младший братик

— Нет, — произнёс Карлайл, зайдя в дом. — Что нет? — донеслось из гостиной, в которой, закинув ноги на стол сидел самый красивый вампир, которого я когда-либо видела. — Убирайся вон, — Карлайл указал на дверь, за моей спиной. Незнакомый вампир окинул меня взглядом, от которого по спине побежали мурашки, и усмехнулся. — Уже прогоняешь? Но я ведь только пришёл… А если я пообещаю хорошо себя вести? — говорил неизвестный так играючи и нагло, будто имел право на всё в этой жизни, хотя, пожалуй лучше сказать, смерти. — От тебя уже пахнет людской кровью, — ответил старший Каллен на такое заявление, проходя на кухню. — Что? А-а-а, это вчерашняя. Не переживай, та любительница содомии была не против. И овцы сыты и волки целы, — он зачем-то особенно громко произнёс последнюю фразу, как это делают люди, общаясь с теми, кто находится в другой комнате, а ведь у вампиров прекрасный слух. — Мы прекратили общение не просто так, Лестат. Я не желаю возобновлять его, — возвращаясь со стаканом воды для меня, хотя я ничего не просила, сказал Карлайл. — Так вот почему ты ни разу, НИ РАЗУ, за пять сотен лет не поинтересовался жив ли твой милый младший братик, — резким движением, слишком быстрым для моего смертного зрегия, Лестат поднялся с насиженного места и сказал это смотря прямо в глаза брату. — Ты жив. — КАК ВИДИШЬ, — прошипев это, красавец (нет, не думай об этом, не думай, они не могут читать твои мысли, но всё равно не думай), то есть Лестат вернулся на диван, закинув свои длинные шикарные (БЕЛЛА, ДЕРЖИ СЕБЯ В РУКАХ) ноги в этот раз на журнальный столик. — Теперь твоё эго удовлетворено и ты уже уходишь? — с нажимом спросил Каллен. — Моему эго всегда будет мало, ты же знаешь. — Знаю. Потому и гоню тебя. Ты жесток и бесчеловечен. — Так же как и ты, братишка. Или уже забыл, как мы веселились в деревеньке недалеко отсюда? Ммм… а как зарывали трупы прямо на этом месте? Ох, как мило, ты никому об этом не рассказал. — Не смей. Хватит читать мои мысли. — Я больше не буду, — с невиннейшим видом ответил Лестат. — А больше и не надо. — Чего это она стоит подслушивает наши вампирские разговорчики? — внезапно решив сменить тему разговора, обратил он своё внимание на меня. — Mon cher, неужели ты хочешь оставить её в живых после этого? Глупость. Нас после такого сделают наглядным пособием того, почему не стоит переходить дорогу Вольтури. — Не трогай Беллу. — Только если она сама того не захочет, — прошептал Лестат, стоя совсем рядом со мной и смотря мне в глаза таким безумно-вседозволенным взглядом, что нельзя было не поддаться его воле. Я закусила губу и нервно сглотнула, опустив взгляд. Он лишь шире заулыбался, довольствуясь произведённым впечатлением. Но, уже секунду спустя, его внимание вновь всецело устремилось на Карлайла. В конце концов, я для него не более, чем ужин. — Бу-бу-бу, Лестат не трогай то, Лестат не смей это… Ты превращаешься в нашу гувернантку! Ещё начни сношаться с конём для продления молодости и поддержания тонуса кожи. Ах, да, с едой ведь играть нельзя… — Зачем ты пришёл? — Повидаться с роднёй, дорогой мой. — А на самом деле? — Я тоже хочу ходить под солнцем. — Тогда почему ты заявился ко мне, а не к Вольтури? — Они меня и на порог не пустят, а твой дом так гостеприимно открыт. — Спасибо за совет, закрою. — Карлайл, дай мне ходить под солнцем и я отстану. — Ровно до тех пор, пока тебе не понадобится что-то ещё, mon cher? — с недовольством скопировал манеру Карлайл. — Я умею исполнять обещания. В отличие от тебя, — Лестат изменился в лице, широко раскрыв свои дивные голубые глаза и нахмурив идеальные светлые брови, и с обвиняющей интонацией продолжил. — Позволь напомнить, mon garçon, это ты обратил меня. Обратил… И бросил. Одного. С инквизицией. На смерть! — разозлившийся вампир оскалился, показывая клыки. — Хорошо. Я поделюсь с тобой способом ходить под солнцем. А ты никогда не переступишь порог моего дома. — Договорились, — Лестат улыбался так, будто задумал какую-то немыслимую аферу.       Вампиры удалились в кабинет Карлайла, а я осталась сидеть в гостиной и пыталась разобраться в том, что только что произошло. Брат Карлайла, обращение, инквизиция, не все вампиры могут ходить под солнцем, дивные длинные ноги, гувернантка, трупы, светлые кудри, которые хочется пропускать сквозь пальцы, и невероятные глаза, в которые можно глядеть вечно… — Пока, вкусняшка, — Лестат щёлкнул меня по подбородку, уходя. — Знаешь, дорогой, подвох в том, что у твоего дома нет порога, — он заливисто рассмеялся и поспешил исчезнуть с глаз долой. — Merde! — выругался по-французски Карлайл.