раздумий с помощью вопроса. -- Не знаю. Во дворе уже, наверное, -- кивнул Амане в сторону внутренней части дома, -- можете сами посмотреть. Мужчина подошёл к краю и облокотился о стену. В противоположном конце показался Цукаса. Амане кивнул ему, и вместе они аккуратно подошли к мужчине сзади и толкнули в четыре руки. Тихий вскрик, и он исчез. -- Странно, я думал, появится выход, -- разочарованно протянул Цукаса. -- С чего бы? -- Четыре это знаменательное число, почему нет. Может быть, нужно ещё одного спихнуть? -- А ещё семь, двенадцать, тринадцать и так далее. Извращенцев много, но на нашем участке их количества может не хватить для твоих экспериментов, не говоря уже о том, что идея заранее проваль... -- Давай попробуем хотя бы с одним. Дава-а-ай, Амане, нам и делать больше нечего, -- игриво добавил Цукаса, потянув брата за рукав. Амане вздохнул. -- Не понимаю, зачем я тебя слушаю. И они вышли на "охоту". Ждать долго не пришлось: сразу из-за ближайшего угла показался мужчина. -- Подождите! Помогите! Пожалуйста! -- наперебой закричали близнецы, бегом приближаясь к нему. На подступах, впрочем, Амане засомневался -- этот выглядел ещё больше предыдущего. -- Чего надо? -- Там, во дворе, на нас напали! Помогите, там наша сестра, а полиции нигде не видно! Пожалуйста, наша семья богата, вас щедро вознаградят, если вы поможете нам. Насупившись, мужчина широким шагом направился к арке, близнецам пришлось следовать за ним бегом. Внутри стены как будто сузились ещё сильнее, а яркий свет двора контрастировал с почти чёрным сводом. Тени по бокам вытянулись, а черты всех четырёх силуэтов обострились. Мужчина резко остановился. -- Я ничего не слышу. У Амане пересохло во рту. Он уже пожалел, что повёлся на предложение брата, но отступать было некуда. Сделав шаг вперёд и вправо, преградив Цукасу, он продолжил следовать плану. -- А если грабители притаились и ждут нас? Вас они испугаются, но на нас (только взгляните, у нас явный недобор веса!) на нас-то они сразу накинутся, стоит вам уйти! Мужчина обернулся и пристально посмотрел на близнецов. -- Вы лжёте. -- Да нет же, проверьте сами! -- Вы, забредшие сюда случайно, действительно считаете, что знаете больше местных? Цукаса отодвинул руку брата и вышел вперёд. -- Мы точно не на последнем месте, -- он указал на пятна на стене. -- Цукаса! Мужчина перевёл взгляд с силуэтов на близнецов. -- Людям нельзя так небрежно обращаться с нами. За это должно следовать наказание, -- он схватил Цукасу за рубашку. Мальчик еле слышно вскрикнул. -- Цукаса! Мужчина крепко держал его, не обращая внимания на ярое сопротивление, и попятился назад, во двор. Амане схватил брата за руку и начал тянуть на себя, но безрезультатно: силы незнакомца хватало на двоих. Окрашенный в почти чёрный тоннель сужался, крики мальчиков отражались эхом от стен и казалось, что кричит целая толпа. Голова Амане снова разболелась, от звуков, от яркого света из выхода, где уже не было видно ничего, кроме этого белого света. Но внезапно наступила темнота. Открыв глаза, он увидел звёзды. Амане резко сел. -- Цукаса! Слева послышалось мычание: брат лежал лицом в траву. -- Цукаса! Ты как? Он не отвечал. Амане пригляделся: тот тяжело дышал. "Здорово же его этот придурок разозлил," -- хмыкнул он про себя. Успокаивающим жестом он потрепал брата по плечу. Что-то пронзило его мысли. -- О, нет. Нет-нет-нет! Цукаса, скорее домой, иначе нам достанется от мамы!