Преодолевая путь

      Акира, нежданно для всех присутствующих, в особенности для голубоглазой, обхватила лицо подруги детства ладонями и прильнула к её мягким губам, целуя. Такаши на секунду только показалось, что она её просто чмокнет, как это обычно делают подружки при встрече, но брюнетка задержалась, пробуя быть напористее. Он перевёл настороженный взор на главу, ощущая, как злоба друга растёт с каждой секундой, наполняя ею кислород, из-за чего становится сложнее дышать, и подросток нервно сглотнул слюну.       Сано, разозлившись проделкой девчонки, встал с байка и стремительно уменьшил расстояние меж ними. В это время Кира оттолкнула Сакураи от себя, недовольно смотря на неё и вытирая свои губы пальцами. Если бы этого не сделала она, то сделал бы Манджи: отодвинул Акиру.       — Сакураи, какого чёрта ты творишь? — воскликнула та и тут же оказалась спрятанной от соседки, чему также была удивлена. Майки, крепко обнимая подругу, притягивает её к себе и встаёт боком так, чтобы зеленоглазая не видела Оширо. В синих глазах босса «Токийской свастики» отражалась злоба и ненависть, но это совсем не пугало школьницу, которая с самодовольной и выигрышной улыбкой смотрела на блондина.       — Я лишь поблагодарила тебя за помощь, Кирочка. Так все подружки делают, — пожала плечами, словно не сделала ничего такого, хотя на деле подписала себе «смертный приговор». Своей выходкой она обрушила на себя гнев «Непобедимого» Майки.       — Да что ты говоришь? Не забыла, что мы с тобой даже близко не подходим к термину «подруги». Если я тебя спасла и пыталась успокоить, это ничего не значит, чтоб ты знала! — кричала голубоглазка с фиолетовым переливающим оттенком на радужке парню в грудь, порой предпринимая попытки освободиться и ругать соседку, глядя ей в глаза. Но Сано не давал Кири этого сделать, крепко держа её при себе и тем самым не отводя пронзительного взгляда с брюнетки.       — Прости, меня, Кирочка, — извиняется, делая грустное выражение лица, но совсем не сожалея о своём поступке. — Просто я хотела быть у тебя первой.       — Да о чём ты?! — воскликнула и наконец-таки смогла задрать голову назад, благодаря чему ей удалось немного увидеть Акиру.       — О поцелуе. Я хотела, чтобы я была первой, кто тебя поцелует.       — Вообще-то... — шатенка хотела было уже возразить и не согласиться со словами темноволосой, но её опередил Манджи.       — Я с Киричин уже целовался до тебя, поэтому ты на втором месте. Нет, на самом последнем! — слова, сказанные из уст синеглазого о поцелуе, заставили Мицую и Сакураи в шоке уставиться на него, а Оширо густо покраснела, прислоняя своё лицо к крепкой груди блондина, как бы прячась.       «Надо было в парке остаться», — чувствует себя лишним в данной сложившейся ситуации и сожалеет о том, что поехал с Майки, но теперь он точно знает, почему все эти дни он был совсем не свой.       — Она моя! Уясни и заруби себе эту истину на носу. Я тебе уже говорил!       — Чё? — удивлённо произносит девчонка, поднимая голову и встречаясь с взглядом синих глаз. — Ты с ней уже виделся? Когда успел?       — Вчера ещё. Когда тебя искал, — объясняет Манджи с мягкой улыбкой, когда смотрит на Киру. — Кстати, нам надо поговорить.       — Позже, мне надо с ней разобраться, ведь я, как погляжу, не понятно говорила. Сакураи, надо отойти, — бросает серьёзный взгляд на девчушку, которая смущённо отвела взгляд.       Сано не понравился ответ Оширо, где та говорит о уединении с Акирой, поцеловавшей её несколько минут назад. Смотрит на покрасневшие лицо брюнетки и недовольно надувает губы. Приходит мысль, что школьница желает этого. Подросток не хочет этого допустить, потому в голову приходит одна прекрасная идея — украсть Кири.       Майки слегка отстраняется от подруги, из-за чего девушка решила, что блондин её отпустил, чтобы она смогла поговорить с зеленоглазкой, но ошиблась. Манджиро обхватил подругу за ноги в районе колен и поднял вверх. Голубоглазая замахала руками от неожиданности и, потеряв равновесие, упала на плечо Сано, как тот и планировал.       — Кирочка! — воскликнула Сакураи, распахивая зелёные глаза от шока, наблюдая за парой. — Отпусти её!       — Мицуя, охраняй «Бабу». Я ненадолго, — даёт задание своему другу, радостно улыбаясь, удачно игнорируя крики незнакомки.       — Манджиро, чёрт, чё ты делаешь?

***

      Убегая с Кирой на руках, дабы Акира не последовала за ними, Сано завернул в узкий переулок и сразу же поставил шатенку на землю.       — Манджи, почему ты не дал мне поговорить с ней? — Оширо принялась поправлять одежду, которая слегка задралась, пока парень нёс её. Голубоглазая была зла в тот момент, когда собиралась выговориться брюнетке, и потому действие друга увеличило её недовольство. Она понимает, что злиться на Сано не стоит и что он здесь не причём, но Кири чувствовала раздражённость.       Возможно виной всему то, что синеглазый до сих пор не дал точный ответ девчонке на её признание. Стоит лишь вспомнить недавние слова мальчугана, где он говорит, что Кира его, сердце неприятно сжимается, образуя покалывающую боль в груди. Если бы шатенка только знала ответ — неважно какой — было бы не так больно, наверное.       Кира начала задумываться о том, что никогда не станет ближе к Манджиро, кем является сейчас. Эти мысли опустошают, ей неприятна эта невзаимность. Голубоглазая легче бы справилась с этим, если бы раньше сталкивалась с любовными проблемами.       Школьница хотела повысить голос и повторить вопрос: «Почему ты не дал мне поговорить с ней?». Но в горле словно ком застрял, не давая выдавить и слова, когда Оширо посмотрела в опечаленные глаза главы «Тосвы», смотрящие вниз. Злость и недовольство тут же исчезают, уступая место переживанию.       — Манджиро, ты чего? — со всей нежностью, таившейся в душе, спрашивает девушка, легонько прикасаясь кончиками пальцев до лица светловолосого. За пару мгновений она начала корить себя, что повысила тон, не подозревая о том, что сейчас чувствует подросток.       — Ты не бросишь меня, Киричин? — вопрос поверг Киру в шок, и несколько секунд она не могла ответить.       — Нет, конечно же. Почему ты вдруг спрашиваешь о таком?       — Будешь всегда рядом?       — Манджиро, — девчонка обхватывает его лицо ладонями, всматриваясь в его глаза, в которых мелькает грусть. — Помнишь обещание, которые я тебе дала в тот день, когда была в больнице? Я тебя никогда не брошу, потому всегда буду рядом, что бы ни произошло. Ты меня понял?       — Да-да, — удовлетворённый ответом, слабо улыбается, закрывая глаза, но сразу же их открывая, и с нежностью смотрит в голубые, с фиолетовым оттенком, глаза. Аккуратно убирает руки Оширо и, скользнув своей рукой к затылку девушки, зарываясь пальцами в её густые и шелковистые волосы, притягивает к себе. — Будь моей, — мягко целует её в лоб, задерживая губы на мягкой коже.       Кира распахнула глаза; чувствует жар собственного тела, а щёки покраснели от того, что Майки поцеловал девушку. Счастье и смущение накрыло школьницу с ног до головы, а из-за волнения сердце забилось сильнее, хотя казалось бы, куда быстрее.       — Да-да! Да, конечно! — перехватило дыхание от близости с синеглазкой, но это не помешало ей сказать несколько слов. Оширо от радости набросилась на блондина, крепко обнимая его. — Ты не шутишь, Манджиро? — не верит происходящему, с восторгом смотрит в его глаза, полные разными, но положительными эмоциями. Киричин в данный момент находится словно в сказочном сне, где начинают сбываться её мечты. Если это так и есть, то просыпаться совсем не хочется, возвращаться в суровую реальность, в которой ничего такого не будет: разговор с Изаной, сшитое золотыми руками Мицуи хаори, разговор с заместителем главы «Безымянной банды» и, самое главное, признание Сано Манджиро.       — Конечно. Я всё обдумал и разобрался в своих чувствах. Кира, — впервые за всё время знакомства Майки произнёс имя девушки, отчего та задержала дыхание, словно оно мешало расслышать босса «Свастонов» . Он понизил тон, из-за чего его голос в этот момент стал чуть хрипловатый, но таким манящим. — Я хочу, чтобы ты была рядом со мной.       — И ты будь рядом, Манджиро, — на уголках голубо-фиолетовых глазах навернулись хрустальные слёзы, и они в мгновение скатились по розовым щёчкам, капая на одежду.       Улыбка не сходила с губ парнишки. Он большим пальцем вытер поступившие слезинки Оширо, а та в ответ улыбнулась ему, ведь наконец произошло то, чего она желала — быть нечто большим для Манджи.       Ещё вчера Майки собирался признаться Киричин, так как смог разобраться в своих чувствах, но сразу же передумал, увидев шатенку, прибывающую в печали. Он решил сделать это позже и поставил себе новую цель: поднять Оширо настроение.       Благодаря своей младшей сестре, светловолосый понял, что любовь, которую он испытывает к своим друзьям, совсем отличается от той, что он ощущает к голубоглазой. Каждый раз, видя подругу перед собой, он злился, что не может дать ей ответ. Она отлично скрывает свои эмоции, но Сано всё же заметил боль, пожирающую душу школьницы.        Момент, когда девушка мягко поцеловала его в губы, он никогда не забудет. Синеглазый был сам не свой; он не знал, как на это реагировать. Внутри появилось странное чувство, которое он не испытывал раньше. Он долго думал, что же это, но спрашивать Эмму не хотел.       Слова незнакомки, которая сказала, что сделает Оширо своей, были толчком к принятию и опознаванию чувств, а её поцелуй с Кири — рычагом. Сейчас, стоявши в узком и безлюдном переулке и наконец признавшись, на душе стало спокойно и радостно.       — Киричин, можно мне тебя поцеловать перед той девчонкой? — мило улыбается, но шатенка прекрасно знает, что этим поступком парень хочет показать Сакураи, что теперь она принадлежит ему.       — Это слишком смущает, Манджиро, — отворачивает лицо, залитое краской, прикрывая глаза. — Просто скажи, что мы встречаемся, — смущённо бормочет.       — Лады, — сразу соглашается, не пытаясь переубедить. Сано никогда не сделает того, что может не понравится его первой девушке. — Да, ты права. Им не стоит это видеть, ведь только я должен смотреть на то, как ты смущаешься.       — Когда ты научился говорить столько смущающих фраз?! — с шоком спрашивает, глядя на улыбающегося синеглазого подростка.       — Сериалы Эммы, — кратко отвечает, и этого хватает, чтобы догадаться. Оширо тяжко вздыхает и говорит следующее:       — Никогда не смотри, а если смотришь, то не запоминай. Ты сам на себя не похож.       — Тебе не понравилось? — интересуется, наблюдая за голубыми глазами шатенки, которые то прищуриваются, то закрываются, то метаются в стороны. В них можно разглядеть тысячу эмоций, что радует. И стоило ему задать вопрос, как в очах школьницы появилось стеснение.       — Понравилось, — еле слышно бурчит под нос, вынуждая лицо Манджи расплываться в удовлетворённой улыбке. Вместо слов он приблизился к лицу девушки, обжигая её нежную кожу своим горячим дыханием. Он много раз видел эти действия в сериалах и в жизни, и сейчас хочет повторить их.       Мягко касаясь пальцами девичьего подбородка, чуть поднимая лицо Киры, он смотрит на её пухленькие и манящие губы. Невольно облизывает свои и чувствует, как сердце стало учащённо биться. Темноволосая закрыла глаза, приоткрывая ротик, и подросток понял маленький намёк. Майки успел лишь коснуться своими губами губ Оширо, как их отвлёк внезапный крик Акиры.       — Наконец я вас…О-ой, да что вы! Серьёзно? — вскрикивает в удивлении. — Ну почему…       — Я. Её. Убью, — тихо выговаривая каждое слово с неким недовольством, Кири смотрела на брюнетку со злобной улыбкой. Сано прекрасно понимал её чувства по этому поводу и сделал точно такое же выражение лица, при этом держа Оширо одной рукой за плечо, а другой за талию.       — Я же говорил, что ты проиграешь, — обращается к Акире.       — В смысле? — спрашивает голубоглазка, вопросительно и с подозрением посмотрев на парня. — Вы соревновались из-за меня? — прищуривает очи со злобной.       — Нет.       — Хули нет, когда да, Манджиро? Зачем было соревноваться, когда ответ очевиден? — делает маленький шажочек, упираясь грудью в торс золотоволосого, прямо смотря ему в глаза. — Я тебе говорила, что люблю тебя, а ты всё равно решил соперничать с ней, — вместо слов губы главы «Токийской свастики» расплываются в радостной и нежной улыбке, и парниша крепко обнимает свою девушку.       — Я тоже тебя люблю.       Киричин отчитывала Сано за его соперничество с Сакураи и ожидала других слов и действий от него, но в ответ получила слова о любви и крепкие, но нежные объятия. Это заставило школьницу замолчать, наслаждаясь подростком, пряча покрасневшее лицо в его объятиях.       — Мне надо забрать своё хаори у Мицуи, — всё ещё не привыкшая к этому, Оширо слегка отстранилась, не зная, куда глаза деть: она стесняется и потому переводит взгляд к выходу из переулка, обнаружив, что там больше нет зеленоглазки.       Синеглазый держал Кири за руку, пока оба возвращались обратно, не проронив ни слова, однако между ними нет никакой неловкости. Майки, словно отбросив тяжёлый груз с плеч, идёт радостный, ярко улыбаясь. Оширо же счастлива, что её чувства оказались взаимны и, это ещё сильнее, хотя казалось, куда ещё, мотивировало её сделать всё так, как она планирует.       — О, — заметив приближающих друзей, оживляется, а глаза опускаются на переплетённые пальцы рук. — Вижу, вы наконец поговорили, — слабо улыбается, облегчённо выдыхая. Как никак, но видеть главу «Тосвы» в подавленном и задумчивом состоянии совсем не привычно, и это даже настораживало.       Голубоглазая кивает Такаши с улыбкой благодарности, что тот всё это время ждал их, когда у него, может быть, есть и свои дела. Девчонка поворачивает голову в сторону и видит брюнетку, которая стоит на другой стороне дороги, ожидающе и с мольбой смотря на неё, сжимая ткань пальто.       — Спасибо, что подождал, Мицуя, — направляет свой взор снова на светловолосого и подходит к нему, отпуская ладонь Майки, который после спрятал свои руки в карманах куртки. — И спасибо за хаори. Уверена, что оно получилось просто волшебным.       — Не за что. Если с ним что-то произойдет, то смело обращайся ко мне, я подлатаю, — передаёт пакет, внутри которого сшитое его золотыми руками хаори. Школьница берёт свою вещь и оборачивается к Сано, с яркой улыбкой и переполняющими эмоциями говорит:       — Мне нужно поговорить с ней. Если у вас дела, то езжайте.       — А ведь точно, — осекается, только сейчас вспомнив что-то важное. — Майки, ты же сегодня хотел покататься с нами.       — Да помню я. Поехали, — после слов друга Такаши сел на свой байк и завёл его, а тем временем блондин подошёл к школьнице и крепко обнял её, утыкаясь носом в макушку. — До встречи.       — Ты таким милым стал, — тихо посмеялась, обняв его в ответ, чувствуя на себе взгляды, и смутилась. — Пока-пока.       — В смысле стал? Я всегда милый, — недовольно бурчит, отстраняясь, но не убирая руки.       — Ах да, точно, ошиблась.       — Ага, конечно, — подозрительно глядит на девчонку, после чего вздыхает, даря голубоглазке свою радостную улыбку. — Я поехал.       Сердце приятно трепетало в груди подростков, впервые ощущавших чувства любви. Сано не хотел уходить, но он пообещал своим друзьям, что проведёт с ними время, и он не нарушит данное обещание.       Провожая взглядом парня, девушка побежала к Сакураи, когда свастонцы исчезли за поворотом.       — Оширо, — называет шатенку по фамилии, что очень шокировало ту. — Я эгоистично вела себя по отношению к тебе, не желая принимать то, что ты уже другой человек и у тебя появился любимый парень. Своим поступком я заставила тебя сильнее меня возненавидеть, и я это понимаю. Я действовала лишь ради своих интересов, совсем не беря в голову то, что чувствуешь ты. Своими словами ты дала мне снова понять, что мы никогда не будем подругами, и я это приму, вот только дай мне шанс исправить свои ошибки, совершённые совсем недавно, — выговорилась зеленоглазка, держа спину прямо и серьёзно глядя на давнюю подружку.       — Э-эм, — сказать, что Кира удивлена, значит ничего не сказать. — Я рада, что ты всё осознала и готова дать тебе шанс, наверное. Ты умеешь рисовать?       — Да, конечно! — обрадовалась ответу и несколько раз кивнула, а в глазах появились довольные искры.       — Сможешь нарисовать кое-что на хаори? — поднимает руку с пакетом, слабо улыбаясь. — Тогда я тебя прощу.       — Хорошо! Что мне нужно нарисовать?

***

Flashback

      Кира искала Ямагиши по всей школе с одной целью — спросить у него про количество парней в группировке, которую она собирается присвоить себе. Где бы она не искала, его нигде не было, но осталось лишь одно место, куда она ещё не ходила — крыша.       Бесшумно и быстро поднимаясь, девчонка тихо приоткрыла дверь. Выйдя на крышу, та обняла себя из-за смены температуры. К счастью, ветра не было, что очень радовало, ведь тогда бы Оширо сильнее замёрзла. Осмотревшись по сторонам, она наконец заметила двух парней, сидящих на холодном полу и о чём-то шептавшихся, и порой до школьницы доносились их смешки.       Коварно улыбнувшись, она медленно, на цыпочках, подошла к одноклассникам и смогла увидеть журнал с полуголыми девушками. Подростки внимательно смотрели на картинки и перелистывали странички.       — Ого, а я думала, что вы таким занимаетесь дома, — разрушает идиллию парней одними неожиданными для них словами, из-за чего те вздрогнули, а Макото поспешил закрыть журнальчик и прижать к себе, как бы пряча.       — Ом, Оширо? Ты что тут делаешь? — чуть нервничая, спрашивает, поправляя очки.       — Хотела спросить, Ямагиши, а сколько людей в «Безымянной банде»? — заданный вопрос заставляет парнишу выпасть из реальности.       — Ты могла бы просто написать мне, а не отвл…Точнее, искать, — голубоглазая расплывается в довольной улыбке после слов друга, понимая, что она помешала им, и их реакция была очень забавной. — В этой банде примерно двести человек, может быть, немного больше.       — Ого. «Безымянная банда», а людей так много, — удивляется, поднимая взгляд в небо. — Отлично. Этого будет достаточно.

The end flashback

      Находясь в комнате соседки, сидя на мягком кресле и наблюдая, как она принялась делать эскиз цветков на рукавах хаори, Оширо задумалась о Изане, который всё ещё не дал никаких ответов, и из-за этого кажется, что он не хочет снова быть связанным с ней. Помотав головой, отгоняя от себя неприятные мысли, Кири решила представить, как она будет выглядеть в хаори и избивать главу «Безымянной банды».       Цвет ткани — тёмно-синий — ассоциируется с цветом глаз любимого Манджиро. Дизайн, который нарисует Сакураи специальной краской, также будет иметь значение. На рукавах будут цветки сакуры, а она расцветает весной, во время зарождения новой жизни после холодной зимы. Весна — пробуждение к жизни. Спереди будут языки пламени, а сзади на спине феникс в огне.       Огонь — символ возрождения. Огонь — это пламя, которое всё время стремится вверх — к Солнцу. Также пламя обозначает как защиту души человека, так и выбор нового пути в жизни. Пламя выжигает всё на своём пути, а также тот, кто выбирает данную стихию, является пылкой личностью. А ещё пламя — это свет во тьме среди хаоса, творящегося в жизни.       Кира порой бывает вспыльчивой, как огонь, а также стремится к хорошему будущему, как языки пламени, вверх — к солнцу. Школьница, что бы с ней ни произошло, будет прожигать себе путь, помогать своим близким. В её жизни творится много чего плохого, но также много хорошего. Оширо — пламя, а также свет в жизни Манджиро, а он — её.       Феникс ассоциируется с самой голубоглазкой тем, что она умерла из-за сильных ожогов пламени и переродилась в новом теле, напоминающим её, но в другом мире. В этой части можно внести некую поправку: Кири переродилась ещё до своей смерти, но тогда она была на пороге.       Девчонка рада тому, что смогла придумать данный дизайн, напоминающий её саму. Она, как феникс, уникальна тем, что знает всё, что может произойти, и готова пойти на риск, изменить всё.       Свою будущую банду она собирается назвать фениксом почти по той же причине: эта группировка поднимется с грязи и возродится в новом свете, станет настоящей бандой, которая будет следовать не только за девушкой, но также за «Непобедимым» Майки, усиливая и пополняя ряды «Свастонов». Они останутся «Фениксом», но будут частью «Токийской свастики».

***

      На следующий вечер Манджиро пригласил Кири прокатиться по городу, на что школьница согласилась и начала собираться к прогулке.       — Пап, я гулять, — сообщает об уходе, заглядывая в гостиную, но тут же замолкает, увидев спящего мужчину на диване. Слабо улыбается, подходя к спящему и, взяв в руки плед, укрывает Сейджи, после чего тихо ретируется.       Выходя на улицу, где уже стемнело, Кира подошла ближе к дороге и стала ждать парня, замечая, что она слишком рано вышла. Пряча руки в карманы куртки для того, чтобы согреть их, шатенка смотрела в небо, чувствуя ликование.       — Эй, Оширо, — окликнул парнишеский голос, и Оширо развернулась на пятках, смотря на приближающегося знакомого из «Безымянной банды». — Привет, — здоровается, слабо кивнув ей.       — А, Араи, привет, — с лёгким интересом оглядывает его, осознавая, что пришёл кареглазый совсем один. — Ты пришёл мне кое-что сообщить? — сразу догадывается Киричин.       — Да, ты права. Глава сказал, что ему будет очень интересно с тобой подраться, раз ты меня уложить смогла, — передавая послание своего босса, Кенджи хмурит брови. — Но, Оширо, хочу тебя предупредить, что он будет нечестно драться: в его кармане может быть что угодно, он просто так не отдаст своё место, — переживает за юную школьницу, вытаскивая из кармана пачку сигарет, после чего достаёт одну и поджигает, беря в рот. Делает затяжку и выдыхает дым в сторону, дабы он не попадал на голубоглазку, из-за чего её волосы и одежда могут вонять табаком.       — Спасибо за предупреждение, я буду предельно осторожной. Куда мне нужно прийти? — решительно улыбается заму, благодаря чему в её голубо-фиолетовых глазах появляется искра.       — Здесь написан адрес, — брюнет протягивает маленький листочек, и Кири берёт его в свои руки, внимательно читая написанное. — Завтра в полдень, — говорит время. В голове девчонки пронеслась мысль, что придётся пропустить уроки, но это её не совсем волнует. К ней впервые за пару дней пришло переживание насчёт драки с главой, но она не показывает этого, и, сжав листок в руке, запихивает его в карман.       — Я приду.       — Почему ты вообще решила стать главой нашей банды?       — Ну, чтобы возродить вас. Вы же гнилее гнильца, а я хочу, чтобы вы были настоящими гопниками с честью.       — Для чего?       — Я собираюсь сделать так, чтобы эта банда следовала за «Непобедимым» Майки, усилить и пополнить его ряды.       — Что? — ошарашенно открыл рот, роняя сигарету на землю. — За тем самым Майки? — в его карих глазах появилось восхищение, что нельзя не заметить. — Круто! Ты его знаешь?       — Да, я его знаю, — гордо кивает, ухмыляясь.       «Очень хорошо знаю», — добавляет в мыслях и вдруг слышит рёв «Бабу», оборачивается, видя, как приближается подросток на своём любимом байке.       — Это же... — Кенджи сразу догадывается, кто к ним сейчас подъедет, так как наблюдал за Сано издалека, восхищаясь его харизмой и силой. Услышав его слова, пропитанные восхищением, Кира поворачивает голову в его сторону и довольно улыбается.       «Он точно будет не на моей стороне», — проносится в голове.       Мотоцикл останавливается рядом с Оширо. Манджиро сразу замечает стоявшего незнакомца рядом с девушкой и глушит мотор, после чего встаёт с байка.       — Если ты пришёл забрать её, то я не отдам, — блондин резким движением пододвинул темноволосую к себе, пряча в крепких объятиях, сверля Араи недовольным и собственническим взглядом. — Она моя.       — Воу-воу, я лишь передал ей послание. Я не собирался её, — удивляется подросток, нервно улыбаясь, — красть.       — А-а, Манджиро, это мой друг, и он правда пришёл лишь для того, чтобы передать мне кое-что, — но даже услышав правду, блондин не решался отпускать голубоглазую.       — Пожалуй, мне пора, — понимает своё положение «третьего лишнего» и спешит удалиться.       Уткнувшись в макушку Киры, вдыхая приятный и родной аромат ванили, парень отстраняется и уже с нежностью глядит в её глаза, расслабляя лицо.       — Тебе незачем ревновать меня, Манджи, — кладёт ладонь на щёку светловолосого, слабо улыбаясь тому. — А если будешь, то я буду делать так, — ущипнула его за щёчку, ожидая какой-нибудь реакции, но Майки молча смотрел на неё, потупив взгляд. — Что-то произошло?       — Можно мне тебя поцеловать? — робко спрашивает, опуская глаза к слегка приоткрытым губам Оширо, сглатывая слюну. Вопрос вынуждает покраснеть юную девицу, но та лишь слабо кивает, обвивая шею руками, касаясь пальчиками светлых волос Сано.       Манджиро аккуратно убрал прядь каштановых волос за ушко, приближая своё лицо к её. Эти начинающие действия заставляют сердце девушки бешено заколотиться, а дыхание сбиться. Казалось, что глава «Свастонов» единственный, кто не волнуется, но это совсем не так: он переживает не меньше.       И наконец коснувшись столь манящих губ девушки, блондин положил руки ей на талию и крепко прижал к себе, доставляя больше чувств этим действием. Поначалу поцелуй был нежный и неуверенный, но после нескольких секунд перерос в большее: синеглазый углублял поцелуй, легонько кусая губы, вырывая из Оширо тихий стон.       Подросток прервал поцелуй и принялся расцеловывать лицо любимой, ощущая непрерывный поток страсти и любви к Кире, который усиливается с каждым мгновением.       — Спасибо тебе, — прекращая обцеловывать голубоглазую, опускает голову и прислоняется лбом к её плечу, судорожно выдыхая.       — За что?       — За то, что ты есть.       Подул слабый холодный ветер, но оба будто бы не замечали прохлады, ведь грелись теплом друг друга, стоя в обнимку. Запоминая каждое мгновение, Киричин ярко улыбнулась, сильнее обнимая Манджи, ликуя от его слов.       — Я люблю тебя, Манджиро.