Фетиш короля Проклятий

Все мускулы его тела были напряжены, а сердце грохотало где-то в горле. Злобный оскал блеснул около двери и тёмная тень начала своё движение в сторону лежащего. — Что, ты здесь делаешь? — Голос прозвучал на удивление спокойно. — Пришёл повидаться. — Тягуче, как то насмешливо протянула тень и медленно двигалась, точно хищнику который приближался к своей добыче. И Мегуми чувствовал себя в ловушке, но упорно продолжал сверлить фигуру взглядом. Сомневаться не было смысла, так как Фушигуро слишком хорошо знал этого человека. Розовые волосы мельком блеснули, от лунного света, который пробивался через не до конца заштореную занавеску. Тело лучшего друга предстало прямо перед ним. Но от Юджи не осталось буквально ничего. Добрые, сверкающие своей решительностью глаза сейчас светились только дьявольскими бликами. Милая улыбка превратилась в звериный оскал. Сукуна медленно наклонился к лицу Мегуми. — Я безмерно голодный. — Шепнул тот прямо в лицо лежачего и облизнулся. Фушигуро прекрасно знал этот взгляд, и нисколько не сомневался, что убежать у него не получится. Потому что до этого не получилось ни разу. Сукуна жадно припал к его бледной, уязвимой шее сразу кусая. С губ Мегуми сорвался болезненный стон и он ухватился за голые, накаченные плечи. Только это плечи его лучшего друга. И это малость отрезвляет, слегка туманный рассудок. Но не сильно, ведь когда Сукуна начинает грубо сминать его губы, мозги начинают плавиться в ту же секунду. А ведь с Сукуной всегда так. Возле короля Проклятий маска безразличия и мнимого спокойствия, с треском распадается. Мегуми отвечает на поцелуй, обвивая руками крепкую шею. В действиях Сукуны никогда не было хотя бы намёка на нежность, ему вообще чуждо такое понятие. Однако его грубые касание не на шутку возбуждают Мегуми.«Никогда не замечал за собой мазохистских наклонностей» тихо фыркнул Фушигуро. Он буквально плавится от голодных действий Рёмена, отзываясь на каждое прикосновение и дрожа всем своим телом. И Мегуми сам начал снимать свою ночную рубашку. — Что, уже не терпится попрыгать на моем члене? — Насмешливо спрашивает Сукуна, который сейчас во всю исследует уже знакомое юношеское тело. — Ну… вообще-то то не на твоём. — Застонал Мегуми когда его сосок взяли в рот и грубо прикусили. — Как жаль, вероятно этот идиот не знает, что каждую ночь трахает своего лучшего друга.— Издевательски тянет Рёмен. И от этого комментария Фушигуро по идее должен чувствовать вину или омерзения к себе, но видимо то ли, на него Сукуна так действует, то ли Мегуми совсем уже мерзкий человек, ведь даже намёка на стыд или вину ему не ощущалось. И в настоящий момент он только хочет ощутить больше прикосновений этого дьявола во плоти.Который к слову, сейчас одной рукой хватает чёрные волосы Мегуми и сильно тянет в верх, заставляя того сесть.  — Отпусти волосы. — Шипит не хуже разъярённой кошки, Мегуми. Сукуна снова скалиться, языком проводя по открытой шее. Мегуми охает когда его снова кусают. Рёмен одним движением залезает на узкую кровать. И снова припадает к раскрасневшимся губам Фушигуро. Он по-хозяйски проникает в разгоряченный рот мага. Видимо для Сукуны поцелуи ещё один вид пытки, потому что когда он целует губы Мегуми, ну как целует — кусает, грубо сминает, просовывая свой язык в глубь, этим самым языком исследует всё до чего только достает, посасывает и оттягивает, то верхнюю, то нижнюю. Сложно такие махинации назвать поцелуем, но Мегуми от них почему-то то без ума. Рёмен вгрызается в тотчас краснеющие губы Фушигуры, сразу кусая до металлическому привкусу в поцелуе. От таких укусов Мегуми тихо шипит, в отместку коротко подстриженными, ногтями царапает плечи. Завтра же не сможет смотреть Итадори в глаза, когда он снова будет жаловаться на непонятно откуда взявшиеся царапины. Но это будет завтра, сейчас же он громко стонет, от того что его возбуждённую плоть — вместе с тканью — сильно сжали. Сукуна довольно скалится, обхватывает зубами мочку уха и больно кусая, оттягивает на себя. Сам Фушигуро покорно терпит делая всё, что от него просят. Знает ведь, что нет никакого смысла сейчас начать вырываться всё,равно его сегодня поимеют. Он был в этом на все сто процентов, уверен. И не сказать, что ему всё это как то не нравится. Но Мегуми никогда в этом не признается даже самому себе. Фушигуро сам начал снимать с Рёмена трусы, освобождая уже колом стоящий член. И сам же начинает водить по нему рукой, при этом неотрывно смотря почти что чёрные глаза напротив. Сукуна одобрительно мычит, снимая оставшуюся одежду с Мегуми. Когда член Фушигуро полностью освободился, Рёмен дразняще проводит самыми кончиками пальцев от красной головки до поджатых яичек. Фушигуро застонал и выгнулся на встречу приятным прикосновениям. Всем своим видом прося больше ласки. Сукуна видит и послушно выполняет свои манипуляции, но уже быстрее, грубее. Мегуми громче застонал.И Рёмен продолжил только уже более грубее — почти, что до боли — сминать истекающий естественной смазкой член Мегуми. Ещё пару рваных движений своей руки и Сукуна схватил его за недавно отпущенные волосы и потянул к своему изнывающиму паху. Фушигуро намёк понял сразу же, языком проводя по его члену. Боже, он знает вкус своего лучшего друга, а тот даже не догадывается, наивно считая себя девственником. Сукуна подаёт рукой в направлении члена, тем самым заставляет почти что на половину проглотить его, ту же секунду начиная задавать быстрый темп, заставляя заглатывать чуть ли не до основания. Фушигуро давиться, подавляя в себе рвотный позыв, стараясь хоть немного подстроиться на сразу заданный, бешеный темп. Слюна стекает по подбородку Мегуми и глаза сами собой наполняются слезами, но его рот не прекращают грубо трахать, только на секунду останавливаясь, чтобы дать ему хоть немного наполнить лёгкие кислородом, которого к слову не хватает вовсе. Хлюпающие звуки заполняют комнату, и сильной волной врезаются в слух Мегуми,что к слову возбуждает его ещё больше. Парочку рваных толчков и глотка Мегуми наполняться белой, солёной жидкостью.Сукуна с рыком кончил прямо в затраханый рот Фушигуры. Его волосы наконец то отпускают. — Глотай всё, до единой капли. — Холодно приказывает Сукуна и тянет Фушигуру за бёдра к себе и трётся пахом прямо между двух аппетитных окружностей. Мегуми рвано вдыхает и послушно, глотает сперму. — Хороший мальчик. — Довольно произносит Сукуна и снова врезается в истерзанные губы Мегуми. Рёмен никогда не признается даже самому себе, но у него явный фетиш на губы Мегуми. Эти тонкие, изящные, бледные, мягкие и нежные уста как магнит, неимоверно тянет сделать их красными, растерзанными. Хочется целовать эти губы, до онемения своих собственных. Точнее уст Итадори, который к слову, недавно ныл самому Мегуми в поистине странных покалываниях в его губах. «Как будто их в пылесос засосало» сравнил тот, когда рассказывал про эту проблему Мегуми. Тогда Фушигуро покраснел с головы до пят, а сам Сукуна сразу вылез и его ухмыляющийся рот появился на лбу Юджи. «А твой пылесос очень даже симпатичный.» Хитро бросил он и тут же ретировался так же, как ещё больше покрасневший Мегуми. И вот он снова припадает к устам Фушигуро, властно и грубо сминая их, языком проводит по зубам, нёбу, и доходя до языка Мегуми сплетается с ним, смешивая вязкую слюну друг друга. Фушигуро отдаётся полностью, чувственно отвечая на поцелуи. Ещё Сукуне нравится когда этот ротик с этими божественно, бархатистыми губами, чем то заполнен. Неважно чем, будь то его собственными губами или его членом. Оба варианта прекрасны. Наконец Рёмен отстраняется от таких желанных уст. Несколько секунду просто смотрит любуясь, сохраняя в памяти все мелочь, ведь на утро он уйдёт, а поцеловать Мегуми можно будет только вечером. Когда этот паршивец уснёт. Он раздвигает ноги Фушигуро и закидывает одну худощавую конечность себе на плечи. Фушигуро же просто наблюдает за его действиями, чувствуя как приятно саднят истерзанные поцелуем,тонкие губы. Немного помедлив, Мегуми достаёт тюбик смазки из-за подушки. Сукуна забирает этот тюбик и выдавливает содержимое себе на пальцы. Его холодный палец касается сжатого ануса и он надавливает на него. Много времени на сей процесс не уходит ведь, во-первых, Сукуна ждать не любит и это всё со смазкой делает только ради того, чтобы не порвать Мегуми. Ведь такое уже было и не сказать, что ему понравилось. Кровь — не самый лучший заменитель смазки. А во-вторых, сексом они занимались буквально вчера и проход сам по себе ещё растянутый. Минута и Сукуна, толкается вперед в потрясающую тесноту, и увитый венами член проходит между двух половинок, жарко скользит, вперед-назад, вперед-назад. Рёмен сразу начинает двигаться резко и грубо, даже не даёт привыкнуть Мегуми. А сам Фушигуро прикусывает кожу на своей ладони, пытаясь заглушить себя и свои громкие болезненные стоны. Ведь в другой комнате спокойно спит Инумаке, которого совсем не хочется разбудить. Но когда Рёмен меняет угол проникновения и своим членом бьёт прямо по простате, Мегуми вздрагивая всем телом, забивается в немом крике и распахивая глаза так, что кажется будто глазные яблоки сейчас выпадут. Сукуна победно ухмыляется и с новой силой начинает долбить разрывающийся анус от давления и точно попадая по комочку нервов. Мегуми понимая, что своих громких стонов не в силе заглушить, просто притягивает за шею Рёмена и целует его. Теперь уже охает и стонет в поцелуй. Сукуна же быстро отвечает на поцелуй в ту же секунду углубляя его. Ещё пару резких толчков и Сукуна кончает прямо в Мегуми, тот помогая себе рукой через несколько рваных движений и Фушигуро забиваться в оглушающе сильно оргазме, пачкая себя и Рёмена. Сукуна не спешит выходить с раздолбанной дырочки и просто падает прямо на Фушигуру тем самым придавив его своим весом. Тот тихо шипит, но ничего не говорит. Сам Сукуна прижимает обмякшее тело к себе за талию снова кусая за ключицу. Фушигуро охает и упирается руками в татуированную грудь. — Если ты намекаешь, на продолжение то мой ответ, нет — Раздражённо шепчет Мегуми. — А жаль, я бы не отказался от ещё одного захода, сладкий мой. — Почти мурлычет, довольно скалиться Сукуна, куда-то в шею Мегуми.  — Тебе не стоит забывать, что людям свойственно уставать. — Отзывается Фушигуро, но на внезапный страстный поцелуй сразу отвечает. — Всё равно бы не успели ещё раз. —  Выдыхает Фушигуро, отстранившись. — Пожалуй сейчас ты прав. — Как то, то ли обиженно, то ли грустно отвечает Сукуна, косясь на настольные часы.6:16 подсвечивала электронная штуковина, а подъём у Юджи где-то в семь утра. И сейчас Сукуна мысленно проклинал Итадори за то, что тот так поздно лёг спать и ему пришлось прийти к Мегуми, почти что в четыре ночи. Как же мало времени. Всего ночь. Как же чёрт возьми, мало. Для изголодавшего без людских ласк демона. Конечно, он мог бы пойти к тем же проституткам и обласкать тело его сосуда по самое не хочу, но ему попросту не хочется. Ему никого не хочется. Кроме этого проклятого мага. Сам же Фушигуро уже почти засыпал в горячих объятиях и не важно, что обмякший член Сукуны ещё в нём. На утро как обычно, Мегуми просыпается один. Он сам не понимает, зачем играет в такие опасные игры, ведь иметь дело с Сукуной, точно иметь дело с дьяволом. Но Фушигуро почему-то до безумия нравится ходить по лезвии ножа. И он не знает сколько будет продолжаться это безумие и чем оно ему обернётся, но пока Мегуми даже не думает заканчивать его.