Охотник и Бродяга

И снова я просиживаю в библиотеке. Сириус ушёл бродить по городу с Гарри, а я наткнулся на книгу о разрыве души. Насколько больным нужно быть, чтобы совершить такое с собой. Чёрт, да это тоже самое, что член себе отрезать. Проблема не в обязательном убийстве. Разрывание души всего лишь нарушает способность человека чувствовать удовлетворение. Думаете, это неважно? А представьте, что вы пьёте и не можете напиться. Делаете работу, но не видите её завершённой даже когда она совершенна. Не чувствуете себя в безопасности даже создав десяток крестражей. И каждый новый будет делать только хуже. — Ты хоть иногда покидаешь это место? — окликнула меня вошедшая Беллатрикс. — Зачем? — я развернулся к ней лицом. — За дверью бессмысленно всё. — Это слова человека, похитившего Золотого мальчика прямо посреди Косого переулка? Да, я почитала старые газеты. — Откуда ты знаешь, что это не было идеей Сириуса? Волшебница села на стул напротив меня, закинув ногу на ногу: — Он никогда не был инициатором, — ведьма усмехнулась, приподняв край губы. — Всё, что они делали было инициативой Поттера. Единственная его самостоятельная идея закончилась тем, что он потерял своего альфу. Я только усмехнулся: — Ты ведь тоже потеряла своего. Женщина вздрогнула, как от удара, но улыбнулась: — Он вернётся. Лорд не способен умереть. — Охотно верю, — протянул я. — Есть много способов обрести бессмертие. Даже я знаю парочку. — Поделишься? — недоверчиво подняла бровь ведьма. — Элементарно, — развёл я руками. — Раскидываешь по Европе камушки с рунами, потом стреляешь в шею эрцгерцогу. Через несколько лет собираешь заготовки для философского камня. Вызывает привыкание, и психические расстройства. Странно, что этим решил заняться вменяемый маг вроде Фламеля. — Вот так просто? — удивилась Белла. — Кто захочет совершать ментальное самоубийство? Смысл от жизни тела, если жить в нём будешь уже не ты. — А другие способы? — женщина явно заинтересовалась темой. Странно, что сама она не изучала вопрос. — Крестражи. Оторвать кусок души и засунуть, скажем, в меч, — я улыбнулся, увидев напрягшееся лицо Беллы. — Сделать элементарно. До первой смерти даже можно сохранить остатки разума, если не делать больше одного. Хотя о чём я говорю. Остановиться уже невозможно. Разорвавший душу не способен остановиться и будет рвать её, пока его личность не исчезнет полностью. Останется только жажда, которую не удовлетворить ничем. — Ты лжёшь! — лицо вскочившей со стула Беллы исказилось от ярости. — Прочти сама, — подтолкнул я ей книгу, которую только что читал. — Он ведь создал больше одного. Даже больше пяти. — Не верю, — волшебница нервным жестом взяла книгу, затем бросила на стол, будто она была грязной. — Это невозможно. Я молча смотрел на её столкновение с реальностью. Она не поверит мне. Она не поверит книге. Сейчас она придумает сотню оправданий для каждого действия своего кумира. Но волшебница потянулась к палочке, а это уже плохо. Сейчас я не в том состоянии, чтобы нормально сражаться с ней. Чтобы сражаться с кем угодно. — Ты не смеешь так говорить о Лорде, — губы Лестрейндж расплылись в безумной улыбке. Она стремительным жестом вскинула палочку, из конца которой ко мне метнулся хлыст. Мне не оставалось ничего, кроме как оттолкнуться от стола и вместе со стулом завалиться на пол, кувыркнувшись через голову. Я подхватил тяжёлый стул и, приняв на него что-то взрывное, отлетел спиной в стеллаж. Щепки ободрали лицо, а в руке остался кусок спинки. — Уже не так весело, милый? — постукивая себя по плечу палочкой протянула волшебница. — Она назвала меня милым! — хрипло засмеялся я, поднимаясь с пола. — Прогресс! Толчок и кусок деревяшки врезается под рёбра подошедшей слишком близко ведьмы. Она пытается что-то скастовать, но я уже слишком близко. Отвожу палочку в сторону и, схватив женщину за горло, валю её на пол, выбивая из лёгких воздух. — Всего одна ошибка, и ты проиграла сквибу, — прошептал я на ухо пытающейся вдохнуть колдунье. — А теперь позволь мне с тебя слезть. А то Сириус может нас неправильно понять. С этими словами я перекатился на спину и зашипел от боли во всём теле. — Кричер, — прохрипел я. — Нам тут нужна помощь. *** — Кейдж, я оставил вас на два часа! На два! Вы находились в разных концах дома! ТАК КАКОГО ХРЕНА ВЫ РАЗНЕСЛИ БИБЛИОТЕКУ!!! — разорялся Сириус. — Нет, я понимаю, что вы не смогли бы уничтожить книги. Но, чёрт подери, какого хрена, Кейдж. — Оно само, — улыбнулся я целой стороной лица. — Ты же знаешь, как это бывает. Блэк только приложил ладонь ко лбу. — Ты как вообще выжил? — уже более спокойно спросил он. — Думаю, Белла в более хреновом состоянии, чем мы думали, — ответил я. — Ну ты сам в курсе, как оно после Азкабана. Иначе бы не тренировался сутками. Блэк только вздохнул и сел в кресло. — Чем ты умудрился её так задеть? — Рассказал, что делают с магом крестражи. Судя по её реакции, Волдеморт наделал их целую кучу и потерял личность. Чёртов псих. Теперь его можно только убить. Того, кем он был даже после создания первого, уже не вернуть. — Значит. Он точно вернётся, — задумчиво проговорил маг. — Вот дерьмо. Гарри рассказывал про какой-то дневник. Думаю, это был первый. Существо в нём было тем ещё безумцем. Он мог бы просто высосать ту девочку и возродиться, но зачем-то решил устроить геноцид магглорождённым. — Вот уж точно идиот, — я поправил давящую на рёбра повязку. — Как думаешь, Дамблдор знает про крестражи? — Должен, — ответил Блэк. — Что бы про него не говорили, он победил Грин-де-Вальда. И прорывался он к нему совсем не на ступефаях. И тёмный лорд ни разу не рискнул с ним сразиться в полную силу. — Было бы интересно послушать его истории, — задумчиво протянул я. — Хотя не думаю, что он хоть кому-то что-то расскажет. Старик видел некоторое дерьмо. — Мы все видели, — угрюмо буркнул Сириус. — Даже Гарри. — Как он? — заинтересовался я. — На первом курсе кончил одержимого профессора. На втором — василиска и дух дневника. Сейчас третий и вокруг него куча дементоров. — Он захренячил василиска? Это типа того, который гигантская, мать её, змеюка. — Угу, — кивнул Блэк. — Понятия не имею, как он это сделал. Я бы сдох там. Без вариантов. — Аналогично, — протянул я. — Смертоносный парень. Может, стоит летом покататься с ним по гнёздам вампиров? Всё равно ведь не дадут спокойно пожить. Сириус скептически поднял бровь и прищурился: — Ты моего крестника угробить хочешь? — Да брось, Сириус, его скорее Дамблдор угробит своей методикой воспитания. А с нами он хотя бы будет под контролем. Наберётся боевого опыта. Или, ты думаешь, он не полезет в каждую заварушку, на своём пути? Парень гриффиндорец до мозга костей. — Я подумаю об этом, — недовольно ответил волшебник. *** Тяжело дыша, я сел на кровати. Очередной мутный кошмар с запахом жареной курицы и палёных волос. Стакан ледяной воды смыл неприятный привкус во рту и чуточку возвратил меня в реальность. Ненавижу это дерьмо. Я поднялся с кровати и отправился в ванную. Всё равно сегодня уже не выспаться. Всё ещё седое отражение в зеркале обзавелось кругами под глазами и цепочкой шрамов на щеке. Мило. Я плеснул в лицо холодной водой, смывая последние остатки сна. Умывшись, я оглядел чуть менее помятый результат и направился в тренировочный зал. Зелья помогли и рёбра уже не болят, а вчерашняя потасовка была слишком на грани, чтобы спокойно к этому отнестись. Не будь Белла сбита с толку внезапной атакой и быть бы мне битым. Проходя мимо гостиной, я заметил горящий там свет. Похоже, не я один страдаю от бессонницы. Я помедлил пару секунд, решая, присоединиться ли к страдальцу, но всё же двинулся дальше. Я бы не хотел, чтобы меня тревожили. Привычный разминочный комплекс показался чудовищно тяжёлым. Всего пара километров бега, сменяющегося гусиной ходьбой и я уже заливаю потом каменный пол зала. Сириус заявился, когда я уже заканчивал основную часть, избивая деревянный манекен в углу. — Я уж думал, никогда тебя здесь не увижу, — ехидно улыбнулся он. — Это на тебя так кузина повлияла? — Кто же ещё, — оторвался я от своего занятия. — Она меня почти отделала. — Хочешь спарринг? Я скептически посмотрел на свежего Блэка. — Оружие есть какое? Иначе я до тебя просто не дойду. Да. Это была тупая идея. После моего согласия Блэк минут десять вытирал мною полы. Я смог его задеть всего пару раз. Мне чертовски повезло, что я мог отбивать часть заклинаний извлечённым из кладовки мечом, но атаки по площади практически не оставляют шансов. — Вот из-за этого дерьма мне и нужен ствол, — отдышавшись выдавил я. — Брось, ты не плохо справлялся, — хохотнул Блэк. — Большинство магов сдалось бы на первом полёте. И где ты научился обращаться с мечом? — Вампирам нужно отрубать голову. Серебро почти бесполезно. Как и чеснок. Кол в сердце или голова. В Албании полно этих тварей. — То есть, ты катался в Албанию порубить вампиров. Я правильно понял? — удивился Сириус. — Типа того, — отозвался я. — Нужно было завалить кучу кровососов для одного ритуала. Правда, он нихрена не сработал. — Ритуала? Не помню ничего подходящего. — Это из демонологии. Забей. Как оказалось, не всё, что написано в старых книгах, работает. *** — Авада кедавра! Ничего не произошло. — Авада кедавра! Всё так же ничего. — Авада кедавра! Полный мальчик со злостью пнул стоящий рядом стул в угол пустого класса. — АВАДА КЕДАВРА! Тонкий зелёный луч ударил в стену, оставив отметину в каменной кладке.