Как суждено, так все и будет

      Прошло несколько дней с того момента, когда Шерил приснился страшный сон. Я скажу вам так: такие сны снятся не просто так; они предвещают беду, порой такое может случиться и наяву. Но сейчас не об этом. За это время девушки начали собирать вещи и искать билеты на самолет. Но лишь одно тревожило рыжеволосую девушку — ее мать, которая явно готовила что-то до жути отвратительное. Кстати, поговорим немного об этом. Миссис Блоссом и вправду хотела отомстить своей дочери, а что она подготовила на этот раз, мы скоро узнаем.

***

— Шерил, подойди пожалуйста. — Послышался из спальни голос Топаз. И стоило Блоссом услышать просьбу, она сразу же прибежала в спальню, оставляя пирог в духовке. — Да, милая? Что-то слу…       Когда Шерил зашла в комнату, первым, что бросилось в глаза, — розоволосая девушка лежала на кровати с ноутбуком, что-то бурно обсуждая. Она впервые так улыбалась открыто и искренне, такого точно не было, не считая Шерил. Только с ней Топаз могла быть по-настоящему счастлива. — Детка, познакомься. — Мулатка развернула экран прямо на кленовую принцессу. — Мама, папа, это Шерил — моя девушка! — Добрый день, мистер и миссис Топаз. Очень рада вас видеть, — начала разговор Шерил, пытаясь не подать виду, что она волнуется. Хотя это можно заметить: всегда, когда нервничает Шерил, она перебирает кольца на руках. — Антуанетта, что за красивая такая девушка? Где ты нашла ее? — Мам, ты же знаешь, я устроилась на работу в Нью-Йорке по должности. И так вышло, что… — Вы прекрасная пара, дочка. Я рад за тебя, точнее за вас, — продолжил мистер Топаз. — Но мне пора, я скоро подойду. — Слушайте, извините, я не хочу лгать или что-то наподобие. Ти-Ти рассказала мне, что ваша семья в ссоре с одной женщиной… Ее зовут Пенелопа Блоссом. — О, да… Ужасная женщина, а еще мне так жаль ее детей… — Мама! — Миссис Топаз, я ее дочь. — После этих слов, лицо матери Тони никак не изменилось, она только сильнее улыбнулась. Но это была далеко не злорадская улыбка, в ней было что-то светлое. Она говорила о том, что теперь все будет иначе. Шерил не стоит бояться их, отныне никто ее не будет оскорблять и издеваться. — Доченька, не нервничай так. Все в порядке. Ты так агрессивно перебираешь свои кольца, что это сразу бросается в глаза. — Простите, это вы мне? — поинтересовалась Блоссом. — Конечно. Шерил, то что твоя мама такая, в этом не ты виновата. Я уверена, ты совсем не такая, как она: произвела хорошее впечатление с самых первых секунд. Я была лично знакома с Джейсоном, но тебя ни разу не видела. Честно говоря, представляла я такую девушку не так. — В комнате повисла не долгая пауза. — Но знаешь, ты намного красивее, чем я думала. — Спасибо большое, мне очень приятно. Тем временем Тони наблюдала за тем, как ее возлюбленная беседует с мамой. Для девушки это было очень важно: она прекрасно знала своих родителей, поэтому и познакомила свою возлюбленную совершенно спонтанно. Теперь розоволосая сидела рядом с Шерил, приобнимая ту за талию. Так они говорили о всяких мелочах примерно около часа, параллельно решая проблему с билетами в Оттаву. — Девочки, вы же знаете, ради вас мы сделаем все, что потребуется. Никто не узнает о вашей поездке. — Нам это только на руку. — Ну что же, у меня сейчас деловая встреча, поэтому придется вас покинуть. Рада была познакомиться с тобой, Шерил. Очень ждем вас у себя дома. — Пока, мам! — До скорой встречи, миссис Топаз. — Мама Антуанетты отключилась от конференции, и девушки остались совершенно одни, завершая ее. — Детка, мне кажется, или пахнет немного горелым? Ты что-то готовишь? — О, нет… Пирог!!!       С этим разговором Блоссом совсем забыла про то, что поставила в духовку шарлотку, и со всех ног рванула на кухню. В коридоре глаза начало щипать от едкого дыма, стало достаточно трудно дышать. Благо рыжеволосая девушка успела вовремя, и пострадал только пирог. — Малышка, ты в порядке? — В полном, но кухня и пирог нет… Как я так могла? — Ты не виновата. Главное, что вообще вспомнила, и дело не дошло до пожара. — Розоволосая подошла со спины и приобняла ту за талию, предварительно положив свою голову на плечо Блоссом. Так девушки простояли достаточно долгое время. — Давай поговорим? — нарушив тишину, начала Топаз, отстраняясь и присаживаясь за стол, показывая жестом девушке, чтобы та присела. — О чем поговорим, Ти-Ти? — Как тебе мои родители? — Розоволосая девушка сказала эти слова тихо, боясь услышать мнение, но в то же время ей было безумно интересно. — Шерил, знаешь, самое ужасное в отношениях: вранье и недоверие друг к другу. Я приму так как есть, честно. — Тони, твои родители мне очень понравились. И знаешь, они мне кого-то напоминают. — И кого же? — Улучшенную версию тебя. Я очень рада, что познакомилась с ними. Мне правда было комфортно находиться в их компании. И вообще, это был мой первый разговор о моей личной жизни с незнакомыми людьми, не считая тебя. Ты всегда слушала и до сих пор слушаешь меня, пытаясь понять и поддержать, несмотря ни на что. Я это очень ценю. — А мне приятно слышать эти слова. Я очень переживала, что вы как-то не поладите. Теперь мне на душе спокойно, спасибо, что поделилась. — Спасибо, что дала шанс…       Прошло около двух недель, все было тихо. Девушки все так же вместе управляли баром, помогая Веронике в некоторых делах, с которыми ей было трудно справиться. Бар же продолжал расцветать на глазах: накопив нужную сумму денег, девушки сделали ремонт, поменяли мебель, ассортимент; улучшилась система казино, наняли лучших работников этого большого города. Деньги сыпались, как говорят многие, с небес. Но был не решен только один вопрос: что будет, если Шерил Блоссом уедет, а возможно, и вовсе переедет в другой город? — Шерил, милая, можно тебя на минутку? — При входе в бар рыжеволосую остановила Лодж, утягивая ее в свой личный кабинет. — Рони, что-то случилось? — Да, случилось! Что происходит? — В каком плане? — Девушка не понимала, что имеет в виду ее лучшая подруга, но с каждой секундой, обстановка накалялась, в комнате стало тихо. — Ну же, не томи… — Ты до сих пор не понимаешь? Мы стали реже общаться… И вообще… — Вероника, давай не будем ссориться, сейчас это правда ни к чему, — перебила мысли темноволосой Блоссом, которая уже догадывалась о дальнейших словах. — И я хочу извиниться, правда. Я почти не участвую в последнее время в делах бара, и по сути он твой. Рони, мы с Тони уезжаем ненадолго в Оттаву к ее родителям. — Шерил Блоссом вновь оставляет бар на меня… — Это ради моей безопасности, несколько недель назад, когда моя мать приехала в Нью-Йорк, в собственной квартире она чуть не задушила меня. А теперь молчание. И эта женщина явно не забыла про меня. — Оу, прости, я не знала об этой ситуации. Сейчас все в порядке? — Вполне. — Раздался стук в дверь, и на пороге показалась мулатка с розовыми волосами. —Ти-Ти? — Вот вы где… — Тони, мы разговариваем с Шерил… Но если хочешь, можешь присоединиться к нам. — Нет, я пожалуй пойду. Малышка, жду тебя в машине тогда. Вероника, тебя подбросить? — Не откажусь. — Тогда жду вас в машине.       После еще пятиминутного разговора парочка завезла Лодж, как и обещала, домой. Сами же девушки направились в магазин, чтобы прикупить пару вещей для поездки, которая состоится буквально через неделю. — Тони, как тебе это платье? — Выйдя из примерочной и покрутившись вокруг своей оси, спросила Блоссом. — Оно шикарное, как и ты. — Мне брать его? — Конечно, еще спрашиваешь. Что еще взяла? — Сейчас увидишь, подожди минуточку. — Рыжеволосая девушка подготовила очередной новый образ, как вдруг шторка примерочной приоткрылась и в кабинке показалась Топаз, в то время как девушка все никак не могла застегнуть пуговицу на блузке, которая постоянно ускользала из рук рыжеволосой. — Давай помогу, — заботливо проворковала Тони, стягивая с нее блузку, которая оказалась мала в области шеи. Она замерла, а потом недолго думая прижалась к Шерил, хотя из-за этой тесноты в кабинке Блоссом казалось, что ближе уже просто невозможно, рыжеволосая переводила свой взгляд то на губы ее девушки, то в карие глаза, дожидаясь дальнейших действий. — Какая ты нетерпеливая. — Это я то? — розоволосая одним резким движением прижала девушку к стене, поднимая ее руки вверх. — Я до сих пор нетерпеливая? — От этих слов по телу Блоссом пробежали мурашки, а шею обдало горячее дыхание, низ живота начал непроизвольно ныть. — Милая, нас могут заметить. — Это все, что ты можешь сказать? — Руки бессознательно исследовали уже такое родное тело рыжеволосой. — Ты точно уверена, что не хочешь? — Теперь нет… — Обещаешь быть тихой? — По крайней мере, постараюсь.       Мулатка одним лишь движением впилась в пухлые губки Блоссом жадным поцелуем. Таким страстным и требовательным, но одновременно с тем нежным. Розоволосая пробежалась языком по красным губам и ворвалась внутрь, сплетая языки в безумном танце страсти. Поцелуй продлился около минуты, после чего девушкам стало катастрофически не хватать воздуха, и они немного отстранились друг от друга, чтобы отдышаться. — Детка, смотри мне в глаза и умоляю, если ты хочешь остаться незамеченной, будь максимально тихой. — После сказанных слов рука Тони бесстыдно забралась под подол красной юбки, немного оттягивая кружевные трусики. Мгновение, и пальцы коснулись возбужденного клитора, проходясь между половых губ. С уст кленовой принцессы сорвался первый стон удовольствия. — Не буду медлить, ибо времени у нас очень мало. Но я постараюсь управиться, — прошептала Антуанетта, параллельно целуя в мочку уха, постепенно спускаясь к ключице, вновь сливаясь в поцелуй. Простонав в губы, Шерил дала понять, что ей приятно. Неожиданно для девушки нетерпеливые пальчики Топаз оказались внутри рыжеволосой, начиная медленно двигаться, постепенно увеличивая темп. Мулатка улыбнулась, продолжая смотреть той только в глаза. — Тони… — Принцесса, помнишь, что я сказала? — Я кажется… — не успев договорить, девушка слилась в сладкой эйфории, обмякая в руках Топаз. — Это было прекрасно, Ти…       Оплатив покупки, парочка направилась домой. Открыв дверь квартиры, девушки заметили, что на пороге лежал белый конверт с надписью: «Любимой дочке». И написано это было явно не ручкой, не краской, а кровью. Кто знает, чья она… — Я не хочу это открывать, — констатировала Блоссом, нервно сжимая конверт в руке. — Хочешь, я открою? — Тони, честно, не хочу впутывать тебя в мою войну с матерью. Я переживаю за тебя. — Детка, твоя война — моя война. Мы справимся вместе, что бы там ни было. Открывай… Кленовая наследница надорвала конверт, доставая записку на старой потрепанной бумаге, и аккуратно развернула ее. Первым, что бросилось в глаза: «Игра только начинается». — Шерил, в конверте еще билеты в Ривердэйл. — Похоже моя матушка решила, что если ей нельзя в Нью-Йорк, то мы должны приехать к ней. — У нас рейс на этой неделе, мы не можем поехать в Ривердэйл. — Можем. Только на один день, предварительно собрав вещи. Нам нужно туда, иначе эта Гадюка приедет сюда, она меня не боится, Тони… — Раз уж тут 2 билета, значит, Пенелопа все предусмотрела. В любом случае мы полетим вместе.       Так день подошел к концу, оставляя девушек в страхе и в ожидании чего-то неизвестного. А что же будет дальше? Об этом мы и узнаем в следующей главе.