Сага о жажде жизни.

***

      Я так хочу жить... Не хочу умирать. Жизнь – она такая ценная. Столько всего можно сделать! Всë при всë! Но я не успел... И сейчас лежу в собственной луже крове вместе с человеком, что успел мне стать дорог. Я не успел, просто не успел вкусить жизнь. Вцепиться целиком зубами и проглотить. Просто напросто не успел! Неприятно, очень неприятно... Так не хочется умирать! И вот, я тяну руку в сторону прекрасной, красивой и ценной мне Луны. Я не успел, я не успел... Я. Не. Успел!       — Прости меня и мои грехи! Я хочу успеть, прости меня. Прости! Очисти! Я сделаю что угодно, но прости!       Но она не прощала. Как всегда смотрела на меня и не отвечала. Светилась и молчала. Молчала и молчала... И опять молчала в свете ночи и звëзд на синем небе. Я люблю и ненавижу еë. Как и ночь, как и еë...       — Умоляю, прости меня! Молю!       Но ответа не было. Лишь молчание и холодок, что словно стая букашек, прошëлся по мне. Я издал свой последний вздох и слово...       — Молю... ...Прости меня.       И я провалился во тьму. И замëрз во тьме ночной. И опять прошу у всех прощенья.

***

      Я будто-бы был в бездне, под водой. Будто-бы я не мог дышать, будто-бы закончился в воздух в лёгких. Я не чувствовал себя, своего тела. Лишь холод и нехватку кислорода. Я задыхался и ничего не видел. Лишь тьму, неприглядную тьму и мрак. Было так темно, страшно и неприятно. Хотелось за что-то схватиться, потянуть руку к свету и спастись... Так хотелось, но нельзя. Не получится. Я боюсь, так боюсь! Вдруг я буду тут навеки, во тьме? Вдруг я почувствовал под ногами что-то жидкое, неприятное и склизкое. Вода? Нет, не похоже...       — Я помогу тебе, дарую жизнь.       Послышался словно из-под воды чей-то голос. Громкий, властный и пропитанный чем-то непонятным... Щедростью? Не знаю. Я точно не мог определить, чей это голос или же сколько примерно обладателю лет. Я просто не понимал...       — Но взамен подчинись мне. Я стоял на месте и начал что-то видеть. Везде была кровь, а на меня же смотрела с неба алого цвета Луна. Мне было страшно. Я ощутил как по спине пробежала дрожь. Я... Я снова жив? Она меня простила, она меня услышала?       — Теперь ты жив. Я дала тебе вторую попытку, взамен на твою свободу.       Взамен на... Свободу? Я не понимал, что говорит Луна и что именно она подразумевает под свободой но... Я согласен. Я хочу жить и ради этого отдам всë, что имею. Я не хочу во тьму, я не хочу замëрзнуть... Я хочу вновь чувствовать кровь и тепло в своëм теле. И ради этого я отдам свободу.       — Рада, что ты согласен. Я буду забирать твои воспоминания, а также давать тебе задания. Если же не будешь их выполнять, то вернëшься в лапы смерти. Ты же не хочешь обратно во тьму?       Да, я не хотел обратно упасть и утонуть. Я сделаю всë, ради жизни. Я не хочу больше становится утопленником. Я не хочу больше тонуть, умирать. Я буду своими когтями хвататься за жизнь, пока не сдамся. Я буду до конца поедать жизнь, словно это ценный плод. Пока не сожру его, пока не сдамся...       — Отлично. А теперь... Забудь всë.       И я забыл. И больше ничего не вспомнил. Даже своего имени. Я знал, что что-то было, но не мог ухватиться за это. Я был как утопленник, пытающийся схватить за соломинку(воспоминания?). Я и сам не знал, что мне надо сделать и цель в жизни. Я только знал, что мне нужно следовать голосу в своей голове. И в тот день я заключил контракт с Луной(демоном?). И стал тем, кем являюсь... Точнее тем, кем не хотел быть.

***

      Я стоял у берега моря, держа в руках катану. По мне прошла дрожь. Я почувствовал дикий холод. Было ощущение, что я сейчас замëрзну. Я опять тонул, проваливаясь во тьму. Что-то было не так, что-то явно было не так.       — Следующая цель...       Да, это опять заговорил голос в моей голове, пропитанный ядом. Я не мог, не имел права ослушиваться его. Он дал мне жизнь, а я свободу. Я не помнил тот день, когда заключил с ним контракт. Для меня он был вечным спутником и чем-то вроде Короля(Бога?). Я ему, а он мне. И так всегда. У меня не было воли, я был марионеткой в его руках.       — Лоирой Якасуми.       Вслушиваясь внимательно голос и имя, что он сказал, я почувствовал лëгкое дежавю. Знакомо, слишком знакомо... Попытавшись опять схватиться за эту соломинку, я почувствовал словно невидимый барьер и решил больше не пытаться. Всë равно бесполезно, всë равно не вспомню...

***

      Я несколько раз легонько стукнул в деревянную дверь, ожидая ответа. Пока-что молчание, но затем по ту сторону прозвучал уставший голос.       — Иду, иду!       И мне открыли дверь. Передо мной предстал старец, шестидесяти так лет. На нëм была потрëпанная, местами порванная, одежда. На ней были разные узоры и закарючки, а также грязь. На его морщинистых руках были шрамы и местами даже порезы. Он вопросительным взглядом изучал меня, но затем настольгирующе улыбнулся. Словно встретил человека, который пропал из его жизни на несколько лет, но затем вернулся. Так и было...       — Ты вернулся...       Я не понимал, что именно он имеет ввиду и почему так улыбается. Что он подразумевает под «ты вернулся»? Я его даже не знаю. Может быть, спутал с кем-то? Пожалуй, воспользуюсь этим. Ведь моя миссия – убить его.

***

      Я стоял около окровавленного тела и с холодным взглядом смотрел на него. С катаны стекали капли крови и капали на пол. Да, я забрал ещë одного человека во тьму. Но что-то будто-бы сломалось во мне... Я не знаю, что именно, но прямо сейчас мне хотелось кричать, метать и рыдать. Будто-бы... Этот человек был мне дорог...       — Так вот оно что... Из последних сил сказал этот старец.       — Т-ты... Ты... Ты всë-таки погиб в тот день...       С грустной улыбкой сказал он. Мне ещë сильнее хотелось заплакать, но... Нет, почему же? Из-за чего? Я не понимаю!       — Да... Н-но... То-гда... кто ты?       Нет. Я ненавижу это чувство! Я хочу его уничтожить! Почему, почему из-за какого-то человека я обязан показывать свою слабость?       — Кто ты? Мой сын... Или же... Тень?       Старец издал кашель, выбрызгнув изо рта комок крови. Я не могу. Я сейчас не выдержу... И... И вот, над его головой появилась катана, а я же, смотря на него с ненавистью и слезами на глазах, начал замахиваться.       — ЗАТКНИСЬ! И он замолчал. И погиб с улыбкой на лице. Его череп раскололся на осколки, а голова превратилась в кровавое мессиво. Я же рыдал. Мой взгляд искрился от ненависти. Как же я всë ненавижу...

***

      — Твоя следуюшая цель - Гуридо Якасуми.       Следующая цель, убийство и смерть. Ещë один человек, которого я должен забрать во тьму. И в очередной раз я под контролем голоса...       — Сделаю всë в наилучшем виде.       Я, словно под гипнозом, взял задание и согласился с голосом. Может быть, где-то в глубине своей души я и не хотел никого убивать, но хочу ли я во тьму? Нет, не хочу, а значит надо делать то, что мне говорят. Я же продал свою свободу дьяволу...

***

      Я тяжело дышал, пытаясь перевести дыхание. Это первый человек, которого у меня не получилось убить. Это первый человек, на котором я использую проклятье и это первый человек, которого я столь сильно возненавидел и завидовал.       — Ты свободен! Ты никогда не поймëшь меня!       Я начал на него кричать. Моя рука была в крови, а с клинка стекала алая жидкость. Почему, почему он просто не может подохнуть? Принять как факт, что я хочу его убить? Почему он так сильно, словно дикий зверь, цепляется за жизнь?       — Иди к чëрту! Я буду жить, ведь так сказал дорогой мне человек! Мне так велели и я не предам своë слово!       Мы с ним никогда друг друга не поймëм и эта битва будет вечной. Тут нет проигравшего или победителя. Я даже сомневаюсь, что смогу победить. Хорошо, всë или нечего... Я готов всë забыть вновь и начать с нуля. Это будет моя третья попытка. Рано или поздно, но он сам захочет умереть.       — Тогда... Я прокляну тебя.       Я направил на него клинок. Пусть будет так, пусть я не справлюсь со своей миссией, пусть она продлиться чуть дольше, чем положено. Я готов взять всю вину на себя и заставлю его страдать, как я.       — Страдай.       На его спине начала появляться проклятая печать. Отлично.       — Мы ещë встретимся.       И он упал в обморок. И я, шатаясь, вырубился. И вновь я всë забыл, и вновь я начал заново. И не вспомню имени своего, и цели. Только лишь голос в моей голове и отсутствие свободы.