Свободный полет

Мондштат - город свободы, ветров и одуванчиков. Прекрасный в своей независимости, он часто уходил в крайности, словно малый ребенок, не знающий чувства меры. Если быть свободным, то жить на полную катушку, не отказывая себе ни в чем, даже пропадать в пьяном угаре. Если трудиться, то до изнеможения, забывая про пределы человеческих сил. Если помогать, то всем и сразу, ничего не спрашивая и не требуя взамен. Так и сегодня буря, что разразилась на территории Монда, сдерживаться не собиралась: небо потемнело, безостановочный дождь размывал дороги, а шквалы ветра лишь набирали обороты, грозясь превратиться в настоящий ураган. Посреди всего этого хаоса едва ли можно были заметить мальчика, что беспомощно обхватил себя руками, пытаясь хоть немного отгородиться от гнева стихии. Кэйа Альберих - последняя надежда своего народа. Так сказал ему отец перед тем как оставить одного в этом незнакомом и пугающем месте. "Войди в доверие к семье Рагнвиндр, собери информацию и спаси Каэнри'ах" - эти слова - единственное, что ему осталось от своей родины. Маленький Кэйа понимал важность своей миссии, однако сейчас он совершенно не знал, каким образом сделать это. Потрепанные лохмотья совершенно не защищали от холода и дождя, а босые ноги уже давно были стёрты в кровь. Все, что чувствовал сейчас мальчик - это ощущение абсолютной беспомощности. Сколько времени он уже стоит тут? Час, больше? С каждой минутой уверенность в том, что никто не придет усиливалась. Неужели отец просчитался?... На глаза начали наворачиваться слезы, но Кэйа не мог позволить себе такой слабости. "На что мы вообще рассчитывали?" - паника накрывает с головой, пока в голове мелькают все более дурные мысли, - "В такой ливень невозможно видеть дальше собственного носа, должно быть, меня просто не заметили". Руки невольно тянутся к скрытому бинтами глазу, стремясь расцарапать, приводя и так не самую целую ткань в совершенно непотребный вид. Останавливается он только когда на грязно-белом полотне поступают алые пятна. "Боль - то, что делает нас живыми, - говорил Альбериху отец, - она проясняет мысли и включает холодный рассудок. Научись брать контроль над ней, а иначе тебе не выжить". Поврежденную кожу неприятно щипало, зато из глаз не пролилось ни слезинки. Боль действительно помогала, однако на смену панике пришла странная апатия. Не видя ничего перед собой, мальчик медленно начал двигаться вперед, надеясь добраться до более-менее сухого места, но вскоре ноги подкосились, и он медленно рухнул в лужу. Кэйа не мог найти в себе сил подняться. Тело трясло от холода, а ноги свело судорогой. Свернувшись в комочек, он мог только думать о том, неужели все закончится здесь. Нервный смешок сорвался с губ, стоило подумать о том, как жалко, должно быть, выглядит "последняя надежда Кэнри'ах" сейчас. Отец был бы в ярости, если бы узнал, как глупо он провалился. Должно быть, он действительно никчемен, раз не смог справиться с единственным предназначением, ради которого вообще существовал. Из-за его слабости сотни людей никогда так и не увидят солнца, обреченные на гибель в проклятой земле. "Как сильно он будет разочарован мной?" - Кэйе пришлось закусить губу, чтобы не дать вырваться всхлипу, - "Отец был прав, я действительно разочарование нашего рода... Бесполезный, бесполезный, бесполезный!" - собственные мысли смешивались в голове с грубым голосом родителя. Он отчаянно зажмурился, зажав уши руками, словно это действительно могло отогнать образы прошлого. Сил сопротивляться истерике не осталось, и мальчик издал звук, больше похожий на скулеж, давая волю слезам. От проявления собственной слабости стало противно. Он не заслужил права давать слабину - у принца Каэнри'ах нет права вести себя словно глупый ребенок. Слишком велик был груз ответственности, возложенной на него, слишком многое стояло на кону. "Жалко себя, да, считаешь, что тебя бросили в бурю на произвол судьбы? А людей, обреченных страдать до окончания веков, тебе не жалко, Кэйа Альберих? Разве они не страдают в разы больше тебя, от участи проклятого временно сбереженного? Твое положение сейчас - ничто, по сравнению с мучениями тех, кто обратился в монстров и пал от рук своих же друзей или семьи. Так что поднимайся и иди вперед. Такова воля Каэнри'ах, таково твое предназначение». После этого голос в голове наконец-то замолк, оставляя после себя только безграничное чувство вины и головную боль. Однако, пересилив себя, юноша встал, еле удержав равновесие. С трудом пытаясь представить, куда идти, Кэйа уже просто хотел двинуться вперёд в слепой надежде на чудо, как вдруг его окликнули: - Эй, ты в порядке? - высокий мелодичный голос раздался совсем близко, а через пару секунд показался и его обладатель - молодой мужчина, можно сказать юноша, в накидке нежно-зелёного цвета и слабо поблескивающим глазом бога на поясе. Его зеленый берет промок, и вода стекала на чёрные косы, переходившие на конце в яркий аквамариновый цвет. Несмотря на то, что незнакомец не повышал голоса, ему каким-то образом удалось перекричать шум бури. Или же сам шторм утих, стоило ему заговорить? Нет, Кэйе определённо показалось, такого просто не может быть. В любом случае какой безумец вообще мог выйти на улицу в такую погоду? Пока Альберих думал об этом, изумленно хлопая глазами, "безумец" подошёл ближе, продолжив: - Ты потерялся? - голос его звучал на удивление мягко, даря ощущения спокойствия - Как тебя зовут? Я Венти! Юноша плавно опустился на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне, ожидая ответа. Глаза изумрудного цвета смотрели с лёгким беспокойством, заботой и теплотой, природу которых юный принц не мог понять. Он не ощущал угрозы от этого странного парня, а потому все же решился ответить. - Я... Кэйа, - голос звучал сипло и тихо, контролировать его получалось с трудом, - Отец ушел за виноградным соком нам в дорогу уже так давно, и я не могу найти его, - слова заранее подготовленной истории(что, впрочем, не была далека от истины) сразу легли на язык, но в конце мальчик все же закашлялся, снова пытаясь упасть в лужу. От такой участи его спасла рука Венти, тут же опустившаяся на плечо, удерживая на месте. От нее волнами исходило тепло, и Кэйа с удивлением понял, что боль, накопившаяся в теле, исчезает, заменяясь ощущением непривычной лёгкости. - Так лучше, верно? - лучезарно улыбнулся брюнет, - Давай я отвезу тебя в Монд, а после того, как ты согреешься и буря утихнет, мы решим, что делать? - он приглашающе протянул руку, заставив Альбериха задуматься. Он знал, что нельзя доверять незнакомцам, однако сейчас у него не было выбора. Вряд ли кто-нибудь ещё решится всунуть нос в такой шторм, а пережить его без укрытия, даже не зная, в каком направлении город, не представлялось возможным. Так что мальчику ничего не оставалось, кроме как робко вложить свою ладонь в руку взрослого, мысленно молясь звёздам, чтобы это не было ошибкой. - Отлично! Тогда идем. Секунда, и мы будем на месте, - Венти быстро вскочил на ноги, ловко подхватывая Кэйу под коленками, чтобы поднять на руки. Тот успел лишь пискнуть, прежде чем они исчезли в вспышке изумрудного света, переносясь подальше от дождя, ветра и места, где изначально юного Альбериха должен был найти Крепус Рагнвиндр. Так странно и совершенно не по плану началась история Кэйи Альбериха в Мондштате, городе свободы, ветров и одуванчиков. Судьбоносная встреча, что не должна была произойти, стала началом новой жизни, полной приключений, любви и тепла, некогда казавшихся лишь недостижимой мечтой. Но пока что маленький Кэйа даже не догадывался, что ожидает его, испуганно сжимая плечи странного парня, что подобрал его, и с тревогой думая о том, что же ему делать дальше. Шторм начал стихать.