Охотник и Бродяга

— Ты отлично танцуешь, — не могла не заметить Дафна, когда они взяли перерыв.  — Учителя были хорошие, — передёрнуло её партнёра.  — И кто же? — спросила девушка, надеясь услышать знакомое имя.  — Белла Лестрейндж, — выдал парень. И правда знакомое имя. Век бы не слышать.  — Летом? — на сколько могла невозмутимо продолжила девушка.  — Да нет, летом другие дела были, — улыбнулся ей собеседник. — Когда объявили о бале, связался с крёстным. А он уже попросил кузину помочь. Тут парень указал взглядом на троицу, расположившуюся за столиком недалеко от входа в зал.  — Думаю. Стоит поздороваться.  — Их ведь могут опознать, — напряглась слизеринка.  — Могут, — кивнул Гарри. — Готов поспорить, что Кейджу захотелось проветриться и он ничего лучше не придумал, чем прийти на бал. Он часто так делает. Ведь всё равно никто не поверит, что самые разыскиваемые преступники Англии заявятся куда-то настолько нагло. Тем более, что тут куча людей, которых почти никто не знает.  — Но ведь это безумие.  — То же самое я им говорил перед походом на квиддич, — вздохнул юноша. — Пойдём, что ли, поздороваемся. Я обратил внимание на приближающегося к нам Гарри. Его сопровождала уже знакомая голубоглазая блондинка.  — Привет, — махнул рукой гриффиндорец. — Дафна, это Сириус. Сириус, это Дафна. Остальные знакомы. Девушка сделала книксен, а по глазам Сириуса можно было прочитать всю степень восхищения удачливостью крестника.  — Рада видеть что мои уроки не пропали даром, — улыбнулась Белла, взглянув на спутницу Поттера, от чего та постаралась спрятаться за его широкой спиной.  — Будто вы меня бы отпустили, если бы я не научился, — засмеялся парень, приобнимая напряжённую подругу за талию.  — Ну вышел бы через годик, — усмехнулся я. — Зато мастером бальных танцев.  — Вы не боитесь, что тут ЕСТЬ, кому вас опознавать? — поинтересовался Гарри, глядя на одноглазого аврора, прикладывающегося к фляжке.  — Он не станет поднимать шум в набитой детьми школе, — поморщился Сириус. — Грюм больной на всю голову, но какие-то принципы у него есть. Были. Должны быть.  — А если он решит устроить грязную игру — зови нас, — добавил я. — Мы уже надирали его морщинистый зад.  — Откуда ты знаешь, что он морщинистый? — ехидно улыбнулся Поттер.  — Потому что Грюм весь морщинистый, — засмеялся я.  — Ал, не смущай девочку, — вмешалась Белла. Я хмыкнул и посмотрел на ведьму.  — Хочешь потанцевать? — огорошил я её.  — Что? — не сразу поняла она.  — Следующий танец. Есть желание? Женщина задумалась на несколько секунд, а затем улыбнулась:  — Почему бы и нет. Дамблдор сидел за столиком, вооружившись вилкой и ножом и поглощал сочный стейк. Он с трудом смог отвлечь внимание давнего соратника от троицы уголовников и теперь вознаграждал себя за отлично проделанную работу. Но были у Альбуса и поводы для беспокойства. Гарри снова резко изменился буквально за одну ночь. Старый директор видел в нём ростки тьмы, но она была несколько иной, нежели у Тома. Чистой и ясной, как морозная зимняя ночь. Парень явно был способен на убийство, как и сам директор. Но не на ту грязь, которую сотворил с собой другой сирота. Гарри напоминал Дамблдору его самого в молодости, когда тот был дружен с Геллертом. Тогда они были готовы на всё ради своих идей, и только несчастный случай поставил их друг против друга. Старик наколол на вилку кусочек мяса и положил в рот. Божественный вкус. Домовики Хогвартса отлично знают своё дело. Но мысли Дамблдора вернулись к мальчику. Не так уж плохо, что он становится жёстче, злее. Тьма это естественное отражение света. Чтобы не осталось тьмы, пришлось бы снести любую неровность с поверхности земли, однако тогда сама планета отбрасывала бы тень. Важно понимать, что тьма не равняется злу. Как и наоборот. Можно быть почти святым паладином и запытать тысячи невинных, а какой-нибудь некромант в это время будет упокаивать кладбища и изгонять злых духов. Троица заключённых пока что ведёт мальчика в верном направлении, пусть оно и не совсем нравится директору. Альбус примет его таким, научит всему, что поможет избранному победить своего врага. Но только если Гарри сохранит себя и не станет очередным безумным чудовищем, рвущим душу на куски ради иллюзии.  — Козёл, — прошипел Малфой, глядя на болтающего с крёстным и его друзьями Гарри.  — Не знал, что у него есть родственники, — подошёл сзади темнокожий итальянец Блейз.  — Этот козёл увёл одну из нас. Посмотри, как он её обнимает.  — Да ты ревнуешь, приятель, — засмеялся Забини.  — Нет, — отмахнулся Драко. — Она никогда до конца не разделяла наших взглядов. Подделка. Но Поттера нужно наказать.  — Есть идеи? — прищурился Блейз.  — Подождём, пока останется один и развлечёмся. *** Дафна упала на кровать и закрыла глаза. Странный вечер. В начале показавшийся жутковатым, Гарри оказался довольно весёлым парнем. Да и навестившие его беглецы на этот раз показались довольно приветливыми, хоть и мелькало в их взглядах что-то пугающее.  — Ну как тебе Поттер? — ввалилась в комнату Трейси.  — Не знаю, — отозвалась девушка. — Он странный, как и все, кто его окружает.  — А с кем он тебя знакомил? Это ведь те трое?  — Ага, — улыбнулась блондинка.  — Даф, ну мне из тебя всё клещами вытягивать? — надула губки соседка.  — Я говорила в прошлый раз и повторю снова: они все трое очень близки.  — Беллатрикс Лестрейндж друг Гарри Поттера, — отчеканила каждое слово подруга.  — Он сказал, что она учила его танцевать.  — И как она тебе? — продолжила допрос Трейси.  — Не знаю. Вроде обычная, но что-то такое во взгляде… бррр. И та история с отцом, когда он примкнул к Тёмному Лорду.  — Кстати, я видела, как Малфой о чём-то шептался с Забини, — вспомнила Трейси. — А потом позвал своих затупков и они куда-то ушли. Дафна вскочила с кровати:  — Они точно хотят что-то сделать Гарри!  — Он уже не Поттер? — ехидно улыбнулась подруга.  — Надо поспешить, может мы ещё успеем его предупредить.  — Он разделался с драконом, что ему четыре однокурсника? — слова Трейси обращались к уже убегающей спине однокурсницы. — Кажется, кто-то втюрился… Гарри шёл по коридору, насвистывая засевший в голове мотив. Вечер определённо удался, и даже напряжённая поначалу Дафна к концу бала расслабилась. Парень прокрутил в пальцах палочку и резко обернулся, услышав шаги за спиной.  — Что дёргаешься, Поттер? — из-за угла вышел Малфой со своими придатками и Блейзом.  — Да вот, жду, когда вас можно будет начинать закатывать в пол, — широко улыбнулся парень. — Мне уже начинать?  — Ты думаешь, что, раз попал на турнир то стал бессмертным? — ухмыльнулся блондин. — Экспеллиармус! Гриффиндорец слегка отклонил корпус, пропуская луч мимо себя.  — Неееет, — его улыбка стала ещё шире. — Я стал думать так после встречи с четырёхсотлетним кровососом. На этих словах парень резко упал на колено, выпустил два оглушателя в Крэбба с Гойлом и, перекатившись с траектории малфоевского экспеллиармуса, вбил в стену Блейза.  — Как-то так, — он поднялся с пола и, поигрывая палочкой, направился к пятящемуся Малфою. — Ты ведь хотел поиграть, дружочек-пирожочек? Так давай развлечёмся! Инкарцеро! Попытавшегося убежать блондина крепко обхватили верёвки, лишив возможности двигаться, и он, охнув, упал на каменный пол.  — Чёрт, кажется я понимаю, почему Белле это так нравится, — произнёс Поттер, приближаясь к дёргающемуся в путах слизеринцу.  — Пошёл ты, Поттер, — выплюнул Драко.  — Фу, как грубо… Силенцио. Круцио. Драко забился, разевая рот в немом вопле.  — Ты ведь сам хотел поиграть, блонди, неужели тебе не нравится? Гарри развеял все чары, позволив жертве отдышаться.  — Ничего не хочешь сказать?  — Пошёл в жопу, — дрожащим голосом выдавил блондин.  — Да у тебя всё ещё есть яйца! — воскликнул его мучитель, толкая парня ногой под рёбра. Оседлав почти не сопротивляющегося Малфоя, гриффиндорец провёл палочкой по его груди и спросил:  — Ты никогда не думал, почему твой отец служит Волдеморту? На имени тёмного мага Драко явственно вздрогнул, но ответил:  — Чтобы избавиться от грязнокровок вроде тебя и Грейнджер.  — Не угадааал, — осклабился Гарри. — Его держит страх. На этих словах он схватил за горло блондина, заставив его покраснеть.  — Он держит его за горло крепче чем я тебя сейчас, блондинка, — палочка Поттера упёрлась Малфою в рёбра, а дыхание обжигало шею. — Так мне отпустить тебя или ты всё ещё хочешь поиграть? Не дождавшись ответа от дрожащего слизерница, Гарри поднялся и, заметив встопорщившиеся брюки, вновь улыбнулся:  — Как много вопросов, Драко. Как много вопросов… Подмигнув покрасневшему противнику, парень резвернулся и продолжил путь к гостиной, насвистывая так и не вылетевшую из головы мелодию. Вечер определённо удался.