Преодолевая путь

      Обе подруги, спрятавшись за угол магазинчика, наблюдали за Кирой и Манджиро с гордыми улыбками на лицах. В их глазах искрилась радость, а аура излучала счастье, которое обе чувствовали за Оширо, сумевшую одним видом заставить Сано обнять её.        — Я так рада за Майки. У него появилась замечательная девушка, а у нас подруга, — Эмми была растрогана собственными словами. — Кира будто бы его ангел-хранитель: всегда рядом, помогает идти на истинный путь.       — Угу, — еле заметно кивнула, грустным взглядом смотря на Киричин и поджимая губы. — Действительно, ангел-хранитель, — тихо пробормотала под нос Тачибана.       — Эй, Хина, ты чего приуныла? Случилось что-то? — заметила переменившееся настроение первой подруги, переживающе и аккуратно прикоснувшись к плечу девушки.       — М-м, — Тачибана выдавила подобие весёлой улыбки, помотав головой в стороны, чтобы отогнать волнение Эммы прочь от неё. — Всё хорошо!       Сано не поверила словам школьницы, прекрасно видя её тревожность в больших глазах, но и требовать рассказать, что так волнует Хинату, не стала. Сделав вид, словно она ничего не заметила, Эмми слабо кивнула, задерживая взволнованный взгляд на подруге, а после снова вернула его к парочке.       — Ещё немного, и подойдём к ним, — проинформировала девушка, делая маленький глоточек апельсинового сока, на что Тачибана согласно промычала.       Школьницы продолжили своё наблюдение за Манджиро и Кирой, которые, перестав обниматься, о чём-то болтали, но обеим девушкам совершенно не понравились их напряжённые и печальные лица. Стоило только гадать тему их разговора или помешать их беседе своим появлением, но что-то подсказывало им, что затеянное делать не нужно.       Страшно интересно, что же заставило брата Эммы и Оширо сделать такие лица, поэтому, когда показалось, что оба поменяли тему, девчонки вышли из своего укрытия.       — О-о, Майки, ты так быстро приехал! — хвалебно произносит Сано-младшая, тут же пройдя за спину своей подруги. — Кири у нас прекрасная сегодня, не правда ли? — школьница с удовольствием хихикает, укладывая свои ручки на оголённые плечи Киричин.       — Я же говорил тебе вчера, что Киричин прекрасна в любом наряде, — сурово проговаривает, повторяя уже сказанные слова. — И, кстати, не только сегодня, а каждый день, — делает замечание сестре, искривляя губы в недовольстве, на что Эмма только улыбнулась.       — Кира, держи, мы тебе сока купили, — Хината протянула небольшую коробочку с соком подруге, и та с радостью приняла её; глаза Оширо так сильно загорелись, стоило увидеть, с каким вкусом напиток.       — М-м! Апельсиновый с грушей – мой любимый! — и это заявление запомнилось в голове главы "Свастонов", записываясь в книге памяти новым листочком.       — О, правда? Как удачно совпало, так как он был последним, — обрадовалась Тачибана, слабо хлопнув в ладошки.       — Удача на твоей стороне, Кири, — невзначай бросила Эмма, но её слова повлияли на Оширо неприятными ощущениями в груди, и та невольно поджала губы на какое-то мгновение и опустила серьёзный, задумчивый взгляд вниз.       «Если бы это было так, то, — девушка вдруг вздрогнула от собственных мыслей, которые лезли в голову только из-за обычных слов школьницы. — Чёрт, и почему я постоянно накручиваю себя? Такемичи, лично видящий, как умирают его друзья и любимая, не сдаётся и идёт вперёд. У него времени нет на то, чтобы отчаиваться, так как он верит в свои способности и в мою помощь. А что же делаю я? Ною, — Кира сжала кулаки из-за голоса внутри, который так навязчиво шептал о том, что у неё ничего не получится. — Возможно ли вообще изменить судьбу?»       Только Майки и Хина, стоявшие лицом к лицу Киры, заметили внезапную перемену в эмоциях, а вот Эмма, находящаяся позади, ничего не заподозрила и продолжила непринуждённо говорить на разные темы. Девушку никто не слушал, но только Тачибана воспитанно улыбалась подруге, чтобы та не увидела того, что главы "Токийской свастики" и "Микахаяхи" абсолютно игнорировали её слова.       «Переживает из-за будущего. У них на плечах тяжёлая ноша, вот поэтому Кира сейчас в таком состоянии. Ей бы всё рассказать хотя бы Майки. Как-никак, но он надёжный и поможет, если что», —раздумывала Хината, порой бросая быстрые взгляды на Манджи. Когда девушка снова взглянула на школьника, то заметила, что он смотрел на неё; Хина отвернулась, серьёзно задумавшись.       «Она знает», — пронеслась догадка у Сано. Вдруг стало обидно: Киричин рассказала, что её тревожит, не ему, а другому человеку.       — Думаю, нам уже пора, — посмотрела на время Эмми. — Не будем заставлять дедулю ждать.       — А, верно, — наконец выйдя из размышлений, Оширо кивнула, соглашаясь с подругой. — И мне хочется быстрее со всем закончить, а то сегодня был утомительный день.       — Тогда пока, — Хина взглянула на каждого, привычно улыбаясь. — Кира, до завтра!       — Угу, до завтра. Спасибо за помощь.       — Да не за что, — школьница слегка мотнула головой. — Я же почти ничем не помогала.       — Не говори ерунды, Хина, — возмутилась Сано-младшая. — Ты же тоже выбирала платья!       — Верно, — тихо подтвердила Кири. — Так что не принижай свои старания.       — И ты тоже, Кира, — вдруг на полном серьёзе выдала Хината, заставляя всех удивиться её словам, в особенности Оширо. — Не принижай свои старания! — уже хмуро произнесла, поджав кулачки к сердцу, решительно кивая. — Если что, мы рядом.       — Хэ? О чём это ты, Хина? — непонимание моргнула, посмотрев на Тачибану. Девушка Такемичи только с лёгкостью улыбнулась, прикрывая веки и покачивая головой, говоря, что не даст ответ на заданный вопрос.       Манджиро продолжает в напряжении и глубокой задумчивости глядеть на Киричин, бесконечно задаваясь вопросом, что такого скрывает она, раз не хочет рассказать ему, в то время как Хина, скорее всего, обо всём осведомлена. Это заставляет огорчаться Майки и думать о том, что Оширо просто-напросто не полностью доверяет парню, или не желает его беспокоить. Второй вариант больше всего подходит к ситуации, но это не меняет того, что главе "Свастонов" неприятно молчание и сокрытие информации, которая беспокоит девчонку.       — Эй-эй, Кири, о чём она говорит? — Эмми уже с требованием обратилась к Киричин, раздражаясь от факта, что от неё что-то скрывают две её близкие подруги. Они вместе с братом разделяли одно и то же чувство – недовольство.       — Может быть, — задумчиво заговорила школьница, смотря вдаль таким взглядом, словно ждёт кого-то, — расскажу потом, а сейчас не надо меня расспрашивать. — С лёгким равнодушием отвечает глава "Микахаяхи", закрывая глаза на несколько секунд.       Эмма и Хината были шокированы тому, как безразлично Кира проговорила эти слова, так как никогда не думали, что она на такое способна. Оширо обычно улыбчива в любой ситуации, уверена в том, что делает, бесится из-за глупых шуток друзей или раздражается, например, как сегодня во время покупки платья. Ругает, учит и редко проявляет отрицательные эмоции в кругу близких.       Манджиро вспомнил первую встречу с Киричин.

Flashback

      Ничем непримечательный день: Сано и Рюгудзи прогуливались по улицам без какой-либо важной цели. Мимо проходили люди, не привлекая к себе никакого внимания, вот только девушка, идущая в противоположную сторону, принудила на мгновение взглянуть на неё, не больше.       Резко из переулка выходят несколько побитых парней: первый оказался с разбитым носом, у другого опух глаз из-за сильного удара по нему, а у большинства разбиты губы до крови и видны небольшие царапины на лицах и руках, также одежда потрёпана. Группа неизвестных преградила Кену и Майки дорогу, и те с недовольством остановились. Дракен тут же обошёл своего друга, злобно смотря на тех, кто даже не заметил их присутствия.       — Пацаны, вот она! — один из парней указал на остановившуюся девушку и прокричал. — Тварь, побившая нас! Надо бы преподать ей урок, — он хотел было сделать шаг вперёд, но заместитель главы "Токийской свастики" остановил его своей тяжёлой рукой, сжимающей плечо паренька.       — Безмозглые ублюдки, не становитесь у нас на пути, — Сано видел, как Кен раздражается, но был увлечён своим странным предчувствием, тянущемся к таинственной незнакомке.       Стоило парням увидеть, кому они перегородили путь, отступили в удивлении и забыли поклониться в знак уважения. Один из группы сразу попытался оправдать действия товарищей и свои собственные, но Дракену было абсолютно плевать на это. Только потом они расступились перед главой и заместителем, глубоко поклонившись.       «Она необычная», — подумал Манджиро, пристально смотря на девушку с длинными, завязанными в низкий хвост, волосами и равнодушными голубыми глазами. Школьница смотрела на Сано в ответ, но, когда Рюгудзи перевёл свой взгляд с друга на неё, посмотрела и на него, а после, не имеющая интереса, развернулась и ушла прочь.       — Эй, — не отводя взгляда от отдаляющейся девушки, Майки обратился к парням, — вас избила она? В какой школе она учится?       Манджиро получил нужную информацию очень быстро и вместе с другом посетил школу Мизо, чтобы встретиться с той, кто привлёк внимание Непобедимого. Сано чувствовал, что девушка достаточно мощна, а также она испускала странный импульс, что сильнее интересовало паренька.       Кира показала себя спокойной, неприкосновенной и непреклонной, устрашающей, когда это понадобится, и равнодушной ко всем. Вовсе не такой, какой её описывали посторонние: серая мышь, трясущаяся от любого человека и волнующаяся за каждый совершённый шаг.       Парни увидели вчерашнюю ругающуюся с одноклассниками девушку, подошли ближе и смогли услышать их разговор; троица школьников не заметила подошедших.       — С чего бы нам тебя слушаться, а? Да я тебя сейчас как, — школьник поднял руку на Киру, намереваясь подарить той пощёчину, но Дракен останавливает его крепкой хваткой за предплечье. Сано же сканировал выражение лица Оширо, которое даже не дрогнуло. — А? Вы ещё кто такие? Руку отпусти, придурок.       Манджиро про себя улыбнулся, когда парень сказал это Кену, и увидел, как Кира опустила голову и сочувственно вздохнула. Как будто бы она тоже прекрасно уведомлена о том, что сейчас произойдёт с её одноклассником.       Рюгудзи не составило труда уложить надоедливого незнакомца на пол, а его товарищ убежал лишь из-за одного злобного взгляда заместителя главы "Токийской свастики".       — Я бы сама справилась, но всё равно спасибо, — всё также спокойно произнесла девушка, делая лёгкий поклон в благодарность, и собралась уходить, как Сано её остановил разговором.       — Это ты вчера избила тех пацанов? — Манджиро желает понять, каким человеком является Кира, и почему она так заинтересовала парня.       «Что в тебе особенного?»       Майки восхищается сильными людьми ещё с самого детства. Ему нравится смелость и сила школьницы, которая лично смогла дать отпор хулиганам. Таких девушек не часто встретишь. Возможно ли, что именно это и заинтересовало Манджи в девчонке?       Оширо остановилась и, развернувшись в полоборота, пару секунд смотрела в глаза главы "Тосвы", после чего согласно и коротко кивнула.       Сано перевёл взгляд в окно, наблюдая за скучными подростками, гуляющими в школьном дворе. Парень чувствовал, что импульс, разливающийся по венам девушки, совершенно иной, нежели у его друзей. Более посторонний для мира и необычный. И это завлекло Майки в ней. Она, словно свет в самой кромешной тьме, тянет к себе.       — Как тебя зовут? — наконец нарушает тишину, спрашивая, но так и не смотрит на ту, с кем говорит.       — Кира Оширо, — незамедлительно отвечает школьница, и Сано поворачивается к ней, радостно улыбаясь.       — Отлично. Буду звать тебя Кири       С того дня Манджиро и Кира, как захотел сам Майки, стали друзьями. Конечно, Оширо была шокирована данным заявлением, как заметил Сано, но возражать не стала.       Парни попрощались с новой знакомой и ушли из школы, а до их ушей доносились некоторые слова школьников:       — Почему Непобедимый Майки и Дракен разговаривали с той девчонкой? Она же не особенная.       «Ошибаетесь», — подумал подросток на абсурдные слова окружающих.       Манджи пропустил школьные занятия и решил прокатиться по улицам на своём Бабу, чтобы глубже подумать о своих мыслях о Кири. Она напоминает Такемичи, но совсем по-другому. Вроде бы одинаковые, но такие разные. Но Сано знал и видел, что Кира, в отличии от Ханагаки, не имеет цели.       И даже так невидимая сила тянет к ней так же, как и к Такемучи.       Манджиро не догадывался, что каждый день красная нить судьбы приводит его именно к Оширо.       Узнавая при каждой встречи Киричин ещё больше, Сано стал подозревать что-то неладное в поведении и существовании девушки. И, однажды, когда она ночью потеряла сознание и стала разговаривать во сне, то слова, сказанные ею, заставили Манджиро задуматься ещё сильнее.       «Она словно знает обо мне всё то, что я скрываю от всех. О тьме, покоившейся внутри меня, никто не знает. Почему же ты сказала, что вытащишь меня из неё, Киричин? Откуда ты о ней знаешь?»       Подозрения и сомнения увеличивались в сердце паренька, но это не мешало ему улыбаться школьнице каждый раз, как оба виделись. Сано уже давно привык скрывать свои истинные чувства, не желая, чтобы за него беспокоились.       Но Кира видела его насквозь. Он понимал это и восхищался, стал думать об Оширо постоянно, как только приходилось находиться одному. Не заметил, как мысли в голове были лишь о странной девушке, которую хочется защищать и не отпускать. И всё же было страшно, так как неизвестно, когда Чёрный импульс появится и сделает больно Кире.       Сквозь страх Майки находился рядом, смотря на то, как Оширо рискует своей жизнью, как ей причиняют боль. Эти моменты глубоко засиживаются в сердце Сано, как раз в тот момент, когда оно окутывается тьмой.

The end flashback

      Майки позабыл, что Оширо может быть такой равнодушной, и это не понравилось школьнику. Будто бы прошлая Кири вернулась, и придётся проходить всё заново: знакомство, встречи, проявление привязанности и раскрытие тайн.       Больно осознавать то, что Киричин ведёт себя так безразлично с теми, кто о ней искренне беспокоится. Грустно от того, что школьница хранит всё в себе и держит это сама на своих плечах. Сано понимает Оширо, так как сам так поступает, но тогда имеет ли девушка право говорить ему слова, сказанные в прошлом: "Майки, не забывай, что у тебя есть друзья, готовые тебя поддержать". Кира проговорила это с намёком на то, чтобы Манджиро не держал всё в себе и доверял близким свои переживания.       — Ты уверена? Тебя что-то беспокоит. Не надо всё скрывать от нас, будто бы мы для тебя никто, — с беспокойством и явным недовольством сказала Эмми. — Ведёшь себя так безразлично, и во время шоппинга порой задумывалась о чём-то. Просто скажи нам, серьёзная ли у тебя проблема, и тогда мы решим, как тебе помочь. Можешь не говорить всю суть, если не готова, но дай нам понять, чем мы можем помочь.       До этого, что бы ни произошло, Киричин с лёгкостью могла взять под контроль свои чувства, но сейчас, находясь на грани, школьница легко поддалась эмоциям.       Все переживания накопились в один сгусток в сердце и душе, неприятно отдаваясь в груди, сдавливая её. Ком в горле не давал возможности вымолвить слово из-за горести и желания заплакать, выплеснув всё, что набралось за это время.       Но вместо того, чтобы поделиться со всеми, что так сильно терзает душу, что за страх, поселившийся в сердце, скрывает девушка, Кира выдавливает, на удивление, естественную радостную улыбку и отвечает ровным голосом:       — Всё замечательно.       Девчонки недоверчиво переглянулись между собой: Эмма предчувствовала, что Оширо врёт, а Хината знала, но не могла рассказать об этом, так как не имеет права распространять чужие секреты.       Сердце Майки защемило от одного взгляда на радостную улыбку Киры, ругая себя за то, что не может быть тем человеком, которому Оширо доверила бы свои внутренние переживания так же, как и он готов открыться школьнице. Манджиро помнил слова Кири о том, что она всего-навсего волнуется за выбор Курокавы, но, наблюдая за поведением Киричин сейчас, глава "Свастонов" понял, что её гложет что-то действительно важное.

Flashback

      Девушка тонула в тёплых объятиях школьника: было до ужаса приятно в них находиться, и сердце приятно трепетало. Но лишь одна мелькнувшая мысль заставила Оширо дрогнуть, что стало заметным для Манджиро.       «Вдруг не получится спасти Манджи? Как бы я и Такемучи не старались», — именно эта неприятная мысль промелькнула в сознании Киричин.       — Кири, у тебя что-то случилось? — Сано расторгает объятия и смотрит на школьницу заботливым, немного напряжённым взглядом. Кира задумалась на мгновение, нахмурившись, не понимая внезапного интереса парня.       — А, просто переживаю из-за Дуракавы, ничего большего, — не сказать, что Оширо наврала, так как она действительно боится: вдруг Изана не захочет иметь семью? Но больше всего Киричин волновалась за будущее всех, кого знает.       — Ты не врёшь мне?       Кири не любит врать: до перерождения она редко кому-то лгала, и сейчас понимание того, что девчонка не может не соврать, причиняло ей неимоверную боль в груди.       — Нет, конечно.       — Слушай, Кири, — начинает вспоминать Майки, заставляя школьницу с терзающей совестью взглянуть на него, — помнишь тот день, когда ты просила меня принять свою банду?       — Да, естественно, — тут же отвечает, слабо кивая головой. Недоумение пронеслось на её лице, и Сано продолжил суть вопроса.       — Тогда ты сказала, что кое-что скрываешь от меня, но пока не можешь об этом говорить. Ответь: то, что ты скрываешь, никак не навредит тебе? — Манджиро с надеждой на отрицательный ответ серьёзно посмотрел в глаза девушки, в которых он заметил скрывающийся страх и промелькнувшее волнение.       — Не могу сказать, — поджала губы, прикусывая их, и опустила голову, мысленно извиняясь за то, что не может рассказать всей правды, а также чтобы не встречаться с испепеляющим недоверчивым взглядом главы "Токийской свастики".

The end flashback

      — Ну, раз ты говоришь, что всё хорошо, то мы тебе поверим, — нехотя произнесла Эмми, осознавая, что правды из Оширо не вытащишь, как бы она не пыталась.       «Кири точно что-то скрывает, но не хочет об этом говорить, а я расспрашиваю её. Обычно люди злятся, когда надоедают вопросами, на которые им не хочется отвечать. А Кири улыбается. Как там говорилось», — Сано младшая задумалась и невольно пробормотала, вспоминая пословицу:       — Тот, кто улыбается вместо того, чтобы злиться, всегда сильнее.       Слова Эммы унёс ветер с собой в закатное небо, и только Манджи смог уловить сказанное краем уха.

***

      Каждый стоял в нескольких метрах друг от друга в удобной для них одежде: Майки в своём любимом дзинбее, а Кири в спортивных штанах, которые одолжила девушке Сано-младшая, и чёрном топе, обнажающем половину живота.       Кроме них больше никого в додзё не было: Мансаку ещё не пришёл, как и Эмма. Сано и Оширо, стоя напротив друг друга, молчали и не знали, что сказать и какую тему для разговора поднять. Между ними было некое неловкое молчание и, наверное, оно впервые появилось за всё время знакомства.       «Надо бы хоть что-то сказать, — озадаченно подумала Кира. — Он ещё ничего не говорил с момента, как мы приехали», — девушка чувствовала печаль от лжи и того, что не может сейчас разрушить молчание и поднять взгляд на Майки.       Манджиро, сверля школьницу задумчивым взглядом, вдруг снял с себя верх дзинбеи, оголяясь. Краем глаза увидев движение, глава "Микахаяхи" подняла глаза и мгновенно распахнула их от удивления. Совсем не ожидая раздевания при свидетелях, то есть при Оширо, девчонка покраснела и отвернулась.       — Т-ты чего вдруг начал раздеваться?! — воскликнула Оширо, закрывая лицо ладонями, но всё равно подглядывала сквозь пальцы. Сано подошёл к школьнице и протянул ей одежду, спокойно и с улыбкой говоря:       — Твой топ не скрывает засос, надень это.       — Какой засос? — всё ещё красная Киричин опустила руки и в недоумении посмотрела на главу "Свастонов", но после пары секунд молчания и взгляда на лукавую улыбку Майки, Оширо вновь вспыхнула и, забрав протянутую одежду, быстро накинула на себя. — Мог бы и раньше сказать.       — Да-да. Было приятно смотреть на тебя, — на этот раз девушка не поняла смысл сказанных слов, а Манджи не собирался объяснять и вернулся на своё место.       «Она не понимает, что я еле сдерживаю себя. Тем более в такие моменты», — школьник вспоминает лебединую шею, оголённые плечи, выпирающие ключицы, грудь и животик, а также хорошо заметное розовое пятнышко на коже.       Уже через пару минут в додзё зашёл Сано-старший и Эмма, которая в изумлении на полуголого брата приподняла бровь, а после перевела взгляд на Киру. Девчонка догадалась, что произошло за то время, пока Мансаку и сама школьница отсутствовали, и поэтому довольно улыбнулась, хитро прищуриваясь.       — Раз вы готовы, то давайте начнём. Оширо, покажи мне, на что ты способна, — твёрдым голосом, полным решительности и харизмы, сказал дедушка Сано.       Кира слабо кивнула, с уверенностью глядя на своего противника, и пусть снаружи она выглядела непоколебимой, но внутри сгорала от смущения, видя Майки без верха.       Надо сконцентрироваться на бое, но для Оширо в данный момент это было невозможно. Стоило тишине появиться, как мысли о плохом вновь брали вверх, крепко хватая девушку за горло, мешая вдохнуть.       Тяжкий груз лежит на плечах Киричин, который невозможно выбросить, сделать самой себе легче. Он мешает сменить шаблон мышления на что-то более позитивное. Тревожность из-за страха потерять близких наполняет Оширо негативом. И эти эмоции и мысли Кири пытается выбросить из головы, не думать о них, игнорировать, не осознавая, что тем самым она делает только хуже.       Мансаку живёт на этом свете достаточно, чтобы многое увидеть, многое узнать и понять. Мужчине не составило труда понять, что девушка его внука испытывает сильное переживание. И вдобавок к этому, Эмми поделилась своими волнениями с дедушкой насчёт подруги.       — Оширо, сосредоточься на том, что происходит здесь и сейчас! Всем заметны твои тревоги, ты не можешь спрятать их, как бы не старалась. Не пытайся их игнорировать, признай факт, что они есть. Взгляни на них со стороны, будь наблюдателем, не взаимодействуй, — дедушка дал очень нужный совет для Кири, и та внимательно его слушала в лёгком удивлении. Голос мужчины приобрёл волевую строгость, которая сразу подчеркнула серьёзность сказанных слов.       Кира глубоко нырнула в реку своих мыслей, потонув в самых чёрных пучинах; голоса что-то навязчиво шептали на ушко. Школьница не пыталась их заткнуть, слушала внимательно, что они говорят:       — Ты не сможешь.       — Все умрут.       — Твои старания напрасны.       — Сдавайся.       — Судьбу не изменить.       Говорили одно и то же каждую секунду, и это надоедало и раздражало до такой степени, что хотелось закричать, но Оширо сдерживалась, сжимая кулачки до побеления костяшек.       — Считай, что эти мысли являются гостями. Оширо, ответь мне, что делают с наглыми и непослушными гостями? — требовательно спросил Сано-сан.       «Выгоняют», — в мыслях ответила девчонка, не выходя из размышлений; пустой и задумчивый взгляд был направлен в пол, а тело расслаблено.       — Оширо, ответь мне! — прокричал Мансаку, отчего Киричин вздрогнула, и в её глазах мелькнул огонёк.       — Их выгоняют! — так же громко, что стало неожиданным для самой школьницы, проговорила она. — Их выгоняют, — уже тише повторила Кири и встала в боевую стойку, с искрами в фиолетовых глазах смотря на Манджиро. Всё семейство Сано улыбнулось: Мансаку с гордостью, Эмма с облегчением, а Майки с нежностью и той же горделивостью.       «Я смогу всех спасти. Я сохраню ваши улыбки и жизни, — Оширо сделала глубокий вдох. — Верно. Хватит игнорировать то, что будет, нужно готовиться к осуществлению того, что я планирую. Крепкой хваткой уцеплюсь за свои желания и буду свысока смотреть на проблемные мысли. Хватит уже ныть. Хината права. Мне не нужно принижать свои старания».       Особая черта Киры в драках, как подметил Манджиро во время их прошлого боя, так это скорость. Девчонка действительно быстрая, и для неопытных бойцов она была бы незаметной и непредсказуемой.       Оширо мгновенно сократила и так короткое расстояние между собой и парнем и приготовила кулак для удара. Майки понял, что каждый раз она так начинает драку, поэтому был готов увернуться от удара в левую сторону. Но Киричин специально сжала ладонь, чтобы дать Сано ложные представления.       В ту же секунду, когда школьник переместил ногу в сторону, дабы уйти, Кира отпрыгнула в спасательную зону для Манджиро и замахнулась своей, намереваясь ударить в щиколотку.       «О, так вот оно что», — усмехнулся глава "Тосвы" и с лёгкостью заблокировал удар Киричин. Сано хотел в этот момент закончить бой, как в прошлый раз обнять девушку, но не мог из-за дедушки. Мансаку организовал всё это с целью увидеть умения Оширо, и прервать данный урок Майки не мог.       Школьница опустила ногу, но тут же обратно ударила ей по предплечью парня, отскакивая носочком от пола. Оширо добавила больше скорости в этот удар, но Манджи не дал шанса сильно его покалечить.       Кира понимала, что одними ударами ног никакого впечатления на Сано-сан не произведёт, поэтому приняла решение совершить другие удары, но проблема во всём происходящем одна – Майки только блокировал. Если бы школьник в ответ бил, то было бы намного легче сориентироваться.       Киричин наносила удары руками в разные части тела, но, конечно же, они все были неудачными – блокированы главой "Тосвы". Каждый понимал, что это пустая трата времени, когда только один атакует, а второй защищается.       У Манджиро вся эта ситуация вызывала недовольство ещё со вчерашнего вечера, когда дедушка и Оширо обсуждали сегодняшнюю встречу ради боя. Сейчас же, блокируя каждый удар, Сано чувствовал, как данная эмоция усиливается, потому поспешил прекратить весь этот цирк.       С начала "битвы" не прошло и двадцати минут, как всё закончилось: Манджиро неожиданно плюхнулся на пол, скрестил ноги, усаживаясь по-турецки, и подался спиной назад, опираясь руками по обе стороны от спины о пол.       В этот момент Кира приготовилась к прыжку для того, чтобы в воздухе ударить подростка, но, увидев, что он сел на пол, вовремя остановилась, вопросительно смотря на Сано.       — Я не хочу, — упрямо и расслабленно проговорил Манджиро, создавая образ капризного ребёнка, у которого отобрали любимую игрушку. — Мне не нравится драться с девушками и защищаться.       — Что ж, — Мансаку кивнул с пониманием на слова внука, прикрывая веки, и всего несколько секунд молчал, в голове выстраивая образ, — тогда на этом закончим. Ты очень умелая, Оширо, но тебе нужно больше практики. Что-то мне подсказывает, что ты долгое время не занималась борьбой, и только недавно начала.       «Удивительный человек. Всего-то за несколько минут построил верную догадку. Я и правда начала драться только после перерождения. Из-за смерти папы я совсем погрязла в печали и на любимые занятия, кроме как перечитывания манги, не тратила времени на тренировки», — с грустью говорила у себя в мыслях, вспоминая свою прошлую жизнь с маленьким чувством ностальгии.       — Я буду и дальше предельно стараться, — делает низкий, наполненный почтения к пожилому человеку, поклон, с твёрдой решимостью говоря следующие слова: — Обещаю, Сано-сан, — и только она единственная знает, что обещание идёт напрямую не только к тренировкам, но и к важному делу, которое выполняют оба ребёнка: Такемичи и Кирара.       — Никогда не отказывайся от своих слов, Оширо, — с одобрительной улыбкой кивнул, направившись к выходу, но перед уходом обернулся к внуку. — Манджиро, проведи свою девушку до дома, а то уже темнеет.       — Я это и планировал сделать, дедуль, — Майки совершил подъём разгибом: полностью лёг спиной на пол и, согнув колени, подтягивая из груди, поставил руки возле головы. Сильным движением вытолкнул ноги стопами вверх, поднимая тазобедренную часть тела, и тем самым тело последовало за ними – за ногами. Руками парень оттолкнулся, когда начал опускать ноги. Сано приземлился на согнутые в коленях ноги и уже твёрдо стоял на них.       Все эти действия, выполненные главой "Токийской свастики", захватили дух девушки, но не из-за того, что она впервые увидела подъём разгибом. Оширо умеет так же, но просто лицезрение того, как это делает Майки – особенно без верхней одежды, – выглядело круто и приятно для глаз.       «Какой же он потрясающий. Вот бы пальцами провести по его прессу, — невольно представила данную картину и, поймав себя за непристойными мыслями, смутилась и отвела взгляд. — Дурочка», — сама себя поругала и направилась к подруге, чтобы не только не встретиться со взглядом школьника, но и также для того, дабы вместе с ней пойти в комнату и переодеться.       — Эмми, пойдём, — тихо позвала Сано-младшую, задумавшуюся о чём-то своём и глубоко уходящую в собственный рой мыслей. — Э-эй, земля вызывает Эмми, — пришлось вновь позвать подружку и даже помахать рукой перед её лицом, чтобы та наконец обратила на гостью внимание.       — О? А, прости, Кири, задумалась немного, — глупо хихикнула школьница, но что-то в этой смехе показалось для Киры пугающим, словно Эмма что-то задумала. — Пойдём, — девчонка подхватила Киричин под локоть и быстро увела ту из додзё, не давая ей секунды для короткого переглядывания с Манджиро.

***

      Снимая часть костюма Майки, Кири аккуратно сложила футболку и положила на кровать подруги, после чего принялась спускать с себя спортивные штаны Эммы.       Сано, находившаяся всё это время в комнате и копавшаяся в своём шкафу, вытащила из него свой лифчик нежно-голубого оттенка, и на её лице играла хитрая улыбка, которую Оширо не заметила.       — А Майки шалун, как я посмотрю, — издевательски произнесла школьница, хихикнув, понимая, что поднятие этой темы заставит подругу покраснеть.       — Э-эмми, — голос дрогнул от смущения, а веки были прикрыты, — давай не будем об этом говорить? — Киричин достала из пакета свои шорты, которые она надевает каждый раз, когда приходится идти в школу или, например, как сегодня, носить платье. Сано-младшая подошла ближе и поинтересовалась, но вовсе не из-за любопытства.       — Почему же?       — Это смущает. Я к этому не привыкла, — честно отвечает, уже натягивая на себя школьную юбку и застёгивая на ней молнию.       — Значит, Майки у тебя самый первый парень, и всё, что он делал с тобой – впервые для тебя, — без капли стыда и смущения констатировала очевидный факт. — Оно и понятно: для такой сильной девушки нужен парень сильнее её.       — Необязательно быть сильным, чтобы понравится "таким сильным девушкам, как я". Достаточно быть надёжным и добрым человеком, каким является Манджи, — отрешённо, задумываясь о собственных словах, говорила Оширо. Когда же её руки потянулись к сложенной рубашке в пакете, то Эмма, стоявшая позади, неожиданно обняла ту, обхватывая руками её грудь.       — О! Я была права. У тебя такой же размер, как и у меня, — довольно сказала сестра Майки, улыбаясь. Кири удивлённо вскрикнула, совершенно не думая, что сейчас может произойти, и лицо её порозовело.       — Ты чего творишь, Эмми? — уже с недовольством воскликнула девчонка, скрывая смущение за хмурым выражением лица.       — Я хочу, чтобы ты померила мой лифчик.       — Ты с ума сошла? Зачем мне это делать? Тем более, если ты не знала, это не гигиенично!       — Дело в том, что он мне разонравился из-за цвета, а также я его ни разу не носила, только мерила. Не хочу, чтобы деньги, потраченные на него, оказались ненужными. Пожалуйста, померь его, Кири.       — Мне незачем носить его, в топиках намного комфортнее, — Оширо осторожно высвободилась из хватки подруги и повернулась к ней с тем же выражением лица. Вот только Эмма сделала умоляющие, как у просящего кота кусочек рыбки, глаза, и школьница, как бы не пыталась, не смогла устоять. — Ладно-ладно! Я померяю его, но, если он мне не понравится...       — Да-да-да! Он останется у меня, если он тебе не понравится! Но я уверена, что эффект будет иным, — весело затараторила Сано, протягивая лифчик Киричин. — Ты тогда пока мерь, а мне надо отойти на минутку.       — Угу, — приняла не очень любимую за всю жизнь вещь, с отвращением глядя на неё. Обещала – значит нужно выполнять, как бы сильно не хотелось.       Снимая с себя единственную верхнюю одежду, девушка застегнула на себе лифчик и подошла к зеркалу, рассматривая себя. От того, что вещь впервые находится на теле юной школьницы, Оширо было некомфортно: в боках давило, а из-за застёжки чесалась спина. Из-за пуш-апа грудь девушки была вытолкнута вверх, и пусть это не совсем отличалось от некоторых топиков, которые слегка сжимают грудную клетку, но Кири всё равно пришлось не по нраву бельё.       — Н-да, это не для меня, — цокнула языком, уже перед этим зная свою реакцию. — Моё мнение не поменялось. Красиво, но неудобно, — школьница потянулась к застёжке на спине, намереваясь как можно скорее избавиться от белья. Дверь открылась, и Оширо решила, что вернулась её подруга, поэтому спокойно произнесла следующее: — Мне не понравилось, как я предполагала. Поэтому тебе лучше его носить. Какая разница, какого он цвета? Ты же не показываешь его каждому человеку на земле, — с упрёком в глазах поворачивается к Эмме, уже наполовину сняв с себя лифчик. Но вместо девушки, которую Кира ожидала увидеть, на пороге стоял ошарашенный, приоткрывший немного рот, Манджиро.