Охотник и Бродяга

— АЛАН, ОТЗОВИСЬ УЖЕ! Что? От неожиданности я замер посреди пустыни, по которой бежал уже много дней.  — Ну наконец-то, — вздохнула Белла, чей голос почему-то сменил шёпот демона.  — Я сошёл с ума? — обратился я к красноватым небесам. Тишина. Только бушующий вокруг меня океан огня. Белла. Она всё это время пыталась пробиться ко мне. А я тут… Чёрт. Я и правда сошёл с ума. Надо бы потушить огонь. Стоило мне подумать об этом, как бушующий пламенный шторм просто исчез. Я и правда сошёл с ума.  — Круцио, — я шарахнулся в сторону, с трудом уворачиваясь от заклинания. — ТЫ ИДИОТ, КЕЙДЖ! Как только я открыл глаза, Белла попыталась меня убить.  — Да остановись ты, — попытался я воззвать к её здравомыслию.  — Я почти неделю тебя вытаскивала, придурок! — я чудом успел спрятаться за дерево, взорвавшееся роем острых щепок.  — И хочешь угробить плод своих трудов? — подал я голос.  — Она это заслужила, — встрял прячущийся за какой-то кочкой Сириус.  — Предатель! — крикнул я снова чудом увернулся от бомбарды.  — Мы все это заслужили, — крикнул закрывшийся кучей щитов Поттер. — Я неделю в библиотеке жил!  — Брать кого-то из вас было слишком опасно, — попытался оправдаться я.  — И поэтому ты решил сдохнуть один?! — Белла в ярости выпустила по мне целую серию заклинаний. Я рванулся в сторону, уворачиваясь и тут же бросился к разошедшейся ни на шутку женщине.  — Авада кедавра! — чудом разминувшись с зелёным лучом я обхватил ведьму за талию и, насколько мог аккуратно, повалил на землю.  — Прости.  — Идиот, — прошептала она, опустив палочку и обняв меня за плечи. — Какой же ты идиот, Алан. ***  — Хотите сказать, эта хрень до сих пор в моей голове? — меня передёрнуло.  — Именно, — кивнул Сириус. — Кузине пришлось побороться, прежде чем империо подействовало. Но никаких внешних проявлений не было. Просто глаза открыл уже ты, а не демон. Не знаю, правда, как она это определила.  — Вот дерьмо, — моя рука сжала стакан с виски. — Я не смог применить ничего из-за неё. Сложно медитировать, когда тебя пытаются сжечь.  — Звучит отвратительно, — скривился Блэк.  — Потому что это отвратительно. Я перевёл взгляд на откинувшуюся в своём кресле ведьму. Она слабо улыбнулась и отпила вина.  — Гарри вообще хотел тебя заавадить, — она отсалютовала мне бокалом.  — Я рад, что вы не стали реализовывать идею этого отморозка, — вздохнул я.  — В следующий раз реализуем, — Сириус тоже приложился к своему виски. — Это и правда может сработать. Кстати, парень пролез на турнир.  — Я же говорю — отморозок, — развёл я руками.  — Ты его и испортил, — Белла ехидно улыбнулась. — А был такой скромный и добрый мальчик.  — И что на первом испытании?  — Пока не известно, — Блэк снова отпил янтарной жидкости. — Думаю, драконы. ***  — О, да тут сам чемпион Хогвартса, — протянул Малфой, раскладывающий инструменты для нарезки зелий на столе. — Парни, вы захватили блокноты? Спешите взять автограф! Ему недолго осталось быть среди нас, грешных! На Турнирах выживает — кошмар! — половина участников. Сколько надеешься протянуть, Поттер? Держу пари, десять минут первого тура — и тебе конец!  — Ты явно ко мне неравнодушен, Драко, — улыбнулся Гарри. — Ты, случайно, не голубок?  — Ты совсем больной, Поттер? — скривился блондин.  — Только наполовину, — засмеялся парень. — Так что? О чём ты мечтаешь под горячими струями душа? Драко нервно оглянулся на своих вечных бодигардов.  — Только не говори, что ты делал это с ними, — Гарри изобразил притворный ужас.  — Пошёл ты, Поттер, — покрасневший до корней волос блондин резко отвернулся, уткнувшись носом в котёл.  — Может, нарядить его в платье, — задумчиво пробормотал Гарри.  — Это ещё зачем? — покраснела Гермиона.  — Ну… Девкой был бы краше, — улыбнулся гриффиндорец.  — Совсем больной? — заорал Малфой.  — Я же говорю, — мягко ответил Гарри. — Только на половину.  — Десять баллов с гриффиндора за шумные разговоры, — в кабинет влетел на крыльях своего пафосного плаща Снейп. С начала курса его аура ужаса перестала работать на юного гриффиндорца, но менее желчным это его не сделало. — Сегодня мы занимаемся противоядиями. После того, как закончите, я выберу одного из вас и мы испытаем на нём его действие. Гарри приступил к нарезке трав, выдавливанию масел и очистке дурнопахнущих корней. Даже некоторая практика на каникулах не придала варке зелий привлекательности. Отвратительные ингредиенты, отвратительный профессор и отвратительная лаборатория. Мечты о тёплом душе и руках вейлы разбил стук в дверь. Через миг в приоткрывшуюся щель просунулась голова Колина Криви:  — Профессор Снейп, Поттера вызывают наверх. Мистер Бэгмен.  — Идите, Поттер, — вздохнул зельевар. На его лице явно читалось огорчение от того, что жертва экспериментов ускользнула от расправы. Стоило Гарри войти в аудиторию, куда его привёл Колин, как в парня вцепилась симпатичная, но немного вульгарная блондинка:  — Мистер Бэгмен, можно мне взять коротенькое интервью у самого молодого чемпиона? Людо, не успевший и слова вставить лишь согласно кивнул, явно не готовый сражаться за Поттера с журналисткой. Он только спросил:  — Не возражаешь, Гарри? На что волшебник только пожал плечами.  — Отлично, — лампочкой вспыхнула блондинка и схватила парня за плечо длинными пальцами. — Ого, какие мышцы! С этими словами она потащила свою жертву прочь из комнаты и толкнула соседнюю дверь.  — Там было слишком шумно, — сказала она. — Побеседуем тут, в более уютной обстановке.  — О да, — заметил Гарри. — Швабры и моющие средства создают особый, неповторимый уют. Журналистка тем временем достала из сумочки ядовито-зелёное перо и пергамент.  — Ты ведь не против прытко-пишущего пера? Так мы сможем общаться более естественно.  — Не против, если оно будет цитировать меня дословно, — улыбнулся парень, усевшись на перевёрнутое ведро.  — Так что побудило тебя стать участником турнира? Гарри бросил взгляд на пергамент, на котором перо царапало что-то про безобразный шрам — обрывок трагического прошлого.  — Мисс Скитер, вы не видели безобразных шрамов, — широко улыбнулся он. — А поучаствовать я решил ради веселья. В библиотеке были упоминания о прошлых турнирах. Первый же тур начинается с битвы с опасной магической тварью. Я, например, всегда мечтал сразиться с драконом, как Беовульф или Зигфрид. А тут такой шанс.  — И что же ты чувствуешь перед встречей с опасностью? — подалась женщина вперёд.  — Радость, — Гарри задумался. — Волнение. Предвкушение отличной схватки.  — Неужели ты совсем не боишься? Ты ведь уже сталкивался с опасностью.  — Только идиот не боялся бы, — парень пожал плечами.  — Скажи, ты помнишь родителей? — сменила тему блондинка.  — Нет, — покачал юноша головой.  — Как тебе кажется, они бы обрадовались, узнай, что их сын — участник Турнира Трех Волшебников? Гордились бы тобой? Беспокоились? Или бы это им не понравилось?  — Думаю, мама бы беспокоилась, а отец вручил бы сборник боевых заклинаний, — улыбнулся Гарри, глядя в писанину ведьмы. — Только вот слёз у меня на глазах нет.  — Это всего лишь образ, — начала было оправдываться Рита, но дверь в каморку распахнулась и в неё вошёл директор.  — Мне жаль нарушать ваше уединение, — усмехнулся он в бороду, — но мы ищем последнего чемпиона.  — О, Дамблдор, — обрадовалась журналистка. — Как вам моя статья о вашем выступлении на Международной Конференции Колдунов?  — Отвратительна, — бодро ответил старик. — Как и всё, что вы пишете. Гарри, пойдём, пришло время проверки палочек. ***  — Драконы? –Флёр закрыла рот руками. — Они хотят заставить нас драться с драконами?  — Трое, — ответила мадам Максим. — Громадные бронированные твари. Но, думаю, ты сможешь придумать, что с ним делать.  — А в чём суть задания?  — Убить, украсть что-то, покормить — выбирай что хочешь, — директриса отпила из огромной кружки.  — Думаю, аура способна усыпить их бдительность… Не уверена.  — Значит, тебе конец, — развела руками полувеликанша. — Ну или ты придумаешь, как завалить устойчивую к магии рептилию. Блондинка поблагодарила хозяйку комнаты за предупреждение и вышла. Её била мелкая дрожь. Когда она бросала имя в кубок, ей хотелось утереть нос всем: однокурсницам, учителям, даже родителям. Девушка на ватных ногах добралась до своего купе и рухнула на кровать. Интересно, как отреагировал бы на эту информацию тот парнишка-четверокурсник?