хороший

еженедельные посиделки под пледом у хенджина в очередной раз превратились в обсуждение минхо — к счастью, в хорошем смысле. нельзя вспомнить хоть один раз, когда они с джисоном не говорили о нем. делать так — как минимум неэтично, но они оба знали, что эти разговоры останутся между ними и в стенах маленькой хенджиновой комнаты. — знал бы ты, как сильно я хочу его на коленях. или у себя, или перед собой. — знаю, ведь ты говоришь об этом каждый грёбаный раз. джисон заерзал под пледом, устраиваясь на груди старшего. тот запустил пальцы в ёжик на затылке, начиная чесать, от чего младший прикрыл глаза. — ныть своему лучшему другу о краше — правило лучших друзей. — и кто же его установил? — я. — завались. ты так и планируешь убиваться из-за его задницы, или все же будешь действовать? — я хочу действовать, но не знаю, как. джисон макушкой почувствовал, как хенджин закатил глаза. — не вижу проблемы: подошёл, взял за руку, сказал «давай потрахаемся» и всё. он твой. — я посмотрю, как ты скажешь это чанби- ай! — старший потянул его за волосы. джисон поднял голову, смотря ему то в глаза, то на губы. — хочу целоваться. старший цокает, но взгляда, пока хан привстает, чтобы устроиться поудобнее, не отводит. — твое настроение меняется слишком быстро, как бы во время секса с минхо ты не сказал, что хочешь пиццу. — усмехается тот. — в таком случае я позволю тебе назвать меня позорником. — джисон пересел ему на бедра, тут же чувствуя руки на своих. — как будто мне нужно разрешение. младший проводит языком по губам, и, не чувствуя сопротивления, проникает им внутрь. хенджин мычит, сталкиваясь своим с его. — у меня, вообще-то, есть тот, кто нравится. — хван затуманенным взглядом смотрит в глаза джисона, где было видно желание. — вы не встречаетесь. — это дело времени. — хан оставляет на его губах ещё несколько терпких поцелуев, неохотно отстраняясь совсем на немного. — будет трудно без твоих поцелуев, когда мы с минхо начнем встречаться. — ему нужно быть профессионалом, чтобы переиграть меня. — смеётся хван, складывая губы уточкой и получая ещё поцелуй. — уверен, он круто целуется. он выглядит как тот, кто может целовать несколько часов подряд. будет неплохо попробовать. — ты все ещё не придумал план действий. — воспользуюсь твоим советом. хенджин оставил его без ответа, позволяя растаять в своих объятиях. один из немногих вечеров, когда их поцелуи не были глупой дракой за первенство. *** — ты серьезно сейчас? джисон упирается взглядом в свой «обед», состоящий из фастфуда. хенджин ставит пепси, чтобы не уронить его в приступе смеха. — я могу начинать называть тебя позорником? — нет. хан зарылся пальцами в свои волосы и опустил голову на стол, сдерживая вопль отчаяния. он действительно подошёл к минхо на прошлой перемене, чтобы как минимум пригласить его на свидание, но, растерявшись, выпалил тупую фразу хенджина, которую тот вчера предложил в качестве отличного варианта. — он слишком хорошо выглядел, твою мать! невозможно находиться рядом. — держи свой член в штанах. — сложно. — жизнь сама по себе сложная штука. — заткнись. все оставшиеся пары джисону хотелось исчезнуть, чтобы не попадаться в поле зрения минхо. он выглядел действительно хорошо, и выделялся из толпы в этот раз особенно сильно. или же так казалось только хану. он почувствовал, как собственная душа покинула тело, когда по плечу мягко постучали пальцами, а рядом раздался голос, который он хотел слышать меньше всего: — предложение все ещё актуально? — черт возьми, минхо улыбается так невинно и добро, что мысли о сексе напрочь улетучились. джисон замялся, покраснел, отвёл взгляд, но все же кивнул, после чего почувствовал улыбку минхо. — отлично, к тебе или ко мне? в коридоре тихо, почти все студенты поспешили покинуть здание после долгого дня. голоса их разрывают тишину, эхом отскакивая от высоких стен. оранжевые лучи заходящего солнца красиво лежат на лице старшего, подсвечивая и рыжие волосы. джисон невольно засмотрелся, но одернул себя, пробормотав тихое «я живу не один». — моя квартира тут недалеко, так что дойти можно пешком. — минхо совсем не кажется смущённым, и почему-то именно джисон чувствует себя влюбленным школьником, растеряв свою уверенность где-то по пути к ли. по приходе он отметил приятный глазу интерьер, что был, определенно, недорогим, но выглядел наоборот. все ещё оранжевые лучи красиво освещали комнаты, в которых были окна, выходящие на солнечную сторону, и джисону подумалось, что у хенджина здесь получились бы красивые фотографии. минхо провел его в небольшую спальню с полутораспальной кроватью. он, приговаривая «простите» выпроводил двух котов, которые до этого нежились в лучах, что теряли свой яркий цвет. джисону показалось это милым. и то, что у минхо есть коты, и его комната, и солнце, и сам минхо в целом. — почему я? — внезапно подал голос старший. — что? — потрахаться. почему со мной? — он кивнул на кровать, приглашая сесть. — у тебя есть чувства ко мне, или я красивый? джисон помычал, раздумывая, стоит ли говорить правду. сейчас даже оправдание вроде «на спор» кажется более логичным. джисон открывает рот, чтобы сказать это, но минхо, вопреки ожиданиям, садится не рядом, а перед, и до младшего доходит. — и то, и другое. — он прикрывает половину лица ладонью, в страхе наблюдая за реакцией и движениями старшего. — вот как. и чем же я тебе понравился? — минхо кладет руку на ширинку, несильно сжимая и вызывая у джисона выдох сквозь зубы. — не знаю, ты выделяешься среди остальных, цепляешь. — значит, дело во внешности? — минхо принялся расстёгивать ширинку, глядя на джисона, который явно начал нервничать после этого вопроса. — не парься, меня многие хотели трахнуть из-за красивого лица, я привык. — не совсем… — о? — невероятно милое выражение лица, которое хочется зацеловать, — говорить о таком смущает, верно? — хан кивает. минхо обхватывает его полувставший член сквозь белье и слышит приятный слуху приглушённый стон. — ты чувствительный, да? ну же, поговори со мной. — ты нравишься мне… уже давно, — ли целует орган, смачивая боксеры слюной. он продолжает ехидно смотреть на младшего, ожидая продолжения. — мы общались совсем немного… — да, я помню. ты становился милым каждый раз, когда оказывался рядом. — ты помнишь? — да? — прозвучало неуверенно. — почему? — минхо остановился, но по лицу его прочесть ничего не получалось. он стянул белье младшего, смотря на полностью вставший орган. — ты тоже… выделяешься. — вдруг замялся он. джисон смог увидеть его пунцовые уши. губы младшего непроизвольно расплылись в улыбке. он позволил себе положить ладонь на голову минхо, приближая к члену. — и как же? — ли улыбнулся в ответ, целуя головку. — красивый, яркий, шумный… вокруг тебя всегда много людей, а сам ты любишь их внимание. хан не ожидал похвалы, его член дернулся под языком старшего, отчего тот хмыкнул. — хороший… — ведёт языком, обильно смачивая слюной. — хороший мальчик, сони. голос у минхо тихий, мягкий, влюбленный, и джисон был бы не против слушать его ещё вечность, но сейчас не самый подходящий момент, чтобы думать о романтике. старший, наконец, берет в рот, мыча от сжавшихся в волосах пальцев. — мм… обойдёмся отсосом, или ты хочешь войти? — и говорил он это спокойно, пока хан пытался сдержать вырывающийся скулеж из-за фраз и нахождения губ минхо в сантиметрах от его члена. — хочу… тебя. — он царапает кожу головы старшего, наблюдая, как его губы растягиваются в довольной улыбке. — и как? — ли снова взял в рот, опускаясь до основания. хан откинул голову, чувствуя горло головкой. минхо вопросительно мычит, как бы призывая говорить. — ты можешь. ах. оседлать меня? — ли сжимает пальцы на чужих бедрах, двигает головой интенсивнее, выбивая стоны. — подожди, я… не хочу кончить сейчас. минхо выпускает член изо рта, не удерживаясь от нескольких поцелуев по длине. — у тебя хороший член, — блять. — ещё лучше будет, когда он окажется во мне. ли поднялся, пересаживаясь тому на колени. он двигается ближе, чувствуя дискомфорт из-за узких джинс. хан тянется к ширинке, но, расправившись с ней, оказывается на спине. старший привстает на коленях, стягивая с себя ненужную одежду — выглядит до невозможности сексуально, если будет возможность, джисон обязательно попросит раздеться для него. — ты такой красивый сейчас, — шепчет минхо, опускаясь, чтобы оставить дорожку поцелуев от подбородка к паху. — самый красивый, хочу увидеть, каким будет твое лицо, когда ты кончишь в меня. хан скулит, изнывая от желания. задница старшего в нескольких дюймах от его члена, а он готов кончить только от его слов. — минхо, пожалуйста… — что такое, сони? — он отвлекся от поцелуев, смотря в слезящиеся глаза младшего. — я хочу тебя. — ты же не хочешь, чтобы мне было больно, так? придется растянуть меня. звучит так, словно не его член капает на джисонов живот, а сам он не вздрагивает каждый раз, когда разгоряченная кожа касается чужой. но он прав, и, тяжело вздыхая, хан готовится к тому, что терпеть придется ещё долго. минхо протягивает ему тюбик со смазкой, джисон поднимает бровь. — это сделаешь ты. — больше приказ, чем предложение, но хану нравится. до безумия. он снова садится, покрывает жидкостью пальцы и подносит к чувствительному входу. минхо судорожно вздохнул, когда два пальца проникли внутрь и начали двигаться в разные стороны. — все в порядке? — ли целует шею младшего и утвердительно мычит. несмотря на то, как сильно джисон сейчас возбуждён, он не думает о том, чтобы сделать растяжку слишком быстрой. он жмурится, слушая тихие стоны у себя под ухом. минхо сжимает плечи до покраснений, потому что самому тоже хочется сильно. хан добавляет ещё один палец, медленно разводя ими и ощущая, как ли начинает понемногу насаживаться на них. старший снова кладет его на спину, заставляя вынуть пальцы. он ничего не говорит, но по лицу его можно заметить сильное возбуждение. уши все ещё багровые, а попытка держать лицо спокойным провалилась. взяв тюбик, минхо смазал член джисона, и, не дав сделать лишний вдох, резко насадился, издавая протяжный стон — он показался джисону музыкой. ли положил ладони на его грудь, прижимая большими пальцами затвердевшие соски. хан сжал его ягодицы, оставляя покраснения. — готов, сладкий? — минхо припал к его шее, прикусывая её, и приподнял бедра, чтобы опуститься вновь, — твой член так хорошо наполняет меня. — он смотрит в лицо напротив, и, наконец, приближается, чтобы смять губы в жадном, мокром поцелуе. джисон так же поднимает бедра, подстраиваясь под темп старшего. тот изучает все его тело ладонями, оставляя следы везде, до куда дотягивается. хан смотрит на чужую чистую кожу, желая видеть на ней свои отметины. минхо резко выпрямляется, видя звёзды перед глазами — джисонов член коснулся простаты. младший толкнулся ещё, выбивая из минхо громкий стон. тот едва держался, чтобы бессильно не рухнуть на тело снизу. — какой же ты узкий, блять… — минхо улыбается, а на глазах появляются слезы удовольствия. — коснись меня ещё. ли послушно выполняет просьбу, целуя каждый участок кожи, оставляет следы и сжимает пальцами мышцы до покраснения. хан берет член ли, смотря за тем, как он прогибается в спине. он подстраивает стимуляцию под их общий темп, минхо начинает стонать громче, а бедрами шевелить быстрее, но беспорядочнее. — сони, я… ах… — кончишь для меня, малыш? — он и сам не ожидал, что сможет сказать такое. — мм, да… почувствовав сперму внутри, минхо метнулся взглядом на лицо хана, что исказилось в ощущении сильного оргазма, и улыбнулся шире. он кончил следом, пачкая грудь джисона. ли прильнул к его губам, лениво кусаясь. — ты был хорош, даже очень. — он слезает с его члена и ложится сверху. — мне надо в душ… — предлагаю пойти вместе. воду надо экономить. ясность разума медленно возвращается, и джисон вдруг осознает, что произошло. было очень хорошо, и все могло быть ещё лучше, если бы необходимость разобраться в этом попросту отсутствовала. джисон влюблен, а минхо? вряд ли, все же они разговаривали слишком мало — он опускает то, что сам при этом влип по уши. хочется сбежать, потому что слышать отказ страшно, а обратной дороги нет. можно предложить забыть, но неловкость никуда не денется. — ты сказал, что помнишь наши… встречи. — да? — хана умиляет эта манера речи минхо. — то, что между нами было… мы забудем? — почему? джисон повернулся к минхо, который заваривал зелёный чай, болтая ногами на высоком стуле. — ты говорил, что много кто предлагал тебе потрахаться, значит, я всего лишь один из? — член у тебя работает лучше мозга, сони. за кого ты меня принимаешь? да, предлагали, но ты один из немногих, кому я сказал «да», — он насупился, по-детски мило надувая губы. — я вообще думал, у нас после этого будет пропущенный конфетно-букетный период, поцелуи и объятия… но если ты хочешь забыть — хорошо. — что? нет. я хочу… встречаться с тобой. — во взгляде старшего можно было увидеть искры.

я: и все же он круто целуется даже лучше чем ты хаха

пельмень: ну больше мы не поцелуемся сколько не проси

я: нет если минхо разрешит то поцелуемся

пельмень: я подумаю лол