Преодолевая путь

      Перед глазами появлялись обрывки воспоминаний: Кира зашла в аниме-магазин и купила себе мангу "Токийские мстители", побежала домой и, находясь у себя в комнате, в предвкушении начала читать. Чувства, которые она испытывала тогда, передавались через воспоминания к настоящей девушке. Она помнит восхищение, предвкушение чего-то необычного, грусти и боли, переживания за героев, радость и смех.       — Хотела бы я обнять Манджиро! Он страдает и мне больно это читать! — закрывая мангу, с грустью говорила шатенка, смотря на обложку. — Вот бы появиться рядом с ним и крепко обнять. Всё равно, что он подумает обо мне и что может оттолкнуть, я бы постаралась, чтобы мы стали ближе, — её слова становились всё тише, а воспоминания начали расплываться, будто бы они находились в воде. Наступила кромешная темнота, в которой находилась девушка, стоявшая в одной пижаме.       Не чувствовалось ни холода, ни теплоты, никакого ветерка – пустое пространство. Оширо стала оглядываться по сторонам, не понимания, где находится.       — Что это за место? — почти не слышно спросила саму себя голубоглазая и, снова обернувшись, увидела в нескольких метров от себя свою копию. — Чего? — какое и было различие, так это глаза: тёмные и лишённые жизни, словно они принадлежат кукле.       — Мой брат умер, — монотонным голосом начал говорить "двойник", — Мао умер из-за тебя. Если бы ты не вмешивалась, а лишь помогала с работой, оплачивая его долг, он бы сейчас был жив. Папа бы не лежал в больнице без сознания и находился рядом, — от слов девушки Кире стало тошно, и её злость росла с каждым словом. Она сжала кулаки и с грозным видом посмотрела в эти пустые тёмно-голубые глаза.       — Да, в смерти Мао и в том, что отец в больнице, есть моя вина. Я это признаю и не буду убегать от этого. Но не кидайся в меня обвинениями и лучше наблюдай, как я отомщу за твоего брата, а твой папа, наконец, выйдет из больницы и не будет работать на трёх работах до истощения! — подняв голову вверх и высокомерно улыбнувшись, Кира продолжила: — Я изменю свою жизнь, которая станет намного лучше, чем была у тебя. Но, признаю, без Мао она не будет прежней. Он останется у нас в сердце и в воспоминаниях, где будет жить вечно и наблюдать за мной.       Двойник впервые за это время улыбнулась, услышав планы новой себя, и начала постепенно исчезать.       — В отличие от меня, у тебя есть сила, смелость и друзья, которые будут тебя поддерживать. Мы с братом будем наблюдать за тобой, Кира Оширо, — после своих слов девушка исчезла, оставляя вторую одну находиться в темноте. В одно мгновение невидимый пол исчез из‐под ног шатенки, и та стремительно начала падать вниз.       Резко открывает насыщенного голубого цвета глаза и несколько минут смотрит в потолок, пытаясь утихомирить бешено стучащее сердце. Успокоив своё дыхание, она наконец моргнула и посмотрела по сторонам, убеждая себя, что находится в своей комнате. С облегчением выдохнула и хотела встать с кровати, но почувствовала, что находится в чьих-то руках. С лёгким удивлением переводит взгляд и смотрит на спящего и обнимающего её блондина. Замечает, что он и она укрыты пледом, которое та дала Сано, и шатенка снова чувствует, как сердце трепещет от счастья и приятное тепло разливается по телу.       Смотрит на окно и понимает, что уже наступило утро, но солнце всё ещё не светит, что означает, что сейчас время пять или шесть утра. Снова смотрит на Манджиро, тянет к его волосам руку и гладит того по голове. В памяти всплывает её сон, и она, задумавшись, останавливает руку, оставляя ту на светлых волосах.       《Это больше напоминало мои воспоминания, нежели обычный сон. Если это так, то я появилась здесь, чтобы быть рядом с Майки, поддерживать его.》, — Кира, вспомнив одну единственную причину нахождения в этом мире, чувствовала себя счастливее, чем тогда, когда она появилась здесь. — 《Я сделала это, Майки. Я вспомнила и теперь знаю, что мне делать после того, как я найду убийцу брата》, — шатенка обняла Сано в ответ и пролежала в этом положении полчаса, пока солнечные лучи не начали проникать в комнату, скользя по стенам, медленно опускаясь на закрытые веки Оширо. Её реснички дрогнули, и она медленно приоткрыла глаза. Свет неприятно бил в глаза, поэтому Кира тут же опустила голову, но порой всё же смотрела в окно, чтобы хоть как-то привыкнуть к свету.       Аккуратно высвободившись с слегка ослабленной хватки Манджиро, шатенка поправила плед и тихо вышла из комнаты, закрывая двери. Реальность снова ударила в голову, и девушку накрыла грусть из-за вчерашнего.       《Не время для грусти! Нужно отвлечься, а потом подумать》, — Кира решительно сдвинулась с места, сжимая кулаки, повторяя каждый раз себе, что если она будет продолжать находиться в подавленном состоянии, то чуда не произойдёт. Она зашла в гостиную, не задумываясь и не вспоминая, что здесь произошло, села на ковёр и начала заниматься лечебной физкультурой, которая помогает вылечить спину от сколиоза.

***

      Не до конца проснувшись, Манджиро, накинув сверху плед, с бардаком на голове, пошёл искать Киру. Ступая босыми ногами по слегка прохладному полу, блондин с закрытыми глазами направился в сторону гостиной, где оказалась девушка.       — О, Майки, — заметив стоящего в дверях Сано, голубоглазка приостановила временно своё занятие и взглянула на парня, — доброе утро.       — А, да, утро, — сонно промямлил парень и медленной походкой пошёл до кресла, плюхнулся в него и, сев по-турецки, раскрыл глаза и начал в ответ смотреть на шатенку. — Чем ты занимаешься так рано утром?       — Лечебной физкультурой, — сразу же ответила Оширо и принялась продолжить занятие. Ей ничего практически не мешало: стояла тишина, было лишь слышно её прерывистое дыхание, никто не бегал и громко не говорил. Голубоглазый смотрел на то, как Кира занимается и не отрывал от неё своего взгляда, что немного напрягало, и та, остановившись, с судорожным вздохом посмотрела на парня.       — Почему остановилась?       — Я не могу заниматься, когда на меня так смотрят! — слегка раздражённо отвечает девушка, но берёт себя в руки, дабы не выйти из себя. Как ни как, но Сано здесь не виноват, просто у шатенки такой характер.       — Почему же? — словно не понимая, спрашивает блондин, спокойным взглядом смотря на Киру.       — Мне это мешает.       — Когда ты ночью поцеловала меня в лоб, а потом плакала во сне, мне это тоже мешало. Но я всё равно не стал тебе мешать.       — Что? Ты не спал тогда? — щёки Оширо покрылись алым румянцем, и она начала осознавать, что поцеловала его, когда тот не спал, и это ещё сильнее заставляло её раскраснеться.       — Я не могу заснуть без своей простыни, но, — Сано перевёл взгляд и задумался, — когда я лёг с тобой, то смог. Это так странно, не думаешь? — парень вновь посмотрел на подругу и заметил, что она в изумлении смотрела на него. На её глазах навернулись слёзы, а выражение лица Киры давало понять, что сейчас она чувствует грусть, сожаление и тревогу.       Блондин удивлённо посмотрел на неё и, ни секунды не задумываясь, встал с кресла и, подойдя к Оширо, сел напротив.       — Ты снова плачешь, — констатирует Майки и с лёгкой улыбкой вытирает пальцем слёзы шатенки, которые ещё не успели пробежаться по розовым щекам. Это стало умилять парня, что заставило его задуматься о своих новых и непонятных чувствах, которые он стал испытывать к Оширо.       Кира ничего не говорила, лишь смотрела в лицо парня, а возникшее желание обнять его усиливалось, поэтому шатенка потянулась к Майки и аккуратно обняла его так, словно он хрупкий, сделанный из хрусталя, и одно неверное движение может его разбить.       — Манджи, знай, что бы не случилось, я всегда буду рядом, — дала обещание голубоглазому и себе, Оширо отстранилась и, улыбнувшись, продолжила говорить: — Поэтому ты можешь положиться на меня, ведь я никогда не предам тебя и не покину.       — Обещай мне, — спокойным голосом и с надеждой потребовал Сано, серьёзно смотря на девушку.       — Обещаю!       Это обещание запечаталось в голове Манджиро, и он чувствовал, что Кира его сдержит, но он ощущал некое опасение, ведь в его жизни, а также в её, происходят моменты, где оба могут находиться в опасности, и поэтому блондин сам себе пообещал, что будет защищать Оширо ценой своей жизни, если потребуется.